Твое разбитое сердце, учитель 16+

Я быстро вбежала в съёмочную студию, лихорадочно выискивая глазами Люциллу. Она стояла, нервно скрестив руки, и о чём-то напряжённо говорила с актёром. Увидев меня, она резко подняла брови.

— Катерина? — вопросительно произнесла она и поднялась с высокого стула.

— Простите за долгое ожидание, — выдохнула я, стараясь восстановить сбившееся дыхание.

Я протянула Люцилле жёлтую папку с оригиналом и заметила, как уголки её губ медленно поползли вверх. Неужели она думала, что я не справлюсь?

— Ты всё-таки успела вернуться и найти её! Но как? Это же практически невозможно! Сейчас час пик, такси почти не...

— У меня появилась одна идея... — тут же перебила я.

— Ладно, — спокойно сказала она и сразу же передала папку актёру. — У нас ещё есть время до интервью. Мы успеем спокойно подготовиться...

Эти слова подействовали как спасительный глоток воздуха. С плеч будто свалилась тяжёлая ноша, и я наконец позволила себе глубоко вдохнуть.

Я аккуратно завязала растрёпанные волосы в хвост и опустилась за ближайший столик в маленькой кантине. Закинув ноги на соседний стул, я откинулась на спинку и закрыла глаза. Ужасно хотелось спать. Тело обмякло, словно слилось с поверхностью стула, и я почувствовала, как медленно проваливаюсь в дремоту.

Мысли, однако, не давали покоя. А что, если бы я провалила задание? Что, если бы так и не нашла папку с вопросами? Пришлось бы Люцилле отменять интервью или выкручиваться на ходу?

Одна лишь мысль о том, что я могла подвести такого человека, как она, не отпускала меня. Я и представить не могла, что однажды буду работать на неё. Это было бы глупо называть мечтой или целью, но других мечтаний у меня просто не существовало.

Ну... или всё-таки существовало одно.

Я вспомнила свой последний день рождения в декабре. Тогда я загадала совсем не типичное для себя желание. Вместо привычного «хочу быть как все» я пожелала нечто глупое и по-детски наивное.

«Хочу вернуть Аллана...»

Сейчас мне самой смешно вспоминать об этом. Как могла я вообще о таком думать? Как влюблённая студентка, безответно влюблённая в своего преподавателя. Я ждала, что он хоть раз напишет, найдёт меня, подаст хоть какой-то знак — просто чтобы показать, что не забыл.

Открыв глаза, я заметила, что уже несколько минут бездумно рассматриваю люстру на потолке, утопая в собственных мыслях. Из студии донеслись первые звуки начавшегося интервью, а на двери появилась табличка «Не беспокоить». В помещении внезапно стало так тихо, что я отчётливо слышала шум машин с улицы.

Сотрудники нервно столпились у дверей, пытаясь заглянуть в узкую щель и увидеть, что происходит внутри. В этот момент стоявший рядом Седрик — секретарь Аллана — тихо подозвал меня к себе.

— Я и не думал, что мы сегодня вообще начнём, — прошептал он с лёгкой улыбкой.

— Мне так жаль, что всё могло сорваться из-за меня... — так же тихо ответила я, не поднимая взгляда.

— Ничего страшного. Все совершают ошибки, — Седрик чуть наклонился ко мне. Он был невысоким, но его спокойный голос невольно заставлял прислушиваться. — Ты даже не представляешь, сколько ошибок совершил я...

— Правда? — удивлённо спросила я.

— Да. Но я уже исчерпал весь свой лимит. С таким начальником, как Аллан, у меня больше нет права на ошибку.

— Да! — раздался знакомый грудной голос за спиной.

Я не обернулась. Одной только мысли о том, кто сейчас стоит за мной, хватило, чтобы всё тело сжалось. Моя главная проблема. Человек, который приносил мне и счастье, и боль.

— Я вовсе не хотел сказать, что вы... — Седрик тут же повернулся и поднял взгляд. — В общем, я просто пытался поддержать Катерину!

