Затмение

Нью-Йорк встретил нас холодной, серой и дождливо-снежной погодой. А, впрочем, ничего другого я и не ожидала в разгар зимы. Я открыла глаза только когда Мэдисон заглушила машину, оказалось, сама не заметив как, я умудрилась задремать. Мы оказались в каком-то неприметном районе и из-за серости зданий, погода казалась еще мрачнее.

– Что это за место? – поморщившись от внезапного пробуждения и оглянувшись по сторонам, спросила я.

– Манхэттен, – улыбнувшись, ответила Мэдди.

– Я тут, конечно, ни разу не была, но что-то мне подсказывает, что он выглядит не так.

Кругом были то ли заброшенные, то ли обитаемые не самыми высшими слоями населения, здания. Невысокие кирпичные дома, выцветшие, бывшие когда-то яркими, вывески магазинов, мусор повсюду и завывающий снаружи ветер. Все это как-то не вязалось с ярким, сверкающим серебристым отливом небоскребов, Нью-Йорком.

– Мы в Гарлеме, Эбби. Здесь всегда так.

Мы вышли из машины, и я тут же достала пачку тех самых дорогих сигарет, которую я так предусмотрительно взяла с собой. Это был как раз тот самый момент наслаждения свободой и тем, что никто не достает со своими правилами.

– И чем мы здесь займемся? – спросила я, вдохнув приятный ароматный дым от сигареты, а затем протянув ее Мэдди.

– Конечно же пойдем отмечать твою свободу! – она хитро улыбнулась и тоже затянулась.

– А не рановато ли? Четыре часа дня.

– Пить никогда не рано, – она многозначительно посмотрела на меня и отдала сигарету обратно. – Кстати, отличные сигареты. Удивлена, откуда у тебя такие.

– Знаю парочку мест, – довольная собой, я вновь затянулась. – Пойдем уже.

Не сговариваясь, мы рассмеялись и направились в сторону одной из многочисленных невзрачных вывесок.

****

Открыв глаза, я не сразу смогла понять, где нахожусь, какой сейчас день, да даже жива ли я вообще. Потому что так мерзко себя можно чувствовать только будучи мертвой. И я надеялась, что это так. Осознав, что лежу на заднем сиденье автомобиля, я попыталась пошевелиться. Все тело затекло, ноги гудели, а рука как-то неестественно выгнулась под головой. Зашевелившись сильнее и попытавшись воскреснуть, я случайно толкнула переднее сиденье, откуда послышался приглушенный стон, а затем недовольный голос.

– Если проснулась, то дай поспать другим, – рыкнул на меня голос с переднего сиденья.

– Мэдди?

– А кого еще ты ожидала увидеть в моей машине?

Собрав все свои силы, я смогла подняться и сесть на сиденье, отчего случайно заметила свое отражение в зеркале заднего вида. Я действительно выглядела как мертвая – волосы были ужасно запутаны, под глазами залегли глубокие синяки, а на правой щеке красовалась темно-красная ссадина.

Мэдисон полулежала на водительском сидении, уронив голову на руль. Я толкнула ее кресло, от чего она снова простонала и отодвинулась подальше. Я вновь толкнула кресло, на этот раз сильнее. Спустя долгих несколько секунд она, наконец поднялась и, честно говоря, выглядела она ненамного лучше меня. Помимо ссадин и синяков, почти вся ее одежда была либо испачкана, либо разорвана.

– Что с... случилось? – спросила она и я увидела, что ее потряхивает.

– Это я у тебя хотела спросить! Потому что сама я ничего не помню. Нас чем-то накачали?

– Сомневаюсь, мы бы и сами справились, – хихикнула Мэдди, после чего схватилась за голову, заскулив.

Открыв дверь, я буквально вывалилась наружу и упала прямо в грязную лужу возле машины. Свежий воздух вскружил голову, а гудки машин, проносящихся по дороге недалеко отсюда, отдавались в висках. Окружающее нас место я не узнала, это точно был уже не Гарлем. Мэдисон вышла вслед за мной и тут же свернулась пополам, чтобы освободиться от последствий ночи.

– Да что с нами случилось? – вскрикнула я, резко вскочив на ноги, о чем сразу же пожалела.

– Ты что, правда ничего не помнишь? – спросила она, как только смогла говорить.

