Глава 13 «Его взгляд»
Я сидела за столом, медленно разрезая ножом морепродукты на своей тарелке, стараясь не выдать эмоций, пока вокруг гремели разговоры родителей и сестры. Каролина наконец-то вернулась с медового месяца и решила заглянуть к родителям.
— А какая там природа! И какие лошади! — вскрикнула она. Ее глаза сияли, а улыбка растянулась во всю ширину лица.
— Лошади? Мне не послышалось?— мама сделала глоток вина, слегка приподнимая бровь.
— Мы катались каждый день на прекрасных белоснежных лошадях вдоль побережья. Это было просто волшебно, — сказала Каролина и бросила краешком глаза взгляд на папу, будто проверяя его реакцию.
— Ты же всегда боялась лошадей, милая. Что вдруг изменилось? — засмеялся папа.
— Канье выкупил целое побережье, и мне пришлось попробовать это веселье вместе с ним, — спокойно сказала сестра также радостно.
— Или тебе просто было скучно... — тут же выпалила я, и почувствовала, как все взгляды устремились на меня. Внутри что-то сжалось.
— Ох нет. Скучно мне уж точно не было, Кети, — ехидно сказала Каролина, наконец взглянув на меня.
— Ну да, ну да. Там же нет клубов и вечеринок, потому что Канье слишком ревнивый, не отпустил бы тебя так просто повеселиться, — добавила я, с улыбкой, которая чуть касалась губ. Я не хотела выглядеть настойчивой, просто чувствовала себя должной поддержать разговор.
— Нет, он не настолько ревнивый! — оправдалась сестра, недовольно поворачиваясь ко мне, и её речь была чуть быстрее обычного.
Я слишком хорошо знала мою сестру. То, как она не любит сидеть дома, и как не представляет себе жизни на одном месте дольше одного дня. Ей по душе шумные компании и много людей, которые могут веселить её каждый день.
Вдруг мама перебила разговор, как будто решила сменить тему на более «серьёзное».
— У Кети тоже появился ухажёр, — сказала она неожиданно, глубоко вздохнув.
— Ну и кто же этот смельчак? — с азартом спросила Каролина, распахнув широко глаза, в которых мелькало любопытство.
— Флориан Хольцман! — спокойно произнёс отец, словно это был факт, который не требует обсуждения.
— Но она его отвергла! — воскликнула мама, и в её голосе звучала не только грусть, но и скрытая тревога.
— Что? Нет! Не может быть! Ты отвергла Флориана? — сестра смотрела на меня так, будто это была фатальная и огромная ошибка,- Такого красавца? Ну ты конечно....
— Ничего такого я не делала. Мы не были настолько близки, как вы думаете, — с тяжестью в голосе сказала я. — У нас была дружеская встреча один раз и всего лишь.
Мама посмотрела на меня строго, почти пронизывающе. Но я старалась не смотреть на родителей, опустив глаза в свою тарелку, я нарезала уже разрезанные кусочки креветок раз за разом.
— Мне кажется, ты должна дать ему шанс, Катерина!
Полное имя, которым она меня называла, звучало как раздражение. Почему она злилась? Почему я должна была подчиняться этим ожиданиям?
Я положила нож и вилку чуть крепче, чем нужно, и почувствовала, как внутри меня закипает тихий протест.
— Есть и другие новости,- вдруг неожиданно для себя сказала я,- У меня появилась работа!
Я тут же взглянула на своего отца, который два месяца назад пытался убедить меня, что замужество - это лучшее решение для меня. И если я не продержусь на работе хотя бы пол года, то должна буду послушаться его.
- Точно,- вскрикнула мама, радостно, будто была рада, что я хоть как-то сменила тему,- И как прошел твой первый рабочий день?
- Все было просто чудесно,- уверено сказала я, чувствуя как в груди что-то очень сильно заболело,- Чудесно!
После окончания моего первого рабочего дня все сотрудники двух отделов собрались выпить шампанского. Мы стояли в просторном холле, окружённом мраморными колоннами, будто в каком-то современном дворце. Люциллы, конечно, не было — она всегда уходит раньше всех, словно выше всех наших корпоративных ритуалов.
Я ловила взглядом каждого проходящего человека, в надежде увидеть Аллана. Хоть на секунду, хоть на мгновение. Убедиться, что он здесь. Но его нигде не было.
Я поднялась на следующий этаж под предлогом «осмотреться», хотя на самом деле — чтобы проверить ещё раз. Пусто. Никакого следа, никакого тени его фигуры. Только моё внезапное, совершенно ненужное разочарование, которое я пыталась спрятать за улыбкой и бокалом шампанского.
