Узники времени

Когда я училась в старшей школе, учитель английского вечно занижал мне оценки за мои сочинения. Дело не в том, что я не грамотная, не соблюдаю смысл, а в том, что работы выходили на три и более листа. Я никогда не укладывалась во время, приходилось оставаться после уроков, чтобы дописать свои мысли и довести их до кульминации. Мама думала, что я ее обманываю, мол, гуляю с друзьями после школы, а не занимаюсь домашкой. А объяснения мои были в никуда, потому что она знала каждый неуд за каждое сочинение.

«Лорелин, ты должна думать об учебе, а не о своих друзьях!» - так начинался разговор с моей мамой после каждого урока английского.

Я любила своего учителя, он говорил, что во мне есть писательский талант, вот только, на экзамене мне не зачтут его, учитывая, что я выйду за рамки положенных слов, превысив их раз в десять уж точно. Я прекрасно это понимала, но я обожала писать, даже больше, чем читать. Именно поэтому с подросткового возраста я обзавелась мечтой стать писателем. Начала с маленьких рассказов, стихов, пыталась и романы, и детективы, и тому подобное. Потом давала прочитать родителям, они гордились мной и были только за, чтобы я поступала на журналиста, правда, это не совсем то, чего я хотела, но все же...

Рождение моего брата. Жизнь поделилась на до и после. Ощущение, будто у меня родился ребенок, а не у моих родителей, потому что большая часть ответственности легла на меня. Мама перестала читать мои творения. Папа проводил много времени на работе. Все, что мне оставалось - погрузиться в учебу. Школа, забрать Фила из садика, отвезти на футбол, прийти домой, сделать уроки, убрать комнату, забрать Фила, накормить его, помочь ему с домашкой, встретить маму с магазина, погулять с собакой - вот таков был мой день.
Глоток свежего воздуха удалось получить только когда я поступила в институт. С того дня началась самая счастливая пора в моей жизни. У меня появились друзья, не те, что были в школе, с которыми нас связывала в основном учеба, а самые настоящие. Появились отношения. Его зовут Мартин. Он самый добрый человек из тех, кого я могла знать. Возможно, он не самый привлекательный, не самый высокий и не самый умный, зато он понимающий, любящий и заботливый. С ним приятно разговаривать, Марти найдет со мной общий язык в любой теме, всегда выслушает и не осудит, не будет спорить и примет любое мое мнение и решение. За это я люблю его до безумия. Совсем скоро у нас годовщина, почти три года мы вместе. Время пролетело незаметно, мне остался последний курс, самый страшный, ведь придется писать диплом, чего я не очень хочу делать. И пока я сижу и пытаюсь выбрать подарок своему возлюбленному, я даже не подозреваю о том, что случится со мной в ближайшее время.

***

Вечер воскресенья, последние часы, когда можно насладиться так называемой свободой. Следующая неделя пройдёт туго, учитывая, что мне исполняется двадцать один. Я до сих пор чувствую себя на шестнадцать и боюсь покупать алкоголь. Если кто увидит мой паспорт и две тысячи второй год рождения, то точно подумают, что подделала. Поэтому меня всегда выручала Стефани, моя подруга, высокая крашеная из русого блондинка, с зелено-голубыми глазами и жизнерадостной манерой общения. Она бесстрашная, с ней иногда бывает опасно, но весело. Кстати, сейчас она звонит мне.

- Енот! Енот! Красный Енот! - заорала она в трубку. Эта фраза означала, что произошло что-то невероятное, и нужно поделится этим со мной.
- Слушаю, - ответила я, закидывая ноги на стол, развалившись в кресле.
- Лукас ходил на свидание, не говорит с кем!
Лукас - наш общий друг. Он учится на историческом факультете, мы считаем его не традиционной ориентации, но он это хорошо скрывает.
- Да что ты! - воскликнула я. - Откуда узнала?
- Он сказал. Я его немного довела, потому что он опять без спроса взял мою футболку. Вот надо ему к женским вещам прикопаться? Так я и ляпнула, что он перед парнем своим красуется в моих вещах. И после он ушел, написал, что с девушкой, будет поздно. Я уверена, что он врет.

Стефани и Лукас живут в одной комнате в общежитии. Раньше с ними жила я, но в прошлом году съехала.

