Беглецы

Мир Джерома, 23.09.1105 г (следующий день)

Наутро Эйдену пришлось вытаскивать сонного Джо из постели. В отличие от возбуждённого поездкой к морю Эйдена, Джо никуда не тянуло, кроме как обратно в кровать на подушку. Он так и провел в кошмарах всю ночь.

Умылся и собрался Джо тоже в полудрёме. Лишь где-то за завтраком, залив в себя крепкого чая, он наконец-то проснулся. Кэрол восторженно рассказывала Эйдену, какие у неё успехи в математике и как её хвалит учитель. Лишь иногда она косилась на Джо, надеясь, что тому тоже интересно, но Эйден так увлечённо слушал девочку и выспрашивал у неё подробности, что не было причин тревожить брата, снова затерявшегося где-то в своих мыслях.

После завтрака они вышли на задний дворик. До отъезда оставалось около получаса, так что Эйден и Джо решили посидеть на улице в тени. Точнее, так решила Кэрол – она хотела показать им норку полевой мыши, которую днём ранее они нашли с Тандой под кустом роз.

На заднем дворе были ещё какие-то ученики, но в глаза Джо бросились только белые волосы новичка. Он сидел в стороне на скамейке и наблюдал за остальными. Стоило Джо задержать на нём взгляд, как раздалось короткое «ой», и Джо тут же поспешил к наклонившемуся к сестре Эйдену.

Первой мыслью было то, что вот сейчас Цербер должен был что-то сделать, спрятать Кэрол в карман... Но ничего не произошло, и Джо невольно задумался, что же должно случиться, чтобы Цербер применил способность? Неужели он действует только в самых крайних случаях?

Джо отодвинул друга от Кэрол и сам присел перед ней на корточки. Она с виноватым видом косилась на свой локоть, где на ткани появилась крохотная капелька крови.

Пока Кэрол оправдывалась, что это всё из-за колючки на кусте, Джо достал из кармана бинт и протянул ей, в который раз проговорив, что Кэрол нужно быть крайне аккуратной.

Раздавшийся чуть поодаль голос новенького заставил Джо гневно обернуться.

– Аккуратной? – Дакат, сидевший неподалеку, едва сдвинул брови, не сводя глаз с Кэрол. – Думаешь, когда-нибудь твои слова помогут кого-нибудь не убить?

Дакат поднялся со скамейки и медленно пошёл по дорожке мимо места, где под кустом роз сидела едва не плачущая Кэрол. Джо встал, с трудом сдерживаясь, чтобы не врезать новенькому, но тот продолжил:

– Нельзя было её сюда приводить. Как, по-твоему, она будет использовать способность? – Дакат в подтверждение своих слов тяжело выдохнул и покачал головой. – Её кровь могут использовать другие, а она даже ничего не сможет сделать.

– Эй, – влез в разговор Эйден, – следи за языком.

Дакат посмотрел на Эйдена, как на сумасшедшего.

– Нашёл, за кого заступаться, – он ткнул пальцем в сторону Джо. – Он отрежет тебе башку, – и кивнул на Кэрол, – а она сделает из тебя куклу. Тогда и посмотрим.

Джо в ужасе наблюдал, как Дакат сложил руки в карманы, поёжился и глянул куда-то в сторону. Теперь его лицо не выглядело таким идеальным: улыбка превратилась в ухмылку, в глазах, казалось, сверкнуло отвращение.

Даже не глядя в их сторону, уже уходя, Дакат еле слышно буркнул себе под нос:

– Такую, как она, надо сжечь, пока никто не пострадал.

Джо точно ударили по голове. Он шагнул вперёд и, не заметив, как занёс руку, со всей силы врезал новенькому в челюсть.

Тот покачнулся. Не успел Эйден остановить Джо, а тот уже замахнулся для второго удара. На этот раз Дакат успел увернуться и даже попытался ударить в ответ, но Джо вовремя отпрыгнул.

Джо уже бросился снова вперёд, но тут кто-то ухватил его за край рубашки. Он обернулся и увидел рядом Кэрол, которая, чуть не плача, твердила:

– Я не обиделась, пожалуйста, не надо его бить! Я правда не обиделась...

Джо замер. Он всё ещё тяжело дышал от злости, но сознание уже прояснилось. Дакат непринуждённо смахнул стекающую капельку крови с подбородка.

