Однажды

Виктор довез меня до дома на своём стареньком, прекрасном форд мустанге тысяча девятьсот семидесятого года. «Не просто автомобиль, а реликвия!»-заверял мне он с детства. Хоть мой дом и находился всего в паре кварталов, Виктору было не сложно подбросить меня. «Все равно ехать к этому несчастному Йену, выбирать рубашку». Я благодарю его за тёплый приём, и машу ладошкой на прощание. Ноги словно отказывались переступать порог дома. Сажусь на лестницу, смотрю на деревянные дощечки. Перед глазами словно расплывается картинка, появляются разные образы воспоминаний. В одиночестве я снова начинаю думать о Билле. Мне не хватит силы воли, чтобы съездить на тот проклятый мост. Не хватит мужества, чтобы взглянуть вниз. Не думаю, что отныне я смогу идти туда в целях получения вдохновения.
Воспоминания, которые мы пережили с этим человеком на расстоянии злосчастного интернета, всегда будут значить для меня многое.

***

— Роза, ты такая красивая. У тебя бездонные глаза, знаешь, такие - никогда нельзя будет обмануть. Они настолько излучают искренность твоей души, что ни один человек не сможет солгать тебе о том, что ты некрасива. Ты чертовски прекрасна, жаль, я не смогу взглянуть в них без помощи монитора или экрана. Возможно, это лишь пока. Я уверен, мы встретимся. Просто знай, я люблю тебя.

***

Слезинка, слово по команде, катится вниз по моей щеке. Слышу тихий скрип двери, тёплые руки мамы на плечах. Она обнимает меня со спины. Хотелось завизжать во весь голос, что мне очень жаль. Очень жаль, что я заставила страдать людей. Хочется вернуть время вспять, извиниться, сказать что он для меня дорог. Попытаться избежать всего этого. Кто же посмел сделать это с тобой, мой дорогой Билл?

Я ощутила, как мама опустила голову вниз, на уровень моего плеча.
Чтобы сказать информацию, которую нельзя слышать никому. Тихо.

— Милая, звонил отец. Он зовёт нас к себе, в Чикаго. Оплатит билеты, нам лишь стоит разобраться с документами с моей работы и с твоей школой. Я рассказала ему о происшествии в нашем городе, ему очень жаль Билла. Он интересовался твоими успехами в учебе и состоянием после инцидента.

Дыхание участилось. Я почувствовала, как мои руки мигом вспотели, а глаза стали напоминать стеклянные шары. Обезоружена.

— Мам, ты серьезно?

— Не поняла.

Я повернула голову, и взглянула на неё по-щенячьи. Видок, видимо, жалостлив,  но мне все равно.

— Он бросил нас, и теперь зовёт обратно? Что за шутки? Я никуда не поеду, и тебя не пущу. Где же , черт подери, он был все эти десять лет?!

— Я пытаюсь сделать лучше.

— Из этого не выйдет ничего хорошего. Нельзя бежать от проблем. Только труд и сражение,-встаю со ступенек , захожу домой. Чувствую вину за грубость, но по иному нельзя было поступить.
Она не заставит меня ехать к человеку, которому мы к чертям собачьим не сдались. Совет ему с новой женой-потаскухой, да любовь.
И пусть у них родятся такие же дети с наплевательским отношением, как и они сами.

Отец выставил нас за дверь, когда мне было семь лет. Как сейчас помню, была холодная, дождливая ночь. Скандал, клевета, и тут на пороге появляется его новая женщина с огромным количеством чемоданов для переезда. И он смел обвинять мою мать в измене! Я терпеть не могу таких людей.

Теперь я лежу на своей кровати, наушники в ушах, грустный плейлист и все та же пасмурная погода за окном. Где же хорошие эмоции? Чем старше, тем больнее.

«Ты дома? Всё в порядке?»-получаю сообщение от Виктора.