Воспоминания мелькали в странном хаотичном порядке. Наш приезд в Нью-Йорк, окраина Манхэттена, простенький бар с невзрачной вывеской, тот самый пакетик, который я купила пару дней назад и решила принять для храбрости... а дальше ничего. На переднем пассажирском сидении валялся телефон Мэдди, открыв дверь я схватила его, но он почему-то был выключен. Включив его, я ужаснулась.

– Совершенно. Я не помню целые сутки своей жизни, судя по тому, что сейчас уже шесть вечера двадцать седьмого числа, – я кинула телефон обратно и с силой захлопнула дверь.

– Мы были в баре, – начала она, достав из багажника пачку салфеток, – хорошо так напились. И я предложила тебе попробовать кое-что новенькое от моего дилера, на что ты с радостью согласилась.

– Так это ты накачала меня?

– Если тебе будет легче, продолжение я не помню. И как мы оказались здесь, – она махнула руками по сторонам, – тоже.

– Мне гораздо легче, спасибо, – фыркнула я и отвернулась, скрестив руки на груди.

– Ты не должна злиться, мы же классно повеселились! Разве не этого ты хотела, когда сбегала от своего симпатичного, но чрезмерно опекающего дружка?

– Я хотела быть свободной и независимой, а не напиваться до потери памяти. Да и где мы вообще?

– Кажется, это Бруклин, – Мэдди махнула рукой в сторону вывески, на которой было написано «Парк Сейнт Джон», – я знаю, что этот парк в Бруклине, – объяснила она.

– Как, черт возьми, мы оказались в Бруклине?

– Полагаю, приехали, – она закрыла багажник машины и облокотилась на него. – Да и что ты на меня кричишь? Было же весело.

– Не знаю, я не помню!

– Ладно, чтобы ты так сильно не злилась, я готова отвезти тебя на шопинг.

– Конечно, сейчас ведь самое время!

– Нам все равно нужно сменить эти грязные шмотки и что-нибудь поесть, – она снова села за руль и открыла для меня пассажирскую дверь.

– И как ты в таком состоянии поведешь? – возмутилась я, не спеша забираться в машину.

– Я – профессионал, – она хмыкнула, достала из бардачка солнечные очки, надела их и поправив волосы, нагнулась, чтобы посмотреть не меня. – Так ты едешь со мной или остаешься?

Не видя перед собой другого выхода, я молча залезла в машину и с силой захлопнула дверь.

Через десять минут Мэдди привезла нас к чему-то, отдаленно напоминающему торговый центр. По крайней мере, об этом говорили огромные, кое-где покосившиеся и выцветшие буквы на фасаде здания и названия магазинов. В целом же здание выглядело как старый обветшалый бизнес-центр.

– А получше ничего не нашлось? – скривилась я.

– В место получше нас в таком виде не пустят, – съехидничала Мэдди. – Обещаю, тебе тут понравится.

Первым делом мы, конечно, совершили набег на местную кафешку. Если люди и смотрели на нас в таком виде подозрительно, то сказать что-то и уж тем более выгонять нас никто не собирался, похоже в этом она оказалась права. Только умывшись в общественном туалете, вдоволь наевшись в забегаловке и влив в себя два больших стаканчика с отвратительным кофе, я осознала, что все-таки до сих пор жива.

– А теперь время шопинга! – воскликнула Мэдисон, направившись в один из цветных коридоров, сияющий вывесками различных магазинов.

– Когда ты говорила про «прошвырнуться по магазинам», я не думала, что ты это серьезно, Мэдди, – усмехнулась я.

– Вообще-то я обожаю ходить по магазинам.

– О, я не сомневаюсь. Еще бы ты не любила тратить папочкины деньги.

– Радуйся, сегодня я буду тратить их и на тебя.

В первом же попавшемся магазине, она сунула мне в руки несколько вещей и отправила в примерочную. А сама же осталась в зале, крутясь возле стойки со сверкающими украшениями. Когда я уходила, она как раз рассматривала, держа в руках, большое ожерелье, украшенное невероятно огромным блестящим камнем посередине и кучей точно таких же камушков поменьше.

Расплатившись за мои покупки и дождавшись пока я переоденусь в новое, она поблагодарила сотрудника на кассе, мило улыбнувшись, и поспешила выйти из магазина. Я нагнала ее уже только в коридоре.

– Куда ты так рванула?

– Просто не терпится купить теперь что-нибудь себе, – улыбнулась она немного напряженно.