– Вот видишь, – невозмутимо проговорил он, – даже твоя сестра понимает, – Дакат брезгливо покосился на оставшийся на ладони кровавый развод, тряхнул рукой, точно это помогло бы от него избавиться, и неспешно двинулся прочь по дорожке.

Как только Дакат скрылся из виду, Джо пришёл в себя. Он сел на корточки перед Кэрол, пытаясь успокоить её и уговорить перевязать ранку, а та продолжала еле слышно шептать:

– Не надо больше драться, пожалуйста... Они же опять тебя заберут... Я не хочу, чтобы тебя забирали... – Её голосок прерывался, а глаза были полны страха, будто она снова видела тот день, когда Джо полез в драку.

– Меня никуда не заберут, – так же шёпотом ответил Джо. – Здесь так не делают.

Но Кэрол на это недовольно надула губки, и Джо всё же пришлось пообещать, что он постарается не лезть в драки.

Эйден молча стоял рядом до тех пор, пока не подошло время выдвигаться на практику, а Кэрол не побежала искать Танду. Лишь тогда он громко выругался, обозвал новенького уродом и пообещал самостоятельно поджарить его, если тот осмелится хотя бы подумать что-то подобное.

Джо ничего не ответил. Он всем сердцем хотел согласиться с Эйденом или хотя бы просто кивнуть, но не мог. Где-то глубоко у него засела мысль, которую Джо не осмелился бы прокрутить даже у себя в голове. Мысль о том, что Дакат, как и многие другие, прав, и родителям действительно стоило избавиться от них с Кэрол до того, как Джо решил защищать сестру.

У ворот их ждала крытая карета, запряжённая четвёркой лошадей. Джо с недоверием покосился на животных и, стараясь не думать об этом, сел внутрь, надеясь, что в дороге ничего не случится. К огромному облегчению Джо, Дакат с ними не поехал. По какой причине он отказался – так и осталось загадкой. Но это было уже не важно.

Ехали они достаточно долго. Джо не засекал время, но поездка показалась ему бесконечной. Особенно когда его начало укачивать. Казалось, эта пытка никогда не закончится, но они наконец-то остановились.

Как только Джо вышел наружу, его лёгкие заполнил тяжёлый солёный воздух. Он огляделся, но не успел толком ничего рассмотреть, как к нему подскочил Эйден, схватил за локоть и потащил вокруг кареты.

Они остановились чуть ли не у самого обрыва, на конце пика, нависшего над бескрайним морем. Где-то далеко внизу волны разбивались о скалы, тщетно пытаясь достать до самой вершины. У Джо закружилась голова. Теперь высота здания на практике казалась смешной.

Джо так долго пялился вниз, что не сразу додумался поднять взгляд чуть выше.

Сколько хватало глаз, впереди расстилалась вода. С высоты волны казались рябью от лёгкого ветерка, где-то высоко зависло солнце, пронизывая её лучами до самого дна. Эйден что-то рассказывал про название шторма, масштабы моря и глубины, но Джо ничего не слышал.

Джо думал о том, что если постоять вот так подольше, то можно вообразить, что внизу неподвижно лежит снег. Он как наяву мог представить завывание вьюги, колючий мороз, сверкающие в лучах далёкого холодного солнца снежинки.

В голове мелькали воспоминания из прошлого: укрытая снегом долина в горах, деревянная скамейка и белые волосы матери, на которых не таяли снежинки. На мгновение Джо точно оказался там, в горах мира Янь, в холодных объятьях матери, и по его спине пробежал холодок.

– Ну, я пошёл, – словно сквозь толщу воды раздался голос Эйдена.

Джо испуганно перевёл на него взгляд.

– Куда?

– К берегу, – пытаясь сохранить лицо невозмутимым, уточнил Эйден. – Попрактикуюсь. – Он похлопал Джо по плечу, точно будил его. – Ты хоть посмотришь, что я умею. Не то, что эти жалкие попытки в училище...

Эйден недовольно фыркнул себе под нос, и в следующее мгновение уже мчался к профессору Конраду и Комуре, которые должны были сопровождать его на воде. Профессор Эрдман осталась с остальными учениками на скале.

