Затмение

Мужчина сидел в своем кабинете, в котором в последнее время бывал довольно редко. Несомненно, ему каждый день приходилось раздавать какие-либо приказы, но он, как правило, любил делать это находясь в более неформальной обстановке. В кабинете же он чувствовал себя словно какой-то среднестатистический офисный клерк и одно лишь осознание этого отдавалось неприятным чувством где-то глубоко внутри.

Он отключил звонок, положил телефон и развернулся на стуле прямиком к окну, которое находилось за его спиной. Глубоко вдохнув, он расплылся в довольной улыбке. Только что состоявшийся телефонный разговор знаменовал его очередную победу и, разумеется, он не мог не радоваться.

Вдруг дверь кабинета резко распахнулась с такой силой, что ручка ударила в стену, оставив в ней небольшой отпечаток.

– Решил сделать из нее шлюху? – воскликнул парень, без стука врываясь в кабинет босса.

Мужчина медленно повернулся в сторону двери и смерил вошедшего каким-то усталым взглядом.

– Ты знаешь мои методы. Боюсь, это необходимо, – вздохнул он, вставая со стула и обходя стол.

– Для чего?

– Чтобы она поняла, куда попала.

– Но ведь это ты ее втянул! Я этого не одобрял и ты прекрасно это знаешь! – снова воскликнул парень. Он был одним из очень немногих, кто мог вот так бесцеремонно ворваться в кабинет босса и начать слишком эмоционально чем-то возмущаться, прекрасно осознавая, что ничего ему за это не будет. Скорее всего.

– Знаю, – спокойно, даже равнодушно, ответил мужчина, облокачиваясь о стол, – и я обещал, что не трону ее, физически. Но то, что она вытворила, это... недопустимо. Я обязан прибегнуть к более суровому наказанию, раз ничто другое не возымело эффекта.

– Нет! Ты не можешь так поступить с ней! Со мной!

– Послушай, мальчик мой, – мужчина отлепился от стола и вздохнул, подойдя к парню и положив руку ему на плечо, – я бесконечно тебя ценю, не только как моего подчиненного, но и как ценного члена команды, о чем ты конечно знаешь и периодически не забываешь этим воспользоваться. Я дал тебе обещание и я его сдержу. Я сам и пальцем ее не трону, по крайней мере, пока она не угрожает мне напрямую. Все это будет ей лишь уроком, который, я уверен, она примет достойно, если хочет и дальше оставаться под нашей крышей.

– А если нет? Ты вот так просто ее отпустишь?

– Разумеется нет, – уверенно ответил он, окинув парня весьма многозначительным взглядом и отходя обратно к столу. – Она слишком глубоко замешана в моих делах, такую ошибку я совершить не могу. Но все же я надеюсь, что она одумается и до худшего не дойдет. Ты, кстати, можешь поспособствовать этому, я не против.

– Неужели нет другого способа наказать ее? Более гуманного?

– Гуманного? Ты, кажется, забыл, с кем разговариваешь. Если бы я был гуманным со всеми, кто этого не заслуживает, я бы не имел сейчас всего этого, – снова облокотившись о стол напротив парня, он всплеснул руками и скрестил их на груди. – И напоследок спешу напомнить, что мои приказы не обсуждаются.

– Но...

– На этом разговор окончен, оставь меня.

Он молча кивнул и вышел из кабинета. Парень однозначно был недоволен. А еще зол, разочарован, подавлен. И абсолютно бессилен.

Он понимал, что не может ничего сделать. Он понимал, что рискни он действительно пойти наперекор боссу и тогда все станет еще хуже. Сейчас же он вынужден оставаться в стороне, смотреть на все происходящее и надеяться, что она сможет справиться без его помощи.

