Часть 35. Первая часть сделки.
— О чём ты? — обернулась я к нему, вопросительно вскинув бровь.
Бакстер вынул мой дневник из сумки, поднял на уровень головы и самодовольно произнес:
— Тебе повезло, что я гений. Я успел воссоздать 3D модель этой книги и подложил им копию.
Я с ошеломлённым видом смотрела, как дневник летит в мою сторону, и я поймала его обеими руками, не в силах поверить, что он у меня.
Ответы у меня.
— А ты не такой раздражающий, как оказалась.
— Это вместо «спасибо»?
— Пожалуй. Уходим отсюда поскорее.
В отель мы попали к рассвету. Я заперлась в своём номере, держа дневник в руках и не решаясь его открыть. Что же всё-таки значили слова Анонима о том, что она меня создавала? Неужели это она стёрла память всех остальных? Как ей это удалось и почему она не тронула Вельвет? Хотя, ответ на последний вопрос у меня был: она её любит.
И это из-за Анонима я ничего не чувствую...
Но что она имела ввиду, когда говорила, что прослушивает двадцать четыре на семь? Как? Связано ли это с Аластором?
Как по желанию сердце стало колотиться, а шею — ломить. В дверь постучали, за ней раздался голос:
— Доброго утречка! Завтрак уже готов!
Я поднялась с пола, убрала дневник в ящик стола и распахнула дверь, хмуро уставившись на Аластора. Скрепив зубы от адской боли, я обвила его предплечье пальцами и завела в свою комнату, захлопнув дверь.
— Что ты...
— Просто стой здесь! — перебила я его сквозь слезящиеся глаза, глубоко дыша. — Заткнись и стой здесь! Не поворачивайся.
Я подтолкнула его вплотную к окну и поставила спиной к себе.
— Я надеюсь, ты не хочешь, чтобы я спрыгнул?
— Хочу, но не сейчас.
Я отошла к двери спиной вперёд. Боль стала отступать вместе со мной. Через несколько мгновений оставались лишь фантомные ощущения щемящей боли. Когда я вновь стала медленно приближаться к Аластору, внутри всё начинало гореть. Остановившись посреди комнаты, я оголила рукав и разглядела, как чёрные линии, словно трещины разбитого стекла, начинают удлиняться и увеличиваться в количестве. Тончайшие, точно нити, они оплетали руки и тело, распространяя жжение.
В кармане завибрировал телефон.
«Что ты творишь??? Отойди от него»
— Аластор, открой окно.
Ал повиновался, через полсекунды мой телефон преодолел небольшое расстояние и исчез за оконной рамой.
— Поддерживаю!
Вдруг в голове всё стало темно, будто на глаза опустилась ночь. Я всё ещё могла видеть Аластора, стоящего у окна, но мыслей в голове будто не осталось, кроме одной:
Что ты делаешь? Разве ты не хочешь вернуть свои воспоминания?
— Как ты это делаешь?! — с испугом и сбитым дыханием спрашивала я у голоса в голове. — Кто ты?!
Тебя не должно волновать кто я, тебя должно волновать кто ты. Если ты сейчас же не уйдёшь от Аластора, ты не вернёшь своё Я.
Зажмурив глаза, я приблизилась к демону, почти касаясь грудью его спины. Голос в мыслях умолк. В одно мгновение меня поразила острая боль в голове, что потом опустилась в шею и грудь. Колкость ощущений, точно меня били током, заставила меня пошатнуться и перестать чувствовать конечности. Пришлось находить опору в стене. Из глотки вырывался звук отчаяния, останавливаемый зубами. Я почти перестала ощущать своё тело, и лишь стало больнее, когда Ал, что-то бубня, пытался меня поддержать. Я снова вырвала руку, шаткими шагами двигаясь назад, не сдвигая глаз с грешника, что с тревогой поглядывал на меня.
— Не подходи... Не трогай меня. — еле просила я языком.
— В чём дело?!
Я жалась к стене и вдруг какие-то тени стали мелькать в голове. Я схватилась за виски, сдавливая в руках локоны волос.
— Почему мне больно каждый раз, когда я подхожу к тебе?!
— Не понимаю, о чем ты. — говорил он, находясь в другом конце комнаты.
— Что ты делаешь? Почему ты действуешь на меня?
— Мои силы распространяются только на технологии. Рядом со мной современная техника немножечко... выходит из строя. Но на демонов это не работает, так что дело в ином. — заключил он.
— А что... А что, если... А что, если нет?
Отсутствие эмоций...
«— Обычный человек не может такое ощущать. — вспоминался эхом голос Хаска.
— Полагаю, тогда я не человек.