В ожидании представления, Джо сел на траву, стараясь не смотреть на море. Он не додумался взять какую-нибудь книгу почитать, и теперь был заперт со своими воспоминаниями, которые, несмотря на все попытки отвлечься, всё равно находили его и мучили.

В какой-то момент он поймал себя на мысли, что не уверен, есть ли ему место в училище. Ведь он добился своего, сделал всё для того, чтобы его сестру приняли. Нужно ли дальше так себя мучить? Может, ему нужно просто вернуться в мастерскую Байрона и помогать ему? Может, тогда бы прошлое оставило его, шрамы перестали болеть и постоянно напоминать о себе, вид крови не вызывал отвращение к себе, а по ночам не хотелось бы провалиться в такой глубокий сон, чтобы не снилось ничего. Джо может не применять способность, а Кэрол здесь научат справляться со своей. Зачем же Джо продолжает что-то делать?..

– Начинается, – объявила профессор Эрдман, и все ученики с любопытством подтянулись к краю.

Сначала казалось, что ничего не изменилось. Разве что в бухте появился крошечный кораблик. Но совсем скоро стало заметно, что рябь на воде двигается как-то неправильно. Вот уже можно было разглядеть ходящие по кругу волны. С ужасом Джо наблюдал, как вода медленно поднималась стеной диаметром несколько сотен метров. Она поднималась всё выше и выше, сужаясь кверху, образовывая купол. Все завороженно наблюдали, пока из устройства в руках профессора Эрдман не раздался шум, и сама она не заговорила:

– Эйден, слышите меня?

Из рации снова раздался шум, а вслед за ним голос Эйдена:

– Да, слышу.

Эрдман кивнула и продолжила:

– Эйден, если уверены, что справитесь с бо́льшим объёмом, можете попробовать. Главное, не забудьте оставить просвет над головой диаметром десять-двадцать метров.

– Ага!

Даже через механическую трубку были слышны радость и воодушевление Эйдена. А глядя на творящееся вокруг него, можно было с твёрдой уверенностью сказать – он наконец очутился в своей стихии.

Вода кипела и пенилась, точно Эйден разбудил древнего монстра, который теперь был готов поглотить и утащить на дно всё живое, до чего сможет дотянуться.

Купол начал расти, шириться, вот он почти сравнялся со скалой. Как бы часто ни моргал Джо, эта картина никак не исчезала, хотя он был почти уверен, что всё это ему кажется.

– Эйден, – снова заговорила Эрдман в рацию. – Прекращайте.

Из трубки послышался только шум. Женщина прищурилась, неотрывно наблюдая за сужающимся отверстием в центре купола.

– Эйден, вы меня слышите? – упрямо повторила она. Не дождавшись ответа, Эрдман тяжело вздохнула и снова заговорила в рацию: – Конрад, вырубайте его.

Из рации раздался голос Конрада и короткое «да, профессор». Долгое мгновение ничего не происходило. Но вот вода в куполе застыла и медленно начала оседать. Джо и все остальные с ужасом наблюдали, как огромная стена воды падает вниз, образовывая волну, бегущую прямо на маленький кораблик. Вот она накрыла его, и ученики все вздрогнули и покосились на профессора Эрдман, которую, казалось, совершенно не волновала судьба кораблика и людей на нём.

Как только волна прошлась до самого берега, накрыла высокие скалы и неспешно покатилась обратно, Эрдман снова заговорила в рацию:

– Конрад, как мальчик?

– Комура сейчас забирает его, – раздался невозмутимый мужской голос.

– Отлично. Отвезите его в училище. Я вернусь с остальными.

Профессор Эрдман обернулась, кивнула ученикам и направилась к карете. Джо ещё несколько секунд смотрел на волнующееся море, пытаясь разглядеть там хоть что-то. Но ему всё-таки пришлось заставить себя оторвать взгляд и пойти вместе со всеми.

***

Время клонилось к вечеру, а Джо так и не видел Эйдена после практики. Весь день он ходил как в тумане, пытаясь переварить произошедшее. Раньше при каждом упоминании Эйдена, что он пользуется только большими массами воды, Джо обычно пропускал это мимо ушей. Ни разу не видев применение способности своими глазами, трудно было представить, да и поверить в это. Как зачастую все сомневались в том, что Джо мог разрезать что угодно, а его раны затягиваются почти сразу, но никогда до конца. Теперь он чувствовал себя одним из тех глупцов, кто сомневался в способностях и в словах друга.