– Ну, конечно, ты побежала так, что я тебя еле догнала. Если бы не знала тебя, подумала, что ты что-то украла.

– Пойдем быстрее, Эбби, что-то я неважно себя чувствую.

Пробежав еще несколько магазинов, она, наконец, смогла выбрать одежду и себе. Нагулявшись по магазинам и устав так, что силы были только для того, чтобы доползти до машины, мы решили, что сегодня переночуем в отеле. Точнее, так решила Мэдди, потому что еще одну ночь сидя в машине она бы не пережила. Впрочем, спорить я не стала. Совершенно не помня, как мы добрались до отеля из-за усталости и сонливости, я упала на кровать и тут же отключилась.

****

– Доброе утро!

– Какое доброе? – я зажмурилась от дневного света, внезапно залившего всю комнату. – Ты что творишь?

– Пора вставать и наслаждаться очередным свободным днем!

– Тогда я сначала хочу насладиться свободным сном.

– Уже три часа дня, – усмехнулась Мэдди, для пущего эффекта запустив в меня подушкой. – Ты так всю молодость проспишь, вставай.

– Ну, вот как постарею, так и встану, – эта перепалка могла продолжаться и дальше, если бы не настойчивый стук в дверь, услышав который я вскочила, чуть не упав с кровати. – Что это? Нас нашли?

– Я заказала завтрак, – улыбнулась Мэдди и расплатившись с курьером, протянула мне стаканчик горячего кофе, – ну или уже обед, называй как хочешь.

– Надо было сразу будить меня вот так, – я кивнула на стаканчик в своих руках.

– Теперь буду иметь в виду, – она подняла руки вверх. – Я пойду в душ, а ты пока вставай.

Выбора не было, поэтому залпом отпив сразу пол стаканчика, я встала с постели. Сегодня ощущения были уже куда лучше, чем вчера. Но на лице все равно были следы нашего вчерашнего... или позавчерашнего праздника.

– Эй, Мэдди, у тебя есть с собой косметичка?

– Конечно, возьми в моей сумке, – крикнула она в ответ, а затем послышался звук воды в душе.

Ее сумка нашлась в углу комнаты на полу, под горой вещей, которую она видимо оставила здесь вчера вечером, тоже не особо задумываясь об уборке, как и я. Сев на пол и прижав к себе сумку, я начала искать то, что нужно. Горы мусора, куча банковских карточек, пара пачек дорогих сигарет, какой-то странной формы таблетки – здесь было все, кроме того, что нужно. Наконец, я нашла косметичку в одном из внутренних карманов, взяв ее в руки, я увидела, как под ней что-то блеснуло. Любопытство пересилило здравый смысл, как, впрочем, и всегда, и я залезла поглубже, пытаясь вытащить то, что привлекло мое внимание.

– Вода здесь шикарная, советую тебе то...

– Что это? – в моих руках лежало то самое ожерелье, которое Мэдди так тщательно рассматривала в том магазине вчера.

– Просто ожерелье.

– Когда ты успела его купить?

– Пока ты переодевалась, конечно. Что за вопросы, глупышка? – она улыбнулась и попыталась выхватить у меня сумку и украшение.

– А это что?

Я удержала сумку и моему взору предстал очередной потайной карман, из которого торчало что-то ярко-синего цвета из атласной ткани. Я вытащила это и, развернув, начала рассматривать:

– Я видела это платье вчера на витрине одного из магазинов, в которые мы заходили.

– И что?

– А то, что в том магазине мы ничего не покупали, там ты только набрала кучу вещей и ходила их прим... Господи, Мэдисон, какого черта?

– Ну давай, кричи громче, а то еще не все слышали, – вызверилась она, отпустила сумку и села на кровать.

Выглядела она при этом совершенно спокойно, явно не так, будто ее только что поймали на воровстве.

– Черт возьми, да что с тобой такое?

– Я просто ворую вещи из магазинов, успокойся.

– То есть это было не впервые? Зачем ты это делаешь? Я не понимаю, – я вскочила и начала ходить по комнате, обдумывая происходящее.

– Что «это»? Я всего лишь развлекаюсь, а ты кричишь так, будто я убила твоих детей, – хихикнула она над своей шуткой.

– Развлекаешься? То есть для тебя это всего лишь шутка?

– Конечно, не более чем шутка. – Она откинулась на кровати, сохраняя абсолютно безмятежный вид. – Никто же не страдает от этого.

– Да что ты вообще несешь? Ты хоть сама себя слышишь?

