Выжить, нельзя умереть

Мицуки что-то неразборчиво простонала, морщась. Ее тело ослабло, а глаза предательски не хотели открываться. Она рвано вдохнула, стремясь наполнить легкие таким необходимым и желанным воздухом. Холод деревянного пола немного взбодрил ее. С огромным трудом приоткрыв правый глаз, она ничего, кроме абсолютно размытого изображения, не увидела. Постепенно глаз стал фокусироваться, позволив немного осмотреться вокруг. Но увиденная картина ее не порадовала: сильно размытая, но она была наполнена хаосом и беспорядком. Странные цветные пятна, которые были расценены ее мозгом как книги, хаотично разбросаны по полу, некоторые полки упали, раскидывая вокруг себя еще больше книг. В другой ситуации она бы разозлилась и ужаснулась, увидев такое отношение к книгам, но сейчас все мысли были заняты лишь выживанием. Первобытным и непреодолимым желанием выжить. Когда пелена беспамятства спала и Мицуки смогла вспомнить, в какой ситуации оказалась, сознание резко и беспощадно поглотила волна сильнейшей и тупой боли. Стон разнесся по полуразрушенному помещению, эхом отражаясь от голых потрескавшихся стен. Боль, словно тысяча маленьких острых игл, впивалась в каждый сантиметр тела, медленно сводя с ума. Поморщившись, она попыталась встать, но с глухим стуком упала назад, а правая рука, до этого придавленная телом, стоило ей пошевелить, как отозвалась очередной волной, но в этот раз острой боли, стремительно распространяющейся по всей поверхности тела, охватывая даже самые отдаленные уголки. Рваный вдох рассек тишину, давящую на девушку. С трудом приподняв голову, Мицуки взглядом стала искать рюкзак, который из-за ударной волны слетел с нее. Зрение сфокусировалось, предлагая взглянуть на остатки той, некогда красивой и таящей в себе множество тайн, библиотеке. Книги, словно листья после листопада, безвольно лежали на полу, изрядно потрепавшись. Несколько полок, находившихся вокруг, треснули и повалились вперед, хороня под собой еще больше книг. До этого столь гладкий пол теперь был покрыт многочисленными трещинами. Видя это, в груди на долю секунды защемило, но блуждающий взгляд резво зацепился за выбивающийся из общей картины объект.

- Рюкзак! - промелькнула в голове радостная мысль, внезапно предавая сил.

Осторожно пошевелив левой рукой, чтобы проверить, повреждена ли она, Мицуки испытала неимоверное облегчение, не почувствовав чрезмерно сильной, как с правой рукой, уже ставшей чуть более привычной, боли. Рюкзак не откинуло слишком далеко, но в нынешнем положении даже несколько метров казались девушке непреодолимыми. Глубоко вдохнув, она попыталась двинуться в направлении рюкзака. Ожидаемо, это вызвало очередные волны нескончаемой боли. Мицуки, закусив губу, продолжила медленный, но эффективный путь до цели. Время тянулось предательски медленно, словно желая доставить еще больше мучений. Рука нащупала шершавую текстуру рюкзака, притягивая его. Расстегнув молнию, Мицуки сразу стала искать необходимые зелья. Решив ускорить процесс, она приоткрыла второй глаз, но увидела лишь тягучую темно-красную кровь, медленно стекающую вниз. Поняв, что так она не ускорится, глаз был снова закрыт, а все внимание перенесено но поиск. Первым ей в руку попало зелье восстановления, откупорив которое, она залпом влила в себя спасительную жидкость. По телу прошлась волна тепла, принеся за собой долгожданное облегчение. Следующими она выпила усовершенствованное кровоостанавливающее зелье и укрепляющее зелье. Однако пустоту это не убрало внутри, да, боль, на счастье девушки, прошла, но пустота - нет. Призвав свою палочку, она просканировала себя.

- Вот ведь! - удрученно промолвила она, неспешно садясь на колени. - Магическое истощение. Оно не слишком сильное, но далеко и не самое слабое, что плохо. А я еще не придумала зелье на такие случаи. Вот ведь!

Укоряя себя в недостаточной подготовке, Мицуки поднялась на слабо держащие ее ноги. Пошатнувшись, она, уже используя оба глаза, стала осматривать истинные масштабы катастрофы, внезапно настигшей их. Взгляд прошел по месту, где стояла миловидна женщина-дух, вызывая жуткие воспоминания о последних ее минутах. В голове всплыло ее лицо: состаревшееся, потрескавшееся, но доброе и светлое. Ее губы что-то шептали, но Мицуки сейчас уже не могла вспомнить это в деталях и воспроизвести фразу было уже невозможно. Сокрушаясь, девушка заметила, что ее отбросило к стене.

- Хинако. Нужно найти ее. - пронеслась в голове тревожная мысль, пока синие глаза хаотично перебегали с предмета на предмет.

Взгляд внезапно зацепился за белоснежную косу. Сердце девушки на мгновение замерло, не желая осознавать увиденное.