- Я тоже так думаю, - после мы замолчали, секундная пауза прервалась жестким смехом, что еле сдерживался.
- Боже, ну Лука и девушки - не совместимое.
- Ну три года скрывать от нас девушку? Странно. А вот парня наверняка, чтобы не засмеяли. Хотя вообще-то, мне все равно. Даже прикольно иметь такого друга.
- Ага, - вздохнула Стеф, - Кстати, чем занимаешься?
- Выбираю подарок Мартину, но что-то, - щелкнула я на объявление с часами, - все что-то не то...
- Боже, - подруга явно занервничала при упоминании моего парня. Она его не особо любила, считала его мямлей. - Опять часы подаришь? Сколько у него их уже? Тебе бы лучше купил новые, а то ходишь со своими разбитыми, уже не видно где большая, где маленькая стрелка.
- Стеф, - я постаралась остудить ее пыл, - Мне не нужны от него дорогие подарки.
- Ага, зато цветочки полевые или из бумажек нужны, - перебила блондинка.
Я тяжело вздохнула, понимая, что мне и вправду надоели эти бумажные цветы а-ля оригами.
- Мне важно, что он помнит о нашем дне. Это самое главное, подарки на втором плане.
- Я посмотрю, что он тебе завтра подарит, и сильно посмеюсь.
- Хорошо, - улыбнулась я.

Из коридора послышался звук. Я отключила звонок, закрыла крышку ноутбука и побежала к входной двери. Марти работал на выходных официантом в ресторане. Ему давали неплохие чаевые, но этого не хватало на роскошную жизнь. Мы решили с ним снимать отдельную квартиру, чтобы не жить в общежитии. Я выкладывала свои статьи, за что получала немного денег, могла сама оплатить такси, проезд, купить поесть, да и то не всегда.

- Как дела? - спросил он, захлопывая дверь.
- Хорошо. - кивнула я. Марти был не в настроении, он не поцеловал меня, сухо спросил о моих делах, на автомате. - Тяжелый день?
- Не то слово, завтра опять придется заменять Дилана.

Дилан меня раздражал. Он постоянно выдумывал себе неизлечимые болезни, чтобы не ходить на работу, а на самом деле шлялся по барам с первыми встречными. Хоть я и не знакома с ним лично, в голове вырисовался его точный образ.

- Завтра? - спросила я с намеком о нашем празднике.
- Да, - Мартин устало выдохнул и отдал мне пакет, - Сегодня был корпоратив у какой-то компании, ухватил твой любимый салат.

Надеюсь, его никто не подъел. Я молча взяла вещи и ушла на кухню, где сидела пару минут назад. Марти отправился спать, сославшись на ранний завтрашний подъем. Я плюхнулась обратно в кресло и задумалась, насколько моя жизнь стала скучной. На первом курсе было все в новинку, из-за чего хотелось жить. Я думала, что закончу университет, получу диплом, устроюсь на крутую работу, начну писать статьи, что будут публиковаться популярными кампаниями, попутно буду писать книги, стану известной, уеду за границу, куплю яхту, выйду замуж за миллионера и тому подобное. Мои мечты разбились о рамки реальности, где я ничего из себя не представляю. Процент, что мои работы будут или хотя бы начнут читать составлял одну десятую из миллиарда. То, что я делаю сейчас, финансирует мой институт. Это тот еще экспириенс выжить на десять - пятнадцать долларов в месяц.

Становится невыносимо грустно, когда вникаю в детали и в общем задумываюсь о смысле жизни. Особенно, после недавнего случая с моим братом. Полгода назад у Филиппа был весенний матч на открытом поле. У него с самого детства была аллергия на пыльцу, цветение; мама пичкала его таблетками. Но после матча ему стало очень плохо, он начал задыхаться и потерял сознание. Фила успели довезти до больницы, где поставили астму. С тех пор, весь бюджет уходит на его лечение. В школе стали над ним насмехаться, а ведь ему всего одиннадцать, конечно, он очень расстроился. Мало того, что родители переживают не самое лучшее время, в плане заработка, ведь моему отцу пришлось сменить работу, так ещё и подавленное моральное состояние Филиппа. Каждый раз, когда я приезжаю домой, в Нейпервилл, мне хочется рыдать, ведь десять лет назад, здесь, около моего дома на этом бордюре сидела маленькая я со своей соседкой Лесли и мечтала о взрослой жизни. Она хотела стать актрисой, а я писательницей. Лесли говорила, что обязательно сыграет одну из главных ролей моего романа. Я посмеялась над ней, сказала, никудышная из нее актриса, она ответила тем же, что мои книги никто не будет читать. И это было бы смешно, если бы не было правдой. Она так и не стала актрисой. Ее не взяли в театральный, она провалила вступительные и ушла в педагогический. Собственно, я оказалась немного ближе к своей мечте, даже переехала в Чикаго, но все равно не то. Изредка я встречаю ее в родном городе, когда она идет с остановки домой. Мы обмениваемся истерически печальными взглядами, мол:

- Никудышная из тебя писательница.

- А из тебя актриса.

После выходных или каникул, как это бывает обычно вечер воскресения , я вижу лицо своей матери, которая работает днями и ночами, и то и дело сейчас расплачется. Я перестала ей говорить о своих проблемах, не хочу ее расстраивать и разочаровывать. Поэтому стараюсь редко приезжать, тяжело приходится. Отец сутками на работе пропадает, так что и с ним не поговоришь.

В общем, с такими мыслями я уснула прямо в кресле. Мартин разбудил меня утром на пары, в какой-то момент я подумала, что, если я останусь дома и никуда не пойду. Но совесть мне не позволила так сделать. Внезапно появилось чувство тревоги, будто что-то случится. Возможно, это потому, что я так и не выбрала подарок Марти.

***

В Иллинойском университете Чикаго день открытых дверей. Я отказалась помогать с мероприятием, потому что мне осточертело четвертый год подряд заниматься ерундой.
В двенадцать, то есть через сорок минут начнётся выступление декана. Я уже заметила, что толпа школьников начала собираться в актовом зале, пока мы сидели за ланчем на заднем дворе.

- Смотрите, кто идет, - шепнула Кэтти, загорелая брюнетка с голубыми глазами, моя подруга.
Это был Лукас. Он присел рядом со Стефани и уставился на нас.
- Что? - наконец спросил он.
- Как прошло твое утро не девственника? - Стефани схватила его за предплечье и заморгала кошачьими глазами.
- В смысле? - Лукас отстранился от нее, - С чего ты взяла что... - он осмотрел каждую из нас, что глупо пялились на него, - Что происходит?
- Ты вчера был с «девушкой»? - спросила Кэт, показывая пальцами кавычки.
- Вы достали со своими приколами. Не ваше дело с кем я был.

Мне очень нравился Лукас, он потрясающий друг. Он довольно манерный, одевается в яркую одежду, у него не особо короткая, но и не длинная стрижка, ему нравится красить волосы. Сейчас у него блонд с розоватым оттенком, а еще ему нравится завивать кудряшки. Он носит очки, хотя у него хорошее зрение, он говорит, что это для образа.

- Ладно, девочки, перестаньте, - сказала я, за что получила неодобрительные взгляды.
- Окей, - ответила Стеф, - Тогда перейдем к тебе. Что тебе Марти подарил ?

Я опомнилась, что совсем забыла о нашем празднике. Если я скажу, что ничего, то Стефани будет припоминать мне это как минимум недели две. А соврать, что подарил...так еще придумать надо что...

- Он... - замялась я, - Он готовит мне сюрприз.
- О как, - делая глоток колы, выразилась Кэтти.
- Ничего себе. Не в его стиле, - сказала Стеф.

Боже, как мне взбрело это в голову. Мне было стыдно, что я соврала, чтобы мой парень не опустился в глазах подруг. Он мне нравится, наверное, я должна защищать его. Но в душе остался неприятный осколок, вдруг он правда забыл.

- Пойдем лучше место займем. - Поменяв тему, сказала я.

