Смирительная рубашка из пальто и смех в машине
### Глава: **«Смирительная рубашка из пальто и смех в машине»**
Они выходили из ресторана — она в чёрном платье-футляре (элегантном, закрытом, но без рукавов), он — в своём обычном тёмном костюме. Ночь была прохладной, и он молча накинул на её плечи своё пальто — тяжёлое, шерстяное, пахнущее им и дорогим виски.
Она улыбнулась, приняла этот жест как заботу, потянулась к рукавам, чтобы продеть руки... но он резко остановил её:
— *Не двигайся.*
Его пальцы быстро затянули полы пальто вокруг неё, словно пеленая. Затем он схватил концы рукавов, перекрутил их за её спиной и туго завязал — одним точным движением, будто делал это всю жизнь.
— *Что ты делаешь?* — она попыталась вывернуться, но он уже прижимал её к себе.
— *Это твоя смирительная рубашка,* — прошипел он ей в ухо так, чтобы не слышали valet. — *За то, что вышла на улицу с голыми руками... зная, что я это ненавижу.*
— *Ты думала, я просто беспокоюсь о твоей простуде? Нет. Ты выглядела так... будто ждёшь чьего-то взгляда. Даже если это не так.*
Он почти затолкал её в машину, сел за руль и рванул с места так, что её прижало к креслу.
А она... **расхохоталась**. Не испуганно — а с вызовом.
— *Ты совсем спятил!* — она дёргала связанными руками behind her back, но лишь сильнее увязала в ткани. — *Из-за такого пустяка!*
— *Пустяка?* — он резко повернул руль. — *Ты дрожала от холода... а какой-нибудь ублюдок мог подумать, что ты дрожишь от его взгляда.*
Она смеялась ещё громче — не потому что было смешно, а потому что его безумие было заразным.
— *И что теперь? Будешь держать меня в этом пальто вечно?*
— *До тех пор пока не запомнишь что твоё тело только моё чтобы дрожать... даже от холода.*
Он привез её домой всё ещё связанной вынес на руках как свёрток и бросил на кровать.
— *Вот твой урок,* — сказал он снимая галстук. — *В следующий раз наденешь куртку... или я сошью тебе комбинезон из моей кожи.*
А потом развязал узлы и стал растирать её замёрзшие руки своими ладонями до красноты... пока она продолжала смеяться уже вместе с ним.. потому что в его ревности была та же любовь что и в его жестокости..