****

Омерзительное чувство отвращения не покидало меня весь день. Я шла прямо по лужам, не обращая внимания на закоченевшие конечности и промокшую одежду. И как я только могла докатиться до такой жизни? Сбежать из дома, связаться с наркодилерами – это одно. Но задолжать им и из-за этого стать проституткой – совсем другое. Я знала, что Итан не передумает. За столько месяцев работы на него я поняла, что все, о чем меня предупреждали в самом начале – правда, и даже хуже. Он действительно мог стереть меня в порошок за мои промахи, и одному Богу известно, почему он до сих пор этого не сделал. Хотя, теперь, конечно, все встает на свои места. Поначалу он меня просто проверял, а нужна я ему была совсем для другого.

Дома, кажется, никого нет. Сейчас бы мне не помешала поддержка Агаты. Она к заявлению Итана отнеслась неоднозначно, скорее всего, понимала, что меня ждет. Возможно даже жалела меня, но сделать ничего не могла.

В комнате меня ждал сюрприз. На кровати стоял пакет из известного брендового магазина одежды. Вздохнув, я достала вещи и стала их рассматривать. Черные кожаные шорты, сетчатые длинные чулки под них, короткий топ и белая рубашка сверху. Завершить «образ» мне предстояло, надев ботинки со шнуровкой на высоком каблуке. Очевидно, в подборе одежды снова постаралась Агата. Господи, неужели я и правда собираюсь это сделать?

На сборы у меня ушло примерно пара часов, но жуткое чувство беспокойства нарастало все сильнее. Сама мысль об этом была настолько абсурдной, что до сих пор не могла уложиться у меня в голове. Привычным действием достаю из-под матраса свои «успокоительные на черный день» – сегодня они мне очень пригодятся. Недолго думая, кидаю в рот и проглатываю сразу три штуки, может быть, мне повезет, и я умру от передозировки сильнейших успокоительных раньше, чем мне придется ложиться в кровать с незнакомцем. Усмехаюсь своим мыслям, кидаю баночку с таблетками в сумку – просто на всякий случай, – поправляю макияж и вдруг слышу стук в дверь. Распахнув ее резким нервным движением, я с удивлением уставилась на гостя.

– Ты дверью ошибся? Твоя комната дальше, – фыркнула я, все же пропуская его внутрь.

– Нет, я пришел к тебе, – Лиам сделал несколько шагов вперед и оглядел меня, – неплохо выглядишь для работницы эскорта, – он улыбнулся, но заметив, насколько я напряжена, тут же перевел взгляд в сторону, – вообще-то я хотел сказать, что мне жаль. Я даже не думал, что Итан решит так жестко тебя наказать.

– Что?..

– Слушай, я не думал, что он зайдет так далеко. Я знал про агентство, но у меня даже мысли не возникло, что он может отправить тебя туда, – он стал подходить ближе и я увидела, насколько сильно он нервничает. Но я все равно попятилась назад. – Вообще-то я надеялся, что ему просто надоест нянчиться с тобой и он тебя выгонит, но я ошибся.

– Ты как-то связан с тем, что произошло со мной в том баре? – нахмурилась я, пронзенная внезапной догадкой.

– Конечно нет! Кое-что я все-таки сделал, но я бы никогда не стал подставлять тебя так...

– Ты же все время только и делал, что подставлял меня! Ты угрожал мне, и я даже не удивлюсь, если настраивал других против меня! Это ты виноват в том, что сейчас происходит со мной! – крикнула я со всей вырвавшейся наружу злостью, которую было уже не остановить. – С самого начала ты хотел избавиться от меня и теперь просишь прощения за то, что по немилости босса мне придется терпеть общество богатых стариков? Знаешь, засунь свое прощение в...

– Да нет же! – крикнул он в ответ, перебивая меня на самом интересном месте. – Я уже говорил тебе, что ни к чему хорошему такая жизнь не приведет. Поэтому я надеялся, что Итан выгонит тебя, пока ты не увязла в этом окончательно! Но он удивил и меня тоже.