Вечером после ужина, когда Джо уже собирался спрятаться в комнате и не выходить до утра, его нашла Фелис и так настойчиво позвала пойти с ней, что Джо не смог отказать.

Они спустились на первый этаж и направились в сторону библиотеки. Джо рассматривал светлые гладкие стены, деревянные двери кабинетов и дощечки паркета под ногами, удивляясь, как успел привыкнуть к этому месту. Всю дорогу они молчали, хотя Фелис редко когда отличалась болтливостью. Однако Джо не то чтобы хотел говорить с ней. Особенно после последнего раза...

Джо не хотел признаваться даже самому себе, как ему тяжело после поступления, как происходящее и все сказанные ему слова одно за одним подкашивают его. Чем чаще он использовал способность, тем сильнее становилось отвращение к себе, тем более чужой делалась собственная кожа. Всё чаще Джо снились воспоминания из прошлого, особенно то, когда он очнулся в холодном сарае весь в крови и понял, что с ним что-то не так. И когда Джо просыпался в промокшей от пота одежде, он в ужасе бежал в ванную, чтобы проверить, не кровь ли это.

Фелис открыла дверь, пропуская Джо вперёд, и лишь когда он прошёл в библиотеку, осознал, как ужасно выглядело это со стороны: дама пропускает его в комнату... Но невозмутимая Фелис просто обошла Джо и повела его дальше.

Как только среди полок с книгами мелькнул диванчик, Фелис громко крикнула:

– Я его привела!

Джо с опаской наклонил голову так, чтобы рассмотреть, куда они идут и к кому она обращалась. Но в небольшом читальном уголке с парой низких диванчиков, стоящих вокруг журнального столика, собрались Рон и Сэм. Джо на мгновение испуганно замер, выискивая среди собравшихся Даката, но, не увидев его, с облегчением выдохнул.

– Отлично! – Сэм кивнул на свободное место на диване напротив. – Садись.

Джо послушно примостился на край дивана прямо напротив Сэма, стараясь не рассматривать его отросшие прямые тёмные волосы, которые он теперь, по примеру Даката, зачёсывал назад, хотя те его не слушались. Как и пытался избегать его тёмно-карих глаз. Из головы всё ещё не исчезало это лицо, когда Джо пришёл в себя после падения в воду на практике. Никак не мог забыть покрытые его кровью ладони Сэма и то, как он на них смотрел. С отвращением?

Из мыслей выдернул голос сидящего рядом Рона:

– Мы хотим обсудить способность Эйдена. Он сам скоро подойдёт, но мы решили собраться заранее...

Джо повернул голову и покосился на сидящего рядом, с трудом подавив желание отодвинуться. Рона Джо видел реже всех из своих одногруппников, и из-за того, что юноша был стеснительным и тихим, его можно было не заметить, даже когда он находился рядом. К тому же Джо ни разу не видел его за применением способности. Хотя теперь он понимал, что толком не знает о них ничего.

Он понятия не имел, как работает способность Фелис и чего от неё ожидать. Он видел, как Сэм запускал петли, но никогда не был внутри них и, со слов Эйдена, всегда наблюдал только последнее, что произошло в петле. После событий сегодняшнего дня Джо ещё больше убедился, что понятия не имеет, с кем учится.

Заговорила Фелис:

– Он же впервые использовал её так масштабно, – спросила она так, что это прозвучало утверждением. – Значит, после практики наверняка сможет управляться ещё лучше.

Джо громко выпустил воздух, стараясь не думать об этом. Фелис, которую реакция Джо явно позабавила, продолжала расспросы:

– Джо, что думаешь?

Он еле слышно усмехнулся и пробурчал себе под нос:

– Что мне надо учиться плавать...

– М-м-м, – протянула девушка. – Да это не сильно тебе поможет, если Эйден будет применять способность. Там такое сильное течение, что тебя унесёт куда-нибудь, утянет на дно, а ты даже испугаться не успеешь, не то что уплыть. Хотя, наверное, успеешь... – она повернула голову к Сэму и спросила: – Как быстро люди тонут?

Вместо ответа юноша промолчал, а сидящий рядом Рон почему-то закашлялся.

Джо изо всех сил старался не выдать, как его начало трясти от воспоминаний о падении в холодное озеро и заливающейся в лёгкие воды.