В зале собралось действительно много людей. Мы сели почти в самом конце, рядом с одногруппниками. Мероприятие продлилось около полутора часа, было довольно скучно, пока на сцене не появился главный редактор газеты «Вечерний Иллинойс». Я с упоением слушала его, а под конец он рассказал о конкурсе, где лучшую и интересную статью учащихся на журфак опубликуют в их газете. Это был отличный шанс показать свои силы. Стеф с восторгом взглянула на меня, ведь статью можно написать с другом.
После выступления к нам подошел мистер Глейт, наш декан. Мы со Стефани были одни из лучших учеников журфака. Нас часто просили что-нибудь написать, или провести мероприятие у младших курсов, или отправляли на конкурс. Я была в предвкушении предстоящего разговора.

- Мисс Лорелин Уоллес, - ненавижу когда меня называют так официально, - И мисс Райт, - кивнул мистер Глейт Стефани, - Очень надеюсь на ваше участие, мистер Моррис был очень доволен вашими работами.

От удивления я открыла рот и взглянула на подругу. Мистер Моррис и есть главный редактор газеты, которая стоит на уровне «Чикаго трибьюн». Неужели он видел мои статьи?

- А вот и собственной персоной. - Мистер Глейт пожал руку Моррису.
- Норман Моррис. - ГЛАНЫЙ РЕДАКТОР ПРОТЯНУЛ МНЕ РУКУ.
- Лорелин Уоллес, - ответила я рукопожатием, молясь, что ладони не вспотели из-за стресса.
- Стефани Райт. - Поприветствовала Стеф.
- Я видел ваши работы на сайте Сайн Ньюс.

Я почувствовала, как к щекам приливает кровь, а сердце забилось в тысячу раз быстрее обычного. Удивительно, ему нечем было заняться, что он стал лазить по ноунеймовским сайтам, куда выкладывают по большей части бесплатные работы. Хотя, даже не столь это меня смутило, как то, что он прочитал мои статьи, надеюсь, он не платил пару долларов, чтобы увидеть мои книги.
Я посмотрела на Стеф, она сияла. Я считаю, она пишет лучше меня, мне становится стыдно, когда я сравниваю свою писанину с ее. Хотя она говорит обратное.

- Очень надеюсь, ваша работа будет чего-то стоит. Например, места в Вечерний Иллинойс, - он улыбнулся нам на прощание и вернулся к своим делам.
- О. Мой. Бог! - я отвернулась, закрывая лицо руками.
- Лора, - Стефани развернула меня к своему лицу, - Надеюсь, ты не повелась на его: «О ваша работа будет достойна места в нашей кампании»!
- Это же главный ред...
- Редактор, да! - перебила она меня. - Это не отменяет того факта, что в конкурсе участвуем не мы одни. Кругом много офигенных журналистов, что пишут статьи в сто раз интереснее! Я не обесцениваю наш труд, но место... в Иллинойсе.
- Ну да, это тебе не Нью-Йорк Таймс, - посмеялась я, хотя мне стало обидно.
Стефани натянула улыбку, похлопав меня по плечу.
- Мы с тобой напишем самую лучшую статью в городе и попадем на главную страницу газеты. - Утвердительно сообщила я.

***

Чтобы написать статью, недостаточно иметь одного компьютера и подругу. Я сижу уже полчаса с нависшими над клавиатурой пальцами и пытаюсь написать хоть одно слово.

- Будете еще заказывать что-нибудь? - послышался голос официанта.
Стефани отрицательно кивнула и посмотрела на меня. Я сидела с каменным лицом, пялясь в экран. Она пнула меня по ноге, от чего забренчала ложка в пустом стакане из-под кофе.
- А нет, спасибо, - сказала я, улыбнувшись.
- Пожалуйста, - съязвила Стеф, - Какие идеи появились?
- Никакие. - Отрезала я, подпирая кулачками подбородок.
- Слушай, в любом случае за один вечер не напишешь поэму.
- Знаю, но я чувствую вдохновение! - вспыльнула я.
- Голова твоя - да, а руки - нет, - она взяла мои ладони в свои.
- Руки будут автоматически писать, когда есть вдохновение, но у меня не выходит.
- Неправда. Руки будут писать ерунду, когда у тебя огромный поток мыслей. Ты сбиваешься, чтобы успеть записать следующий слог, а перечитывая, уже не понимаешь, что хотела сказать. Напиши в заметках отдельные идеи, потом совместишь в один текст. Именно этим я и собираюсь заняться.
Я печально вздохнула, отклоняясь на спинку стула, и закрыла крышку ноутбука. На улице стемнело, я огляделась вокруг. В кафе было много народу, все чем-то заняты, кто-то работает, кто-то болтает, а кто-то как я, зависает в пространстве.
На телефон пришло сообщение. Три пропущенных от Мартина и смс.