– Да кто ты вообще такой? Я тебя знать не знаю и не потерплю, чтобы ты вмешивался в мою жизнь! Такой привилегии нет даже у близких ко мне людей, можешь спросить у одного из моих опекунов.

– Я... – начал было он, но резко замолчал, отведя взгляд.

– Значит так, – я вплотную приблизилась к нему, заставляя его посмотреть мне прямо в глаза. Лиам был ненамного выше меня и это придало мне уверенности. – Я понятия не имею, кто ты к черту такой и чего вообще добиваешься, но мне это все надоело. Я скажу это только один раз и, поверь, я не шучу – мне абсолютно нечего терять, и я знаю десять способов как убить тебя, не прикасаясь. Поэтому если я еще хоть раз увижу тебя рядом с собой или узнаю, что ты каким-то образом снова портишь мне жизнь, я не побоюсь вспомнить все, чему меня научила суровая жизнь в приюте.

Я широко улыбнулась, неожиданно для самой себя похлопала его по плечу и направилась к выходу из дома.

****

Мой первый клиент назначил встречу в дорогом отеле. Подъехав ко входу на такси, я почувствовала себя странно. С одной стороны, вот к чему я пришла меньше чем за год – еду на работу в престижный отель. С другой стороны, работа эта совсем не престижная. Я решила, что стоит попытаться отключить мысли, притвориться бездушной куклой, так будет намного проще и быстрее, особенно когда подействуют таблетки. В холле меня приветливо встретил портье и показав рукой в сторону ресторана, удалился к другим посетителям. А я пошла на встречу своей «новой жизни» и, найдя свободный столик, стала ждать.

– Ты Эбигейл?

Спустя пару минут ко мне подсел мужчина. Выглядел он лет на сорок пять, хмурый уставший взгляд не вязался с дорогим костюмом, в который он был одет, и тем более с золотыми часами, поблескивающими на запястье. Сам он был будто взволнован, что тоже совсем не сочеталось с его образом богатого клерка.

– А вы мистер Хил?

– Прошу, зови меня Тайлер. – Он подозвал официанта, – два бокала самого дорогого шампанского мне и моей даме.

Приняв заказ, официант ретировался и только тут мистер Хил позволил себе улыбнуться. От вымученной улыбки на его лице проступили морщины и чувство отвращения, которое я так старалась скрыть, снова накрыло меня.

– Честно говоря, я впервые таким занимаюсь, – не поверишь, я тоже, дядя, – поэтому немного волнуюсь. Но если что сделаю не так, ты не стесняйся, я не кусаюсь. Ну, хотя могу, если попросишь... – он рассмеялся со своей шутки, а я даже не стала скрывать презрение, с которым посмотрела на него.

Пара часов тянулись будто вечность. После еще нескольких бокалов мистер Хил расслабился так, что теперь вел себя будто он хозяин этого отеля. А еще безостановочно и очень мерзко шутил. Я же, как бы ни хотела, не стала вливать в себя больше одного бокала. Все-таки хотелось оставаться в трезвом уме, если что-то пойдет не так.

– Кажется, мы заболтались. Думаю, пора идти в номер, – улыбнулся мистер Хил своей гадкой улыбочкой. И тут я осознала, что главная часть вечера еще впереди.

Заплатив по счету сумму, на которую я могла жить примерно месяц, он встал и, чуть пошатываясь, зашагал в сторону лифтов. Хотелось бы мне сейчас сбежать, он бы вероятно даже ничего не понял или не вспомнил. Но я не могла так подставляться – Итан дал мне всего один последний шанс.

В лифте, как назло, никого не было. Вроде крутой отель, но даже горничные не попадались по пути, а я ловила себя на мысли, что мне страшно оставаться с почти ничего не соображающем мистером Хилом наедине.

Когда лифт наконец звякнул, оповестив нас приездом на пятнадцатый этаж, мистер Хил удовлетворенно хмыкнул и все так же шатаясь вышел из лифта, перед этим подав мне руку. Тактично пройдя мимо него, я пошла вперед и услышала недовольное сопение сзади.

