Глава 21 «Старая Боль»
Прошел месяц с того момента, как я забыла, что такое отдых и личное время. Мой кабинет становился все меньше и меньше, и мне порой казалось, что я вот-вот сольюсь с этой давящей красной мебелью вокруг меня.
Задания от Люциллы становились все более удручающими. Постоянные телефонные звонки, от которых язык буквально заплетался, даже не в рабочее время. И встречи с её адвокатом, на которые уж точно должна была идти не я.
Порой мне казалось, что я занимаю огромную часть её жизни, но это чувство быстро испарилось после того, как она почти перестала меня замечать, как человек.Я выполняла слишком много обязанностей, которые не входили в мою компетенцию. Но мне казалось, что это спасает меня от возможного увольнения, если вдруг я совершу какую-нибудь ошибку. Хотя я не была уверена...
— Офис Люциллы Ренаро, её секретарь Катерина слушает, — уже автоматически ответила я, беря в руки стационарный телефон.
— Соедините меня с ней немедленно! — послышался строгий мужской голос на другом конце.
— Могу я сперва узнать ваше имя, пожалуйста?
— Как можно этого не знать? Как вас там, секретарь! — переходя на крик, выпалил мужчина.
Такое случалось очень часто,когда со мной позволяли разговаривать с откровенным неуважением. Когда ты секретарь, твоё имя будто перестает существовать: его не запоминают и даже не считают нужным произносить слово «пожалуйста».
— Первая линия, какой-то мужчина! — крикнула я в приоткрытую дверь кабинета Люциллы.
— Я занята! — тут же ответила она. В щель двери было видно, как она сидит в своем огромном красном кожаном кресле, закинув ноги на стол. — Пусть перезвонит в другое время!
Она была совершенно не занята, и я была в этом уверена. Она уже раз сто повторила имя своей подруги Урсулы, которая звонила ей чуть ли не каждый день из Франции. Если бы они не говорили по-французски, я бы хотя бы поняла, что её так сильно веселит в этих разговорах.
— У нее сейчас совещание, к сожалению она не может ответить на ваш звонок. Вы можете перезвонить позже, и я с удовольствием, по возможности, передам ваш звонок Люцилле. Всего доброго! — с натянутой улыбкой сказала я.
— Да как вы смеете! — послышалось на другом конце, когда я нажала на кнопку «сброс звонка».
Когда я только опустилась на свой стол и впервые за день вздохнула полной грудью, из кабинета Люциллы снова послышалось мое имя.
— Да иду я уже... — тихо, сквозь зубы сказала я, нехотя поднимаясь со стула.
Глаза Люциллы были устремлены в маленькое зеркало, которое она держала в руке, пока красила губы помадой винного оттенка. Её губы всегда были очень выразительными, даже без макияжа, хотя и оставались довольно маленькими и аккуратно очерченными.
— Заблокируй этот номер! — сказала Люцилла, даже не взглянув на меня.
— Вы имеете в виду этого мужчину? Он выглядел очень настойчивым, пытаясь дозвониться до вас.
— Это не важно. Пусть попробует свою настойчивость в другом месте!
— Да, конечно! — смиренно ответила я, снова закрывая за собой дверь.
— Ты случайно не знаешь, где носит этого мальчишку? — громче спросила Люцилла, когда я уже скрылась за дверью.
Под словом «мальчишка» она имела в виду Аллана. У нее всегда было много прозвищ для него — в зависимости от её настроения: «черт», «упрямый баран», «наглец», «кошмар» и даже «ходячее бедствие». Я уж боюсь представить, как они вообще умудрились работать вместе так долго и не убить друг друга.
— Понятия не имею... — пробормотала я и села на своё место.
Руки гудели ужасно. От усталости я не могла нормально спать и порой засыпала прямо на рабочем месте или даже на кухне, когда делала себе кофе. Вчера, когда Люцилла сказала: «Милая, ты очень плохо выглядишь, даже несмотря на твою брендовую одежду. Может, сходишь на массаж?», что я чуть не рассмеялась ей в лицо.
Если честно, я уже забывала даже поесть и вспоминала об этом только тогда, когда в глазах начинало темнеть и я путала свет ламп с мерцающими звездочками.
Так долго я не протяну. Я не должна выполнять всю эту мелкую работу, которую вполне могла бы осилить Люцилла сама. И под мелкой работой я имею в виду: «Забрать костюм из химчистки и выгулять трёх непослушных далматинцев».
Мне кажется, я схожу с ума. Через пару дней я буду лежать на полу, пока кто-то из сотрудников не найдёт моё обезвоженное тело, придя утром в офис.
