Моя Муза угасает

— Он... непростой человек. Но в любом случае, все подробности мы узнаем после допроса.

Аннабет в это мгновение словно вернулась к жизни. Нервозность и раздражение, терзавшие её ранее, постепенно утихли. Дело, наконец, начало продвигаться вперёд, да и её новая напарница продолжала удивлять.

Когда она услышала предложение Хагне, внутри неё вспыхнуло удивление, но она стремительно скрыла это чувство. Возможно, все детективы ведут себя так? Обычно её совершенно не привлекали светские беседы с коллегами по участку.

— Так это и есть то самое «вне рабочего времени»? — произнесла она, слегка приподняв бровь и озарив лицо лёгкой улыбкой.

«Да ладно. Ничего страшного не случится, если ты заведёшь нового... знакомого в этом городе.»

Подумала Лилит. Она спрятала руки в карманы чёрного пальто, и её поза выдавала наигранное безразличие.

— Я всего лишь предложила новой напарнице поболтать за чашкой чего-нибудь горячего, — пожала плечами детектив, не в силах скрыть лёгкую, смущённую ухмылку. — В конце концов, стоит узнать друг друга получше, раз уж нам работать в паре. Но если у тебя есть другие планы... — она сделала небольшую паузу, давая словам повиснуть в воздухе, — то кто я такая, чтобы тебя задерживать?

— Ты мне нравишься. Признаюсь, я не особо люблю общаться с теми, кто работает на моего отца, но, возможно, стоит сделать исключение в твою пользу, не так ли?

Аннабет ещё раз бросила осмотрительный взгляд на комнату, прежде чем направиться к выходу.

— Мне бы очень хотелось узнать о тебе больше. Ты кажешься по-настоящему увлекательным человеком. И, кстати, какая твоя любимая кофейня? — с интересом спросила Чейз, но в этот момент её телефон зазвонил.

— Прошу прощения. — сказала блондинистая девушка, отворачиваясь от Лилит и отвечая на звонок. — Привет. Возможно? Ты что-то хотел... Поняла, приеду к тебе попозже. Не веди себя, как обычно, не будь дурачком...

Хагне осталась стоять возле комнаты для персонала. Воздух здесь был гуще, пропитанный запахом хлорки и чего-то неуловимо тревожного. Тусклый свет от единственной лампочки, вмонтированной в потолок, отбрасывал длинные, дрожащие тени на обшарпанные стены, на металлическую дверь, которая теперь казалась слишком массивной для такого скромного помещения.

Доллиса задержали. Его жена, бледная и дрожащая, суетилась рядом, её руки беспомощно сжимались и разжимались. В её глазах читался неподдельный ужас, который, казалось, мог заразить всех вокруг.
Лили, наблюдая за этой сценой, почувствовала странное, необъяснимое тепло, разливающееся по её венам. Это было похоже на тихий, но настойчивый шепот внутри: «Успокой её. Ей не стоит так нервничать, не в её возрасте». Словно невидимая рука мягко коснулась её плеча, успокаивая и уверяя.

Почти сразу, сам Доллис, словно опомнившись от какого-то наваждения, мягко сказал жене успокоиться и не волноваться. Его голос был ровным, но в нём звучала какая-то новая, непривычная сила. Напряжение в плечах миссис Доллис ослабло, а панический блеск в глазах сменился на усталую покорность.

Лилит провела рукой по волосам, зачёсывая непослушные пряди назад. На мгновение в пальцах вспыхнуло лёгкое, почти забытое ощущение тепла — будто она только что прикоснулась не к своим волосам, а к чьей-то другой, солнечной гриве... Она замерла, пытаясь поймать ускользающее чувство, но оно растворилось так же быстро, как и появилось. Показалось..

Не вспомнив, что именно забылось, Ли с лёгким внутренним вздохом решила, что это не так важно, и направилась за Аннабет.