– Моя жизнь скучная, Эбби. Ты даже не можешь себе представить насколько.

– Бедняжка, – съязвила я. – У тебя есть все, что ты хочешь.

– Именно! Только не у меня, а у родителей. Ты права, у них есть все, о чем можно мечтать. Деньги, автомобили, недвижимость, шмотки из новых коллекций, любые рестораны. Ты хоть понимаешь, как скучно становится, когда у тебя есть все? Ради адреналина и развлечения можно и не на такое пойти.

– То есть тебе скучно жить, – выкрикнула я, едва сдерживая истерический смех, – и из-за этого должны страдать другие люди!

– Да кто страдает-то? Не драматизируй.

– Да хотя бы сотрудники магазинов, которые ты обворовываешь.

– Брось, они даже ни разу меня не поймали, а значит сами виноваты – плохо работают.

– Я своим ушам не верю, – я опустилась на свою кровать и схватилась за голову.

– Это все просто ради развлечения, – она выпрямилась и улыбнулась, явно уверенная в том, что говорит. – Но ты и сама не лучше, мисс «постоянно сбегаю из школы-интерната и закрутила роман с учителем».

– Что ты несешь? – воскликнула я, но мысль, проскочившая в голове, заставила меня напрячься и сурово посмотреть на нее. – Откуда ты это знаешь?

– Это не имеет никакого значения, – она снова натянула на лицо улыбку и только теперь я поняла, что это отличная маска для прикрытия своих настоящих эмоций. – Я просто хотела сказать, что и ты не идеальна. А я всего лишь развлекаюсь, когда мне скучно.

– Так я и думала, – я замолчала и одарила ее самым презрительным взглядом, на который только была способна. – Кажется нам не по пути.

Я вскочила и стала собирать свои вещи, которых, к счастью, было не так уж и много.

– Да куда ты пойдешь? – она встала и попыталась выхватить вещи у меня из рук. – Ты же пропадешь без меня!

– Может быть и так, – отпрянув от нее, я поймала ее взгляд. Она смотрела на меня не то раздраженно, не то испуганно, а от прежней уверенности не осталось и следа, – но и с тобой я пропаду тоже.

С максимально возможной скоростью, я скидала в рюкзак то, что успела из него вытащить. Вещи, которые Мэдисон купила мне прошлым вечером, я аккуратно сложила и оставила на кровати, давая этим понять, что мне ничего от нее не нужно. На себя же я надела обычные спортивные штаны и белую футболку, которые стащила у Ника. Накинув сверху свою куртку и совершенно не обращая внимания на свой внешний вид, я выскочила из номера под взволнованные вопли Мэдисон.

Погода была отвратительная. Все небо заволокли темные тучи, медленно падали крупные хлопья снега, тут же тая и превращаясь в воду. Где-то вдалеке завывал ветер, и я невольно поежилась. Но мне, наверное, впервые в жизни, было так все равно на погоду, на обстоятельства, на все вокруг. Хотелось просто уйти отсюда.

– Стой, Эбигейл! – раздался голос Мэдди, которая уже шла за мной.

И я побежала. Так, как никогда не бегала. Плутая между домами, я выбежала на оживленный перекресток. Расталкивая людей, стараясь не обращать внимания на страх и отвращение, я начала пробираться вперед, сама не понимая, куда тороплюсь. Волосы тут же намокли из-за растаявшего снега, гул машин, толпы людей, громкая музыка повсюду и острое желание спрятаться от всего этого, потому что теперь настрой был совершенно не радужный – вот такой Нью-Йорк я себе и представляла, когда ехала сюда. Совершенно одна, без денег, без крыши над головой, даже без телефона в одном из самых больших и дорогих городов мира, я просто бегала кругами под дождем.

– Эбби! – от размышлений меня отвлек голос из толпы. Я развернулась, насквозь промокшая Мэдди стояла недалеко от меня. – Давай поговорим, пожалуйста.

– Ладно, но только недолго.

Я вздохнула и подошла к ней, признав, что убежать все равно не получилось. Она одарила меня благодарным взглядом и легкой улыбкой.

– Я знаю тут одно классное недорогое местечко, – она мотнула головой в сторону, жестом веля мне следовать за ней.