— Её не нужно поддерживать. Это часть её работы, — монотонно произнёс Аллан.

Я чувствовала его присутствие прямо за своей спиной. Слышала ровное, спокойное дыхание — будто он не сделал мне ничего плохого.И как он вообще смеет после всего просто стоять рядом?

— Мы все — одна большая команда. Каждый несёт ответственность за свои ошибки. Когда выпадает одно звено, это неизбежно отражается и на остальных... — монотонно произнёс Аллан.

Я чувствовала, что эти слова адресованы именно мне. Он словно нависал надо мной, ожидая реакции. Было ощущение, что вот-вот Аллан снова начнёт свою удушающую лекцию о дисциплине и коллективной ответственности.

— Именно такие бездумные ошибки могут привести к нарушению нашей системы...

— Кто бы говорил... И по чьей же вине это произошло? — строго произнесла я, ощущая, как его фигура медленно приближается ко мне. Он явно не ожидал это услышать. Я увидела, как выражение лица Седрика поникло, но я не решилась подавать и виду.

— Прошу прощения? Что ты там сказала? — с насмешкой переспросил Аллан.

Я резко обернулась и неожиданно столкнулась с ним. Он наклонился слишком низко, явно не ожидая, что я повернусь. Наши лица оказались пугающе близко друг к другу.

Я тут же отступила на шаг назад. Передо мной стоял прежний Аллан — тот самый, которого я когда-то знала. Аккуратно зачёсанные назад волосы, чисто выбритое лицо,без привычной щетины. Довольно опрятный образ моего учителя, после нескольких лет снова возник передо мною.

— Катерина? — я увидела, как его губы тихо произнесли моё имя. — Ты хотела что-то сказать?

— Когда же мы снова перешли на «ты»?Я больше не Ваша студентка. Или Вы забыли, мистер Ортега? — чуть громче говорю я, смотря на его реакцию.

— Хотелось бы забыть... — с лёгкостью ответил он, улыбаясь мне. Он сказал это сразу же, даже не подумав. И от этого что-то так больно кольнуло в груди...

Ах вот как...

— Между вами что-то есть? Я слышал, вы когда-то были близки... — тихо произнёс Седрик, бросая на нас игривый, слишком любопытный взгляд.

— Нет! — выпалили мы с Алланом одновременно.

Это прозвучало так громко, что несколько сотрудников раздражённо обернулись в нашу сторону.

— Как тебе вообще пришло это в голову? — возмущённо обратилась я к Седрику, который буквально пылал интересом. — Если бы я знала, к чему всё это приведёт, я бы никогда не заговорила с Алланом!

Аллан недовольно уставился на меня из-под густых чёрных бровей и скрестил руки на груди.

— Как будто виноват здесь только я, — резко бросил он. — Напомнить тебе, с чего всё начиналось?

Он говорил слишком громко и слишком сердито. Одна из сотрудниц съёмочной группы выглянула из-за перегородки студии и холодно, но уверенно произнесла:

— Вы не могли бы выяснять личные вопросы в другом месте?

Я, не отвечая, быстро направилась прочь — к большому балкону, подальше от чужих ушей. Мне совсем не хотелось, чтобы вся команда узнала, какой влюблённой дурой я была, позволив себе так сблизиться с собственным учителем.

Выйдя на балкон, я глубоко вдохнула холодный воздух, и внутренний жар понемногу начал спадать. За спиной раздались тихие шаги Аллана, который встал рядом, опершись о перила.

Он ловко достал сигарету и поднёс её к губам. Серьёзно? Как он может быть таким спокойным?

— Я не понимаю, почему ты так злишься на меня, — сказал он, выпуская дым и внимательно глядя на меня. — Я считал, что всё между нами давно осталось в прошлом.

Он умел словами отправить меня в нокаут. И каждый раз меня поражало его ледяное спокойствие и почти болезненное равнодушие.

