3 часть
— Пройдемся по списку, — Ева уткнулась в экран монитора и называла каждого по очереди. Ее голос теперь не был расслабленным, наоборот, строгим и твердым. Смешно и странно одновременно, что никто до сих пор ничего не сказал. В классе стояла гробовая тишина, которую никто так и не нарушил.
Даже на первый взгляд новая учительница выглядела строго. Черные брюки с ремнем того же цвета, белая рубашка с расстегнутой верхней пуговицей, а на груди красовалась подвеска в виде маленького золотого круга, что-то похожее на монетку. На носу были очки с тонкой оправой, которые подчеркивали зеленые глаза Евы. Губы были алыми, и только в этот момент Эш заметила их припухлость.
— Эшлин Блэкфорд? — девушка оживилась, услышав свое имя. Ева пилила Эш взглядом, ожидая, пока та ответит.
— Здесь, — брюнетка постаралась сделать самый сухой и уверенный голос, который только могла.
Их взгляды на миг снова скрестились в немой… Перепалке? Или Ева кидала намеки и сигналы о том, что стоит готовиться к ее выкидонам? Может Эшли и не так давно и хорошо знала новую учительницу, но, как правило, люди такого же типа, как и она, любят играть.
— Хорошо. Все на месте, — пробормотала Ева и обратила свое внимание на класс. — Давайте проверим ваши знания испанского. Я устрою небольшую самостоятельную для того, чтобы знать, с чем мне работать.
Класс недовольно отозвался на такое заявление, но тут же утих, когда Ева смирила каждого ученика взглядом.
— Нет, вот теперь мы встряли, — прошептала Селеста Адену и Эшлин, но та опять не обратила на них внимание.
Самостоятельную все писали с божьей помощью или другими средствами, которые могли относиться к потустороннему. Телефоны сдали, а задания, которых никто никогда не видел, писались наугад.
Прозвенел звонок, и один за другим начали сдавать листки, но Эшлин сидела до последнего, пытаясь как-то выйти из ситуации. Хоть какие-то уроки она должна была помнить.
— Эш, сдавай, — спокойной сказала Ева. Эшлин подняла голову и увидела, что осталась один на один с мисс Мортем. Стало даже немного неловко, но брюнетка загнала это чувство очень далеко. Девушка поднялась со своего места и отдала свой листок прямо в руки Евы. Она сразу же взглянула на написанные там ответы. Эшлин засмотрелась на эти сменявшиеся эмоции, но вовремя себя отдернула и вернулась собирать свои вещи.
Ева заговорила снова только тогда, когда Эшлин почти вышла из класса.
— Не волнуйся, то, что было между нами за пределами школы, останется за ее пределами, — блондинка присела на край своего стола, внимательно следя за реакцией ученицы.
— Мне волноваться не о чем. Да и что было? Пара неудачных встреч? — усмехнулась Эш, но взгляд ее странно потемнел, что не ускользнуло от зеленых глаз.
— И все же.
— Это не мне стоит бояться, а вам.
— С чего это? — бровь Еву поднялась, а глаза теперь были с легким прищуром.
— Узнаете.
Прошло еще два урока, и на большой перемене Эшлин решилась расположиться на ступеньках рядом со своими знакомыми. Там же присутствовала и Камила. Девушка сразу подсела ближе к Блэкфорд, и положила руку рядом, будто случайно касаясь ее. Эш никак на это не отреагировала. Она не спешила отдернуть руку, но и оставаться так было крайне неприятно. Эшлин взглянула на Камилу, которая улыбалась от какой-то шутки, но на самом деле причиной улыбки была эта маленькая близость.
Неподалеку появилась Ева, которая пыталась найти нужный ей кабинет. Она осмотрелась по сторонам и наткнулась на небольшую компанию учениц, которая на первый взгляд никого бы не привлекла, но не Еву. Точнее, если бы там не было Эш, она бы даже не стала засматриваться. Ее взгляд упал на касающееся друг друга руки и безразличную к этому всему девушку.