Я думала, что, став сотрудником этой компании, смогу применить свои креативные способности по максимуму и хоть как-то продвинуться в области кино. Но за эти три месяца я будто утратила всю энергию и последнюю надежду не оказаться выданной за очередного богача.
Неужели это и есть моя судьба?
По очередному приказу Люциллы я вышла в коридор, чтобы выяснить, не пришёл ли Аллан на своё рабочее место. Не похоже, что он опаздывал или с ним что-то случилось. Скорее всего, он просто забил на свои обязанности, как часто бывало и в университете, когда он ещё был преподавателем.
Неожиданно, в коридоре я увидела кудрявую голову Элис с охапкой ключей в руке. Она пыталась открыть дверь кабинета Аллана, вставляя буквально каждый ключ в замок и громко ругаясь при каждой неудаче.
— Что ты тут делаешь? — сказала я, и от моего голоса она резко вздрогнула.
— Вот чёрт. Не пугай меня так! Я уже думала, что идёт эта ваша шефиня! — быстро выпалила Элис.
— Ты про Люциллу? — тихо спросила я.
— Ага... — пробормотала Элис, наконец открыв дверь кабинета Аллана.
Она распахнула её резко, и поток воздуха из кабинета ударил мне прямо в нос. И я почувствовала его запах — терпкий, древесный, знакомый парфюм.
Элис быстро подбежала к чёрным шкафам, что-то лихорадочно перебирая на полках.
— Куда он мог это спрятать... — бормотала она себе под нос.
— Что спрятал? — спросила я.
— Мои права... — резко выпалила Элис, распотрошив мусорное ведро прямо на столе у Аллана. Он бы точно пришёл в ярость, увидев эту картину.
— Права для вождения? Но почему они должны быть у него? — мне казалось, я задаю слишком много вопросов в их семейных разборках.
— Мой брат не настолько прост, как ты думаешь, Кети! — усмехнулась Элис. — Чтобы я не гоняла по ночам на мотоцикле, он готов на всё. Даже на то, чтобы проколоть мне все колёса или, что хуже и, конечно же, затратнее, слить бензин из мотоцикла.
— Я не знала, что он заходит так далеко, — удивилась я.
Элис внезапно остановилась посреди кабинета, закрыла глаза и опустила руки. Сначала я подумала, что она просто сильно разозлилась из-за этой ситуации, но потом поняла, что она о чём-то сосредоточенно думает.
Она медленно направилась к полкам Аллана, мягко проводя пальцами по каждому углу, словно какой-то криминальный следователь.
— Мой брат точно знал, что я приду сюда и буду искать, — тихо сказала она. — Поэтому он спрятал это так надёжно, чтобы я не нашла, даже если обыщу всё. Он спрятал мои права в самом обычном месте, но таком, о котором я бы не догадалась.
В горшке из-под цветка? Под столом? Внутри книг? Или в мусорном ведре? Это были мои первые мысли.
Но когда рука Элис медленно потянулась к клавиатуре компьютера и она неожиданно приподняла её, вдруг раздался громкий смех.
— Вот гондон! Я слишком хорошо знаю своего брата! — воскликнула Элис.
Она перевернула клавиатуру и принялась отклеивать маленькую карточку с её обратной стороны, закреплённую скотчем.
— Он настолько заморочился... Совсем на него не похоже! — усмехнулась я.
Когда я уже собиралась вернуться в свою каморку, я случайно зацепилась каблуком за другую ногу и чуть не рухнула на пол, но рука Элис крепко подхватила меня.
— С тобой всё хорошо? — её глаза тревожно и внимательно смотрели на меня. — Выглядишь неважно. Когда ты в последний раз ела?
— Я не помню, — сказала я, держась за голову.
Все мысли путались, и я не могла сосредоточиться. Рука Элис крепко сжимала моё предплечье, и я невольно задумалась, откуда в ней столько силы.
— Ну ничего, я знаю, как тебе помочь. Только нам нужно прихватить с собой Селин! — весело сказала Элис.
— Зачем?
— Иначе она бы не отдала мне ключ от кабинета Аллана.
Через полчаса мы уже были в довольно милом и светлом кафе неподалёку от офиса. Оно было выполнено в стиле двухтысячных — с полупрозрачной зелёной плиткой и аккуратно расставленными по углам растениями.
— Не думала, что ты здесь работаешь! — с удивлением сказала я, рассматривая огромное меню на стене.
Там было всё: от салатов, пиццы и напитков до домашних лимонадов, расписанных различными белыми шрифтами, что каждая буква давалась с трудом.
— Не думала, что ты можешь быть фанатом здорового питания! — засмеялась Селин, посмотрев на Элис.
