Глава первая. Часть 2
Тембр чужого голоса становился все ближе и ближе, по мере того, как девушка пробиралась сквозь колючие ветки кустов. В голубых глазах девушки уже появился огонек надежды на спасение.
И вот, наконец-то, сквозь листву она видит хозяина этого голоса.
Хоть его лица и не видно, но на слух вполне понятно, что это мужчина. Он и одет довольно странно. Какие-то безразмерные балахоны, которым уже давно пора в стирку. Издалека даже видно, что их не стирали лет сто! Молчу про волосы, их словно с рождения не расчесывали. Неизвестный не замечал девушку, и тут не то чтобы расстояние всему виной, а то, что было у мужчины в руке. Трудно разглядеть, но это должно быть пробирка или что-то вроде этого.
Но сейчас важно не это. На лице девушки расплывается улыбка, и она начинает идти к нему навстречу, махая рукой. А как только он стал еще ближе, в ход вошел уставший и измученный голос юной особы.
— Вы слышите меня?! Прошу, помогите!
Сначала не было никакого внимания, а потом неизвестный соизволил к ней повернуться. Теперь можно было разглядеть его ближе. Что издалека, что вблизи, а одежда и правда грязная… Но внимание девушки было зациклено на другое. Загорелая кожа, а нижняя часть лица была закрыта каким-то платком, перевязанным на затылке. Темные карие глаза незнакомца теперь смотрели то на нее, то на пробирку в руке. Кстати об этом. Его рука была вся в бинтах, а те в свою очередь тоже грязные.
Мужчина переводил взгляд то на девушку, то на пробирку, в которой уже что-то дымилось, не предвещая ничего хорошего. Потом свободной рукой неизвестный почесал голову, а затем и самодельную повязку с лица снял и начал что-то говорить самому себе, словно нашей героини тут вообще нет.
–Ага… Значит препарат вызывает галлюцинации. Надо записать.–сказал он, начиная крутиться вокруг себя, чтобы, видимо, найти свой блокнот или что-то вроде этого.
Глаза девушки моментально округлились то ли от шока, то ли от злости. Она тут бродила неизвестно сколько, пытаясь найти выход, а теперь ее глюком назвали?! Постояв в ступоре несколько мгновений, в лицо незнакомца влетела пощёчина. Тот опомниться не успел, он молча уставился на стоявшую перед ним «галлюцинацию». Мужчина понял, что это не глюк, но съязвить очень хочется.
— Ай! Глюки не дерутся! –говорил он, обижено и наиграно надув щеки, чтобы подразнить.
— Мало? Еще одну для профилактики прописать? –девушка уже хотела замахнуться на него с новой силой.
–Ай-ай-ай! Да шучу я, угомонись!
Юная особа все еще злится, но хотя бы убрала руку за спину, гарантируя безопасность этому незнакомцу.
Сам же неизвестный теперь начал к ней присматриваться. Пионерская форма, галстук, красная пилотка со значком… Его глаза моментально вспыхивают дикой радостью и он хватает ее за плечи.
–Эй-эй-эй! Ну-ка скажи, откуда ты? Год какой? –спрашивает он судорожно, как помешанный.
«Дурак, что ли… Или фляжка просто свистит?»
Голубые глаза девушки смотрели на него с явным непониманием, но ради приличия ответить надо.
–Я из Москвы… –она не успевает договорить, как ее прерывают.
–Да похую мне на то, откуда ты! Год скажи!
–Вот же заладил, сам что ли не знаешь?! Тысяча девятьсот восемьдесят пятый год! — уже с раздражением отвечает та, отойдя на шаг подальше, для безопасности, а то до смерти сожмет ее в своих забинтованных руках.
–Во-от, существо говорить умеет, хорошо-о-о… А немцев когда победили?
–А это тут причем?
Было видно, что незнакомец начал волноваться, когда задал этот вопрос. Он смотрел с ожиданием, что она ответит.