- Хинако! - выкрикнула испуганно Мицуки, переходя на бег.

Из-за слабости и истощения она чуть не упала, вынуждено останавливаясь. Уже шагом она добралась до эльфийки, тяжело опускаясь рядом с ней на колени. Ее глаза были закрыты, а дыхание было поверхностно. Мицуки с трудом сглотнула, чувствуя, как сердце неестественно быстро бьется о хрупкие ребра, норовя сломать их. Проверив пульс, девушка выдохнула, поскольку он был в относительной норме.

- Хинако. - прошептала Мицуки, судорожно роясь в рюкзаке. - Потерпи, сейчас. Вот ведь!

Приподняв голову, показавшуюся необычайно тяжелой, Мицуки напоила высшую эльфийку усовершенствованным кровоостанавливающим зельем. От палочки практически не исходило тепло, что свидетельствовало о сильном истощении ее владельца. Мицуки просканировала Хинако, неотрывно глядя на гладкое и неестественно бледное лицо.

- У нее тоже истощение, однако оно значительно сильнее, чем мое. Но я не знаю, как именно оно повлияет на эльфов. Особенно на высших эльфов. - рассуждала не без опасений черноволосая девушка, давая спутнице зелье восстановления.

Достав бинты, она задрала левый рукав одеяния Хинако, туго бинтуя только-только сросшийся перелом. Бережно положив поврежденную руку на ее живот, Мицуки застегнула рюкзак и подложила под ее голову.

- Нужно ждать, пока сама не очнется. Ее жизни ничего не угрожает, - произнесла девушка, медленно и тяжело поднимаясь на ноги, - по краней мере из того, что я могу вылечить.

Мицуки чувствовала подступающую тошноту, а саму ее переодически качало в разные стороны.

- Сейчас бы лечь и просто уснуть, а потом проснуться и осознать, что это был только сон. - мечтательно протянула она, осматриваясь и грустно вздыхая. - Только это не сон. И кроме нас никто об этом не знает.

Мрачные мысли невольно заполняли с каждой минутой голову, не давая сосредоточиться на самом важном. Мицуки встряхнула головой, прогоняя ненужное.

- Все, хватит. - решила она, глубоко вдыхая и немного успокаиваясь. - Необходимо поискать что-нибудь, что сможет помочь в данной ситуации.

Нетвердые и медленные шаги громким эхом распространялись в тишине огромной библиотеки. Обходя книги, которые то и дело встречались на пути, Мицуки раздумывала над сложившейся далеко не в их пользу ситуацией.

- Библиотека огромна, а времени остается все меньше, - она покосилась на подкашивающиеся ноги, которыми с трудом перебирала, - а осмотреть все я просто не смогу. Ни времени, ни сил у меня уже нет.

Подойдя к одной из немногих полок, которым посчастливилось уцелеть, она стала быстрым взором осматривать стоявшие в ряд древние и потрепанные книги.

- Мистический водопад, Светилище, Великий лес... - перечисляла мысленно она, прикидывая, что может оказаться полезным.

Она прошлась по нескольким полкам, прочитав названия сотен книг, но интересующей все еще не было. С каждым новым бесполезным названием девушка мрачнела все больше. Спустя, как ей показалось, час, Мицуки уже особо не вчитывалась в названия книг, которые ей встречались. Изначально она решила так делать для того, чтобы облегчить и ускорить поиски, хотя в другой ситуации так бы не поступила. Ее любовь к книгам, пожалуй, было несколько затруднительно описать. В Хогвартсе, будучи еще ученицей, она часами пропадала в библиотеке, приходя сразу после уроков и уходя лишь поздно вечером, когда уже выгоняли. Очень часто, а, если быть точнее, то всегда, у нее были взятые из библиотеки книги. Благодаря тому, что она часами находилась в окружении книг, она стала не только эрудированнее, но и научилась быстро находить интересующие книги и ориентироваться в них. И этот навык оказался сейчас как нельзя кстати. Взгляд зацепился на одной из книг с названием "Великая библиотека". Искорка надежды промелькнула в нечитаемом синем взгляде. Шершавый переплет, старые и пожелтевшие страницы, местами немного размытый текст оказались внутри случайно найденной, но такой желанной и увесистой книги. Найдя оглавление, Мицуки решила перейти сразу к плану библиотеки, внимательно вчитываясь в каждое слово, попадающееся на глаза. Прильнув спиной к книжной полке, она так простояла до окончания главы, узнав много новой и весьма полезной информации.

- Значит, здесь четыре этажа. Первый, на котором я находусь, вместил в себя общие книги о мирах, их историях, языках, расах, животных и т.д - иными словами вводная информация. - задумчиво приступила к обобщению прочитанного черноволосая девушка, еще сильнее прижавшись к полке. - Если кратко, то на втором этаже все о магии, вплоть до ее истории. Третий же этаж предлагает сотни книг по зельеварению, а на четвертом найдется все о ремесленичестве.

Она напряженно замолчала, погружаясь в раздумья. Внезапная идея, словно яркий огонек света, озарила затуманенную голову.