Видимо, получилось у него так себе, потому что тут же Рон налил в свободную чашку уже остывшего чая, протянул Джо и, отмахнувшись, заговорил:

– Не слушай её. Она любит драматизировать.

– Просто я реалистка, – Фелис пожала плечами, потянулась за своей чашкой и покосилась на Сэма. – Ты что думаешь?

– Что разбираться с Эйденом надо до того, как он охватит всю воду, – холодно заговорил Сэм. Джо поёжился от слова «разобраться», но Сэма ничего не смутило, и он продолжил: – Или же наоборот, когда он потеряет контроль. Но, думаю, на второе рассчитывать не стоит. После сегодняшнего он уже определил свой предел... – и задумчиво замолчал.

– Я думаю, – неожиданно заговорил сидящий рядом светловолосый Рон, – что после такой демонстрации Эйдена тут же отправят в мир Аклайн.

– Аклайн? – переспросил Джо. Он ещё не запомнил все миры и их особенности.

– Да, – Рон сел полубоком, опёрся на подлокотник кресла и глянул на Джо. – Это водный мир, где люди живут на глубине под куполами. Если честно, считаю, что это жутко... Но кому-то нравится вся эта морская романтика, – Рон посмотрел на остальных собеседников, но те явно были с ним согласны и не поддерживали страсть кого-либо к жизни под водой.

Из задумчивости всех вывел голос Эйдена, прозвучавший издалека. Он чуть ли не бегом подошёл к дивану и уселся рядом с Джо, оглядев по кругу всех однокурсников и задержавшись взглядом на соседе.

– Ну как? – воодушевлённо спросил он. – Как это выглядело со стороны?

Все молчали, а Эйден упрямо смотрел на Джо, и тому показалось, что отвечать первым должен он. Немного помявшись, он выдал:

– Очень... масштабно, – и отпил чай, надеясь, что этого ответа будет достаточно.

Довольный Эйден развалился на диване, закинув руку на спинку, при этом чуть не выбив чашку из рук Джо.

– А вам как?

Эйден уставился на остальных, а Джо изо всех сил старался не обращать внимания на руку друга, которая случайно коснулась его плеча.

– Вышел из-под контроля, – важно заметила Фелис.

Но Эйден отмахнулся и от этого.

– Да, я знал, что меня вырубят... Просто захотелось узнать свои пределы. Когда ещё доведётся?

Джо поставил чашку на стол, так и не допив чай.

Теперь к расспросам перешёл Сэм:

– И каково твое первое впечатление о Рубильнике?

– Рубильнике? – непонимающе спросил Джо.

– Профессор Конрад, – с неизменной улыбкой на лице пояснил Эйден и продолжил: – Малоприятно... Словно кто-то хорошенько треснул по башке, а потом сунул в холодную воду. Танда сказала, я ещё быстро отошёл. Но это и понятно, у меня только психологическая связь со способностью, её отсутствие физически никак на меня не влияет. Не так, как у Джо.

Все понимающе закивали, а Джо сдвинул брови. И снова ему пришлось переспрашивать:

– А как у меня?

– Ну, – Эйден потянулся к чашке, из которой пил Джо, и громко отхлебнул. Лишь после этого он, поставив чашку на стол, продолжил: – У тебя падает кровяное давление, кровоток замедляется. Танда сказала, поэтому ты так долго отходил – кровообращение не может нормально запуститься, когда ты без способности.

– В смысле?

Джо пытался, чтобы его голос звучал ровно и спокойно, и всё же он чуть не сорвался.

– Тебе разве не говорили? – Эйден потрепал себя за волосы, оглядел сидящих вокруг в поисках поддержки, но никто не ответил, и ему пришлось отвечать самому: – Ты, как бы сказать... Буквально гоняешь кровь по телу с помощью своей способности. Телекинезом, что ли... Я не очень понял. Но именно из-за этого у тебя кровообращение нарушается, когда тебя вырубает Рубильник.

На несколько секунд повисла гробовая тишина. Джо слышал, как в ушах стучит пульс. Стоило ему подумать о сказанном, как шрамы тут же заболели и начали зудеть, по коже побежали мурашки, захотелось снять перчатку, разрезать шрамы и выпустить такую чужую кровь.

Джо резко встал.