Заведение было, откровенно говоря, такое себе. Интерьер в оттенках темного дерева, противная музыка и пьяные мужики, взгляды которых приковались к нам, стоило только войти. Я слегка скривилась, но постаралась держать себя в руках, Мэдди же оставалась беспристрастной, словно наведывалась в такие места каждый божий день. Впрочем, наверняка так и было.

– Добрый вечер, что будете?

– Виски, – я плюхнулась на стул возле барной стойки, хмуро посмотрев на бармена. Мэдди молча опустилась рядом.

– Документы?

Я протянула ему карточку и заметила, что он дольше, чем нужно, всматривался в мое удостоверение. Страх кольнул меня всего на секунду, но я не позволила ему отразиться на лице, вместо этого широко улыбнувшись.

– Что, непохожа?

– Простите, шестая смена подряд. Виски сейчас будет.

Конечно, документы у меня были поддельные. Я сделала их еще несколько лет назад, чтобы почти законно сбегать на тусовки в Филадельфии, но так ни разу ими и не воспользовалась. В них был указан возраст на пять лет больше моего реального, поэтому они идеально подходили для Нью-Йорка. Убрав документы в карман, я развернулась к Мэдисон с немым вопросом на лице.

– Говори, что хотела, ну.

– Я в общем... Мне жаль, что ты узнала об этом, – она тяжело вздохнула и оглянулась вокруг, будто рассматривая посетителей. – Я этим не горжусь, но и не стыжусь.

– Ты только это хотела сказать?

– И прости за то, что я наговорила тебе. Да, вот такая я ужасная и поэтому я не буду заставлять тебя общаться со мной, – она вернула внимание ко мне и заговорила твердым серьезным голосом, – если хочешь, я могу уйти и оставить тебя одну.

– Хочу, – так же серьезно ответила я, – так что, если у тебя все, я тебя не держу.

Она понимающе кивнула, но ничего не ответила. Встав со стула, она вновь мельком осмотрелась по сторонам и неловко улыбнувшись мне, поспешила к выходу. Что-то в ее поведении не давало мне покоя, но я была настолько зла, разочарована и огорчена, что предпочла списать это на нашу ссору. Как только за ней закрылась входная дверь, я уронила голову на барную стойку, закрыв глаза. И тут же их открыла почувствовав, что рядом со мной кто-то приземлился. Я решила, что Мэдисон вернулась и собралась высказать ей все, что я о ней думаю, но это оказалась не она.

– Хочешь я тебя угощу? – спросил севший рядом со мной парень.

Он был высоким и крепким – насколько вообще можно было разглядеть сидящего человека. Короткие темно-русые волосы переливались от желтого света, висящей прямо над нами лампочки. По моим меркам, он был не то, чтобы красавчиком – хотя это очень спорный вопрос, потому как за семнадцать лет я ни разу не задумывалась ни в каком плане о людях противоположного пола, учитывая, как тяжело сблизиться с кем-то, когда от любого физического контакта чуть не падаешь в обморок – но при этом он очень дружелюбно улыбался и это, несомненно, цепляло.

– Не хочу, – в этот момент бармен, наконец, подал мой виски. Я демонстративно залпом осушила стакан, а затем достала из рюкзака смятую купюру, чуть большую, чем стоимость напитка. – Сдачу оставьте на чай, – и улыбнувшись встала, чтобы пройти в зал и занять ближайший свободный стол, в надежде, что незнакомец сам отвалит и не станет для меня проблемой.

К несчастью, спустя некоторое время все тот же парень вновь оказался рядом со мной.

– Может все-таки не откажешься от приятной компании?

– И где она? Я не вижу.

Я смотрела на него с презрением, максимально тактично давая понять, что мне не интересна его компания. Но незнакомец будто этого не замечал. Или делал вид.

– Сделаю вид, что не обиделся.

– Мне все равно, делай что хочешь.

– Ладно, начнем заново. Не возражаешь, если я угощу тебя? Глупо будет отказываться от предложения провести время в приятной компании, да еще и выпить за чужой счет.

– Если ты так ставишь вопрос, – я серьезно посмотрела на моего собеседника, а затем перевела взгляд на толпу, будто мне напрочь наскучил разговор с ним. Хотя, вообще-то, так и было. – Ладно, но всего один напиток.

Он удалился и через несколько минут вернулся с двумя стаканами виски.

– Думаю, ты не откажешься от добавки, детка.

– Глупо будет отказываться от предложения выпить за чужой счет, – процитировала я его фразу.

