Часть 1. Странное письмо
Ты снова привела меня в церковь. Зачем? Я повернулась к своей маме.
— О чем ты?
— Сейчас начнется! Не стой в проходе, — предупредила мама.
Кто-то коснулся моего плеча. Я развернулась. Мужчина стоял в ожидании, когда я сяду.
— Извините, — громко сказала я.
Началась месса, и шум голосов потихоньку стихал. Чтобы не мешать, я тоже села. Послышались шаги, и пришел мужчина пожилых лет с видневшейся сединой. В руках он держал крест — был священник.
— Пути господни неисповедимы! Как часто мы слышим эту фразу, не так ли? Кто-нибудь знает, что это означает? — спросил священник.
— Что мы не властны над судьбой? — кто-то крикнул из толпы.
— Это значит, дети мои, что мы не можем предугадать свою судьбу. И не можем понять все причинно-следственные связи. Но время придет, и вы всё поймете.
Я обернулась на звон колоколов, когда снова повернулась, священник исчез, как и все люди, пришедшие послушать мессу.
— Мама?
Колокола звенели всё громче. Встав из-за скамьи, в нерешительности я замерла, прислушиваясь к тому, как звон усиливался, будто приближаясь. Не решаясь выйти, я осторожно приоткрыла дверь. Снаружи никого не было.
— На улице так тепло, а здесь холодно, будто в склепе, — подумала я.
Звон колоколов прервался. Набравшись решимости, я распахнула двери церкви.
— Куда я попала? — спросила сама себя.
Вокруг стоял лес, тропинка вела лишь в одну сторону. Шёл дождь, но небо было синее.
— Мама! Мама, ты слышишь меня?! — обеспокоенно осмотрела я.
Я споткнулась о что-то и ударилась о землю. Почувствовала во рту вкус крови, встала, отряхнулась и только затем увидела, что это было.
— А-а-а! Это что... это что, труп?!
— А на что это похоже?
Я подняла глаза и увидела молодого парня в полицейской форме.
Вздрогнула, не ожидая кого-то увидеть.
— Слава богу! — облегченно вздохнула я. — Здесь происходит что-то странное! Куда все делись? Кто... Кто это?
— Кто? Он? — удивленно поднял бровь полицейский. — Это твоя первая жертва.
— О чем вы?
Взгляд упал на свои окровавленные руки, сжимающие нож. От шока пальцы размякли, и нож упал, воткнувшись в пропитанную кровью землю.
— А ты что думала? Думала, никто об этом не узнает? Думала, если не ты его убила, то не убийца?
— Прекратите! — разозлилась я.
Я проснулась вся в поту. Скомканный плед запутался где-то в ногах, от сна на диване затекла шея. Коснулась груди, пытаясь успокоить бешено стучащее сердце. В ушах еще звенел злорадный смех полицейского.
Вдруг в дверь постучали. На часах показывало 18:06.
— Интересно, кто это может быть? Я никого вечером не ждала!
Но за дверью никого не оказалось. На полу лежал конверт. Я развернула его и увидела подпись: «От Вашей Лады Герценки. Приглашены на мои похороны».
— Как странно.
Я села на диван, рассматривая конверт. Внутри возникло странное чувство, будто я снова оказалась в плохом сне.
Открыла конверт. «Дорогая Сара», - размашистым почерком начиналось письмо. «Я понимаю, ты очень удивлена. Возможно, ты совсем уж подзабыла старую владетельницу библиотеки, рассказывающую небывалые истории. Именно поэтому я решила напомнить о себе таким способом».
Далее шло время и место похорон.
— Какое странное письмо. В общем, как и вся.
Я вспоминала её кудрявые рыжие волосы и морщинистое, но при этом полное доброты лицо. Как она всегда смотрела своими зелеными глазами в хитром прищуре, будто знала что-то такое, о чем другие хотели бы узнать. Представила, как дорогая Лада писала это письмо, сидя в своей библиотеке на кожаном диване среди всех старых книг. И сердце почему-то забилось еще сильнее, холодок прошел по позвоночнику.
— Не верится, — прошептала я и еще раз взглянула на письмо.
— Давно я не была в Талице. Я уехала оттуда 15 лет назад в надежде больше не возвращаться. Сколько раз я собиралась навестить родителей и в последний момент оставалась здесь, не находя в себе силы вернуться обратно. А теперь это письмо. Может, стоило было поехать?
Некоторое время в квартире была тишина. Я молча замерла в раздумьях, сжимая в руках письмо. Решение принято. «Да, я поеду. Не прятаться же все время», — подумала я.
Снова стало не по себе. Чтобы не передумать в очередной раз, я набрала номер мамы, рассказала о письме и о том, что поеду на родину.
После нашего короткого, немного неловкого разговора я снова замерла, обдумывая всё
— Похороны завтра. Мне придется поехать.
Я надела черное длинное платье.
— Остальные вещи соберу завтра с утра. Глаза закрываются, пожалуй, лягу спать.
Едва коснувшись подушки, я уснула, и всю ночь мне снились беспокойные сны.