Мартин: Ты где?

Черт возьми, я забыла о нашей годовщине.

Лорелин: Думала, ты на работе. Мне нужно статью написать, я в университете.

Откуда у меня появилась мания врать?

Мартин: Хотел устроить тебе сюрприз. Возвращайся домой.

- Стеф, - я засунула телефон в карман своей куртки и быстро накинула ее, - Мне надо домой. Я забыла про нашу годовщину.
- Подруга, ну это позор. Я тоже забыла.

Я посмотрела на свои старые часы, стекло которых было в крах, время было почти ПОЛОВИНА ДВЕНАДЦАТОГО?
- Твою...мать! Уже полдвенадцатого, а я прохлаждаюсь тут! - я схватила сумку с ноутбуком и чмокнула на прощание Стеф.
- Пол...полдвенадцатого? - Стефани посмотрела в свой телефон и удивленно обернулась мне в след, - Совсем крыша поехала...

Я впопыхах выбежала на улицу, где столкнулась с незнакомцем. Я ударилась об его грудь, что была как камень. Надо же столько времени в качалке проводить!

- Простите, - он остановил меня, дабы что-то спросить, - Не подскажете сколько времени?
- Э... - я подняла руку, закатив рукав куртки, - Одиннадцать двадцать.
Он удивленно посмотрел на меня.
- Что? - переспросил он.
- Одиннадцать двадцать говорю. - Интересно, почему меня саму не смутило такое позднее время, учитывая, что закат был минут тридцать назад.
- Утра?
- Очевидно, раз солнца не видно, то нет! - раскинув руки, сообщила я, делая шаги назад, ведь торопилась.
- Кажется, у вас они сломались.
- Ну так купите новые! - крикнула я напоследок и побежала в сторону остановки.

***

В квартире вкусно пахло, когда я вошла внутрь. Из-за угла появился Мартин, чем напугал меня. Перед лицом он держал букет роз. Я ненавижу розы, он это знает.
- Спасибо... - протянула я руку.
- Поздравляю! - он поцеловал меня в щеку. Кажется, не заметил моего недовольства в сторону цветов. Или же сделал вид.
- Да... твой подарок, он...он будет завтра. - стала оправдываться я.
- Я знаю, - успокоил он меня. Я сделала непонимающий вид. - С утра собирал твою сумку. Случайно увидел в ноутбуке вкладку с часами. Не стоило, они же дорогие.
Черт возьми. Я чисто на рандом нажала на первые попавшиеся часы, что стоили восемьсот долларов.
- Ой, я... - Мартин приобнял меня за плечи и повёл на кухню, где был накрыт стол.
- Очень романтично, как тебе нравится, - подметил он.
Мне стало его очень жаль. Я такая сука, не подарила ему ничего, забыла про праздник, так еще и думала, что он игнорирует годовщину и оправдывала его перед друзьями. А он реально делал сюрприз.
- Марти, прости, но никаких часов я не покупала. Я соврала. - наконец призналась я.
- Ничего, - он немного опешил, - Все нормально, я даже рад. Столько денег еще на побрякушки тратить.
- И еще я не люблю розы, - в душе появился камень, когда я выговорила это.
- Я забыл. Извини. Я думал, ты...
- Люблю кустовые. Но не такие, - перебила я его.
- Точно, - он засунул руки в карманы.
- Прости, - я обняла его, утыкаясь лицом в шею. Мартин был немного выше меня ростом, но каблуки я не носила с ним.
- Все в порядке. - Он погладил меня по спине.

Конечно, все было не в порядке. Он специально так говорил, когда чувствовал обиду на меня. Никогда не обвинял меня. За это мне было еще более неловко, лучше бы он наорал на меня и не разговаривал бы со мной. А он голос делает мягче и успокаивает, когда я не права.
Ужин прошел странно. Мне было страшно что-либо говорить. Я не хотела задеть его чувства. Поэтому не рассказала ничего, что произошло за сегодняшний день.
Часы все таки работали, просто они заедали иногда, и приходилось постукивать по ним, чтобы механизм встал на место.