– Схватываешь на лету, – он широко улыбнулся и немного расслабился, видимо решив, что я клюнула. Я же наоборот с каждой секундой напрягалась все больше. – И как твое имя? Может уже раскроешь эту тайну, раз согласилась со мной выпить? Я, конечно, могу звать тебя просто «деткой», но...

– Эбигейл. Но давай без глупых подкатов, – фыркнула я, закатив глаза, – не трать время понапрасну, лучше используй их на ком-нибудь другом.

– Приятно познакомиться, Эбигейл. Я – Джек, – он продолжал улыбаться, будто не замечая мое недовольство и желание остаться в одиночестве. – Не обижайся, но ты выглядишь расстроенной, и кажется, это не из-за того, что ты вся промокла.

– Не обижайся, Джек, но мне все равно, что ты думаешь.

– Поверь, это сразу видно. Еще я вижу, что ты отчаянная.

– Это еще почему?

По какой такой причине я не послала его сразу и продолжала с ним разговаривать – было загадкой даже для меня.

– Только отчаянная будет пользоваться такими качественными поддельными документами, чтобы выпить виски в самом дурном баре в трущобах Нью-Йорка.

– И с чего ты взял, что они поддельные?

Я нервно обхватила свой стакан крепче и сглотнула ком в горле. Но, кажется, Джек и этого не заметил.

– Я это сразу понял, даже издалека. Но не волнуйся, бармену здесь все равно, – он замолчал и посмотрел на меня, сделав максимально задумчивое лицо. – Если позволишь, я продолжу. Так же я думаю, что ты скорее всего сбежала из дома. Что, мамочка и папочка жизни не дают?

– К счастью, у меня их нет, поэтому не понимаю, о чем ты.

Я немного расслабилась, при этом мысленно дав себе подзатыльник за совершенно неправильно сложившееся первое впечатление о человеке, который оказался совершенно не таким глупым, каким показался мне вначале.

– Промах.

– Но ты почти угадал. Ты что, типа мысли читать умеешь?

– Нет, все куда проще. Я очень хорошо читаю людей, а у тебя так вообще все на лице написано. К тому же, я и сам когда-то был таким.

– Если ты решил, что мне интересны твои проблемы, то зря.

– Точно, – усмехнулся мой новый знакомый, – у тебя ведь и своих проблем хватает. Кстати о них, твоя подруга, кажется, сильно расстроена, ты не собираешься ее догонять?

– Она мне не подруга. И нет, не собираюсь.

– О, ясно, – он хмыкнул и окинул меня любопытным взглядом. – Тогда как ты смотришь на то, что я помогу тебе немного расслабиться и забыть о проблемах?

– Будет зависеть от того, что именно ты мне предложишь, – я заинтересовано подалась вперед, глотнув виски.

– У меня есть кое-что для поднятия настроения. Думаю, тебе это сейчас необходимо.

– Показывай.

– Оу, не так быстро, – улыбнулся Джек. – Ценю твое рвение. Но сначала скажи, ты выпила всего два стакана виски?

– Да, а почему ты спрашиваешь?

– Я люблю веселиться, но я не идиот. Штучки, которыми я собираюсь тебя угостить не очень хорошо сочетаются с алкоголем, – его напряженная улыбка вдруг стала меня нервировать, и я задумалась, стоит ли соглашаться или лучше уйти пока не поздно. – Но от двух стаканов ничего не будет, не волнуйся.

Он встал и протянул мне руку, видимо, чтобы помочь подняться. Конечно, я отвернулась и встала сама, на что он только рассмеялся и направился куда-то вглубь заведения. Был уже вечер и людей становилось все больше, а свободных столиков все меньше. К бармену за стойкой присоединился еще один, а также появилась еще официантка. Музыка становилась громче, напитки все крепче, контингент все пьянее. Кажется, только с наступлением вечера это место оживает, да, впрочем, как и весь Нью-Йорк, очевидно. Осмотрев все, что происходит вокруг и вздохнув, я с легким нетерпением поспешила за Джеком.

Вполне ожидаемо, он ждал меня в темном коридоре, вдалеке от людей настолько, что даже достаточно громкую музыку здесь было едва слышно. Как только я подошла, он вытащил из кармана маленький пакетик. Приглядевшись получше, я увидела, что в нем лежали несколько маленьких цветных таблеток. Спустя секунду, до меня все же дошло, что именно он держал в руках.

– Ты что, хочешь, чтобы я их попробовала?

– А ты что же, не хочешь? Уже передумала?