Позже мне сказали, что он просто стоял на улице и разговаривал с какой-то блондинкой и даже не зашел внутрь.
Просто. Стоял и разговаривал.
С блондинкой...
Слово словно царапнуло изнутри, оставив неприятный след. Я понимала, что два года прошли слишком быстро и я не успела принять факт, что у него может быть кто-то другой.
Наверное, именно это чувство — раздражение, неожиданная ревность и какая-то глупая боль — и заставило меня почти сбежать домой. Я ушла слишком быстро, не дав себе насладиться моментом, не обращая внимания на то, что только что познакомилась с коллегами, что меня тепло приняли, что это был мой первый рабочий день.
Я ждала от Люциллы чего-то большего.
Серьёзных задач, ответственности, возможности проявить себя.
Мне казалось, что она увидит во мне не просто помощницу — а человека, который может быть полезен, способен на большее, чем разбирать бумаги, носить ей документы на подпись и варить кофе три раза в день.
Но утром мой телефон загорелся её сообщением:
«Кети, сегодня в 11:00 собрание по интервью с Томасом Шером. Ты будешь фиксировать вопросы и приведёшь их в порядок после обсуждения.»
Все неприятные чувства, что преследовали меня после первого рабочего дня будто растворились.
Мы собрались в маленьком переговорном зале — почти камерном, но уютном, будто созданном для важных идей и больших людей. Стены украшали высокие шкафы из тёмного дерева, а в центре комнаты стоял массивный овальный стол.
Я устроилась у окна и раскрыла свою яркую жёлтую папку с бумагой. Я приготовилась много записывать, так как интервью должно было быть долгим.
Сначала вошли двое из моего отдела — Селин и какой-то мужчина, которого я раньше не встречала. Затем подтянулись сотрудники из отдела Аллана.
Люцилла появилась последней, будто специально выбирая момент, чтобы произвести эффект. Она вошла уверенной походкой, и тут же бросила документы на стол. Ее костюм изумрудного цвета был ярче всего, даже этих красных стен.
— Все в сборе? — произнесла она, занимая место во главе стола. Её взгляд бегло скользнул по лицам присутствующих. — Где этот мальчишка?
— У мистера Ортега важный звонок, он присоединится через пару минут, — торопливо ответил Седрик, секретарь Аллана, будто пытаясь заранее оправдаться.
На другом конце стола сидела Тереза. Мы познакомились ещё в мой первый день, когда я делала кофе для Люциллы и впервые увидела её раздражённое выражение лица. Тереза тогда шпыняла меня за каждую мелочь, язвительно бросая: «Аллан снова набрал студентов-неумех» или «Здесь тебе не университет — вылетишь в тот же день».
Я долго ломала голову, чем могла ей не угодить, но задавать этот вопрос лично не решалась.
— Можем начинать, — уверенно произнесла Люцилла. — Сегодня мы обсудим все вопросы и предложения по интервью с Томасом Шером. Интервью не должно быть слишком долгим, но вопросы обязаны звучать разнообразно, ясно?
В этот момент, словно луч света, прорезающий ночную тьму, в зал вошёл Аллан. Несколько человек автоматически повернулись к нему, в том числе и я тоже.
Он вошёл так, будто вовсе не опаздывал, а шел по собственному расписанию. Совсем не замечал ледяного, прожигающего взгляда Люциллы, который впивался в его широкую спину.
Его тёмные волосы свободно спадали на лоб, чуть вздрагивая при каждом шаге. Высокая фигура легко скользнула вдоль зала и он занял место как раз напротив меня.
— Ты снова прерываешь меня, мальчишка!,— сдержанно произнесла Люцилла, прикрыв глаза так, словно боролась с искушением что-то метнуть в него.
— Или мне кажется, или тут чересчур светло? — спокойно заметил Аллан, игнорируя слова Люциллы.
— Днём, знаешь ли, обычно светит солнце, — с издёвкой сказала Люцилла. Несколько сотрудников тут же тихо посмеялись.
Аллан тут же подошёл к окну и потянулся к краю шторы. Рука у него была настолько длинной, что я бы для этого точно тащила стремянку. Он ухватил край полупрозрачной шторы и с рывком смахнул от себя.
Ткань его футболки настолько высоко задралась, что я могла отчетливо увидеть V образные мышцы живота и пресс.
От этого вида, у меня, кажется, на секунду отключилось дыхание. Вот уж чего я не ожидала — что обычная футболка произведёт на меня эффект сильнее, чем его деловая одежда в университете.
«Соберись», — мысленно шикнула я на себя, чувствуя, как внутри что-то странно и опасно шевельнулось.