– Простите, – пробормотал он, рассеянно оглядываясь. – Я, пожалуй, пойду. Я устал.

Порядком обеспокоенный Эйден уже тоже было вскочил, но Джо взмахом руки остановил его и попросил не провожать – ему нужно было обдумать услышанное и как следует отдохнуть.

Его молча провожали взглядами. Но даже когда дверь в библиотеку закрылась, никто не осмелился заговорить сразу. Лишь спустя какое-то время Рон предложил сходить за горячим чаем, и все согласно закивали.

Когда они остались втроём, тишина продержалась ещё сколько-то. Эйден разрывался между желанием побежать вслед за Джо и необходимостью уважать его личное пространство, как тот просил. Но определиться он так и не смог, поэтому просто сидел и глядел то в чашку перед собой, то на дверь.

Первым тишину прервал Сэм:

– Мои поздравления, – он горько усмехнулся. – Теперь ты его ещё сильнее напугал.

– Я не... – Эйден обеспокоенно уставился в просвет между книжных шкафов, где минутой ранее скрылся Джо. – Я не хотел его пугать... – В поисках поддержки он глянул на Фелис. – Сэм ведь шутит, да?

Но девушка нахмурилась, сморщила нос и, покрутив рукой, скучающе протянула:

– Ну-у-у, смотря что считать страхом... Моря он точно испугался. Там был такой спектр эмоций, что мне пришлось их игнорировать. – Она отпила чай и, едва подняв бровь, добавила: – Зато точно знаю, что прикосновения вызывают у него отвращение. Так что подумай, прежде чем в следующий раз лезть к нему, – Фелис кивнула на пустое место, где до этого сидел Джо. – И садиться так близко.

Эйден непонимающе покосился на промятую подушку дивана, отказываясь верить в услышанное.

– Всё так плохо?

Но девушка лишь пожала плечами. Вместо неё ответил Сэм:

– После того, что Фелис ему тут наговорила, – точно плохо, – заметив вопросительный взгляд Эйдена, Сэм пояснил: – Расписала в подробностях все ужасы твоей способности. – Его лицо оставалось непроницательным, хотя Эйден мог поспорить, что Сэм еле сдерживается, чтобы не усмехнуться.

– Зачем? – Эйден, с трудом сдерживая обиду, снова перевёл взгляд на девушку.

– Чтобы он знал, с чем имеет дело, – Фелис раздражённо покачала головой. – Скажи спасибо, что не стала рассказывать, что может случиться с человеком, которому на голову свалится такой водный купол. После такого даже Танда собрать человека обратно не сможет.

– Ну спасибо, – процедил Эйден.

– Да ладно тебе, – вступил Сэм, – зачем ты так сюсюкаешься с ним? Фелис права. Джо ведь выпустили на практику, он должен быть готов. Профессор Эрдман и так скачет вокруг него. Да, она просила быть с ним сдержаннее и осторожнее, но ты уж как-то слишком увлёкся...

По спине Эйдена прокатилась ледяная волна, заставив его дёрнуть плечом.

– Что ты имеешь в виду?

И снова собиралась ответить Фелис, отчего у Эйдена появилось ощущение, что эти двое заодно.

– Что ты увлёкся, – повторила она. – Носишься с ним, как с ребёнком. Столько эмоций испытываешь, что тошно на тебя смотреть, – Фелис мельком глянула на намеревающегося возразить Эйдена и уточнила: – Ну, смотреть, как ты башку ради него разбиваешь, а ему плевать.

– Фелис, ну что же ты так в лоб... – вступился Сэм, хотя по его лицу Эйден с трудом мог сказать, что сделано это было искренне.

– Ладно, – Фелис примирительно улыбнулась всё ещё хмурому Эйдену, – не как с ребёнком... Как со своим ровесником! – Она взяла прядь своих рыжих волос и задумчиво накрутила её на палец, отведя взгляд. – А если отрастишь волосы, как у Джо, и сделаешь хвостик, то вы будете прям две сестрички-близняшки...

Фелис усмехнулась себе под нос и вальяжно закинула ногу на ногу, а Эйден резко встал с дивана. Он хотел было сказать что-то обидное в ответ, но ничего не придумал, поэтому молча развернулся и ушёл, не обращая внимания на извинения Сэма.