— То, что я работаю здесь барменом, не означает, что я поддерживаю эту концепцию. И уж тем более не фанат всей этой «здоровой био-еды». Хотя некоторая пицца мне даже нравится.
Я откинулась на спинку светло-зелёного дивана, выбрав себе салат «Цезарь» с креветками. Селин же остановилась на пицце странной формы, полностью покрытой ананасами. Очень странное сочетание.
Элис в светлом фартуке выглядела довольно забавно, особенно когда завязывала свои густые кудрявые волосы в большой пучок на макушке. От её сосредоточенного лица нам становилось особенно смешно.
— Вот, пожалуйста, — сказала Элис, поставив перед нами две огромные тарелки. Они были настолько большие, что занимали почти всё пространство на маленьком круглом столе. Вся посуда, интерьер, стены и даже картинки хоть как о взаимодействовали с зеленым цветом. Это придавала атмосфере какой-то спокойное и умиротворенное состояние.
— А столы такие маленькие, наверное, чтобы люди не переедали, — засмеялась Селин, делая очередные фотографии наших блюд.
— Не забудь отметить в Instagram местоположение, — прошептала Элис.
— Так вот зачем ты нас сюда позвала! — засмеялась я.
Около часа мы спокойно болтали и рассказывали о своих первых днях на работе. Оказалось, что Селин работает в компании уже больше пяти лет и на одной и той же должности, в то время как Элис за три года сменила около десяти работ.
— Не думала, что вы знакомы, — тихо сказала я, глядя на них двоих. — Просто вы такие разные, и ваши миры будто совсем не соприкасаются.
— Ой, неправда! Элис много раз отвечала на мои звонки, когда я пыталась дозвониться до Аллана.
— Вот так мы и познакомились... — сказала Элис, делая глоток холодного кофе.
Я накалывала еду на вилку и чувствовала, как по телу разливается приятное ощущение насыщения. Будто головная боль наконец-то покинула моё тело, освободив меня от бесконечного писка в ушах. Мне было тепло и спокойно от осознания, что я наконец нашла людей, с которыми могу нормально говорить, не прятать свои чувства и не стыдиться своего статуса.
Заводить друзей для меня всегда было чем-то сложным. Я даже не помню, когда в моей жизни было больше одной постоянной подруги. И честно говоря, не помню, были ли они вообще. Но радовало то, что теперь мне не нужно было притворяться. Меня принимали такой, какая я есть. И мне этого было достаточно. Уставшей. Измученной. В плохом настроении, но зато сытой.
— Я возьму себе что-нибудь попить, ты не против? — спросила я у Элис, которая почему-то упрямо смотрела на меня.
— Нет, конечно. Бери всё, что хочешь. Кофе? Лимонад? Или, может, один из этих пахучих чаёв?
Я подошла к барной стойке, наблюдая, как Элис заваривает мне чай с мелиссой — запах которого можно было почувствовать даже от входа. И только сейчас я заметила маленькие картины, расставленные по полкам: с изображениями деревьев и птиц.
Дверь неожиданно открылась, и колокольчик на ней приятно зазвенел. Я уже возвращалась к своему столику, когда услышала, как кто-то подошёл к стойке.
— Мне салат с собой, пожалуйста! — сказал приятный голос, который я могла бы узнать из тысячи. Даже если бы перестала видеть — эту интонацию я бы узнала точно.
На мгновение сердце сжалось, и странная боль кольнула грудь. Я заставила себя повернуть голову — столкнуться с реальностью глазами.
Длинные светлые волосы мягко спадали на бежевое пальто. Когда они вообще успели так отрасти? Ещё недавно они едва касались плеч. Я подняла взгляд и встретилась с этими знакомыми карими глазами.
— Привет, Кети... — сказала Лола, осматривая меня с головы до ног.
От неожиданности я поднялась, будто пытаясь подойти ближе, но что-то резко остановило меня. Я застыла, не в силах пошевелиться.
— Привет, Лола, — тихо ответила я. — Как ты? Я не знала, что ты осталась в городе...
Она молча смотрела на меня с каким-то болезненным удивлением. Лола выглядела грустной — не меньше, чем я.
— Так странно... говорить с тобой, будто ничего не случилось. Даже после этих трёх месяцев... — она резко осеклась. Её глаза быстро наполнились слезами и покраснели.
— Ваш салат... — громко сказала Элис, чувствуя напряжение между нами. Она и Селин с удивлением переглянулись, явно не понимая, что происходит.
— Вижу, у тебя появились новые подруги. А про старых ты, значит, и вовсе забыла...
— Я пыталась тебе дозвониться, но ты не брала трубку. Я даже писала тебе везде... но мне казалось, ты меня заблокировала, — ком подступил к моему горлу.
