Глава 37
«Доверять заново – это как
влюбляться. Немного страшно.
Надо двигаться дальше».
Они снова начали пить кофе вместе. Только теперь — без спешки и без страха сказать не то. Сначала по утрам: пару раз в неделю. Потом чаще. Затем Захар однажды просто остался у неё — на диване, без намёков, без неловкости. Просто потому что им было хорошо даже в тишине.
Они не ставили себе целей, не давали названий тому, что происходило. Не называли это «возвращением». Не писали постов. Не выставляли сторис. Никто не знал – кроме самых близких. Просто возвращались друг к другу — шаг за шагом, день за днём.
Захар сам варил кофе по утрам, когда зеленоглазая оставалась у него. Он неизменно насыпал в кружку слишком много сахара, и Агата каждый раз морщилась, но ничего не говорила. Иногда шутила:
— Ты пьёшь кофе или просто ешь сахар?
— Я пью надежду, — усмехался он в ответ, и оба смеялись, хотя внутри каждый понимал: это больше, чем просто шутка.
Они учились доверять заново. Агата смотрела на него теперь иначе. Без розовых очков. Но с доверием — не как к идеальному, а как к настоящему. Он мог замолчать. Мог уставиться в окно, уходя в свои мысли. Мог сорваться. Но он всегда возвращался взглядом к ней.
И она — к нему.
***
В тот день она собиралась сдавать последний экзамен. Захар предлагал её подвезти, но она отказалась. Хотела пройтись — голова лучше работает, когда идёшь, когда чувствуешь ритм шагов и можешь повторять материал про себя.
На улице было жарко. И немного ветрено. Волосы путались, на плечи ложились солнечные пятна от листвы. На тротуаре мелькали прохожие: мальчишка с мороженным, женщина с сеткой овощей, велосипедист с рюкзаком. Всё казалось обычным, почти будничным.
Она шла вдоль дороги по тротуару, напевая себе под нос тему с лекции. В руке — карточки для самопроверки. В наушниках — плейлист из спокойной электроники, звук на минимум, чтобы не отвлекать, а только задавать ритм.
Когда она подошла к пешеходному переходу, как раз загорелся зелёный.
Она сделала шаг.
И в этот момент — услышала.
— Агата...
Шёпот. Тихий. Из-за спины. Почти ласковый, почти знакомый. У неё по коже пробежали мурашки.
— Агаточка...
Она резко обернулась — машинально, даже не думая. На тротуаре никого. Лишь мужчина с собакой и преподаватель, спешивший в университет.
Она нахмурилась. Сердце колотилось чаще, чем нужно.
— Показалось, — пробормотала и шагнула дальше.
И тут — удар.
Мир превратился в смазанную вспышку: звуки наслаивались друг на друга, будто кто-то сорвал саундтрек её жизни и включил хаотичный шум. На секунду ей показалось, что земля уходит из-под ног, а тело становится невесомым.
Последнее, что она ощутила, - это запах жжёной резины и горячего ветра, который пронёсся по лицу.
А потом всё оборвалось.