Часть 8.
Опрокинув на свою двуспальную кровать сначала одно пьяное тельце, а затем второе, Чимин, тяжело дыша, оседает на пол и заводит в растрёпанные чёрные пряди маленькие пальцы. Из участка дотащить двух пьяных подчинённых до машины ему помог Сехун, а вот прибыв к дому, Паку пришлось тащить этих двух на себе. Когда отдышка наконец-то отступила, молодой директор приподнимается на ноги и бросает разгневанный взгляд на два пьяных тела, сжимая маленькие кулачки, мысленно проклиная помощников и желая им на утро жуткого похмелья.
Оставшуюся ночь, Минни провёл за ноутбуком, общаясь с Тэёном, который любезно согласился ему помочь про апргейдить всю технику, что имеет доступ к wi-fi и защитить сеть. Но это оказалось не самым сложным за эту ночью. Мало того, что глаза жутко болели от долгой работы за ноутбуком, ко всему этому Скоджин умудрился грохнуться с кровати и испачкать дорогой персидский ковёр, который ему подарил Вон Сан на новоселье, тем, что съел и выпил в этот вечер. Чимин, словно заботливая мамочка просидел с другом до утра, то и дело бегая с тазиком с комнаты до туалета, пока не почувствовал слабость в организме. Он прилёг на кровать рядом с Юнги, крепко сжимая бутылочку воды в руках и прикрыв веки на пару секунд, и тут же погрузился в царство Морфея.
***
Нервно постукивая пальцами по тёмной гладкой поверхности стола, Тэхён, откидывает листок бумаги в сторону и берёт следующий, изучая глазами список гостей в его клубе на сегодня, проверяя каждого, кто бы мог быть связан с ним или Чимином. У Кима, так же как и у его друга, везде были подкреплены дружеские связи с влиятельными людьми, а с некоторыми даже и интимные, поэтому добыть ту или иную информацию ему никогда не составляло труда. Но сейчас, никто, абсолютно никто из всего списка гостей не пересекался с Паком, если только по работе и то, их сделки были успешны и никто ничего против молодого директора не имел. Поэтому Тэ уже который час сидит в своей обители и не выходит, пытаясь зацепиться хоть за малейший, прозрачный шанс найти хоть какую-нибудь связь.
Тишину в его кабинете разбавляет приятная на слух классическая мелодия, акцентуирующая внимание на соло –гитаре, хозяин которой умело отыгрывал аккорды, а Ви лишь качал головой в такт мелодии со слабой улыбкой на лице. Вычёркивая очередное имя в списке, омега, не сразу, но слышит слабый стук в дверь, как будто, кто-то боится нарушить его идиллию в кабинете. Крикнув «войдите», Тэ устало вздыхает, откладывая исчёрканный красной ручкой листок бумаги в сторону, и берёт следующий, не поднимая и взгляда на вошедшего гостя. Ким откровенно вымотался за сегодняшнюю ночь, которая подходила уже к концу, и его клуб постепенно пустел. Обычно, под конец рабочего дня к нему всегда заглядывал какой-нибудь благодарный гость и закидывал хозяина клуба комплиментами, оставляя презент за шикарно предоставленные услуги персоналом. Поэтому, Тэхён не обращает внимания на вошедшего гостя, внимательно изучая каждое имя в списке, затем перечёркивая их.
– Здравствуйте, Господин Ким. – наконец подаёт голос незнакомец и прикрывает за собой дверь, заводя руки в карманы джинсов. – Я бы хотел увидеться с Тэёном, мне сказали, что он может быть у Вас в кабинете.
– Ну как видите, его здесь нет. – грубо отвечает омега, сводя брови к переносице. – Я отпустил его домой ещё час назад, позвоните Господину Сону, если дело действительно срочное.
– Тогда, может, ты дашь мне его номер?
Ви поджимает пересохшие губы и грубо откидывает ручку в сторону, недовольно и громко бурча, берёт телефон в руки, поднимая взгляд на обнаглевшего гостя в его обители. Но увидев перед собой улыбающегося Чонгука, резко подскакивает на ноги, отпихивая кресло назад, которое с жутким грохотом падет на пол, и замирает на месте, опустив руки. Ви просто стоит и смотрит в сияющие глаза напротив, не в силах и выдавить из себя хотя бы слово. А Чон лишь метает взгляд в разные стороны, слегка покачиваясь с пятки на носок, не вынимая рук из карманов.
– Хэй, Ви...– усмехается альфа, слегка склоняясь через стол к замерившему, словно статуя, Киму, – так что на счёт ном...
Альфа сам теперь замирает в одном положении и прикрывает глаза, вдыхая полной грудью до боли знакомый запах молочного шоколада. Тот самый, который не даёт ему покоя уже которую неделю, тот, что не даёт ему спать спокойной, летая в своих грёзах о той самой ночи, половину которой до сих пор не помнит. Гук, словно загипнотизированный и не отдающий отчёта своим действиям, перепрыгивает через стол к застывшему на месте Тэ и хватает омегу за голову, заводя пальцы в мягкие серебристые пряди волос, не давая шансов директору на побег, впиваясь в пухлые пересохшие губы жадным, настойчивым поцелуем.