Эйден сам не понял, что именно его так задело. Наверное, он в последнее время слишком много нервничал по любому поводу. Всё-таки общение с Джо и Каролиной действительно давалось ему непросто, хоть Эйден и пытался это отрицать. У него ещё никогда не получалось наладить с кем-то такие близкие отношения, вечно что-то мешало или шло не так.

От обиды и злости на самого себя у Эйдена навернулись слёзы. Это лишь усилило ненависть к себе. Эйден яростно смахнул их, свободной рукой толкнул дверь библиотеки и чуть не сбил с ног Рона с чайником кипятка.

– Эйден, куда... – но увидев раскрасневшееся лицо, Рон тут же осёкся. – Что они уже успели наговорить?

– Всё в порядке, – Эйден отвернулся, избегая встречаться с Роном взглядом. – Видимо, я не в себе после Рубильника. Пойду отдохну. Спасибо, что всех позвал...

– Чёрт, – Рон перехватил чайник поудобнее. – Опять из-за Джо?

– Достали, – процедил сквозь зубы Эйден. – Почему из них постоянно только дурь прёт? – Он сжал руки в кулаки и сунул их в карманы. – В лицо, значит, они ему ничего не говорят, а за спиной – пожалуйста...

– Ты же знаешь, – устало протянул Рон, перебирая пальцами ручку чайника, – Фелис терпеть не может эмоциональных людей, а тут ей ещё запретили как-то высказываться о Джо, ей словно показали красную тряпку и запретили на неё смотреть. А Сэм... Просто втюрился в Фелис, вот и не может ей возражать.

– Они ничего не понимают, – упрямо продолжил Эйден. – Они не видят, как Джо по ночам не спит, что уходит надолго в ванную и может не выходить оттуда часами. Он забывает закрывать дверь даже когда идёт в душ и даже не замечает этого. А иногда я замечаю, как он стоит перед зеркалом и рассматривает свои ладони. Это ненормально... Я постоянно думаю, как бы он не наделал глупостей...

– У него адаптационный период, – неуверенно протянул Рон. – Правда, в довольно позднем возрасте... Наверное, именно поэтому он так тяжело у него проходит. Сейчас Джо пытается ужиться со способностью, это нормально. Главное, чтобы было как можно меньше раздражающих внешних факторов.

– Сегодня этот урод с ничего наговорил им... – при воспоминании об этом в груди Эйдена снова разгорелась злость. – Он сказал это прямо при Кэрол! Всесоздатели... Ей только шесть! Она не должна такое слышать! Да никто не должен такого слышать!

– Эйден, – Рон осторожно положил руку на плечо друга, пытаясь успокоить, – иди отдохни...

– Если бы Джо не среагировал первым, я бы тоже ему вмазал... Но я не могу ударить Фелис... – Эйден обессилено схватился за волосы. Те действительно успели отрасти, и теперь это было проще простого.

– Ты говорил с профессором Эрдман? – голос Рона продолжал звучать ровно, тихо и спокойно. Он действовал как колыбельная, успокаивал и убаюкивал.

– Я как-то не... не получилось, – Эйден тяжело выдохнул, расслабил руки и потёр слипающиеся глаза. – Надо бы...

– Давай я скажу, а ты иди спать.

Но Эйден никак не мог успокоиться. Он опустил руки, уткнулся взглядом в пол и, уже и сам не понимая, о чём говорит, пробурчал себе под нос:

– Моя мама говорит: «Не все водники – отбитые. Отбитые люди есть везде. Правда, большую их часть составляют водники...» Чёрт, – Эйден нервно засмеялся, – кажется, я начинаю понимать, что она имела в виду.

– Главное, ты держись, – Рон тепло улыбнулся. – Иди спать.

– Да, – больше не в силах сопротивляться усталости, согласился Эйден. – Спасибо.

Эйден снова потёр глаза, с трудом сдержал зевок и поплёлся по коридору в сторону своей комнаты. Рон проводил его взглядом, пока тот не скрылся за поворотом на лестницу.

В училище всем было хорошо известно, что каждый новый ученик приносил сюда капельку тревожности и немного безумия. Сложно было сохранить спокойствие и адекватность, когда каждый второй ученик мог навредить себе, а каждый пятый – всему училищу. И Рон успел повидать достаточно нервных историй. Хотя история Джо была первой, которая встревожила училище так сильно.