И тут её шаг замедлился. Консультант, прислонившись к косяку двери, говорила по телефону. И не просто говорила — она закатывала глаза, но на её губах играла снисходительная, почти нежная улыбка. А из динамика, даже на расстоянии, доносился настойчивый, немного капризный молодой мужской голос. В груди Лилит закралось острое, колючее, совершенно незнакомое чувство. Это было в новинку.

Не дав себе времени обдумать это чувство, она решительно толкнула тяжелую дверь и вышла на улицу, придержав её для Аннабет. Свежий воздух ударил в лицо, смывая спёртость помещения.

— Мой брат как обычно, звонит в самый «подходящий» момент. — сказала Чейз со вздохом, выходя из магазина. — Спасибо. — её взгляд упал на машину патрульных, которые добрались намного быстрее. — Нам повезло, необычная оперативность для них. У тебя есть место на примете?

Лилит кивнула, её взгляд скользнул по блестящему корпусу патрульной машины, затем вернулся к Аннабет. «Место на примете» звучало как приглашение к чему-то большему, чем просто рабочее совещание.

— Я знаю одно неплохое кафе неподалеку. — ответила Лили, её голос был ровным, но в нём проскальзывала едва уловимая нотка предвкушения. — Не то чтобы я сама была поклонницей кофе, но мне его рекомендовали. Говорят, там отличная выпечка.

Они молча отошли от дверей «Dollis' Treasures», оставляя за спиной нарастающий гул полицейской активности. Осенний воздух встретил их холодным, но освежающим объятием после духоты пыльного магазина. Под ногами хрустели опавшие листья, а их дыхание превращалось в лёгкий пар.

— Конечно, давай туда. — с решительным тоном согласилась Чейз, уверенная, что там будет спокойнее. — Я не думаю, что там соберётся много народу, так что нас точно никто не будет отвлекать. Мы сможем сосредоточиться на разговоре, не опасаясь, что нас кто-то подслушает.

В то время как они начали уходить от магазина, Аннабет наблюдала, как полицейские, одетые в тёмно-синие униформы, уверенно входят в магазин и начинают оцеплять территорию, создавая вокруг себя напряжённую атмосферу. Её мысли были заняты происходящим, и она ловила каждое их движение.

Девушки шли рядом, их шаги синхронизировались на мокром асфальте. Городской шум, который раньше казался раздражающим, теперь звучал как фоновая музыка, сопровождающая их неспешную прогулку.

Внезапно блондинка прервала тишину вопросом, который повис в воздухе, как тяжелая вуаль:

— Кстати, как ты думаешь, чья там кровь? — её голос звучал с оттенком любопытства и тревоги, словно она пыталась пробиться сквозь слои неопределенности и найти смысл в хаосе происходящего.

Лилит, которая до этого момента машинально следила за окружением, почувствовала, как всё её сознание моментально переключилось. Лёгкая неловкость от прогулки с новой напарницей испарилась, уступив место привычному аналитическому режиму.

Она замедлила шаг, не глядя на Аннабет, уставившись куда-то в пространство перед собой, мысленно возвращаясь к тому тёмному, маслянистому пятну.

— Вариантов не так много, — начала она, и её голос приобрёл ровный, сфокусированный тон профессионала.— Для случайной травмы слишком большой объём. Это кровь либо того, кто этот тайник пополнял. Либо... — она сделала театральную паузу, — ...того, кому этот товар был предназначен. Должника, который не смог заплатить. Или конкурента, который попытался «наехать» не на тех.

Она на секунду замолчала, перебирая в уме возможности.

— Но оставить такое пятно и не убрать... Это не признак паники или спешки. Это знак или метка. Предупреждение для других. — Лилит наконец посмотрела на Аннабет, и в её зелёных глазах горел холодный, цепкий огонь сыщика, нашедшего ниточку, за которую можно зацепиться. — Кто-то очень хотел, чтобы это нашли. Или кто-то был слишком уверен в своей безнаказанности.