– Не знаю, что ты из себя воображаешь, но мне это не нравится, – прошипел он и это заставило меня обернуться.

– О чем вы?

– Думаешь, я не вижу, как ты играешь недотрогу? Но я платил не за это! – крикнул он так, что слюни мерзко брызнули по сторонам.

Конечно же и в коридоре не было абсолютно никого живого кроме нас двоих. Как и пути к отступлению, потому что проход к лифту он перекрыл своим грузным телом.

– Да нет же, я просто...

– Я не хочу больше слушать тебя, – процедил он.

А в следующую секунду бросился на меня. Едва успев отпрыгнуть, я отпихнула его, как смогла. Но это только сильнее разозлило его, и он тут же больно схватил меня за руку, притянув к себе. От его мерзкого дыхания меня затошнило, а тело будто парализовало. Я даже не могла найти в себе сил дать ему отпор или закричать, да и какой смысл, все равно никому нет дела до нас. Он потащил меня по коридору и пройдя почти до самого конца, толкнул дверь в номер. Я уперлась руками в дверной косяк, сопротивляясь изо всех сих и в душе желая умереть прямо здесь и сейчас, когда над ухом раздался его голос:

– Сейчас я буду делать с тобой все, что захочу, – мерзко прохрипел он, – твой босс мне разрешил.

Тут я уже не выдержала. Вся злость, копившаяся во мне, вырвалась и я стала брыкаться руками и ногами, пытаясь вырваться из цепких объятий мистера Хила. Ему это явно не понравилось, и перехватив меня поудобнее, он толкнул меня в стену, так и не сумев затащить в номер. Больно ударившись головой, я начала скатываться по стене, пытаясь удержаться и продолжить отпираться. Но мистер Хил поднял меня раньше и прижал к стене всем своим весом, который был раза в три больше моего собственного. Он стал шептать что-то мне на ухо, сил отпираться больше не было, были только слезы и головокружение после удара головой о стену. Я просто надеялась, что это все пройдет быстро и не больно и закрыла глаза, едва сдерживая рвотные позывы.

Внезапно, мистера Хила отшвыривает от меня, а я от неожиданности и потери опоры все же скатываюсь по стене на пол. С трудом разлепив глаза, я увидела его, лежащего на полу недалеко от меня и держащегося за свой нос, из которого по рукам стекает кровь. Я не слышала никаких звуков, кроме своего дыхания, не видела, что происходит вокруг, только смотрела на него, пытающегося подняться. Восприятие окружающего мира возвращается ко мне, когда я вижу, как мистер Хил встает и снова бросается на меня. Я отшатываюсь и закрываю лицо руками, прижав колени к себе, но в этот раз путь ему перекрывает фигура, которая снова его ударяет, от чего тот уже не падает, но сворачивается пополам, извергая всевозможные ругательства. А мой спаситель поворачивается ко мне:

– Ты цела? Он тебя тронул?

Я просто смотрю на него и не могу вымолвить ни слова. Все, пережитое мной за сегодняшний день, не дает мне даже вздохнуть с облегчением. С трудом, но я начинаю все-таки понимать, что тут только что произошло.

– Эбигейл, прошу, скажи что-нибудь, – он подходит ко мне и, присев, трясет за плечи. Я не знаю, как реагировать, кроме как продолжать сидеть на полу и смотреть на него с широко раскрытыми глазами.

– Что ты... – наконец смогла подать голос я, – что ты тут делаешь, Ник?

– Тебя спасаю, как обычно.

– А ну иди сюда, придурок, – внезапно мистер Хил выпрямляется и бросается на Ника, но он успевает увернуться и с немыслимой силой скручивает мистера Хила, прижав лицом к стене.

– Полиция Нью-Йорка, – Ник сильнее прижимает его к стене и тот почти орет от боли. – Дернешься и я арестую тебя за склонение несовершеннолетней к занятию проституцией.