– Нет, просто после последнего эксперимента с транквилизаторами я едва смогла воскреснуть, а это...

– А это нечто немного другое, да. Но не бойся, пока ты со мной, ничего ужасного с тобой не случится, – он подошел ближе и попытался положить руку мне на плечо, но я тут же отпрянула от него. – Ты слишком напряжена и как будто чего-то боишься. Всего одна маленькая таблетка и поверь, тебе станет намного лучше, чем сейчас, – он раскрыл пакетик и мне на руку упала маленькая, совершенно безобидная на первый взгляд, таблетка. – Если ты боишься последствий, то от одной маленькой дозы их почти не будет.

«Где-то я это уже слышала» – проскользнула в голове навязчивая мысль, но лишь на мгновение.

Под его уговоры, я даже не успела опомниться, как закинула ее себе в рот. Я ничего не почувствовала, просто не знала, что чувствовать. Даже подумала, что Джек меня обманул и подсунул обычную пустышку. Но он, к моему удивлению, вытащил точно такую же таблетку из пакетика и выпил ее сам. Я стояла и смотрела на него, не чувствуя ничего, кроме привычного опустошения внутри.

– Ну, как? – спросил Джек, его мелодичный голос эхом раздался по всей моей голове.

– Я не знаю. Как я пойму, что это оно?

– Ты поймешь. Пойдем, совсем скоро тебе очень захочется танцевать. В этом баре как раз все самое интересное начинается с наступлением темноты, – он взял меня за руку и повел в сторону зала, а я даже не нашла в себе желания сопротивляться.

Вечеринка была уже в самом разгаре. Музыка стала куда лучше и намного громче, куча уже почти пьяных людей терлись друг о друга, изображая танец. Сама не заметив когда, я влилась в самую гущу толпы. Пару раз кто-то врезался в меня, и я поймала себя на мысли, что это не доставило мне никакого дискомфорта, скорее наоборот. Но я не собиралась фокусироваться на своих мыслях, сегодня я лучше сфокусируюсь на ощущениях. Музыка, словно замедляется, а потом точно так же растягивается. Внутри будто взлетают птицы, ощущение легкости и комфорта, словно теперь я могу все. Я дергалась в такт меняющейся музыки, не думая ни о чем и обо всем одновременно. Дыхание участилось, лицо было мокрое от пота, но мне было все равно.

Я совершенно не осознавала сколько прошло времени. Само понятие времени словно исказилось для меня, точно так же, как и звучащая отовсюду музыка. Джек постоянно был рядом. В одно мгновение он стоял прямо передо мной, в другое, кажется, обнимал сзади. И прикосновения его были до жути приятными, вызывали мурашки и какие-то удивительные новые ощущения. В этот момент не было привычного неприятного предчувствия, не было желания остаться наедине с собой. Мне было хорошо в толпе людей танцующих, пьяных, таких веселых, наслаждающихся жизнью. Мне нравилось чувствовать себя одной из них, мне нравилось быть одной из них. Хотелось продлить это ощущение, чтобы оно не заканчивалось никогда.

Внезапно Джек отпустил мою руку и без него меня словно обдало холодом. Обернувшись, я заметила, что он куда-то ушел и меня слегка кольнула обида. Решив не портить себе настроение из-за этого, я направилась к бару. Упав на стул рядом с барной стойкой, едва удержав себя в вертикальном состоянии из-за сильного головокружения, я стала ждать, когда освободится бармен и пыталась хоть немного отдышаться. Рядом сидели несколько парней, судя по виду, они только пришли и увидев меня, сразу закончили свой разговор.

– Тут очередь. Хочешь коктейль? Я его еще не пил, – один из них, симпатичный блондин, протянул мне бокал и улыбнулся.

– Спасибо.

Я схватила его бокал с каким-то разноцветным напитком и почти залпом осушила его, оценив приятный фруктовый вкус. Увидев это, второй парень уже рассмеялся в голос.

– А ты ничего. Не хочешь провести этот вечер со мной? – смеясь спросил второй. Это был невысокий брюнет, и гораздо менее симпатичный чем блондин.

– Я, пожалуй, выберу блондина.

Я мило улыбнулась, схватила его за руку и повела танцевать. Он успел только опрокинуть в себя стакан виски, под недовольные возгласы своего друга, который видимо собирался его пить.