— Да, в прошлом, — процедила я. — Но это не даёт тебе права так отвратительно со мной обращаться.

Его карие глаза тут же расширились и на мгновение блеснули в солнечном свете. Он смотрел на меня, не двигаясь, будто застыв. А мне оставалось только гадать, что у него в мыслях.

— О чём ты?

— Ты знаешь, насколько серьёзно я отношусь к этой работе, — сказала громче я,— Даже если для тебя я всего лишь недалёкая богатая девчонка, случайно оказавшаяся не на своём месте.

— Я так не думаю, — ответил Аллан не отрывая от меня глаз.

— Я знаю, что это ты выбросил папку с вопросами для Люциллы, — слова вырвались сами, резко и неожиданно. Я смотрела ему прямо в глаза и слышала собственный голос, дрожащий от напряжения.

— Что за чушь, — произнёс он жёстко. — Я бы никогда так не поступил!

Прошлая Кети, та самая, влюбленная до беспамятства в этого мужчину, уже бы без колебания поверила его словам. Но в глубине души, я понимала, что он говорит это, чтобы просто успокоить меня.

— Не ври мне, — я сделала шаг вперёд, сокращая и без того нашу дистанцию. — Тебе невыносимо знать, что я работаю с тобой под одной крышей. Что я здесь. Рядом,прямо за стенкой. Вот так ты решил избавиться от меня?

— Я бы никогда так не сделал!

— Эта чёртова папка лежала в мусорке у тебя в кабинете, — сказала я громче, но каждое слово било точно в цель. — Как, по-твоему, она там оказалась, если ключ от кабинета Люциллы есть только у тебя?

Он замер, молча смотря на меня. Было видно, как он колебался, пытаясь не подать виду. Его тонкие пальцы крепко сжали перила балкона, но лицо оставалось таким же неподвижным.

— Я бы никогда не сделал этого, Катерина, — произнёс Аллан тихо, но твёрдо. — Даже несмотря на то, что ты была моей студенткой, даже не смотря на то, что между нами что-то могло быть.Я всегда видел твой труд и стремление ко всему новому. И это сейчас не слова учителя, а человека, который за тобой просто наблюдал. Но Я бы просто не позволил себе опуститься до того, чтобы причинить тебе вред... Никогда.

Мои щеки стремительно покраснели от услышанного. Слова Аллана звучали как признание. Но я больше не понимала, чему верить: своим глазам или все же этому мужчине...

— Ты сам сказал, что я вылечу отсюда,как пробка, стоит мне допустить хоть малейшую ошибку, — голос дрогнул, но я не остановилась. — Неужели всё это потому, что ты до сих пор ненавидишь меня?...За то, что когда-то влюбился в свою студентку?

Фраза сорвалась слишком громко. Сквозь стекло балкона я заметила, как несколько сотрудников,включая Седрика и недавно пришедшую Селин замерли, глядя на нас, затаив дыхание. Они все слышали...

Вот дура. Вот же дура...

— Чёрт... — выдохнула я почти беззвучно.

Аллан медленно провёл рукой по волосам, неловко отводя взгляд.

— Да уж... — пробормотал он раздражённо.

Вечером все сотрудники вместе с начальством отправились отмечать начало съёмок новой серии фильмов. После окончания интервью мне всё-таки удалось вернуться домой — хотя бы ненадолго, чтобы привести себя в порядок.

Отражение в зеркале не радовало: лицо выглядело опухшим и уставшим, а волосы беспорядочно спутались, будто отражая мой внутренний хаос.

Я решила принять быстрый душ, не столько ради внешнего вида, сколько чтобы хоть немного успокоить жгучую тревогу, сжимавшую грудь изнутри. Все собирались в популярном итальянском ресторане на набережной. Лишь сегодня я узнала, что они бывают там довольно часто, почти как по расписанию, в обеденные перерывы.

