Агата.
Я открыла глаза и первое что я увидела это спящее лицо Дилана. В голову ударила резкая звенящая боль. «Ты нужна мне, до безумия, я не могу злиться и ненавидеть тебя, потому что испытываю абсолютно другое. Просто будь рядом со мной, ладно?». На лице не произвольно появилась улыбка, хоть я и клялась больше никогда не чувствовать себя счастливой, но я опять солгала. Я медленным аккуратным движением руки, провела большим пальцем по щеке Дилана, я старалась делать на столько все аккуратно, как будто это было запретное действие. Мне всегда хотелось дотронуться до его волос, они были блестящими и густыми, думаю он не однократно слышал о том, что девушки ему завидуют. Как будто не руководя собой, я дотронулась пальцами до его волос и на мгновение у меня перехватил дух от испытывающих чувств. Я смотрела как он спит, и старалась не дышать, чтобы не разбудить его. Внутри стало так спокойно и голоса в моей голове на мгновение утихли. Я улыбнулась сама себе, но не долго все было так тихо. «Думаешь ты поможешь родителям похоронивших своих детей?! Думаешь поможешь детям похоронивших своих отцов?! Или их жёнам?! Твое жалкое нахождение в агентстве такое же бессмысленное как и твое существование. Боишься ада? Думаешь так отмоешься. А ты безумно глупая и жалкая...». Голова вновь разболелась и заныла. Я села на кровать и схватилась за нее стараясь как можно скорее избавиться от нее. Вспомнив о таблетке, я направилась на кухню, чтобы хоть как то уменьшить свое мучение.
Посмотрев на часы, я заметила что не так давно пробило три часа ночи. Я включила подсветку на кухне, которая была единственным источником света на данный момент. Услышав мои шаги, на стол забрался Либерт. Он озадаченно посмотрел на меня, как будто спрашивая «Все хорошо? Кто это был?» я погладила его по макушке и принялась искать таблетку от головы. Открыв аптечку, обезболивающее лежало сверху, неудивительно это единственный препарат который я пью, остальное я уверена, было просрочено. Выпив последнюю таблетку, я запила ее водой. «А ты безумно глупая и жалкая...» послышался призрак голоса Льюиса. Перед глазами был снова его образ в том самом парке, когда он только узнал обо всем. Как он злился и ненавидел меня. Я запомнила все его слова до одного, но мне так хотелось их больше никогда не вспоминать. Что я наделала! Не надо было ему открывать дверь, нельзя было позволить поцеловать меня! нельзя было всего этого допустить. Глаза метались со стороны в сторону, а в ушах появился привычный звон. Сзади я почувствовала как кто то подошел. Он положил руки мне на талию и поцеловал в шею.
—Эй, ты че не спишь, время видела?—произнес заспанным голосом Дилан.
Я повернулась к нему лицом. Лицо его было сонным, волосы растрепанные, он выглядел как в тех самых романтических мелодрамах.
—Что-то случилось?— вновь произнес он и наклонил голову набок. А он чем-то похож на Либерта.
Я отрицательно помотала головой и опустила голову в низ. Чувство счастья было манящим, оно было так сладко и так манило меня окутаться в ее объятия, но я знала каковы будут последствия.
—Ты же о чем-то переживаешь? — пытался заглянуть в мои глаза тот, не убирая руки с моей талии.
Я всячески избегала его взгляда, но как он это делал? Читал меня как открытую книгу, не давая даже сделать вид, что все хорошо. А смысл? Мы оба должны понимать что это ошибка. Это даже смешно звучит.
—А ты сам не понимаешь, Дилан?— все таки посмотрела на него я. Он усмехнулся в ответ. Руки он положил на стол, на который я упиралась и навис надо мной. Его взгляд был прожигающими и периодически в нем блестела злость. Он понимал к чему я клоню.
—Сделаю вид что нет, и попрошу вернуться тебя поспать хотя бы до утра.— произнес он все тем же сонным голосом.
—Не смешно.— произнесла я. Боль стала чуть утихать, да и силы появились в моем теле.
