26 часть
Я резко проснулся, буквально вскочив с подушки от звонка будильника. Обернувшись на соседнюю сторону кровати, я обнаружил, что она пуста. Обычно здесь засыпал он, но сейчас рядом никого не было.
— Николас? — зову его достаточно громко, но ответа не получаю.
Встав с постели, я в отчаянии обхожу всю квартиру, надеясь отыскать его. Но вместо этого понимаю, что нахожусь здесь совсем одна.
Хотела написать ему, открыла диалог в
Я хотела написать Николасу в Telegram и спросить, где он, но потом решила не беспокоить его. Я подумала, что он, возможно, отправился на завтрак со своей девушкой, и не стала писать. Я не чувствую себя хозяйкой в этом доме и не могу предъявлять претензии, потому что не знаю, какое место занимаю в его жизни.
Чем дальше мы продвигаемся, тем сложнее становится ситуация. С каждым днём моё чувство собственности по отношению к нему усиливается.
Я иду на кухню и выпиваю стакан воды залпом.
Ради интереса заглядываю в холодильник — он пуст. Я никогда не завтракаю по утрам, и для меня это не проблема. Но я не понимаю, как он может существовать без завтрака.
В дверь стучат, от чего я вздрагиваю, а после успокаиваю себя тем, что это, наверняка, вернулся Николас. Подбегаю и открываю дверь, даже не посмотрев в глазок, с полной уверенностью, что никого другого я сейчас просто не могу увидеть.
— Где ты..? — не успеваю я задать вопрос, как, подняв глаза, понимаю, что передо мной стоит кто-то другой. — Здравствуйте.
Передо мной стоит мужчина средних лет, вероятно, ему около сорока. У него тёмные волосы и хорошая фигура, а его дорогой костюм свидетельствует о том, что этот человек, безусловно, является серьёзным. Несколько секунд я пытаюсь осознать происходящее. Судя по его взгляду, он явно не ожидал увидеть меня здесь.
— Николас дома?
— Простите, а вы кто?
— Его отец.
Мне становится неловко от всей этой ситуации и от того, как я выгляжу. Мужская футболка — не лучший наряд для знакомства с родителями.
Он оглядывает меня с ног до головы, и в его взгляде я вижу откровенную оценку. От этого мне становится не по себе.
— Может быть, мне стоит всё-таки зайти в квартиру моего сына?
Я всё ещё нахожусь в замешательстве и, кажется, выгляжу глупо. Я не знаю, как правильно поступить в этой ситуации: что сказать, как представиться, как объяснить своё присутствие в квартире его сына.
Я отступаю, чтобы дать мужчине пройти, и закрываю за ним дверь. Он уверенно идёт на кухню, словно прекрасно знает, где она находится. Усевшись на стул, он ждёт меня. Я же, чувствуя себя немного неуверенно, иду за ним.
— Ты, по всей видимости, девушка Николаса?
Хотя бы так познакомимся.
Я в полной растерянности, не знаю, что сказать и как себя вести. Стоит ли мне открыться его отцу и рассказать правду или лучше вести себя так, как он ожидает?
— Аида, — представляюсь я, протягивая руку в знак приветствия, потому что не могу придумать ничего другого.
— Алекс Адамович, — приветствуя меня, он крепко пожимает руку. Я сразу же обращаю внимание на его безымянный палец — на нём нет обручального кольца. — А где Николас?
Я беру в руки телефон и без лишних раздумий набираю его номер. Мне необходимо поговорить с ним немедленно, но он не отвечает на звонок. Я повторяю попытку ещё несколько раз, но безрезультатно.
— Мне бы тоже хотелось это знать, — с этими словами я начинаю осматривать кухонные шкафы. — Может быть, вам сделать чай или кофе? Если, конечно, я смогу найти что-то подобное здесь.
— Не стоит, я уже позавтракал. — От мысли, что я просто буду стоять напротив него без дела, мне становится ещё более неловко, и я не знаю, куда себя деть. — У вас очень знакомое лицо, мы нигде раньше не встречались?
Я поднимаю голову, и наши глаза встречаются. Этот взгляд, он, кажется, достался им от отца. Николас удивительно похож на него. У них одинаковая мимика, жесты и манера речи. А уж про внешнее сходство я вообще молчу. Чтобы понять, что они родственники, не нужно проводить генетическую экспертизу.
— Не думаю.
— Удивительно, — он на несколько секунд отводит взгляд в окно, проводит рукой по подбородку, а затем снова смотрит на меня. — Не скажешь свою фамилию?
— Джонсон, а что такое?
— Теперь всё понятно, Аида Никольевна, — он обращается ко мне по отчеству и не ошибается. — Ты очень похожи на своего отца.
— Вы знакомы?
Оказывается, мир тесен.
— Когда в бизнесе были проблемы, твой отец всегда находил решение и добивался успеха. Он был настоящим профессионалом своего дела, — с гордостью произношу я, не в силах сдержать улыбку. — Как же Николас мог забыть упомянуть, что встречается с его дочерью?
— Мы не то чтобы встречаемся, — признаюсь я. — Мы просто вместе учимся, и я являюсь старостой в его группе.
Не хочу вдаваться в подробности. И хотя всё не так просто, как я описываю, и к моим словам можно добавить множество «но» и примечаний со звёздочкой, я не хочу выдавать себя за кого-то другого. Я не уверена, что когда-нибудь смогу соответствовать этому образу.