Аннабет внимательно слушала, её лицо было маской спокойствия. Только пальцы слегка постукивали по бедру в такт её собственным мыслям.

— Его сын, — вдруг произнесла она, словно к слову. — Помнишь, я говорила, что у Доллисов был сын? Мне сказали, он переехал в другой город. Думаешь, это могла быть его кровь?

Она произнесла это с такой естественной, отстранённой любознательностью, что вопрос прозвучал как одна из многих рабочих гипотез, а не нечто личное. Словно она просто перебирала версии.

— Ладно, чего уж гадать, дождёмся экспертизы, — тут же, почти не дав Лилит ответить, отрезала Аннабет, резко меняя тему.
Её голос вновь приобрёл лёгкие, почти игривые нотки. Она уверенно подошла к двери кофейни и открыла её, жестом приглашая Лилит войти первой.

— Детективы вперёд.

— Благодарю, мисс Чейз. — кивнула Лилит, переступая порог.

Тёплый, пряный воздух сразу окутал её лицо, заставив невольно расслабиться. Кафе «Cup of Joy» оказалось именно таким, как она и представляла: уютным и немного богемным. Но сегодня его уют был с оттенком мистики. Интерьер в тёплых тонах с деревянными столиками теперь дополняли призраки из марли и чёрные паутины в углах. Мягкий свет не лампочек, а тыкв-светильников. Джек-фонарей отбрасывал на стены причудливые тени. Воздух был наполнен не только запахом кофе, но и ароматом корицы, яблок и имбирных пряников.

Хагне на миг застыла на пороге, совершая в голове почти физический щелчок переключения. Ещё секунду назад её мозг был занят схемами, уликами и пятнами крови, а теперь он вынужден был обрабатывать вид официантки в остроконечной шляпе ведьмы и гирлянды из бумажных летучих мышей. Контраст был настолько резким, что вызвал лёгкую улыбку.

«Хэллоуин... Совсем из головы вылетел. Надо будет купить тыкву... Или не надо?» — пронеслось у неё в голове.

— Добро пожаловать! — из-за стойки донесся весёлый голос. Бариста в обычном фартуке, но с нарисованными на щеке паутинками широко улыбнулась. — Чем могу помочь? У нас как раз стартовала хэллоуинская линейка напитков. Будете пробовать что-то «жуткое»?

— Добрый вечер, — Лилит мельком пробежалась глазами по меню, где к латте и капучино добавились «Кровавый апельсин» и «Зелье ведьмы». — Один глинтвейн, 0.4. Аннабет? — она повернулась к напарнице.

— «Мисс»? Я думала, мы перешли на менее серьёзные тона, — парировала Аннабет, проходя вслед за ней и с любопытством оглядывая украшения. Заведение почти не изменилось с её прошлого визита, но дух Хэллоуина витал в воздухе, напоминая о других, более личных маскарадах.

— Добрый, добрый. Мне, пожалуйста, «Секс на пляже», — невозмутимо сказала она, протягивая двадцатидолларовую купюру, осматривая зал в поисках укромного столика.

Бариста приняла заказ и занялась приготовлением. Через несколько минут официантка принесла напитки и поставила их на стол.

— Обращаться каждый раз по имени как-то скучновато, — с лёгкой игривой ухмылкой сказала Лили. — Может, сократим? Что насчёт «Бетти»? — она кивнула в сторону свободного столика у окна с мягкими креслами. — Можем присесть там.

— Скучно? Не думаю, что... Бетти, серьёзно? Что ж, называй как тебе больше нравится. — сказала Аннабет, не показывая признаков счастья.

Имя прозвучало так неожиданно и так привычно, что возражение звучало бы глупо. Она последовала к столику и опустилась в мягкое кресло, сделав первый глоток своего коктейля.