«Да»

«Я чувствую твою ложь даже на расстоянии, говори мне только правду»

«Ладно, я не в порядке»

«Жди меня, закончу с Йеном, и мигом к тебе»

Ещё это странное внимание, исходящее от Виктора с недавних пор. Даже в детстве он относился ко мне более нейтрально, нежели сейчас.

Он приехал под вечер вместе с Йеном. Чтобы не будоражить маму, Виктор присылает мне SMS с текстом о том, что они ждут меня.
Я не стала заморачиваться с одеждой. Надеваю простые, синие джинсы и свою обычную футболку, в которой я всегда хожу на улицу. Джинсовую куртку, ведь велика вероятность простудится в дождь. Заплетаю волосы в хвост, мои темные космы были достаточно длинными, что можно идти и спокойно их продавать. Мама всегда говорила мне, если я обстригу волосы, то домой могу не возвращаться. Не семья, а просто сбор чудиков.
Из косметики я обхожусь лишь блеском для губ, и тихо выхожу из дома. Специально беру другой ключ, чтобы не греметь старым замком от нашей оригинальной связки.

На носочках бегу к автомобилю друга, сажусь на заднее сиденье, поскольку рядом с ним уже сидел Йен. Хлопаю дверцей, пристёгиваю ремень.

— Что за видок?-скучающе произнёс зеленоглазый, на секунду повернувшись ко мне.

— Все для тебя, дорогой. Мне нравится радовать тебя своим внешним видом,-показываю Йену язык, и через зеркало заднего вида вижу его ухмылку.

Итак, по ходу наших разговоров в машине во время пути, мы едем в боулинг-клуб. Как я поняла, Виктор заказал дорожку на три часа, и на стоянке нас будет ждать какая-то «цыпочка», у которой тоже были какие-то обязанности. А мне ещё проект готовить к сдаче! Идиотка, зачем я на все это подписалась?

Дружок Виктора достаёт свою пачку сигарет, берет одну, поджигает и затягивается. Снова поворачивается ко мне,

— Хочешь?

— Не курю.

— Прекращай быть такой правильной,-он качает головой, выпуская дым,—самые тихие девочки, как правило, самые горячие внутри. Я даже не про то сейчас говорю, о чем ты могла подумать. Даже разговоры, простые, банальные действия выглядят круче.
Хотя, видимо, с одеждой у скромниц явная проблема.

Я недовольно фыркнула, и этот эгоистичный паренёк снова посмел улыбнуться.

Лишь я выхожу из машины, когда Виктор очень неудачно припарковался рядом с огромными, грязными грузовиками, как замечаю какую-то реальную «цыпочку» на высоченных каблуках, в ярком, позолоченном платье. Да у неё губы больше моего лица! Это что, по мужским меркам, идеал женской красоты? Какой кошмар.

— Пупсик, я заказала нам четыре «секс на пляже» и суши, как ты и просил!

— Молодец, куколка,-Йен обнимает ее за талию, и целует в эти огромные губы в виде сарделек.

— Какая мерзость,-кривлюсь я, и слышу смех Виктора.
Он приближается ко мне, приобретает, и мы вместе двигаемся в сторону здания.
Вчетвером заходим в игровой клуб, и я замечаю, как рука этой дамочки тянется ко мне. Парни пошли вперёд, поняв, что пришло время нашего с ней знакомства. Я останавливаюсь, скрестив руки на груди. Безразлично разглядываю ее. Рыжая, без накаченных губ была бы в сто раз симпатичнее.

— Я Антуанетта! Девушка Йена, мне девятнадцать лет, и раньше работала в клубе «pole dance», и...

— Что это такое?

— У, ты не знаешь? Танцы на шесте, могу показать,-она достаёт свой телефон самой новой модели. Кажется я знаю, как она его получила.

— Не утруждайся, по тебе и так видно, что ты раньше не в отделе кадров работала.

Ее глаза сверкнули не добрым огоньком. Роза, ты идиотка! Скажи что-нибудь доброжелательное. Она же сейчас точно своему парню нажалуется!