Я аккуратно накрутила кончики волос и уложила их под белый обруч с бусинами, который был подарен моей мамой. Она всегда говорила, что с ним я выгляжу опрятно и произвожу правильное впечатление на «достойных молодых людей».

Я выбрала чёрную блузку и белую кожаную юбку. Мне не хотелось выглядеть слишком нарядно, но и подчёркивать собственную усталость — тем более.

Накинув длинное чёрное пальто, я быстро вышла на улицу к уже вызванному такси. Несмотря на середину ноября, холод пробирал до костей.

Машина остановилась у входа в ресторан с красивой террасой прямо у моря. С первого взгляда стало ясно, почему это место было таким популярным. Спокойная музыка и теплый свет фонарей так и манил зайти внутрь.

— Ну наконец-то! — раздался голос Селин, которая курила рядом со входом.

— Ты меня ждала или просто вышла покурить? — улыбнулась я, распахивая дверь такси.

— Одно другому не мешает, — весело отозвалась она и бросила сигарету в урну.

Селин была высокой и очень стройной. Синие расклешённые джинсы и простая белая футболка будто еще больше подчёркивали её худобу.В её внешности угадывались азиатские черты.Узкие, чуть раскосые глаза придавали лицу особую выразительность и холодную притягательность.

Мы вошли в ресторан, и меня сразу окутал густой аромат базилика и тёплого хлеба. Внутри было почти жарко — после холодной улицы это ощущалось особенно резко. Вежливый официант, на голову ниже Селин, провёл нас к великолепной террасе с видом на тёмное вечернее море. К моему удивлению, там совсем не было холодно, несмотря на середину ноября.

— Прошу вас, мисс, — он ловко выдвинул для меня стул за столом, где уже сидели восемь человек, включая Селин и Седрика — секретаря Аллана.

Сам Аллан расположился за другим, более крупным столом напротив — рядом с Люциллой, актёром и несколькими членами съёмочной группы. Я невольно поникла, заметив Терезу, устроившуюся рядом с ним. Она бросила на меня короткий, оценивающий взгляд — и тут же отвернулась.

— Почему Тереза сидит рядом с руководством? — тихо спросила я Селин, наклонившись к ней.

— Это место было свободно, — шепнула она с лёгкой улыбкой, прикрывая рот ладонью. — Я думала, ты его займёшь. Но ты опоздала.

Ну и ладно. Мне и не хотелось сидеть рядом с Алланом после всего, что произошло на балконе. Было бы верхом глупости оказаться рядом с ним сейчас — после того, как всем стало ясно, что когда-то я была в него влюблена. Ещё студенткой.

— Меню, пожалуйста.

К нашему столу подошли сразу двое официантов и разложили перед нами внушительные меню. Стоило мне открыть своё, как глаза тут же разбежались от обилия блюд и напитков.

— Я даже не знаю, что выбрать... — пробормотала я себе под нос.

— Лазанью, пожалуйста, — громко раздался голос Люциллы за соседним столом. — Вам обязательно нужно попробовать лазанью в этом ресторане. Она лучшая в городе. Я лично знакома с шеф-поваром!

Я перевела взгляд на раздел с основными блюдами: паста, пицца, лазанья, равиоли... Порции выглядели пугающе большими, одни названия уже казались слишком сытными.

— Если я возьму здесь лазанью, то точно её не осилю, — заметила Селин, взглянув на меня. — А ты что будешь?

— Думаю взять равиоли с тыквенной начинкой.

Когда нам принесли еду, я тут же набросилась на неё, внезапно вспомнив, что за весь этот бесконечно стрессовый день так и не съела ни крошки. Теперь мне оставалось лишь ждать решения Люциллы — либо я провалила испытательный срок, либо прошла его. Это ожидание изматывало, давило на грудь, и с каждой минутой становилось всё невыносимее.

Я мельком заметила, как Селин переписывается с кем-то под столом. Она украдкой улыбалась экрану и даже тихо смеялась.

— С кем ты говоришь? — спросила я вполголоса, делая глоток красного вина.