Но как только Эшлин заметила блондинку, которая ухмылялась такому зрелищу, сразу взяла Камилу за руку. Та даже опешила от непонимания, но Блэкфорд предпочла вообще не заострять на этом внимания.
Ева ушла. Камила покраснела. А Эшлин стало противно от самой себя.
Уроки закончились, но перед тем, как отправиться домой, Эшлин зашла в свое укромное место и достала сигареты и прикурила одну зажигалкой. Едкий, но очень нужный для Эш дым проник в легкие, а потом исчез небольшим облачком дыма в воздухе.
— Я думала, у вас тут все строго, — Эш спокойно повернулась на уже знакомый и немного раздражающий ее голос.
— Чего ты хочешь? — процедила та, поворачиваясь назад.
— Не боишься, что сдам? — Ева прислонилась плечом к спине, не боясь испачкаться. Она прожигала спину Эшли насквозь, но та якобы этого не чувствовала.
— Делай, что хочешь, — брюнетка улыбнулась, на такой маленький намек угрозы. Кто ей мог что-то сделать. Учителей она давно купила, до тети никогда в жизни не донесли бы и не донесут.
— Смелая, trozo de hielo.
— Перестань меня так называть.
— Так ты все-таки понимаешь, — Ева подошла к Эш, стуча каблуками. — Так что же ты тогда так долго писала?
— Я же тебе не переводчик. Знаю пару фраз, — закатила глаза она. Напряженные до этого плечи наконец расслабились, несмотря на присутствие посторонних.
— И вправду trozo de hielo.
— Ой, иди уже. Или тебе что-то надо?
— Я вижу, что у тебя есть потенциал к языку. Если не захочешь сама его учить, то я заставлю тебя.
— Угрожающе, — посмеялась Эшлин и кинула сигарету на пол. Таких окурков была бы уже куча, если бы не уборщики, которые любезно все подчищали. — Но вряд ли вы сможете меня заставить что-то сделать, мисс Мортем. И держите дистанцию, а то мало ли кто нас увидит.
Ева как-то странно посмотрела на девушку. Долгий и тягучий взгляд, который Эшлин не поняла.
— Не волнуйся, я знаю, что делаю, — ответила блондинка ледяным голосом.
— Надеюсь.
Вернулась Эшлин домой без сил и какого-либо желания что-то делать. Вещи полетели в одну сторону, сама девушка в противоположную от них, то есть в кровать. Какое-то время она просто получала удовольствие от того, как приятно расслабляются мышцы тела и избавляются от напряжения. Кровать была прохладной и мягкой как никогда. Глаза закрылись сами по себе.
«Кто-то вел ее по лестнице. Эш не видела лица парня или мужчины, который был рядом. В какой-то момент музыка и все посторонние звуки ушли на второй план. Тело совсем не слушалось, глаза закрывались, а саму Эшлин мутило. Ее уложили на кровать, и, казалось, все хорошо, пока холодные шершавые руки не коснулись ее оголенного бедра, переползая к внутренней его части. Он оттянул часть нижнего белья и собирался прикоснуться, пока в лицо ему не прилетел кулак. Эшлин встала, хоть и шаталась. Она побежала в сторону двери, которая, как оказалась, была закрыта. Бежать было некуда, она бы не смогла даже физически этого сделать. Эш ничего толком не видела, все расплывалось. Ее чем-то опоили. Почему-то она поняла это только сейчас.
Сильный толчок.
Она упала на что-то твердое с такой силой, что сломала эту вещь, на который теперь лежала. Стол? Было похоже на него. Плечо отозвалось резкой мучительной болью, а вместе с этим и низ шеи. Ключица.
Как же было больно…
Но Эш узнала, что такое настоящая боль, когда до нее дотронулся тот мужчина или парень. Ту боль было невозможно забыть»
Девушка вздрогнула, когда проснулась. По телу лилась боль, много боли. Дрожащая Эш проснулась в холодном поту. Она дошла до раковины и плеснула себе воды. В зеркале отражалось уставшее бледное лицо, которое обычно было замаскировано гримом.
— Таблетки, — прошептала Эшли, судорожно ища их. Шкафчики один за одним открывались и захлопывались. — Где они?..