— Забудь. Я Роуз, подруга Виктора, приятно познакомиться.

— Взаимно!-с трудом отвечает девушка, и бегом уплетает ноги к своему пареньку. Идеальная пара, как не погляди.

Мы, нашей необычной компанией зашли в зал, освещённый лишь электронными таблицами с подсчетом очков. Так красиво, неоновые столы, кожаные диваны с неоновыми поршнями. Кажется, мраморный пол, и очень высокие потолки.
И да, мы здесь совершенно одни. Надо оставить маме сообщение, что я ушла ночевать к подруге.

Расположившись на диванчике, Виктор идет кидать шар первым. Выбив кегли со второй попытки, он подходит к нам, и делает глоток напитка.

— Алкогольный?-осторожно спрашиваю я, разглядывая его у себя в руках.

— А что? У мамы разрешение надо спрашивать перед тем, как выпить?
его дьявольский взгляд стал впиваться в меня, куда-то под кожу.
Йен полностью расслаблен, ни единый мускул на его красивом лице не дрогнул.

Внезапно шлюха-Антуа-как-ее-там засмеялась на фразочку своего молодого человека, и тут мои нервы не выдерживают.

— Я пью когда хочу, но боюсь, что меня развезет до такого же состояния, как и твою девушку. Сделаю себе ботокс, и буду ходить по улице в нижнем белье вместо одежды, сверкая своим задом перед мужиками. Лучше я сдохну, чем такое случится.

Как повезло, что моя очередь кидать шар. Иначе живой бы я из этого зала для боулинга не вышла бы. Чувствую, как мне сверлят спину. Тем не менее, сосредотачиваюсь, делаю три быстрых шага вперёд, и смело бросаю его по дорожке. Страйк!
Поворачиваюсь, вижу как Виктор хлопает мне в знак одобрения, и обнимает. Приятно.

Так и прошёл наш странный вечер. Мы заказали ещё алкоголя, но не так, чтобы напиться в хлам. Он не был похож на остальные, может, именно поэтому был таким запоминающимся.
Когда настало время уходить, уже ближе к часу ночи, Йен с Антуанеттой решили
сходить в уборную. Мы с Виктором поняли, что дело это будет долгим, не просто же так они туда вдвоём пошли, заплатили за трехчасовую дорожку и алкоголь, идя в сторону машины. Алкоголь дал о себе знать, лёгкое пьяное состояние сопровождало меня, а вот водитель сделал лишь маленький глоточек в самом начале, чтобы его не остановили на дороге полицейские.
Виктор, как джентельмен, открывает мою дверцу, в этот раз я еду вместе с ним, спереди, закрывает, и садиться на своё место.
Минутное молчание почти переросло в кое-что очень неприличное, о чем бы такая паинька как я пожалела бы на утро.
Лишь наши губы смыкаются в коротком поцелуе, этого следовало ожидать ещё с самого начала, как я села в его машину, и согласилась на поездку в неизвестном направлении. Он проводит рукой по моей ноге, поднимаясь выше. Немного задирает футболку. Касается моей достаточно большой по величине груди, сжимает ее в лифчике. Из губ вырывается тихий стон, короткий, но горячий. Пьяные люди жаждут друг друга, лишь трезвые будут заниматься любовью, если они правда того хотят. Его тонкие губы спускаются на мою шею. Снова переходят на губы, и он неудачно прокусывает верхнюю до крови. Я неловко вскрикиваю, и тут случается это.

Камень в виде шара пробивает стекло автомобиля, вся возбуждённость мигом улетучивается, и мы с Виктором в недоумении разглядываем его. Из него торчит бумажка, а сбоку шарика написано «Открой меня».

С этого проклятого вечера, хоть он и показался мне достаточно интересным, началось то, о чем будут вспоминать вечно.
Это моральная война, где также, как и в обычной, победят только сильнейшие.

——————————
Больше звёздочек, чтобы поднять автору-новичку настроение💕
Хорошего вам дня, дорогие ❣️