— Так, детектив, — начала Аннабет, отставляя бокал и цепляясь за смену темы как за спасательный круг, чтобы не задумываться о чувствах. — Как тебе наш город? Правда в нём есть что-то зловещее? Даже название такое... Броское.

Хагне развязала пояс пальто и, повесив его на спинку кресла, устроилась напротив блондинки.

— Зловещий? Похоже, всё самое интересное проходит мимо меня, — Лилит обхватила ладонями стакан с глинтвейном, наслаждаясь исходящим от него теплом и грея руки после улицы. — Я выбирала место для стажировки, словно книгу по обложке. Так что да, именно это броское название и привлекло меня.

— О, ты не знаешь? По городу ходит ооочень много легенд и мифов. И половина города верит, хах. — Аннабет отпила немного своего напитка, наслаждаясь ягодными нотами.
— Да и в целом поговаривают о серийном убийце. Может папа тебе говорил. Его называют Джек Потрошитель 2.0, банально. Скорее из-за скрытности, чем... «перебирания» внутренностей.

— Я плохо знакома с местным фольклором, но про здешнего Потрошителя наслышана.. - Ли сделала глоток и приятное тепло распространилось по её телу. — Мне как-то удалось пролистать его дело, но не более.

Лилит решила не озвучивать тот факт, что дело о Потрошителе являлось для неё основным, хоть и неофициальным. Когда она впервые услышала об этом серийном убийце, то поняла, что переезд нельзя откладывать. Девушка вела личное расследование, ей даже удалось сделать копию имеющихся данных — архивы были под рукой, а свою работу некоторые люди выполняли весьма посредственно. Данных было не особо много, как и улик. Лишь список жертв, предполагаемые места преступлений и разрозненные догадки предыдущего детектива, которые Ли не показались стоящими внимания. Этот убийца неплох. Очень неплох. Полиция не смогла найти практически никаких следов, лишь пару тел, и то будто по случайности... или по воле самого убийцы.

— Если повезёт, может, именно мы возьмёмся за его дело. Думаю, это было бы... увлекательно, — Лилит игриво улыбнулась, откидываясь на спинку кресла.

— Пять лет, не малый срок. Сколько у него убийств? Хотя знаешь, с нашей полицией и так ясно почему не поймали. Отец не может держать всё на своих плечах.

Аннабет выглядела поникшей. Можно было подумать, её заботили эти смерти, но на самом деле... Её раздражала их беспомощность. Столько шума из-за нескольких смертей, которые были лишь каплей в море тех душ, что проходили через её отца каждый день. Она видела, как настоящие трагедии тонут в бюрократии, а тут — такой шум. Это было скучно. Не этого она хотела. Ей даже ни разу не пришлось использовать свои силы за все годы.

— Думаю если мы за это возьмёмся, то лишим город «изюминки». — с улыбкой сказала она, намекая на то, что адекватные люди давно бы продвинулись.

— Почему сразу лишим? — Лили поставила кружку на стол и вернулась в исходное положение. — Просто заключим эту «изюминку» за решетку, а рядом повесим её всем известную историю.

Хагне крутила одно из колец на пальце. Старая привычка во время разговора.

— Я не поверю, что тебе было бы не интересно изучить и найти этого серийника. Розыск грабителей антикварного магазина, конечно, неплохо, но...

— Да ты фанат номер один, — сказала Аннабет, сделав ещё один глоток своего напитка. Широкая улыбка не сходила с её лица, но искра в её глазах была не беззаботной, а скорее отстранённо-развлекающейся, будто она наблюдала за игрой, в которую сама не играет.

— Влюбилась? — добавила она, подмигивая и смеясь над собственным вопросом, словно это была просто шутка, не требующая серьезного ответа.

— Я ведь просто консультант в полиции, — произнесла сероглазая, поднося стакан с напитком к губам и медленно делая маленький, почти обдуманный глоток. — Мои интересы лежат... в других сферах. Архитектура, история. Вещи, которые не меняются от человеческих прихотей.