  Ложась спать, я увидела, что Стефани прислала мне сообщения.

Стефани: Прочитала в новостях, что убили Шерил Кросс, дочь мэра. Как думаешь, правда, или поднимают шумиху?
Лорелин: Именно это ты хочешь спросить у меня в час ночи?
Стефани: Да
Лорелин: Я не знаю. Слышала, что сейчас вообще серийного убийцу ищут. Я в это не вникала, сами не знают, что пишут.
Стефани: Точно! Давай напишем статью по этому поводу?
Лорелин: Что? Нет.
Стефани: Почему?! Это очень интересно!
Лорелин: Знаешь, что нам за это светит? Если вдруг мы сделаем шаг вправо, шаг влево, нам с тобой крышка.
Стефани: Боже, ну ее все равно не выложат в газету. Че париться? Напишем по приколу. Или ты собралась писать про предпринимателей у которых обвалился бизнес, и как построить правильно свою империю Гуччи?
Лорелин: Ха-ха. Нет.
Стефани: Отлично. Завтра начинаем писать! Я пойду поищу зацепки.

  Стеф...ты даже не представляешь, во что ввязываешься.

***

   На следующий день, после пар Стефани привезла меня к дому Шерил, где по слухам она жила со своим молодым человеком. Старенький домик из красного кирпича красовался желтыми лентами на двери. Перед ним стоял маленький полупрозрачный забор, через который Стеф решила перелезть.
- Ты что делаешь?! - вскрикнула я, оглядываясь.
- Хочу найти интересные зацепки для статьи! - сказала блондинка, грохнувшись на другую сторону с забора.
- Это незаконно! Иди обратно, - я сильно перепугалась, учитывая, что день подходил к концу, а ночью ходить по странному району - не особо хорошая идея.

Стефани меня не слышала. Она приоткрыла окно и влезла в дом.

- Я не пойду за тобой, - сказала я, скрестив руки на груди. Услышав шарканье позади, я рванула вперед, - Подожди меня!

  Спрыгнув с подоконника на пол, я согнулась в коленях, удерживая равновесие.

- Не парься, здесь уже было куча журналистов, смотри. - Стеф указала на осколки на полу и разбросанные вещи. - Мы тут не первые гости.
- Ага, либо здесь была куча бомжей. Где ты отыскала этот дом вообще ?
- В интернете. В этом доме жил ее парень.
- Сколько лет или веков назад он тут жил?
- Странно, да?
- Ты странная. Куда ты меня привела? - я пошла за ней в другую комнату, кажется, на кухню.
- Смотри, - она подняла пакетик.
- Что это?
- Не знаю. Наркота? - засмеялась она. Увидев мое серьезное лицо, она тут же выбросила его в сторону.

  Я услышала странные звуки с улицы.

- Пойдем отсюда, - скукожилась я.
- О боже, - Стеф прижала руки к губам, - Что это?
- Что? - я подошла к ней и увидела рядом с холодильником красную лужу.
- Я надеюсь, в холодильнике не сидит труп? - подруга посмотрела на меня испугавшимися глазами, тогда я поняла, что ей уже не смешно.
- Может, краска? - объяснила я.

Сверху мы услышали шаги. Стефани заорала на весь дом и побежала к входной двери. Я рванула за ней, но не успели мы дернуть за ручку, как перед нами встал коп. Он посветил нам в лица фонариком, и Стеф дерзко ответила ему.

- Вы че пугаете?! - опустила она фонарик.
- А вы что тут забыли? - спросил полицейский.

   Позади него стояла машина, к которой подъехала вторая, а затем и третья.

- Коул, что происходит? - подошел еще один коп.
- Мы журналисты, ясно? - сказала Стеф.
- Журналисты? - усмехнулся, кажется, Коул. - Удостоверение есть?
- Есть! В офисе.
- Очень смешно. Давай увози их, - ответил второй, - Нам тут обыск сделать надо.
- Так, давай те, поедем в отделение. - Коул позвал своих и они повели нас к машине.

Стефани пыталась еще что-то высказать, но ее уже никто не слушал. Я поняла, что просто так не выберемся, ведь мы были на месте преступления.

- Я ненавижу тебя. - Сказала я напоследок Стефани.