– Спокойно, офицер, – кажется Ник и правда произвел на мистера Хила неизгладимое впечатление, – она же шлюха, сама пришла ко мне по вызову.

– Ей семнадцать.

– Правда? Так я же не знал... в агентстве мне посоветовали ее, ну я и взял, симпатичная ведь – то, что надо.

Я увидела, как скривилось лицо Ника, да я и сама готова была выпрыгнуть в окно прямо сейчас, лишь бы не чувствовать то, что чувствую. Ник снова со всей силы впечатал его в стену, отчего тот всхлипнул.

– Вали отсюда пока я тебе еще что-нибудь не сломал. И если ты только рискнешь кому-нибудь рассказать о том, что здесь произошло, я найду тебя. Обещаю, – повторять мистеру Хилу было не нужно, и он тут же, отряхнувшись, засеменил к лифту, кажется даже протрезвев.

Я все так же сидела, облокотившись о стену, и смотрела на Ника. Теперь в моей голове не укладывалось, что же со мной будет, когда об этом узнает Итан.

– Что ты наделал?..

– Кажется, спас тебя, в очередной раз.

– Что теперь со мной будет... – я шмыгнула носом и закрыла руками лицо. Слезы сами потекли из глаз, снова.

Сидя с закрытыми глазами, я чувствовала только образовавшуюся в душе пустоту. С одной стороны, я должна была быть счастлива, что все сложилось именно так. Но с другой я понимала – это конец. Слезы продолжали течь, я могла лишь подавлять всхлипы.

Сквозь рыдания я почувствовала неловкое касание к моей руке. Мне не хотелось возвращаться в эту реальность, но я нашла в себе смелость сделать это. Пару раз глубоко вздохнув, я убрала руки с лица и увидела Ника, сидящего возле меня. Как ни странно, он смотрел на меня взглядом полным лишь только жалости, хотя даже я сама готова была убить себя на месте. От его взгляда захотелось отвернуться, но я заставила себя сдержаться.

– Зачем... Зачем ты это сделал? Он дал мне всего один шанс!

Слезы потекли с еще большей силой. Ник ничего не предпринимал все еще молча сидя в опасной близости ко мне. Промелькнула мысль, что лечь в постель со взрослым мужиком, чтобы остаться живой, было не такой уж и плохой идеей, но меня лишили шанса сделать это. От осознания этого руки со злостью сжались в кулаки.

– Мне же теперь точно конец! – крикнула я и не найдя выход своей злости, стала бить Ника кулаками. Вряд ли это могло доставить ему хоть какую-то боль – скорее доставляло ее только мне – и все же я продолжала это делать с завидным упорством.

Пару минут Ник стойко выдерживал мой приступ истерики, но даже его терпение оказалось не бесконечным. В какой-то момент он перехватил мои руки и больно сжал запястья. Я испуганно уставилась на него, кажется даже забыв, как дышать, вот только слезы почему-то не хотели останавливаться. Слишком поздно осознав, что всю накопившуюся ярость я решила выплеснуть на нем – чего он абсолютно не заслужил – я могла лишь молча наблюдать за ним, глотая слезы. Крики, обвинение меня во всех смертных грехах, вызов полиции сюда и заключение меня в наручники – я была готова ко всему. Но он удивил меня. Увидев немой страх в моих глазах, он отпустил мои руки и тут же сгреб в несильные, но настойчивые объятия. Я уткнулась лицом в его плечо и наконец окончательно позволила себе расслабиться.

Какое-то время мне понадобилось, чтобы прийти в себя. Ник не отстранялся, великодушно дав мне возможность выпустить накопившиеся эмоции. Наконец, убедившись, что я успокоилась, он отпустил меня и поднялся. Сделал пару шагов по коридору, кажется что-то обдумывая. Я лишь продолжала сидеть и молча наблюдать за ним, в удивительно спокойном для моего положения состоянии.

