Имя на Двоих

Прошло три месяца с момента, как дом Кастелло стал вдвое громче и в сто раз светлее.
Два мальчика — Леонардо и Элио — изменили всё.

Где раньше звучали лишь команды, переговоры и звон бокалов — теперь раздавались детские крики, смех, шорох пелёнок, и самый дорогой в этом доме звук — сонное посапывание двух наследников.

Рафаэль был погружён в отцовство с той же страстью, с какой раньше он вёл дела.
Он вставал по ночам, кормил, держал, носил на руках, не доверяя даже няням.

— Они ещё слишком маленькие, чтобы видеть кого-то, кроме тебя, меня и неба, — говорил он Ванессе, когда кто-то из семьи пытался взять мальчиков слишком надолго.

⸻

В этот день в доме Кастелло готовились к крестинам.
Семья собиралась в полном составе.

Лука сдержанно выбирал крестных — из числа самых преданных.
София настояла на домашнем обряде, без прессы и чужих глаз.

— Пусть святые слышат их имена в тишине, — сказала она. —
Громкие фамилии не требуют громких церемоний.

Ванесса была в молочном платье, с кружевным шарфом на плечах.
В волосах — заколка, которую когда-то София получила от Луки в день рождения Рафаэля.
Это было символично.
— Теперь это твоё, — сказала София. — Пусть передаётся от матери к матери.

Рафаэль держал Леонардо.
Лия — Элио.
Она смеялась, глядя на малыша, и приговаривала:

— Этот будет бунтарём. Я уже вижу. Смотри, как дерзко смотрит.

Рафаэль усмехнулся:
— Потому что на тебя смотрит.

Лия не отреагировала сразу.
А потом тихо добавила:

— У него мой нрав. Но это не делает его слабым.
Иногда бунт — единственный путь к свободе.

Он посмотрел на сестру внимательнее.
Её взгляд был глубоким.
Слишком взрослым.

⸻

После обряда все собрались за столом в саду.
На фоне играл живой квартет.
Цветы. Ткань. Белые бокалы с вином.
Всё — красиво и просто. По-семейному.

София подняла бокал:

— Мы — семья.
И сегодня мы благословляем тех, кто будет носить эту фамилию.
С гордостью.
С честью.
С любовью.
Леонардо. Элио.
Да будет ваша жизнь сильной.
А вы — достойными.

Рафаэль поцеловал Ванессу в висок.
— Мы сделали это.
— И сделаем ещё больше.

⸻

Вечером, когда все разошлись, Ванесса поднялась в детскую.
Рафаэль пошёл за ней.

Они молча наблюдали, как их сыновья спят.
Элио держал брата за рукав.
Леонардо хмурился даже во сне.

— Я уже не знаю, как жил без них, — прошептал Рафаэль.
— Как будто никогда не было времени "до".

— А теперь будет "всегда".

Он обнял её за плечи.
Они стояли долго.
Пока в дверях не появилась Лия.

— Можно?

— Конечно.

Она подошла к кроваткам.
Погладила младенцев по головам.
Смотрела на них долго.
Молча.

— Ты будешь им самой любимой тётей, — сказала Ванесса.

Лия улыбнулась.

— Я рада за вас. Правда.
Но у меня другой путь.

Рафаэль прищурился.

— И какой же?

Она посмотрела на него — спокойно, зрело.

— Мой.
Я не хочу жить в чьей-то тени.
Я больше не девочка, Рафаэль.
И не младшая сестра.
Я — Кастелло.
Но своя.

София появилась в дверях и, услышав последние слова, только кивнула.

— Тогда будь готова.
Путь Кастелло — всегда с испытаниями.
Но я верю — ты пройдёшь.

И Лия ответила не улыбкой, не поклоном, не жестом.

Она сказала:

— Тогда я начну уже завтра.