Но не только я восторгалась этим зрелищем. Глаза Терезы были переполнены восторгом и блестели ярче фонарей. Она мило улыбнулась, когда он занял место рядом с ней, придвинувшись к нему.
Ну конечно же, она без ума от Аллана...
Я почувствовала ком в горле и то, как злость подступает как жар все выше. Я давно не испытывала такой ревности, даже от мысли, что Аллан может быть кому-то интересен. Тереза была ближе к Аллану, чем я, так как она находилась в его отделе и Аллан был напрямую её босом. Кто знает, что между ними могло случится за эти два года....
Сотрудники одни за другим накидывали варианты вопросов, зачитывая из своих заметок. Люцилла внимательно слушая, придералась чуть ли не к каждому слову. Она слишком обильно жестикулировала, и обстановка постоянно накалялась.
- Нам нужен акцент на мотивах актёра, не на его имидже. Мы не журнал, мы - индустрия!,- строго сказала Люцилла.
- Тогда стоит спросить его не только почему он согласился, но что он хочет рассказать зрителю через роль. Это откроет его как художника,- тут же подхватил разговор Аллан.
-Он же только подписал контракт,- промурлыкала Тереза, стараясь вкинуть хоть что-то умное в этот разговор.
- Простота — не всегда глубина.Он выбрал нас не случайно.Давайте позволим ему объяснить, почему?,- монотонно ответил Аллан.
И тут он посмотрел на меня, впервые за эту неделю. Посмотрел уверенно и прямо. Его темные карие глаза не сдвигались с моего лица, ни на секунду не покидая меня.
Неужели, он и правда смотрит на меня...
Мое тело сжалось до кончиков пальцев. Тот факт, что он может думать обо мне, заставлял меня трепетать. О чем он сейчас думает? Почему он смотрит на меня? Почему именно сейчас?
Я опустила глаза в пол. Так и не сдержавшись перед ним, как и тогда, в университете на его лекциях. Он смотрел на меня также, сидя где-то далеко за кафедрой и обводя студентов глазами, останавливаясь на мне. Я замирала и билась в догадках, что у него там в голове?
В конце собрания Люцилла еще раз напомнила обязанности каждого и несколько раз подчеркнула, что список вопросов, которым буду заниматься я, появится у неё завтра утром — в оригинале.
Постепенно люди начали расходиться, один за другим покидая зал. Я дописывала последние пункты в свою жёлтую папку, аккуратно выводя буквы.Тишина была такой плотной, что слышался каждый штрих ручки.
Неожиданно высокая фигура Аллана заслонила свет и нависнула надо мной. Его рука скользнула ближе, и я ощутила его дыхание у самого уха.
— Я уберу несколько вопросов от Терезы, иначе интервью затянется ещё на час, — сказал он спокойно. Его тонкие пальцы легко взяли мою ручку и уверенно зачеркнули строки с именем «Тереза».
Сердце совершило сальто, когда он выпрямился и, не сказав больше ни слова, направился обратно в кабинет. Без привычных колкостей, без замечаний. Просто пришёл — и так же просто ушёл.
Мне трудно притворяться, что я ничего не чувствую, если каждый день он вот так мучает меня.
Обеденное время подбиралось незаметно, и мне нужно было решить, куда пойти. У меня был целый час, чтобы выбрать место и что-то купить, но каждый раз я сталкивалась с одной и той же проблемой — мне не с кем было пообедать.
Последняя попытка найти компанию закончилась столь же неловко. Я встретила Селин в коридоре и предложила ей китайскую еду. Она вежливо отказалась, заметив, что всегда обедает со своим мужем. Только тогда я обратила внимание на кольцо на её пальце.
Вернувшись в кабинет, я открыла ноутбук и начала искать поблизости что-нибудь подходящее. Но прежде, чем успела выбрать место, на телефоне всплыло уведомление.
Флориан: «Может встретимся ещё раз?»
Я едва не выронила телефон. Мы не общались две недели — никаких звонков, ни единого сообщения. И теперь он пишет... так просто, будто между нами не было тишины.
«Конечно. Когда?» — отпечатала я, не раздумывая.
Флориан был прекрасным собеседником: лёгкий, интересный и приятный. Я бы с удовольствием встретилась ещё раз.
Флориан: «Может быть сегодня. Когда ты свободна?»
«Прямо сейчас!» — уверенно ответила я.
Я понятия не имела, как он воспримет такую спонтанность. Он — человек, расписанный по минутам. Но спустя мгновение, когда я уже мысленно решила, что встречи не будет, пришёл ответ:
Флориан: «Отлично. Пиши адрес — я приеду.»
