Глава 24 - «Утро, которого мы ждали»
Ты проснулась раньше него.
В комнате — только дыхание, тихое, ровное.
Сквозь неплотно прикрытые шторы пробивался свет.
Ты повернулась — и впервые за долгое время увидела его лицо спокойным.
Он спал, как будто больше не нужно быть сильным. Не нужно защищаться. Не нужно доказывать.
Ты осторожно провела пальцем по его ключице, остановилась на татуировке — знакомой, любимой, твоей.
А потом легла обратно, уткнувшись в его плечо.
Он шелохнулся и, не открывая глаз, прижал тебя к себе.
— Я думал, ты уйдёшь, — пробормотал он сонно.
— Я вернулась. — Ты провела пальцами по его щеке. — Я всегда хотела вернуться. Просто не знала, где меня ждут.
Он медленно открыл глаза.
В них было всё — и боль, и вина, и любовь. Особенно любовь.
— Я так скучал по тебе, что начал тебя ненавидеть.
Ты улыбнулась.
— А я скучала так, что начала себя терять.
Он сел в кровати, прислонившись к спинке, и потянул тебя за запястье, усадив на себя.
Твои ноги обвили его талию, ты сидела на нём, в его футболке, как в доме, к которому принадлежала.
— У нас всё ещё будет тяжело, — сказал он тихо. — Я не умею быть правильным. Я всё делаю через край.
— А я не умею быть покладистой. Я колючая. Резкая. Слишком гордая.
— Может, это и есть идеальное? — он усмехнулся, провёл пальцами по твоим губам. — Ты — ярость, я — хаос. Вместе это хотя бы честно.
Ты коснулась его лба своим.
— Только пообещай. Больше никаких дверей с другими. Ни у кого. Никогда.
— Только ты. — Его голос стал твёрдым. — И даже если ты уйдёшь, я всё равно останусь твоим.
Ты кивнула.
А потом — поцеловала его. Спокойно. Без бешенства. Без борьбы.
По-настоящему.
⸻
В тот день вы никуда не пошли.
Вы ели прямо в постели. Блины с клубникой, кофе, тишина.
Ты примеряла его толстовки, он смеялся, снимал тебя на камеру.
Ты включила музыку. Он потянулся к тебе, и вы танцевали, босиком, в комнате, полной света и воздуха.
Никакой съёмки.
Никаких звонков.
Только вы.
Как будто этот день — награда за всю боль, за все сомнения, за каждую ссору.
⸻
Позже, уже к вечеру, вы лежали на полу, на пушистом ковре, глядя в потолок.
— Мы могли бы исчезнуть, — тихо сказала ты. — Куда-нибудь. Где никто не знает, кто мы. Где никто не лезет в нас.
— А ты сможешь без камер? Без подиумов?
Ты повернулась к нему.
— А ты сможешь без меня?
Он усмехнулся.
И серьёзно кивнул.
— Нет. Не смогу. Ни дня.