— Хорошая у нас сейчас система образования, — с ухмылкой говорит он. — Староста, которая рано утром приходит в квартиру моего сына.
Мы услышали, как хлопнула входная дверь, и оба повернулись, ожидая увидеть Николаса в коридоре, который ведёт на кухню.
— Аида, чья обувь в коридоре? — с вопросом вошёл в комнату и осмотрелся. Увидев своего отца, который сидел напротив меня, он сразу всё понял. — Кофе и фисташковый круассан.
Он ставит на столешницу подставку с двумя стаканами кофе и небольшой крафтовый пакет, кивая в сторону, чтобы я обратила внимание и могла приступить к завтраку. Даже по его внешнему виду можно понять, что что-то не так: он хмурится, недоволен и смотрит исподлобья.
— Что ты здесь делаешь? — без приветствия спросил Николас, обращаясь к моему отцу. Он стоял за моей спиной. Я сидел на стуле и, обернувшись, поднял голову, пытаясь понять, что происходит и почему он так себя ведёт.
— Я не могу увидеть своего сына?
— Нет, — категорично отвечает Нико.
— В субботу Земфиру исполняется год. Мы будем отмечать это событие в кругу семьи, и я хочу, чтобы ты тоже был там.
— Я нее приехать, — он обхватывает пальцами спинку стула, на котором я сижу. — Это всё, что ты хотел мне сказать? Был рад увидеться, ты знаешь, где находится дверь.
Я чувствую себя очень некомфортно и максимально лишней здесь. Меня не касаются дела их семьи, и я даже не могу понять, в чём суть конфликта.
— Это твой брат, и я хочу, чтобы ты присутствовал на семейном празднике. Разве это так сложно?
— Я что-то не припомню, чтобы у моей матери были дети помимо меня, — рука Николаса ложится на моё плечо, я снова поднимаю на него голову, и чувствуя, как он напряжён тут же накрываю его руку своей. —
А с твоей блядью за один стол я не сяду.
В этот момент его отец стремительно поднимается с места и направляется к сыну. Я, не раздумывая, бросаюсь вперёд и встаю между ними, опасаясь, что может начаться драка.
— И что ты мне сделаешь? Въебёшь за правду?
Николас будто бы специально провоцирует собственного отца. Я стою между двумя высокими и сильными мужчинами, хотя и ниже их примерно на тридцать сантиметров. Я стараюсь заглянуть в глаза каждому из них по очереди, осознавая, что они готовы наброситься друг на друга.
Если они так же похожи внутренне, как и внешне, я могу представить, что будет, если между ними завяжется драка. Очевидно, что у Николаса это, вероятно, наследственное — он так несдержан и вспыхивает от любой мелочи.
— Все и так поняли, что для вас было важнее семья, чем первоклассный секс. Чего вы ожидали, когда пришли сюда?
— Даже если я ушёл от твоей матери, это не значит, что ты перестал быть моим сыном, — его отца больше не нужно удерживать, он сам делает шаг назад, отступая. — Я не вмешиваюсь в твою жизнь, потому что ты взрослый человек, но не тебе меня судить.
— Ты услышал мой ответ, — говорит Николас, решительно отказываясь от всех попыток отца прийти к соглашению.
Я понимаю, что Нико слишком настойчив, но не решаюсь сказать ему об этом в присутствии других людей.
— Сынок, — произносит его отец с такой нежностью, что я бы сама бросилась к нему на шею, будь я его ребёнком. — Давай поговорим спокойно, без посторонних.
Николас посмотрел на меня, но ничего не сказал. Я слегка кивнула головой в сторону балкона, и он, нахмурившись, выдохнул. Мы оба понимали, о чём я говорю, без лишних слов.
— Хорошо.
Он достает с полки пачку сигарет, и они с другом уходят на балкон, плотно закрыв за собой дверь. Я остаюсь одна. Мне не слышно, о чём они говорят, да и я не считаю правильным вмешиваться в их разговор.
Наконец, взяв один из стаканов с кофе, я открываю мессенджер на своём мобильном телефоне.
Десятки сообщений от Адама, но, к счастью, ни одного от отца. Это значит, что мой лучший друг не стал беспокоить его из-за моего отсутствия. Обычно мы общаемся в течение всего дня, поэтому моё долгое отсутствие в сети показалось ему подозрительным. Спешу вас обрадовать: всё хорошо. Мы обязательно встретимся и обсудим все вопросы в университете.
Николас и его отец уже около двадцати минут проводят на балконе. Я уверена, что он выкурил не менее трёх сигарет подряд. Оба выходят из здания, и, хотя их настроение всё ещё не лучшее, они уже не такие хмурые, как раньше. Николас прощается с отцом довольно холодно. Меня же мужчина нежно обнимает на прощание. Будучи хозяйкой в чужой квартире, я решаю проводить его до двери.
— Необязательно было обниматься, — сказал Николас, как только я вернулся на кухню.
— Это твой отец, и он вдвое старше меня.
— Зато тёлка, которая живёт с ним, почти твоя ровесница, — он откидывается на спинку стула, лениво перебирая пальцами стакан с кофе. — И ты, поверь мне, выглядишь гораздо лучше неё.
Я пытаюсь прокрутить в голове то, что слышу. Он говорит абсолютно серьёзно, не шутит и не пытается меня насмешить.
— Ты что, ревнуешь меня к собственному отцу?
— Я не ревную, — говорит он всё тем же холодным и недовольным тоном. — Просто я хорошо знаю своего отца.