Широко распахнув глаза, Тэхён просто стоит и не шевелится, не поминая, что происходит. Он даже сообразить не успел, как его взяли в охапку и теперь настойчиво целуют, проникая языком в его рот, требуя ответа на такую спонтанную страсть. Наконец осознав, что же произошло, Ким упирается ладонями в накаченную грудь, спрятанную под чёрной тканью футболки, и изо всех сил пытается отлепить от себя альфу, который, словно жвачка намертво приклеенная к волосам. Невнятно что-то простонав, Тэ мёртвой хваткой цепляется в чёрную футболку альфы и, приоткрыв рот, отвечает на поцелуй всего лишь несколько секунд, а затем кусает обнаглевшего гостя за кончик языка.
– Ты что творишь?! – взывает Чон, высунув язык, грозно смотрит на ярко улыбающегося Тэ, который наслаждается своей победой.
– Это ты, какого чёрта творишь, Чон Чонгук! – нагло заявляет парень, гордо задрав свой носик вверх, пытаясь убрать руки альфа, которые плавно переместились на его талию.
– Ну, уж нет, Ким Тэхён. – шипит темноволосый, сильнее сжимая пальцы на чужой талии, грубо притягивая к себе. – Наконец-то ты попался, моя хитрожопая омежка. – шепчет Чон на ушко своей жертве, без озарения совести склоняясь к шее парня, невесомо касаясь губами рисунка на коже, опаляя его своим горячим дыханием. – Думал, я никогда до тебя не доберусь, не пойму, что именно с тобой я тогда переспал? Что ты мой?
– Ну, молодец, что я ещё могу сказать? Возьми себе подарочек за это и свали отсюда нахер. – гневно шипит в ответ омега, в очередной попытке отталкивая от себя обнаглевшего альфу, что губами вновь изучает его татуировку.
– Вот и возьму. – нагло ухмыляется Чон, подхватывая омегу за бёдра и усаживает на рабочий стол, притягивая к себе. – Тебя.
– Слушай, Чон, я бы советовал тебе этого не делать. В моём клубе. – пыхтит Ким, делая акцент на последние слова, хватая Гука за подбородок и зло глядит в карие глаза, пылающие огнём и желанием. – У тебя есть пять секунд, чтобы отпустить меня и свалить из кабинета, иначе это за тебя сделает охрана, но предварительно отдубасит тебя так, что отец родной не узнает.
– Плевать. – фамильярно заявляет кареглазый и вновь впивается в желанные губы, жадно сжимая бёдра омеги, буквально вжимая его тело в своё.
–Да...бл..ять.. – стонет сквозь поцелуй Тэ, отталкивая от себя нагло альфу, тяжело дыша. – Только не здесь, Гуки...подвези меня тогда домой.
– Поехали. – Чонгуку два раза повторять не надо. Он ловко подхватывает омегу за бёдра, позволяя тому обхватить себя за талию, и обходит стол, направляясь к выходу из кабинета, за что получает смачный подзатыльник.
– Ты совсем конченный? – рычит Ким и спрыгивает с альфы, грубо откидывает его руки со своего тела и оттряхивает алую рубашку. – Я в состоянии дойти до машины. Будешь вести себя как мудак, передумаю и уеду один, понял?
***
Еле как, разлепив тяжёлые веки, Чимин, касается подушечками пальцев уголков глаз, тяжело вздыхая. Он не сразу понимает, как оказался в своей спальне, пока в памяти не возникают воспоминания о «бурной« ночи. Проведя ладонями по лицу, Пак приподнимается на локтях и бросает взгляд на пол, где, по идее должен всё ещё спать Сокджин, но его там вовсе не оказалось, точно так же как и ковра, который он испоганил. Удивлённо вскидывая брови, молодой директор пожимает плечами, бесшумно выдохнув, оборачивается и видит до сих пор спящего Мина, обнимающего подушку. Такой безобидный и милый, словно маленький котёнок, которого подобрали с улицы, отмыли, напоили, накормили и уложили спать. Усмехнувшись своим мыслям, Чимин одним жестом руки убирает чёрные пряди со лба и садится на кровати, пытаясь уже до конца очухаться ото сна.
Пак несколько минут сидит и просто смотрит в одну точку, медленно моргая. Он отводит взгляд от живописной картины на стене к окну, зевая в кулак, видя, как утренние солнечные лучи безуспешно пытаются проникнуть в комнату сквозь маленькую щель меж тёмных плотных штор. Он не знает, сколько времени проспал, зато организм не протестует и не требует больше долгожданного отдыха. Чими полон сил и готов начать работать дома над одним очень важным проектом, и плевать, что у него выходной, он работает 24/7.
Свесив ноги с кровати и коснувшись пальцами прохладного пола, Чимин ёжится от тысячи мурашек по всему телу и хмурит нос. Но Пак не успевает даже подняться с мягкого матраса, как чужие руки обвивают его талию и сонная мордашка Юнги ложится ему на плечо.