— С моим мужем, — тут же ответила она, не отрывая взгляда от телефона.

Чёрт. Я и забыла, что у неё есть муж. Селин выглядела слишком молодо — я бы дала ей лет двадцать восемь, максимум тридцать, но в ней всё ещё была эта почти девичья лёгкость.

— Он приедет за мной на машине, — добавила она, наконец убирая телефон. — Я уже прилично выпила, пока ждала тебя, так что сама до дома точно не доеду, — она рассмеялась и дружески хлопнула меня по плечу. — Хочешь, мы и тебя подбросим? Я видела, ты приехала на такси.

— Нет, не стоит, — поспешно ответила я. — Я доберусь сама.

— Да брось, Кэти. Сейчас такси ждать просто вечность,— Селин игриво прищурилась. — А хочешь, я познакомлю тебя с другом моего мужа? Он такой красавчик...

— Не надо, — неловко отмахнулась я и залпом допила вино. — Я сейчас не настроена на новые знакомства.

Было очевидно, что пока она ждала меня в ресторане, Селин успела изрядно опьянеть. Речь стала чуть медленнее, а движения расслабленнее. Не стоило мне так задерживаться...

— Ах да, точно, — вдруг громко рассмеялась она. — Я и забыла, что ты всё ещё сохнешь по Аллану.

Мне пришлось легонько толкнуть её в плечо.

— Эй. Я вовсе не «сохну» по нему, — строго сказала я. — Между нами уже давно ничего нет.

— Если честно, я была удивлена, что между вами вообще что-то было, — продолжила она, понизив голос. — Аллан, конечно, красив и безумно популярен у женщин, но он слишком закрыт для близких отношений. Я знаю его всего пару лет, и за всё это время он был неравнодушен только к одной... неудачной актрисе. Которая, к слову, тоже была его студенткой.

— Мелания... — процедила я сквозь зубы.

Меня накрыла внезапная, горячая злость. Даже после всего, что между ними было. Даже после того, как Мелания рассталась с моим братом. Она всё равно вернулась к Аллану, будто ничего и не произошло.

— Я слышала, что он встречался со своей студенткой, — продолжала Селин, не замечая, как я сжала вилку. — И была почти уверена, что это именно она. Но потом к нам пришла ты...

После вкусного ужина нам принесли ещё вина. Я больше не пыталась себя останавливать,бокал за бокалом исчезали слишком легко. Только так удавалось хоть ненадолго заглушить бурю внутри.

Когда официант поставил на стол очередную бутылку, Селин громко заявила, что сегодня я это заслужила.

— Налейте Кэти ещё вина. Сегодня она поедет домой с моим мужем! — рассмеялась она.

Я тут же уловила короткий, обеспокоенный взгляд Аллана, едва заметный, но слишком выразительный. Он появился ровно в тот момент, когда прозвучало слово «муж».

На улицу мы вышли, шатаясь и перебирая ногами. Стоять было трудно. Сонливость накатывала волнами, силы утекали из меня с каждой минутой. Слова путались, мысли распадались, и я уже не могла связно строить предложения.

— Дорогой, наконец-то ты приехал! — вскрикнула Селин, заметив тёмную машину у тротуара.

Из автомобиля вышел рыжеволосый мужчина с бородой, заметно выше Селин. Он нежно обнял её за плечи и поцеловал.

— Это моя коллега, Катерина, — промурлыкала Селин, не отпуская его. — Ты же не против, если она поедет с нами?

— Конечно нет, — рассмеялся он. — Если только она не собирается ночевать у нас.

В этот момент из машины вышел ещё один человек. Высокий, широкоплечий. Он медленно стянул с головы капюшон и свет фонаря подхватил его светлые, почти белокурые волосы.

У меня перехватило дыхание.Не может быть...

— Ох, Кэти, я совсем забыла представить тебе нашего приятеля. Его зовут...

— Флориан, — перебила я её, почти беззвучно.