—Да мне и не весело— потер одной рукой глаза он и наконец выпрямился.— что не так, Миллер?—говорил он с какой-то злобой.— не говори загадками, если хочешь что-то сказать, то сделай это прямо.
—Я то постараюсь. Тебе стоит уйти.— сказала я и сделала как можно холоднее тон. Его брови поползли на верх, образовывая прямые складки на лбу, а глаза расширились.
—Даже так.— шепотом произнес он и усмехнулся.— я думал мы все прояснили. Расставили все точки над и теперь ты наконец поняла что я не злюсь на тебя, тогда что не так?!— говорил он раздражено и его руки собрались у груди.
—Ты не злишься? А что насчет меня? Как предлагаешь мне делать вид, что все хорошо? Как предлагаешь забыть все, что произошло за последние два месяца?—— внутренние концы бровей приподнялись наверх и были сведены к переносице. Я издала что то похожее на смешок, но больше сходило на звук отчаяния.— я не могу так. Я!— последнее слово я сказала громче чем все остальные. — я последние сутки то и делаю, что не нахожу себе места, не ем и не сплю, даже сил встать у меня не было. Я только и делаю, что считаю себя виноватой! Мне тяжело, тяжело делать вид, что мы с тобой обычные люди и наши истории не как не связаны! Я не могу быть даже уверенной в том, что это не твой план мести!— вырвалось у меня на эмоциях.
—Следи за языком— его взгляд стал суровым, а брови нахмурились.
Я усмехнулась будто были на то причины.
—Давай покончим с этим и сделаем вид, что ничего сегодня не произошло. Это лучший вариант для нас обоих.— настаивала я. Он лишь кинул на меня очередной злобный взгляд из под лобья.
Я обошла его и подошла к дивану, где оставила пистолет, после того как ездила к отцу. Я взяла его в руки и проверила наличие пуль: осталось всего две из трех. Я вновь подошла к Дилану, но не стала подходить к столу. Уже он стоял спиной ко мне. Он медленно обернулся и испепеляющим взглядом осмотрел меня и пришюрил глаза, словно не понимая что я делаю. Не отводя от него взгляда, я отодвинула затвор пистолета назад, тем самым зарядив его. Медленным шагом я подошла к нему.
—Хочешь убить меня, Миллер?— сказал тот с насмешкой, но его яростный взгляд не переставал следить за моими действиями. Он напрягся словно ожидая, что я нажму на курок.
—А что, боишься, что я стану как свой отец? Все таки его кровь течет по моим венам— с наигранной улыбкой говорила я и на последних словах подняла брови на верх, тем самым расширив глаза.— ты пытаешься играть роль заботливого парня, который «простил» всех и вся, но ты не доверяешь мне— говорила я и крутила пистолет на пальце. Несколько часов назад я боялась смотреть ему в глаза, а сейчас сама испепеляла его, как будто на допросе, не отводя взгляда.— ты ведь боишься, что когда-то я стану такой же как и он. Что мое нутро проснётся и я буду играть против полиции.— я всматривалась в его глаза и ждала какой-то реакции, но он так и стоял сложив руки у груди и периодически не моргая.
—Не переходи черту.—шепотом сказал тот, словно если он добавит громкости, то сорвется на крик.
—Тогда сделай это ты.— ответила я и широко улыбнулась. Я протянула ему пистолет, так же не отводя взгляда от него. Он следовал моему примеру и не отводил своих черных глаз, заполненных яростью, от меня. Он даже не прервал его, чтобы взглянуть на пистолет.
—Что это?— говорил он так и не смотря на предмет.
—Возьми.— ответила я, но он и мускулом не повел. С помощью своих рук, я положила пистолет ему в ладони, направив ствол себе в лоб.— стреляй— подчиняла его я, не отпуская пистолет из рук. В ответ он лишь испепелял меня взглядом, его глаза стали чернее черного. Я усмехнулась, увидев растерянность в его взгляде.— убей меня, Льюис, давай покончим с этим, око за око, зуб за зуб. Некогда мой отец убил твоего, а ты убей меня. Вот так пускай закончиться эта история.— своими руками я переставила ствол на грудину, там где находилось сердце.— если выстрелишь в голову, смерть будет моментальная, а так я успею помучаться— издала я смешок.