— Ладно, ладно, из года в год ведь празднуем. Девятого мая, тысяча девятьсот сорок пятого года Германия пала.
И тут гора эмоций просто вылетели из мужчины, словно цунами. Он даже подпрыгнул от восторга, крича: «Есть! Вот так этим собакам!»
Девушка же смотрела на него и уже про себя решила, что перед ней умственно отсталый. Уже всему миру известно, а он только сейчас узнал. Может из психушки какой сбежал? Мужчина явно заметил ее взгляд и по нему уже ясны мысли девушки.
–И не смотри так на меня, –его глаза снова загораются, словно озарение снизошло–Так, тебе, значит, помощь нужна или нет?
Неизвестный говорил с улыбкой на лице, словно мог понять ее ответ без затруднений.
От одного вида этой расплывающейся по лицу парня улыбки по коже с едким холодком, словно табун, пробежали мурашки. Явно из больницы для душевнобольных сбежал, а теперь по лесам бродит. Смущало еще то, что у этого психа есть пробирки с непонятным веществом внутри.
А есть ли у нее другой выбор? Она столько времени провела в этом лесу, что хоть какое-то общение было в радость. Да и кроме него тут никого не видно, и наврятли остатка ее сил хватит, чтобы идти дальше одной.
–Ладно, веди уж, псих.–сказала та, стараясь не смотреть на него и эту улыбку.
–Кто обзывается тот так и называется, –протянул незнакомец, сложив руки за головой–и вообще, меня Володей зовут. Если назовешь меня по имени, так и быть, оставлю твое прозвище при себе.
–Какое еще?
–Самое обычное. Но есть и другой вариант: скажи мне свое имя в ответ. А то по прозвищу и буду тебя звать.
Это заигрывание с ноткой сарказма выводило героиню из себя, но сил не было даже чтобы злиться на него. С тяжелым выдохом, в котором была капля сожаления, она все же назвалась.
–Ася. Ася Фролова.
–Вот и хорошо. А то псих да псих. Я нормальный, можешь мне верить.
Верить человеку, который только недавно назвал ее глюком было с одной стороны глупо, а с другой безрассудно. Но как было указано ранее, выбора нет. Володя собрал свои вещи в сумку, которую еще до этого оставил у ствола одного из деревьев. А пробирку он закрыл пробкой, и все сложив, указал девушке жестом, чтобы та пошла вслед.
Дальше Ася скрестив руки на груди шла за ним. Их дорога проходила молча, ведь говорить им было не о чем. Да и о чем? Володя что-то себе бубнил под нос, до ушей героини доходили слова о реакции, исходе и много чего еще. Ася хоть и проходила в школе химию, но все это казалось для нее неразборчивой кашей, которую еще и на уроке понять невозможно. А этот еще хуже: бубнит как бабушка у подъезда и фиг разберешь.
Но к счастью дорога была недолгой. Среди деревьев виднелась деревянная и немного подгнившая крыша маленького дома, который можно встретить в простой деревушке какого-нибудь захолустья. Даже зеленая краска и та похожа! Такая же бирюзовая и потертая в некоторых местах. Скрипучая старая дверь, деревянное крыльцо–все кажется таким знакомым!
Но вот внутри, когда хозяин ввел ее в свои владения, Ася увидела полный хаос, что вообще не похоже на привычную обстановку в таких домиках. Ни привычных нам гжельских статуэток в старом серванте, телевизора, напоминающего коробку, раскладного стола, который всегда пылился где-то в углу. Внутри Володиного дома царил полный хаос: разбросанные вещи, на пыльном столе стоит куча пробирок с на вид тягучей или темной жидкостью. Также было много бумаг, но из-за неразборчивого почерка невозможно было что-то прочитать.
Глаза Аси округлились, как только она увидела весь этот бардак. А сам Володя тем временем улыбался, гордясь своими владениями.