— Все верно. Ты — чёртова машина для убийств, не распознающая чувства других!»
Я выхожу из строя рядом с Аластором...
«— Мои силы распространяются только на технологию. Рядом со мной современная техника немножечко... выходит из строя.»
Я ничего не помню, и мною управляют...
За один миг вспомнились все слова Анонима, которые он когда-либо присылал мне и те, что всплывали в голове.
— Выйди... — шепнула я.
— Что-то, прости?
— Выйди отсюда! Сейчас же!
Аластор черной тучей исчез.
Я прислонилась к стене, часто дыша, пытаясь перевести дух от нахлынувшего шока от осознания. В ванную я вошла быстро, вытянув из пучка локонов палочку. Волосы волной спали на мою спину, а зажатое в руке оружие стало пугать меня больше, чем мои дальнейшие действия.
Если ты сейчас это сделаешь, наша сделка автоматически аннулируется. — снова грозил голос в голове.
Я перевела глаза на зеркало и, сжав со всей силой и лезвие, и край столика приложила к коже, слегка надавив. Золотая кровь стала сочиться из углубления, наполняя его и стекая вниз в обе стороны. Я вонзала лезвие все глубже, скрепя зубами от боли, которую приносили мне чёрные линии. Когда меня начала устраивать глубина разреза, я стала делать продольный, разрывая кожу. По руке стало стекать больше крови и часто, почти не прерываясь, падать на пол.
— Давай же... — провалила я, стиснув зубы.
Наконец из крови в руке стало выглядывать нечто. Да, за венами и мышцами показалось ещё кое-что...
Моя теория подтвердилась.
Это были провода.
— Нет. Нет-нет-нет-нет...
Воздух выбило из лёгких; зрачки бегали по комнате, не в силах заострить внимание на чём-то одном. Колени согнулись и я упала на пол, потеряв связь с реальностью.
Этого не может быть... Аноним всё это время слушал меня не с телефона или камер... Прослушка была во мне... Аноним следил за мной через меня... Провода посылали сигналы...Мне было больно рядом с Аластором, потому что я — устройство.
Мысленно вернувшись в ванную, я поднялась с пола и снова поспешила покинуть комнату. Я вновь чуть не сорвала дверь с петель, когда выходила. Оказалось, ещё пара сантиметров и я бы попала в Вагату.
— Вендетта! Что ты... — её глаза опустились на мою руку, которую я зажимала ладонью и сквозь пальцы которой сочились золотые капли. — Это... Это.... Кровь!? Золотая кровь?!
— Не переживай — она моя. — кинула я и стала направляться в коридоры.
— Это должно было меня утешить?! Ты ангел?! Ты ангел и не говорила об этом?! — кричала она за моей спиной. — Всё это время???
— Твою мать, иди к чёрту! Сейчас вот вообще не до тебя, Вагина!
Ноги стремительно несли меня по лестницам на верхний этаж; я оставляла след из золотых капель на ковре, совсем не думая о последствиях. Когда я дошла до нужных двойных дверей из стеклянной фрески, я вломилась внутрь, нарушив покой того, кто там живёт.
— Что... Что происходит??? — воскликнул Люцифер и развернулся на стуле от стола, за которым он мастерил очередную уточку.
— Мне нужна твоя помощь!!! Вот...
Я распахнула пальцы, обнажая глубокую рану, из которой текла тяжело сочилась кровь, образуя лужу у ног. Люцифер, подойдя, поморщился.
— Что это?!
— Посмотри сюда!!!
Я протянула ему руку, он опасливо заглянул в рану и, когда заметил белые провода, что гнили чем-то черным, широко раскрыл глаза. Его ладони взяли в себя мою руку, и он стал вглядываться в узор этих проводов.
— Что это... — поднял он непонимающий взгляд на меня, в глазах его читался испуг и ужас.
— Просто избавь меня от этого. Сейчас же!
— Это... Провода?
— Нет, чёрта с два, паста в сыром соусе! Сделай хоть что-нибудь!
— Вендетта, что происходит???
— Я не знаю! Мне не до этого. Я сделаю то, что нужно, хорошо? Аластор умрет, как мы договаривались. Просто убери это — это моя просьба! Выполняй свою часть сделки!
— Ты... Ты уверена?! — заикаясь спрашивал он.
— Давай же!
Его пальцы лишь сильнее оплели руку и от неё стало исходить приятное тепло. Потолок вдруг стал занимать большую часть картины, начал темнеть. Мои глаза закрылись, когда тело устремилось вниз.
Последнее, что я услышала, было фразой, что промелькнула в голове:
Ты пожалеешь об этом...
Конец первой главы.