В голове мелькнул ответ на вопрос.
Сумка.
Эшлин рванула обратно в спальню и буквально вывернула сумку наизнанку. Пузырек таблеток выпал на кровать. Эш сразу же схватила его и вытряхнула себе две штуки на ладонь. К счастью, в комнате была вода, которой все это было запито.
Холодно.
Эшлин накинула на себя толстовку и взглянула в окно. Было уже темно. Девушка посмотрела на часы. Полвосьмого. Не так поздно, чтобы сходить и подышать свежим воздухом. Эш кинула в карман пачку сигарет, а таблетки припрятала в тумбочку.
Спустившись, Эш увидела, что тетя, Селеста и Аден уже ужинают.
— Эш, ты как раз вовремя. Садись, — Джорджия жестом приказала домработнице принести еще одну тарелку и приборы, но Эшлин остановила ее.
— Нет, спасибо. Я пойду с Гермесом погуляю.
— Хорошо. Но потом поешь, ты слишком сильно похудела.
— У тебя все хорошо? — спросил Аден, смотря на правую руку сестры. Эш и сама не поняла к чему он, пока не осознала, что она трясется. Брюнетка засунула руки в карманы уже надетой куртки.
— Да, все хорошо.
— Будь осторожна, — промолвила Селеста с тем же сочувствующим взглядом, от которого Эш стало еще хуже.
Погода было достаточно теплой для вечера ноября. Листья под ногами тихо шуршали и избавляли Эш от тишины. Пес где-то бегал и резвился, иногда он подбегал к девушке и отдавал ей в руки палки или еще какой-нибудь мусор.
Сама Эш чувствовала себя крайне разбито и устало, хоть и спала перед этим несколько часов. Девушка присела на ближайшую лавочку и закурила сигарету. В последнее время она делала это слишком часто. Бывало, что в голову приходили мысли о том, чтобы бросить, но позже отмахивалась от них, ведь Эшли осознавала, что сигареты - это одна из немногих вещей, которые еще держали хоть какое-то равновесие в ее жизни.
Боль можно было глушить едким дымом, пустоту и все остальные отрицательные чувства прогонялись точно так же. Эш и не знала, что могла с собой сделать. Резаться? Тогда бы она доказала себе, что с ней точно что-то не так, но Блэкфорд признавать этого не собиралась. Все остальные варианты так же отметались. Вариант оставался все так же неизменен.
Эш не могла ничего с собой поделать. Казалось, что никаких выходов больше нет.
Безысходность - вот что она испытывала. Она не могла избавиться от прошлого. Таблеток. Вредных привычек. Но и к психологу она обратиться не могла, тогда бы стало все сложнее.
Сигарета постепенно тлела, нервы немного успокоились, но это не было сравнимо с тем, что бушевало внутри Эшлин до сих пор.
Девушка подняла голову вверх и вдохнула полной грудью свежий воздух. Эш прикрыла глаза и призадумалась, но ее отвлек собачий лай. Обратив на животное внимание, Эш поняла, что перед ней не Гермес. Это был золотистый ретривер. Светлый и, кажется, еще более активный, чем сам доберман, который был уже рядом с Эшлин.
— Барни, иди сюда! — женский и мелодичный голос прозвучал в паре метров от девушки. Она взглянула на предполагаемую хозяйку и удивилась.
Ева, возможно, тоже удивилась, но не показала этого. Блондинка подошла медленной походкой к Эш. Первое, что привлекло ее внимание - это Гермес, который уселся рядом с Эшлин и внимательно смотрел то на ретвивера, то на Еву.
— Тебя сегодня слишком много в моем дне.
— Прости, — усмехнулась зеленоглазая. Эш кивнула ей на место рядом с ней, а Ева, послушав ту, присела рядом.
Животные уже убежали играть и знакомиться, пока хозяйки молча за этим наблюдали.
— Не зря говорят, что хозяева и питомцы похожи.
Эш хотела возразить и сказать, что она не хозяйка Гермеса, но промолчала, ведь фактически она проводила с ним больше всего времени, и так ее назвать можно было.