–Знаю, знаю, не ахти, но зато удобно и все под рукой.–проходя вперед говорил Володя, параллельно разгребая скопившиеся записи.
Ася продолжала смотреть на все это, делая неспешные шаги.
–Ну и бардак… –шепотом сказала Ася–И давно ты здесь?
–Ну, два года, примерно.
–Два года? И ты серьёзно спрашивал меня, кто в Великой отечественной войне победил?
Ася говорила с иронией в голосе, намекая на его глупость и в какой-то степени сумасшествие. Не знать о такой великой победе –бред.
— Я тут с тысяча девятьсот сорок первого. Откуда мне знать?
–Такого быть не может. Тебе лет двадцать на вид…
Ей хотелось сказать еще, но ее в мгновение перебил Володя.
–А теперь самое интересное. Сиди и слушай.
Он сел у стены на подобие кровати, которая была завалена записями и другими вещами. Прочистив горло, Володя начал говорить.
–Это место не совсем обычное, даже странное. Сюда по неизвестным причинам попадают люди. И самое странное то, что бывают люди из совсем разных эпох. Я, вот, из сороковых, а ты из восьмидесятых. Кстати, людей, которые попали сюда позже сорокового десятка нет, ты первая, поздравляю. –здесь он улыбнулся ободряющей улыбкой, чтобы предыдущая информация была менее шокирующей.
–Это физически невозможно! Нельзя и все!
–Скоро привыкнешь, поверь мн…
Повторяющиеся раз за разом одно и то же слово от Аси его перебило
–Невозможно, невозможно, невозможно!
Тяжело выдохнув, он встал с кровати. Володя нашел на столе чашку, на удивление чистую, и налил ей воды из бутылки, стоявшей где-то в дальнем углу.
–На, попей. Скоро привыкнешь.
–Да не хочу я привыкать! –Ася нервно взяла стакан и отпила немного охлаждающей воды.
Она помолчала немного, чтобы прийти в себя и хоть немного успокоиться, а потом вновь заговорила.
–Отсюда можно уйти?
–Нет. Был один, который пытался, но не вышло. Эту историю один мой знакомый хорошо знает, он тебе и объяснит. Рассказчик из меня так себе, знаешь ли.
Повисла гробовая тишина. Ася молча смотрела в пол, не понимая абсолютно ничего. Володя хоть и казался ей психом, но сейчас он говорил абсолютно серьёзно.
«Нет, нет… Может он врет? Знакомый… Он, может быть, адекватнее чем этот леший и выведет меня отсюда хоть как-нибудь.»
Так незаметно проходили часы. Девушка стояла, облокотившись на стену, задерживала взгляд на чем-то, а потом снова погружалась в водоворот мыслей и переживаний. Они как змеи переплелись в ее голове и не давали покоя. Иногда Ася мяла свою одежду от всех этих переживаний, хоть такой способ очень мало помогает.
А Володя занимался своими делами, изредка спрашивая что-то у своей гостьи. Он интересовался, нужна ли ей еда или может воды дать, хотя вода в чашке так и не убавилась с первого глотка. Мужчина ее прекрасно понимает, но его успокаивало осознание, что может быть Ася к этому привыкнет.
А тем временем вечер медленно накрывал лес своей пеленой из лучей заходящего солнца. Этот свет напоминал что-то невероятно теплое, как огонь или старый плед, который уже много чего повидал. Но чем дальше небесное светило уходило за горизонт, тем слабее становились лучи. Все темнее и темнее, а потом на небосвод взошла луна, даря свой холодный, спокойный свет.
Володя смотрел в окно, словно выжидая чего-то, а потом, видимо, заметил то, что ему нужно. Он быстрым шагом вышел из дома, а вернулся уже через пару минут с ещё одним человеком.
В голове Аси сразу всплыла его фраза, что некий знакомый знает больше… На это новое лицо у неё последняя надежда.