Глава 26: Письмо без имени
вернёт тревогу — но теперь Лилит и Брамс уже не те, что прежде.
Они вместе. И потому угрозе придётся иметь дело с двумя.
---
На следующее утро всё было, как обычно: чай, солнце, покой.
Лилит поливала цветы у окна, Брамс работал в мастерской, где чинил старые часы.
И вдруг — треск гравия под чужими колёсами.
Она вышла на крыльцо и увидела:
на камне у входа лежал конверт.
Старый, мятый, но без марки и адреса.
Только её имя — «Лилит» — написано неровным, мужским почерком.
Сжав пальцами плотную бумагу, она открыла его.
> *«Ты живёшь в доме с монстром.*
> *Я знаю, кто он.*
> *Ты думаешь, он любит тебя. Но он уже убивал.*
> *Если хочешь жить — уезжай.*
> *Пока не поздно.»*
Лилит побледнела.
На мгновение весь мир потускнел, как выцветшая плёнка.
Но потом — гнев.
Она не позволила страху победить. Не теперь.
— «Брамс!» — крикнула она.
Он появился мгновенно, как тень. В глазах — тревога.
Она молча передала ему письмо.
Он прочитал.
Его лицо исказилось. Ненадолго. Потом — камень.
Он рванулся к двери, как будто собирался выследить незнакомца, но Лилит поймала его за руку.
— «Стой. Не сейчас. Мы должны понять, кто это.
Это не просто случайная угроза. Кто-то знает. Возможно... наблюдает».
Он сжал её руку.
— «Я не позволю никому причинить тебе боль.
Никогда. Даже если ради этого придётся вернуться во тьму».
---
Они проверили камеры у ворот — всё было стёрто.
Письмо явно подбросили профессионально.
Следов почти не осталось — только след от ботинка, слишком большого для обычного человека.
---
Вечером, у камина, Брамс впервые заговорил тихо, почти шепотом:
— «Возможно... это кто-то из прошлого. Один из тех, кто знал о моей жизни "в стенах".
Полиция, знакомые родителей, садовник...
Или — кто-то, кто просто хочет тебя напугать, чтобы забрать. Или отомстить».
— «Мне не страшно», — сказала Лилит. — «Пока ты рядом.
Но мы должны быть начеку».
Он кивнул.
— «С этого дня — дом под замком. Я установлю ловушки.
Если кто-то сунется — он пожалеет».
---
Поздно ночью, когда она уже почти спала, он прошептал:
— «Ты всё ещё можешь уйти. Я не держу. Если это всё — слишком...»
Она повернулась к нему и приложила палец к его губам.
— «Не смей так говорить.
Мы вместе. И будем бороться — вместе».
Он обнял её. Крепко. Глубоко. Навсегда.
---