Мы пробрались в самую толпу, я обвила его шею руками и стала двигаться в такт музыке. Не знаю точно, сколько уже часов это продолжалось, но я вообще не чувствовала усталости, и это меня нисколько не пугало.

– Скажи честно, ты под чем-то?

– А если и так, то что?

– Ничего, мне это нравится, – он ухмыльнулся и руками обвил мою талию. Это было такое необычное ощущение и умом я это понимала, но отстраняться не хотелось совершенно. – Не хочешь продолжить веселье в другом месте? – вдруг спросил он.

– Очень хочу!

Заткнув голос разума и предпочтя слушать лишь свое пьяное сознание, я поплелась к выходу из бара под руку с первым встречным парнем. В тот момент мне было очень хорошо и совершенно наплевать на последствия. Ровно до тех пор, пока путь нам не преградила знакомая большая фигура.

– Эбигейл, куда ты? – спросил вдруг взявшийся из ниоткуда Джек.

– Тебе какое дело? – я подняла голову и смело взглянула на него, насколько я вообще могла выглядеть смелой с высоты своего роста. – Ушел от меня к кому-то другому, ну так проваливай обратно.

– Эй, отвали, – он слегка толкнул в плечо блондина, который все еще прижимался ко мне где-то сзади. Грозный вид Джека явно внушал страх моему очередному новому знакомому, поэтому он, тут же показав перемирие руками, ретировался куда-то в толпу. – С ума сошла? Будучи под таблетками уходить из бара с первым встречным придурком.

– А разве это как раз не первый встречный придурок накачал меня этими самыми таблетками?

– Эй, я не в счет. Я вообще-то тебя спас только что.

– Я вообще-то в твоем спасении не нуждалась. У меня все было под контролем.

Сказав это я почувствовала небольшое головокружение и дрожь в ногах. Очевидно, это не осталось незамеченным.

– Да, я вижу, – он схватил меня за локоть и потащил к столику, за которым мы с ним сидели, наверное, часа три назад.

– Джек, а у тебя есть... еще? – спросила я, как только развалилась на маленьком диванчике и снова почувствовала себя почти живой.

– Без обид, но я думаю тебе уже хватит.

– Ты не понимаешь! Это невероятно! Я чувствую себя живой, чувствую, что могу все. Я наконец-то могу не просто терпеть касания других людей, я могу сама касаться кого захочу! Я хочу постоянно чувствовать это! Пожалуйста...

– Нет, Эбигейл, это ты не понимаешь. Не знаю, что ты имеешь в виду под «касаться кого хочу», но все, что ты сейчас чувствуешь это эффект от таблеток, который полностью пройдет в лучшем случае через шесть часов.

– Но это так приятно, почему это должно проходить? – казалось все хорошее настроение вмиг растворилось где-то в ужасно громкой музыке и плохом алкоголе.

– Я за то, чтобы веселиться, но только если это не сильно вредит здоровью.

– Мне нужно в туалет, – я поспешила встать и, слегка пошатываясь, отправилась на поиски приключений.

– Хочешь добавки, крошка?

Очередной высокий амбал преградил мне путь. Это что, фишка заведения такая или я выгляжу как маленькая испуганная девочка, которую можно безнаказанно зажать в углу?

– Я слышал, как ты спорила с тем типчиком и знаю, чем он занимается, он здесь часто ошивается.

– И к чему этот монолог?

– К тому, что тебе остро необходимо то, что есть у меня.

– Фу, извращенец, – я попыталась оттолкнуть его и пройти дальше, сделав вид, что совсем не поняла, о чем идет речь, но в следующую секунду задумалась. – Сколько?

– Двести.

– Двести? Совсем уже?

– Запомни, крошка, никогда нельзя жалеть денег на хороший продукт.

Я залезла в карман сумки и нащупала там еще парочку смятых купюр. Оказалось, как раз столько у меня и осталось, правда я не помню, чтобы клала их туда. Интересно, можно ли назвать это везением? Или, наоборот, неудачей?

– С тобой приятно иметь дело, – улыбнулся он, схватив деньги, а затем протянул мне пакетик, похожий на тот, что был у Джека. – Если будет нужна добавка, я здесь каждый день с полуночи до четырех утра.

– Это вряд ли.

Дождавшись, пока он наконец уйдет, трясущимися руками я развернула пакет и выпила таблетку. И пока не наступил эффект, я решила найти Джека и скорее попрощаться с ним, чтобы уберечь себя от лишних вопросов.