— Чем же мы похожи?..
Ева ничего на это не ответила, но Эшлин не нуждалась в ответе.
Гермес был черным и большим псом, которого боялись почти все, кто его встречал впервые. Грозный пес, который якобы был готов наброситься на любого, но на самом деле в душе он был маленьким и игривым щенком, который нуждался в ласке. Но позволять себе резви́ться он мог только с Эшлин. Гермеса дрессировали и учили осторожничать со всеми, быть послушным рядом с домработниками, которые его выгуливали, когда Эш или другие не успевали. Но ведь он был добрым… Просто обстоятельства вынудили его быть не тем псом, которым он является на самом деле. И только Эш позволяла ему не притворяться.
Так же было и с людьми.
Обстоятельства всегда вынуждают их не быть собой. Быть бесчувственнее, строже, злее. Ситуации разные, но суть всего одна.
В жизни всегда появляется человек, который даёт тебе почувствовать тебя собой и не осуждает. Возможно потому Эшлин потерялась? У нее никого не было. Иногда было одиноко и пусто, а вместе с этим наступал холод, который забирался в самые теплые уголки души.
— Всем, — Эш уже и не ждала ответа, когда он прозвучал. На миг ей показалось, что Ева прочитала ее мысли.
— Вы тоже похожи.
— Да? — блондинка повернулась к девушке и улыбнулась. Искренне, расслабленно и нежно. Внутри Эшли что-то екнуло. Это не походило на симпатию. Просто какая-то неожиданность узнать то, чего не думала узнавать и видеть. Эш слабо улыбнулась в ответ. И сама удивилась тому, что это было искренне.
— Кажется, они подружились, — прокомментировала Эшлин, прерывая зрительный контакт с Евой.
— Да они прям дополнение друг друга, — подхватила блондинка, смотря на то, как собаки бегают друг от друга, — А ты почему тут?
— Ответ вроде очевиден. Гуляю с собакой.
— Мне казалось, что у вас есть, с кем ему гулять.
Эшлин резко поняла всю суть вопроса. А что она здесь делала? Пыталась убежать от кошмаров, наверное. Забыться.
— Не знаю. Устала. Мне захотелось побыть одной.
— Видимо, я порушила все твои планы. Не зря ты меня недолюбливаешь. Я злодейка, — саркастично проговорила Ева, но Эш задумалась над ее словами.
— Может ты меня и подбешиваешь. Но недолюбливаю? Пока не могу сказать. Может, через несколько месяцев мы станем подружками, а, может, возненавидим друг друга. Этого никто не знает.
Ева долго смотрела в глаза Эшли с полной серьёзностью, впитывая каждое слово. Она переваривала сказанное девушкой, но слишком долго она это делала, пока Эш не поняла, что у Евы в голове свои мысли насчет нее.
— Увидим, — достаточно разговорчивая Ева ответила сухо и кратко, чем немного смутила Блэкфорд.
— Мне пора. Поздно уже, — Эш поднялась со скамейки, подозвала Гермеса.
— Да, мы тоже уже идём, — Ева сделала то же самое.
— Увидимся завтра.
— Да, — блондинка ненадолго засмотрелась на свою ученицу, но тут же отдёрнула себя, уходя в противоположную сторону от Эшлин.
Эш сидела в машине и почему-то не решалась выходить из нее. Тихая музыка играла на фоне. Больше ей ничего не нужно было.
Телефон завибрировал от входящего сообщения. Девушка вытащила его из кармана. Неизвестный номер. Эш нахмурилась, но всё равно нажала на сообщение. И лучше бы она этого не делала…
Ее фотографии, сделанные со стороны за всю неделю.
На какой-то она входила в школу, на другой курила в своем месте, шла в спортзал, стояла в доме Габриэля и говорила с Евой, а от последней сердце и вовсе забилось чаще. Она сидела парке тоже со своей новой учительницей.
Значит, была сделана недавно.
За ней следили все это время.
Пришло еще одно сообщение, и руки снова затряслись.
— Я близко, и ты даже не подозреваешь, насколько.