– Пирожочек, куда собрался? – сонно бормочет Мин, упираясь головой о щёку молодого директора. – От тебя так приятно пахнет, Минни. Хммм...мандарин? Мне нравится.
– Съебись, Юнги~я. – безнадёжно вздыхает Пак, а сам упирается головой о светлую макушку Мина, сложив руки на коленях. – Мне абсолютно плевать, что тебе нравится, а что нет. Просто убери руки, и мы мирно разойдёмся. Я даже накормлю тебя, дам таблетки от похмелья и отправлю на такси домой.
Чимин понимает, что облажался. Он так тщательно скрывает свою сущность от миллиона людей, при этом успешно, смеясь над каждым слухом о себе, а тут за считанные секунды всё рухнуло. Пак корит себя за то, что лёг рядом с альфой спать, за то, что не проснулся раньше и не принял таблетки, да и просто не сбежал сразу в душ.
–Думаешь, только учуяв твой запах, ты мне понравился? Нет, пирожочек. Ты понравился мне сразу, даже вот с этими твоим ебанным характером.– сонно продолжает бормотать альфа и крепче стискивает в объятиях омегу, коснувшись губами его шеи. – Как я только увидел твои глазки полумесяцы, эту наглую, блять, прекрасную улыбку, а твои розовы щёчки и такие милые маленькие пальчики не дают мне спать спокойно.
– Ты чего, до сих пор бухой, Мин? – хмурится Пак, убирает руки со своей талии и оборачивается к подчинённому, который лениво улыбается и потирает кулаками глаза.
– Нет, но голова, если честно, раскалывается. – Мин, сощурив глаза, смотрит на черноволосого директора, который сложа руки на груди, глядит на него в ответ, с ухмылкой на лице. – Но я знаю, что мне поможет от похмелья лучше, чем таблетки.
Минни с подозрением и опаской глядит на подчинённого, который расплывается в хитрой улыбке и неожиданно для него, хватает за талию и притягивает к себе. Юн падает спиной на мягкий матрас и тянет за собой Пака, без озарения совести касаясь пухлых розовых губ. Заводя руки под футболку охриневшего от его действий парня, он, жадно изучает спину омеги кончиками пальцев, сжимая нежную кожу.
– Ты что...делаешь? – прерывисто дыша, Пак прерывает поцелуй и упирается ладонью о вздымающуюся грудь альфы. Мин лишь ухмыляется, проводя большим пальцем по щеке черноволосого директора, а Чим закусывает нижнюю губу.
«Зря ты начал эту игру, Мин Юнги.» – усмехается про себя директор, сжимая кофту альфы в руке и наклоняется к Мину, опрокидывая его голову двумя пальцами назад, а сам касается губами шеи. Он жадно покрывает каждый миллиметр белоснежной кожи поцелуями, оставляя кровавые засосы, спускаясь к ключицам, покусывая и посасывая. Юнги, прикрыв глаза, расслабляет хватку и тихо стонет в ответ на манипуляции своего начальника, томно вздыхая. В штанах уже стало жутко тесно, но он не спешит, наслаждаясь моментом, опустив руку на пятую точку Пака, жадно сжимая и поглаживая.
– Ха...нравится, Юнги~я? – шепчет Чими, переходя поцелуями от левой ключицы вновь к шее, оставляя огромные кровавые засосы, а Мин лишь тихо стонет в ответ, звонко ударяя его по ягодицам. – Вот и запомни этот момент навсегда, ибо такого больше не повторится. – усмехается Чимин, выпрямляясь и ехидно глядит на Мина. – Больше не смей ко мне прикасаться, понял? У тебя есть ровно полчаса, чтобы привести себя в порядок, позавтракать и свалить нахер с моих глаз долой. Иначе, в один прекрасный день проснёшься в грязной канаве за городом.
Угрожающе шипит Пак, слезая с Мина, а затем и с кровати, направляясь к выходу из своей спальни, оставляя Юнги наедине со своей выпирающей в штанах проблемой.
– Сука...
***
Дверь в кабинет директора стучат и не дожидаясь ответа, в проёме двери появляется улыбающийся Мин Юнги, держа несколько папок в руках. Чими, поджав губы, отрывает от монитора уставший взгляд голубых глаз и поднимает на альфу, что разрушил идеальную тишину в помещении. Он лишь кивает помощнику и вновь устремляет взгляд на экран монитора, стараясь больше не встречаться со взглядом подчиненного. Он до сих пор помнит его губы на своих, помнит жадные прикосновения Мина к своему телу и тот облом, что он ему устроил.
– Через час выдвигаемся на фотосессию и интервью, директор Пак.– спокойно произносит Юнги, убирая папки в шкаф к документам. Он лишь бросает взгляд на Пака, когда тому приходит сообщение на телефон и тихо усмехается, видя ошарашенное лицо Минни.
– Хорошо, спасибо.– нервно сглатывает Пак, глядя на то, как Юнги поправляет воротник чёрной водолазки, прикрывая огромные багровые отпечатки губ Чимина на своей шее.