—Что ты делаешь.—он оценивающе посмотрел на пистолет, направленный на мою грудь, а потом вновь поднял глаза на меня. Я чувствовала напряжение в его руках, в моменте мне показалось, что он вот-вот выстрелит.
—Ты же мечтал об этом долгие десять лет, тогда что же тебя останавливает сейчас!— более громко сказала я, чувство адреналина переполняли меня и больше не было сил держать себя в руках.
Он опустил голову и направил свой взгляд вниз прервав наш зрительный контакт. После чего его руки ослабли и опустили пистолет.
—Прекрати это.— выдавил он из себя беспомощным голосом.
—Это ты прекрати все это. Мы не можем играть роль счастливой парочки пока твои родители и моя мама лежат в могиле из-за моего отца!—выплеснула я ему в лицо, даже не подумав. Еще немного и мои слезы бы подступили вновь, и я не смогла их остановить, поэтому я отвернулась и стояла к нему спиной. Я подняла на верх голову, чтобы дать себе время успокоится.
—Хорошо, я уйду, только в том случае если ты нормально объяснишь мне, что тебе нужно время, чтобы подумать и принять, а не будешь с горяча обрубать все канаты, Миллер. Хочешь злиться на меня злись, но не смей ненавидеть себя. Просто помни, что ты тоже в этой истории жертва. Не только я потерял в то время родителя, но и ты. Перестань думать, что все вокруг ненавидят тебя, что все считают тебя пародией своего отца и ожидают от тебя продолжение его целей! Перестань думать, что где-то внутри тебя, как ты там сказала, проснется «нутро». Думаешь, твой отец был хорошим человеком, а после какого-то промежутка времени резко изменился? Нет, люди не меняются и то что ты решила пойти в полицию доказывает, что внутри тебя все самое светлое и чистое. Ты оскорбляешь ту, от которой мне снесло крышу, Миллер. Когда я нахожусь рядом с тобой я чувствую себя счастливым, я не чувствовал это больше десяти лет, а ты вновь подарила мне его. Ты единственная с кем я могу быть расслабленным и оставаться собой. Ты та, кто заставила меня вновь начать жить и избавиться от этого ужасного чувства мести. Тогда почему? Почему я должен отказываться от тебя? Потому что ты просишь меня об этом? Почему я должен убить тебя? Потому что твой отец убил моего отца? Я устал быть несчастным и хочу быть счастливым, но я не могу быть им, пока рядом нет тебя. Когда ты плачешь, я тоже хочу плакать, когда ты улыбаешься и смеешься, я тоже хочу тебе улыбнуться. Кто ты такая, чтобы решать за меня, что мне делать с моими чувствами.— говорил он и его голос был то тише, то громче.
Я не видела его лица, не видела его мимики, но его голос говорил мне насколько он был искренним. Потерев щеку, я поняла, что она была мокрой. Когда я только успела заплакать. Я обернулась и вновь взглянула на него, уже не стыдясь своих слез, не боясь, что он увидит мои обнаженные чувства. Наверное, это то, что нужно было мне услышать именно от него. Мой камень с души так и не упал, но он разбился вдребезги и стал крошиться. И правда, кем я себя возомнила, что решила что могу лишить себя счастья и его.
—Иди сюда.— его взгляд был теплее, а руки приглашали в его теплые объятия. Не имея сил быть больше сильной, холодной и отстранённой, медленным шагом я направлялась в его тепло. Каждый шаг, будто ломал мои стены изнутри, ломал все, что не давало мне вновь вздохнуть полной грудью. И в конце концов, я прижалась к нему и уткнулась в плечо. Вдохнув снова его знакомый аромат, все мигом разрушилось, оставив не большие раны, но и они заживут. Мне уже не было так страшно. — никогда больше не заставляй меня направлять на тебя пистолет.— произнес он и я тихо улыбнулась. Словно почувствовав это, он обнял меня крепче и начал гладить по волосам.