Глава 28. Разбитые зеркала
Дождь барабанил по подоконнику, словно пытался выстучать код к чужой боли. Наруто сидел на краю кровати, сжимая стакан воды так, что пальцы побелели. Его руки дрожали, а на запястьях краснели свежие царапины — не от драк, а от попыток «выпустить» что-то, что грызло изнутри.
Саске молча наблюдал за ним с порога. Он знал: если спросит «Как ты себя чувствуешь?», Наруто соврёт. Если обнимет — тот вырвется. Поэтому он просто бросил на кровать пачку сигарет:
— Твои. Без «налога».
Наруто фыркнул, но дрожащей рукой потянулся за пачкой.
— Спасибо, нянька.
Они не говорили о том, как Саске нашёл его в том здании — в луже рвоты и крови, с пустыми шприцами в карманах. Не говорили о том, как стены того проклятого приюта, где погибли дети, до сих пор пахли гарью. Тишина между ними стала густой, как смола.
---
**Ночь.**
Наруто проснулся от того, что по щеке ползло что-то холодное. Он открыл глаза и увидел *их*. Тени с лицами Саске — десятки, сотни — заползали в окно, сползали со стен. Их рты растягивались в беззвучных криках, руки тянулись к его горлу.
— Ты думал, он с тобой навсегда? — зашептали тени, голосами, похожими на скрип ржавых петель. — Он уйдёт. Как все.
Наруто попытался вскрикнуть, но язык прилип к нёбу. Он потянулся к спящему Саске, но тот лежал неподвижно, будто мёртвый. Тени обвили его шею, сжимаясь в петлю.
— Саске… — хрип вырвался из груди.
Саске проснулся от толчка. Наруто бился в конвульсиях на полу, царапая горло.
— Наруто! — Саске схватил его за плечи, прижал к груди. — Это не реально! Проснись!
Наруто вырвался, отполз в угол. Его глаза метались по комнате, словно искали невидимых врагов.
— Они здесь… Твои копии… везде…
Саске огляделся. Комната была пуста. Только дождь за окном и их прерывистое дыхание.
— Никого нет, — он подошёл ближе, медленно, как к раненому зверю. — Это галлюцинации. Отмена после наркотиков.
— Нет! — Наруто ударил кулаком в стену. — Я видел! Они говорили…
Саске схватил его руки, не давая биться дальше.
— Ты перепутал реальность с кошмаром. Дыши.
---
**Утро.**
Саске разбудил звук бьющегося стекла. Наруто стоял перед зеркалом в ванной, тыча пальцем в треснувшее отражение.
— Смотри! Они в зеркале! Твои лица…
Саске выключил свет. Отражение исчезло.
— Там никого.
— Ты слепой! — Наруто рванулся к выходу, но Саске перегородил путь.
— Ты не выйдешь, пока не успокоишься.
Они смотрели друг на друга, как два зверя в клетке. Наруто первый опустил взгляд.
— Мне страшно, — прошептал он, сжимая кулаки. — Я не понимаю, где правда.
Саске молча обнял его. Жёстко, почти больно.
— Я — твоя правда. Держись за это.
---
Саске привёл его на свалку приюта. Солнце высветлило руины: ржавые кровати, обгоревшие игрушки, битое стекло. Ни теней, ни шёпотов — только ветер.
— Видишь? Здесь ничего нет, — Саске поднял с земли детский дневник. Страницы истлели, но на последней угадывался рисунок: фигурки в огне. — Это просто кирпичи.
Наруто потрогал стену. Грязь, холод, реальность. Он закрыл глаза, пытаясь загнать обратно образы, что грызли мозг.
— Может, я схожу с ума?
— Ты просто устал, — Саске взял его за руку. — И мы идём домой.
---
Ночью Наруто снова проснулся в поту. Но теперь он знал: тени — лишь отблески его страха. Саске спал рядом, рука на его груди, как якорь.
Они не говорили о выздоровлении. Не давали пустых обещаний. Просто Саске купил плотные шторы, чтобы тени не лезли в окна. А Наруто выбросил шприцы в мусорку — в третий раз за месяц.