– Я знаю, почему ты здесь, и я могу тебе помочь, – сказал он, спустя пару минут размышлений подойдя ко мне. – Пойдем со мной.

Я уставилась на него слегка мутным взглядом. Он протянул мне руку и ободряюще улыбнулся. Я все еще была в таком шоке от происходящего, что не задумываясь схватилась за протянутую руку, хотя по моим подсчетам действие таблеток уже давно должно было пройти. Но, возможно, стресс действовал на меня не хуже транквилизаторов. Или это увеличенная доза вызвала истерику, превратившуюся в полное опустошение? Или же все, что я чувствовала сейчас – это лишь побочный эффект лекарств? Подтянувшись, я неловко качнулась и уткнулась ему прямо в грудь. Ничего не говоря, Ник снова обнял меня, на этот раз сильнее, а свободной рукой погладил по волосам, и я была совершенно не против.

****

Погода все также оставляла желать лучшего. Мелкий дождь продолжал моросить, но мне было все равно. Свежий воздух одурманивал, заставлял поверить, что все произошедшее было сном. Выйдя из отеля, мы пошли прямо по дороге, не зная куда, просто хотелось уйти подальше отсюда. Ник протянул мне пачку моих любимых дешевых сигарет, и я с благодарностью на него посмотрела, потому что из-за всех навалившихся переживаний, перед выходом из дома я просто забыла взять с собой сигареты, а сейчас они были так необходимы.

– Я устала, – сказала я, закурив сигарету и резко выдохнув, – я устала от всего этого.

– Я знаю.

– За эти восемь с лишним месяцев я видела и делала такие вещи, которые нормального человека уже давно должны были заставить все бросить и вернуться назад.

– Я знаю.

– И даже не скажешь, что это я виновата? – я остановилась и выжидательно на него посмотрела.

Дождь хоть и был мелкий, но мы шли уже довольно долго и промокли почти насквозь. Но никому из нас не было до этого дела.

– Скажу и еще не раз.

Он тоже остановился напротив меня, едва успев отпрыгнуть от парня, едущего на велосипеде, который окатил нас презрительным взглядом. Будто странно выглядели мы, гуляющие под дождем, а не он, едущий на велосипеде.

– Но не сейчас?

– Сейчас тебе нужна поддержка, а не осуждение.

– Я видела, как убили человека, Ник, – обдумав, выдала я, – думаю, убирали свидетеля или это просто были бандитские разборки. Мне казалось, они заметили, что я там была, но прошло уже почти полгода и ничего.

– А мне казалось, что меня уже невозможно удивить или испугать сильнее, – нахмурился он, – расскажи подробнее, что именно ты видела?

– Еще в самом начале моей карьеры, Итан отправил меня работать в один клуб в Бруклине. То еще местечко, если честно. Только для своих, как я поняла. Там было темно, но... Да, я определенно видела, как человека пырнули ножом после того, как он что-то передал убийце. И я определенно точно слышала какую-то фамилию, итальянскую кажется.

– Говоришь, прошло уже полгода? – он ненадолго задумался, а затем кивнул каким-то своим мыслям. – Думаю, если бы тебя хотели убрать, то уже бы это сделали.

– Ты прав, наверное. И прости, что я не слушала тебя. Я была такой дурой, когда решила сбежать и ввязаться в наркоторговлю. Господи, я только сейчас понимаю, как же это было глупо, – по лицу, и так уже мокрому от дождя, снова потекли горячие слезы. Я не знала, зачем говорю это, уже завтра я буду ненавидеть себя за эти слова, но сейчас только это казалось правильным. Помолчав еще немного, я продолжила: – То, о чем ты рассказывал мне, помнишь... Я согласна.

Он молчал. Мы все так же стояли посреди дороги, друг напротив друга и просто молчали. Через долгих пять минут он наконец сказал:

– Потерпи немного, Эбби. Уже завтра все закончится.