В одну секунду в голове вспыхнули все воспоминания нашей последней встречи: плачущая Лола, наблюдающая, как Джереми снова выходит сухим из воды после того, как разорвал между нами все мосты. Я и не думала, что нашей дружбе может так быстро прийти конец. Но больше всего меня злило, что причиной всему был наш лучший друг.
Лола больше ничего не сказала. Она молча положила свой салат в сумку и так же тихо ушла, оставив меня в тишине и растерянности. Я много раз представляла нашу встречу у себя в голове. Я так много хотела сказать и объяснить, но все слова будто в момент улетели. А стоит ли мне вообще что-то говорить в этой ситуации? Я ведь ничего уже не могу изменить...
— Что между вами произошло? — нарушила тишину Селин, глядя, как я пытаюсь прийти в себя. — Ты что-то плохое сделала?
— Да, — тихо сказала я, сжимая кулаки. — О таком даже рассказывать сложно.
Я пыталась собраться с мыслями, чтобы мои слова хотя бы звучали не так паршиво, как это было на самом деле.
— Я переспала с нашим лучшим другом... не зная, что он её муж. Точнее... я даже не знала, что они поженились.
Они переглянулись, прежде чем что-то сказать. В такой ситуации сложно нормально отреагировать, не зная всех подробностей. Но сейчас мне, пожалуй, даже лишние комментарии были бы не так важны , пусть и не успокоили бы.
Весь оставшийся день прошёл довольно обыденно. Разгребая тонну бумаг, я совсем потеряла счёт времени и погрузилась в эту рутину. За окном шёл сильный дождь, и меня всё сильнее настигала грусть. Я закрыла глаза под звуки работающего принтера.
Но в копировальный зал вдруг ворвалась Люцилла в своем длинном кардигане, что придавал ей какой-то величественный вид.
— Где вся наша почта? Почему документы до сих пор не доставлены?! — разразился её недовольный голос. — Может, кому-нибудь стоит всё-таки сходить на почту и выяснить...
Её взгляд быстро метнулся к стоящей рядом Терезе, которая без малейшего угрызения совести пила кофе, облокотившись на подоконник прямо в рабочее время.
— Наша почта слишком занята подарками для Кети от её выдуманного парня! — сказала она неестественно сладким голосом, делая очередной глоток кофе. — Я могу им позвонить и спросить, найдётся ли у них минутка доставить наши документы. Конечно же, в свободное от цветов и открыток для Катерины время...
Из её глаз будто сыпались искры злости и едкой желчи, которая копилась внутри неё. Я была уверена, если бы Тереза не перевела разговор на меня, она бы первой отправилась на почту, несмотря на проливной дождь.
— Ты просто завидуешь, Тереза! — мягко сказал Седрик, проходя мимо. — Тебя раздражает, что Катерина интересна кому-то, а ты - нет.
От этих слов она мгновенно покраснела, как помидор, не в силах ничего ответить. Все взгляды зала устремились на нее.
— Так, всё. Хватит. Прекратите бездельничать и быстрее доставьте мне документы до конца дня.
В каком-то смысле это было даже правдой. Два раза в неделю я действительно получала разные подарки от Флориана, которые хоть как-то скрашивали мои унылые рабочие будни. Однажды он прислал мне коробку клубники в шоколаде, и Тереза была первой, кто захотел её попробовать. Но когда узнала, что это было для меня, тут же принялась осуждать каждую калорию, приговаривая: «От такой еды слипнется не только попа, но глаза».
Документы всетаки были доставлены. И этот раз Седриком. Ему пришлось бежать до закрытия почты под проливным дождем, так как сегодня был короткий день. Он внезапно появился у меня в кабинете, держа в мокрых руках несколько больших конвертов. Его одежда настолько промокла от дождя, что по полу за ним тянулись мокрые следы.
- Я надеюсь, Документы не промокли. Я как мог держал их под своей курткой,- улыбаясь сказал он, передавая бумаги мне в руки.
Я знала, что как только я их получу, то должна буду тут же доставить Аллану на подпись. Но за весь этот день я ни разу не встретила его в коридоре и даже на курилке, которую он постоянно посещал.
Я не могла признаться себе, что искала его глазами все это время. Меня не покидала мысль, что он начал меня уж слишком усердно избегать. Даже, когда мы просто проходили мимо. Он даже перестал здороваться со мною, не говоря о том, чтобы просто взглянуть мне в глаза. Мы слишком отдалились друг от друга, как будто чужие люди, которые никогда не думали друг о друге. А ведь когда-то, я была к нему настолько близко к Аллану, что могла прикоснуться к нему губами...