- Конечно! - воскликнула девушка, улыбаясь. - Необходимо поискать на втором этаже! Если и есть что-то, что мне поможет, то это теория о магии в этом мире. Поняв ее, я смогу наметить план дальнейших действий.

Эта мысль придала даже больше сил, чем на то рассчитывала Мицуки. Робкими и, насколько ей позволяло тело, быстрыми шагами, черноволосая девушка приблизилась к изящной деревянной лестнице. Ухватившись рукой за гладкие перила и широкие деревянные, как, собственно, и само здание, она ступила на первую ступеньку. Та жалобно скрипнула, немного прогибаясь. Мицуки даже не нужно было приглядываться, чтобы видеть то ужасное состояние, в котором находилось все вокруг, включая и лестницу. И причину она тоже знала. Скрипы неприятно резали слух в абсолютной тишине. Поморщившись от особо громкого звука, девушка постаралась прибавить шаг настолько, насколько это было возможно. Наконец перед глазами показались многочисленные полки второго этажа. Мицуки, тяжело опершись о перила, хмыкнула, осмотрев картину вокруг. От первого этажа это место отличало разве что предназначение, в остальном отличий было и не найти. Переведя дух, она проследовала вперед, к первой попавшейся на глаза, полке. Усталость, что с каждым движением наваливалась на хрупкое тело девушки, давалась все тяжелее для преодоления. Пошатнувшись, Мицуки резко подалась вперед, хватаясь за деревянную поверхность, в одночасье ставшую более хрупкой. Несколько книг с глухим стуком упали, на мгновение привлекая внимание и вырывая из относительно складного потока мыслей. Глубоко вдохнув, черноволосая девушка начала проделывать все ту же работу, что и до этого: монотонное чтение и выискивание полезных книг. Глаза слипались, а открывать их становилось все труднее, отчего поиск в значительной степени замедлялся. Непонятное ощущение безграничной тоски и тяжести заполняло мечущееся сознание. Не давая себе ни намека на отдых, она упорно продолжала, обходя полку за полкой, в надежде на положительный результат. Мысли из относительно внятных и полезных превратились в непонятную по содержанию кашу. Девушка бездумно, исключительно при помощи силы воли, которая внезапно, словно пожар, вспыхнула ярким и неугасаемым пламенем в сердце, читала названия, которые для нее давно перестали нести какой-либо смысл. Она не считала какая именно это по счету книга, да и правильность уже давно не проверяла. Ее мозг уже отключился, а тело бесцельно, словно по инерции, продолжало движение в никуда.

Здесь нет никого, кроме нее. Кроме нее и сотен самых разных, но во многом очень похожих, книг. Внимательный синий взгляд быстро пробегает по желтым страницам старой и изрядно потрепанной книги. Шелест старой бумаги, специфический запах, которого она уже не замечает. Сидя за одиноким столом, вдалеке ото всех, ученица полностью погружается в работу, не придавая внимания ни прошедшему времени, ни внезапному громку звуку, будто что-то тяжелое упало.

- Существуют 3 основных вида, симптоматика которых наиболее ярко выражена. - едва слышным шепотом, как завороженная, читает девушка. - Первый, он же является самым легким, характеризуется небольшим недомоганием, иногда тошнотой, сонливостью и ленью. Не опасен. Второй вид характерен соответствующими симптомами: возможными обмороками, сильным или умеренным головокружением, тошнотой, сильной сонливостью, перепадами настроения, проблемами с психическим здоровьем, категорическим нежеланием заниматься физической активностью. Смертность не слишком высока. Третий вид возникает довольно редко, однако неизбежно приводит к смерти. Сильная тошнота, абсолютно неконтролируемое поведение или состояние бреда, невозможность самостоятельно выполнять простейшие бытовые задачи, состояние постоянного сна, резкое похудение...

Девушка продолжала читать, но с каждым последующим словом ее сердце только сильнее сжималось в груди. Остановившись, она приложила трясущуюся руку к груди, переводя дух и осмысливая прочитанное. Жуткая правда не желала укладываться в голове.

- Волшебники и их внутренняя сила, магия, неразрывно связаны между собой. Если волшебник не желает умирать, то магия внутри него прислушается к нему и он получит шанс прожить более долгую, чем человеческая, жизнь. В случае, если волшебник желает смерти, то магия подчинится, медленно и мучительно обрывая жизнь волшебника. - прочитав это, она замолчала, полностью пустым взглядом глядя в книгу.

- Хм, получается, - после напряженных раздумий сделала вывод она, - что магия - наше благословение и наше проклятие.

Голос был задумчивым, подобно самой ученице. Проведя за размышлениями долгое время, она и не заметила, как внезапно подкралась сонливость. Уставшие глаза сами собой закрылись, отправляя девушку в бездну. Книги, зацепленные при падении, одна за одной попадали вниз, окружая лежащую в углу библиотеки девушку. Хриплые попытки наполнить воздухом саднящие легкие разносились по этажу. Все вокруг искрило магией и чистой необъятной силой.