— Мне не особо интересны дела людей. — продолжила она, и в её тоне просквозила лёгкая нотка отчуждения, как будто она прекрасно понимала, что такое человеческое любопытство, но была к этому равнодушна. В её глазах мелькнула тень сомнения, как будто в её душе не было места для таких эмоций, и это, несомненно, подчёркивало её дистанцию между ней и теми, кто её окружали. Она видела картину целиком, в то время как другие копошились в деталях. Это не просто дистанция, а пропасть между тем, кто правит тенями, и теми, кто их боится.

— Ревнуешь? — Ли потянулась за своим стаканом.

Не сказать, чтобы ей особо было дело до людей и их проблем, но Лилит не могла смотреть на несправедливость. Она не понимала, откуда у неё возникали эти чувства — в её жизни не было повода стать «правильной». Хагне переучилась на детектива из любви к загадкам, из стремления понять механизмы человеческого мозга, а не чтобы спасать мир.

— Почему ты работаешь консультантом? — Лилит держала кружку возле себя, периодически отпивая горячий напиток.

— Ну, обычно я привыкла, что люди больше думают обо мне. Но... тягаться в таком с серийным убийцей? Куда уж мне. — В глазах Аннабет на мгновение мелькнула тень чистейшей иронии.

Ей всегда нравилось спрашивать людей о «нём». Что они думают, боятся ли. Теперь же она надеялась, что дело оживёт с новой силой.

— Я бы сказала, «подрабатываю». Помогаю отцу. Полиции нужны добросовестные люди. Мне нравится наблюдать за делами и отчасти участвовать в них. Это как играть в шахматы.

— Преступление — это как хорошо поставленный спектакль. С каждой сценой ты постепенно узнаёшь персонажей и их мотивы. Но всё зависит от режиссёра. — Лилит улыбнулась. — Было бы побольше таких сотрудников, как ты. Даже на «подработке». И поменьше подобных Крису.

При упоминании его имени девушку передёрнуло. Этот парень откровенно бесил её. Хагне уже подумывала о том, чтобы как-нибудь «случайно» помочь ему с увольнением.

— Я сейчас начну думать что ты убийца. — с напускной серьёзностью сказала Аннабет, чтобы скрыть вспыхнувшее внутри удовольствие от её слов.

Допив свой напиток, она поёжилась от слов про Криса.

— Крис.. Э, не так уж и плохо? Что ожидать от такого как он? Вполне со своим статусом справляется.

— Пусть дальше занимается своей карьерой и не отвлекается на попытки завести отношения, — Ли залпом допила глинтвейн, ощущая, как алкогольное тепло разливается по жилам. — Он не отлипает от меня чуть ли не с первого дня моей стажеровки. Это знатно действует на нервы, знаешь ли.

Лилит перевела взгляд на окно. За стеклом, в густеющих осенних сумерках, кружились в порывистом ветру багряные и золотые листья. Фонари уже зажглись, отбрасывая на мокрый асфальт длинные, расплывчатые тени. В голове сами собой сложились строчки — ритмичные, чуть надрывные. «Нужно будет не забыть записать это», — мелькнула мысль. Вечная борьба между долгом и тем, что было ее настоящей отдушиной.

—Он... Целеустремлён? — немного неловко сказала Бет, убирая стакан в сторону. Ее взгляд был рассеянным, будто она сама не верила в то, что говорит. — В любом случае, отстанет, как поймёт, что ведёт себя как навозная муха.

В этот момент из кармана куртки Аннабет раздался знакомый, навязчивый ритм. Одна из песен Killboy. Лилит вздрогнула, едва не выронив пустой стакан.

— Что ты хочешь, Нико? Я перезвоню... Давай. — она сбросила трубку. — Извини, он слишком настырный.

«..Это? Моя песня?»