Глава 50. Тело
🎵 redchinawave - отменяй
Обжигающая боль пронзила кожу, вызывая паническую атаку. Я ощущала, как дрожь овладела руками, воздух в лёгких мгновенно стал спёртым и участилось сердцебиение. Всё моё естество хотело броситься в атаку, сломя голову, лишь бы только не тянулось это немыслимое ожидание следующего пореза или и того хуже от Ноя. Несмотря на все мои попытки тянуть время, я понимала, что не смогу вечно продолжать диалог. Знала, что он причинит мне вред и была готова к этому, как мне казалось. Но сейчас, когда оказалась в безвыходном положении, не могу сдержать панику и животный страх перед человеком, который некогда не вызывал и малейшего намёка на подобные чувства. За первым порезом он оставил ещё один, затем ещё. Я взывала от боли каждый раз. Слёзы непроизвольно прыснули из глаз и единственное, что оставалось в этой ситуации - абстрагироваться от боли, выйти морально из своего тела и посмотреть на ситуацию со стороны. И на какое-то время мне даже удалось это сделать. Я всё сильней вжимала палец ноги в кроссовок, и думала о том, что скоро всё это закончится. Представляла, как в комнату ворвётся Джеймс или Дамиано с полицией. Как они освободят меня и наконец, Ной понесёт наказание за всё, что совершил. Ведь не зря я положила жучок из участка в обувь. Не зря оставила на полу у входа планшет, где отображается мой маршрут, не говоря уже о письме. Они не могли не заметить этого. Но пока все мои мечты о наказании для Ноя разбивались об очередной удар в солнечное сплетение. Я закашлялась и сплюнула мокроту. Когда увидела её кровавый цвет, невольно поёжилась. Паника вновь начала сжимать горло, а затем и Ной. В ушах нарастал шум, пока свет перед глазами стал медленно расплываться и скрываться в темноте. Это иронично, если подумать. Мой муж занимался точно тем же с другими людьми, и я всегда боялась в глубине души, что рано или поздно окажусь на их месте. Возможно, это и есть моя расплата за всё, что произошло в прошлом. Осознавая, что вот-вот, и потеряю сознание, я разжимаю ладонь и перехватываю пальцами спрятанное лезвие. Затем резко и глубоко провожу им по ноге Ноя в надежде, что его остроты будет достаточно, чтоб разрезать ткань брюк и оставить рану на ноге. Каким-то чудом это даже удаётся. Он отпрыгивает от меня и громко ругается матом. Затем подлетает и бьёт по лицу окровавленной рукой.
- Хитрая мелкая дрянь. - Говорит Художник с улыбкой, а затем и вовсе заливается хохотом. - Я ждал, когда же ты, наконец, покажешь зубки. Жаль, что молочные.
- Ну, давай, прикончи меня уже. Или ещё недостаточно насладился моей тупостью?
- Ох, милая, я не намереваюсь тебя сегодня убить. Мы ещё немного поразвлечёмся, и я перевяжу твои раны, дам немного восстановиться. А затем будем повторять это снова и снова.
— Меня найдут раньше, чем эти раны успеют зажить. - С ухмылкой выплёвываю я.
— Поверь, живой тебя не найдут в любом случае.
Ной начинает расстёгивать ремень, и я резко дёргаюсь, надеясь разорвать крепления на руках и сорваться с места. Он лишь ухмыляется и с вызовом в глазах продолжает, спуская штаны. Помощи всё нет, и я теряю веру в то, что вообще её дождусь, из-за чего начинаю истошно орать. Художник подходит, останавливается рядом со мной и обхватывает волосы у корней, запрокидывая голову назад. Пользуясь крепкой хваткой, он насильно целует, но я сопротивляюсь и прикусываю язык. Мужчина шикает и вновь бьёт по лицу, затем целует снова. Его запах и вкус оставляют омерзительный вслед в носоглотке, от чего я сплёвываю несколько раз.
— Можешь сколько угодно противиться, в итоге ты всё равно сдашься и полностью мне подчинишься. Знаешь, я с детства испытал этот метод воспитания на мелких животных. Сначала они противились моим действиям, громко кричали, царапались. Но я продолжал. Затем давал им маленькую надежду на спасение и ждал, когда те поддадутся слабости и побегут на волю сломя голову, не обдумывая последствий. И когда свобода была предельно близка, я преграждал им путь и наказывал снова и снова. Столько раз, сколько было необходимо для того, чтоб подавить в них эту глупую, бессмысленную надежду на спасение. Ты думаешь, что за тобой кто-то придёт? Серьёзно? Милая, у меня давно есть доступ к твоему смартфону, почте и соцсетям. Все думают, что твой отец слег, а ты бросила все дела и улетела в Бостон, чтоб его навестить. Да, это не идеальное оправдание твоему исчезновению, но пока всё выясниться, я не раз успею перевезти тебя и перепрятать. И это уже не говоря о том, что Дамиано в жизни не заподозрит взволнованную подругу в причастности к исчезновению. Я научился всё продумывать и держать под контролем, поэтому буду знать о каждом шаге полиции. И сейчас они даже дело не завели, не говоря уже о каких-либо поисках.
— Я буду сидеть в первом ряду, когда тебя усадят на электрический стул. - Язвительно выдавила я, сквозь боль и неприкрытое отчаяние.
— В Италии нет смертной казни.
— Что ж, тогда придётся придумать более изощрённое наказание.
— Хватит, мне надоел этот трёп. Пора прикрыть твой рот. - Заметив мою реакцию, он дополнил. — О, нет, не волнуйся, я не стану тебя насиловать. Я же не какой-то маньяк.
После этих слов он всунул кляп мне в рот и стал удовлетворять себя, касаясь меня, время от времени. Это было ужасно. Не знаю, как описать все чувства, которые бурлили сейчас внутри, но однозначно я чувствовала себя грязной и хотела как можно скорей смыть эту дрянь. Но вскоре это желание растворилось, потому что от кровотечения из полученных ран я потеряла сознание.
*** Пов. автора ***
Когда на телефон Джеймса пришло сообщение от Мии, он был удивлён, но не сразу поддался паранойе. Вначале он безуспешно пытался связаться с женой и выяснить, что произошло лично. Когда не вышло, связался с Николасом и попросил навести справки о случившемся. Дожидаясь ответа, Кинг отправился к Мие домой. Девушка не открывала, поэтому пришлось воспользоваться ранее подготовленным дубликатом. Уже у входа он понял, что что-то пошло не так, а когда обнаружил письмо Художника, окончательно сопоставил всю картину и понял, почему не смог отследить её телефон. Воспользовавшись всеми подсказками, оставленными Мией, Джей собрал всё необходимое и направился по сигналу жучка. По дороге связался с Дамиано, потому что в глубине души не был до конца уверен, что справится с ним в одиночку. И когда прибыл на место, понял, что был прав. Преодолев несколько различных помещений, он нашёл комнату, где Художник держал Мию и застыл на пороге, наблюдая ужасающую для себя картину. Как тело девушки изгибается дугой, охватывается судорогами, а затем безжизненно замирает и остаётся лежать на полу.