Механическое сердце ⚙️

"... рада, что я дошла до конца. Точнее, мы, хотя я никак не ждала именно такого конца и такой долгой игры между нами.

Наверное, тебе интересно, мучает ли меня совесть после всего сделанного. Нет. Ни капли. Я борюсь за свою жизнь, и на моем месте любой бы боролся. Но скажу одно - ты довольно сильный противник. Тебя не берёт ни моральное давление, ни физическое. Возможно, да, потрепать я тебя успела, но не сломать. И в какой-то степени я даже горжусь. Горжусь, что мой противник оказался силен для такой особенной личности, как я.

Я пишу тебе это письмо, потому что сама чувствую, что на днях все вскроется, что ты увидишь мое лицо за этой чертовой маской и увидишь мои дряхлые волосы, когда я сниму мантию. Все узнают, что это была я - Бекка Бёрнс, обычная операционная сестра, как всем казалось. И я знаю, что ты точно захочешь попасть в мою квартиру.

Я хочу пояснить тебе некоторые детали, чтобы у тебя при нашей встрече не оказалось вопросов, как в обычных банальных фильмах.

Ты прекрасно знаешь, что моя сила убивает меня изнутри. Ей нужен такой же сильный сосуд, пропитанный радиацией, и это твоё сердце. В последние месяца, когда я активно начала продумывать план по захвату этого сердца, слишком много сил было использовано. Очень много. Каждый мой шаг требовал моей энергии, и вот, во что я превратилась - моя кожа похожа на тонкий мешок, который неровно лёг на кости и мышцы. Она мятая, некрасивая, треснувшая, с покраснениями и даже волдырями по всему телу, которые я скрывала все это время специальными тканями с пикселями. Мой организм умирает, и я отдаю всю себя напоследок, надеясь на то, что буду в дальнейшем жить.

Волосы тоже начали выпадать. Они стали ломкими и тусклыми. Пришлось делать под заказ даже точный парик, чтобы никто ничего не заподозрил. Я скинула в весе, но это было тоже не особо заметно. Мне нельзя было ни в коем случае показывать то, что со мной происходило и происходит, иначе бы было очень много вопросов.

Ну а что по поводу моих действий, то вы и так должны прекрасно всё знать. Я продумывала свою идею все те девять месяцев, когда ты вынашивала ребенка, а когда придумала, то мне не предоставило труда подсыпать твоему мужу специальное вещество прямо на работе с помощью Стенли. Он отключился в нескольких шагах от вашего дома, а камеры на улицах ничего не смогли заснять с помощью моих способностей. Мне ничего не оставалось делать, как избавиться от Брюса. Это была бы лишняя ноша. Мне не нужен был ещё один претендент на сердце.

В родильном доме твои роды принимал мой андроид. От мелкого грызуна тоже пришлось избавиться. Но соврать даже ты мне не дашь - замена была слишком хороша.

В аварии должны были погибнуть все. Та собака была специально сделана для того, чтобы подстроить аварию, ведь Брюс слишком прекрасно водил. Андроид сам не мог сделать аварию. Даже после вашей гибели и после того, как все вскрылось бы, меня бы давно уже не было в Бостоне. Меня бы просто не нашли.

Но все оказалось не так, как я ожидала. Тебя смогли спасти даже со смертельными ранениями. Я, скрипя зубам, стояла за операционным столом и наблюдала за тем, как тебе вставляют в грудную клетку мое право на жизнь.

И все же я не опускала руки, хотя и делала огромные промахи в виде того следователя, которого ты по началу так ненавидела, но похоже, у вас там действительно зародилось нечто большее. Вы даже работаете вместе, в одном отряде, он твой командир.

Ты доверяла мне. У меня был доступ к твоему браслету, и оттуда я уничтожила все сообщения с морга. Я работала всё это время в больнице, и поэтому я знала про твой поход в клинику, я устроила там взрыв, заставив тебя пройти в ту несносную комнату, якобы помыть руки. И везде оказывался Кристофер. Противный следователь, который так усердно рвал свою пятую точку за то, чтобы помочь тебе разобраться во всем, и я ненавижу его больше всего на свете!

Он спас тебя в тот день. Но после приобретения андроида я так же имела доступ к твоей квартире, поэтому у меня получилось его полностью перепрограммировать. Мне достаточно просто увидеть андроида, чтобы взять над ним контроль. И в тот день, когда ты застукала меня у себя дома, у меня это получилось.

Но снова не получилось уничтожить тебя. Ты выжила с помощью костюма, хотя шрам на твоём левом плече от укуса андроида должен напоминать тебе об этом страшном дне, ты была на волоске. Потом вы пронюхали про Блейка, а мы знали про тот вечер, и какой бы вы там план не придумали, Блейка в здании изначально не было. Зато он помог расставить везде мины. Так, как в его руках были механизмы, я помогла ему быстро двигаться и расставить эти механизмы.

И с самого начала моего плана у меня была куплена квартира в том же доме и на том же этаже, где мастерская твоего отца, а под тем же домом и лаборатория. Я знала, что это пригодится, а когда узнала, что ты собираешься туда ещё и переезжать, то срочно отправила туда Блейка. Больница была тем местом, где ты и раскрывала свои дальнейшие действия перед Томасом и мною.

Дальше мы смогли увидеться, но даже в подземной лаборатории нам не дали долго порезвиться. Кристофер, хоть и не сразу, но нашел тебя, нам пришлось рвать когти.

А в больнице, когда ты хотела, чтобы я позвала помощь, после операции на голову и глаз, я просто проигнорировала тебя, чтобы потянуть время. Мне не доставляет труда управлять машинами и механизмами на расстоянии, и если бы не ваша новая сотрудница, то у меня бы все получилось. Она очень похожа на Кристофера. Такая же противная.

Тогда Томас додумался вставить в твой головной механизм Искусственный интеллект, и обстановка накалялась. Ты была сильна физически после операции, закалена морально, несмотря на то что Кристофер повелся на твою замену. Она была создана во время того, когда ты лежала в больнице после аварии. И ты даже с ней справилась, смогла удержать целую стену здания руками. Я понимала, что постепенно начинаю сдавать назад.

Пока вы с Кристофером мирились и уехали по своим делам, я смогла разыскать Николь, но одновременно начались поиски ОПКП оставшихся мутантов. Мне удалось заманить Николь на свою сторону, а когда мы обе пронюхали, что за ней идёт слежка, тогда-то и воспользовались вашей новой подружкой.

Я узнала день, когда вы должны приехать, мне даже не пришлось делать ничего сверхъестественного. Затем по камерам всего города я узнала ваш путь, а дальше ты сама знаешь. Вот только не получилось. Николь не смогла сделать все, испугалась и не смогла убежать. Мне выдавать себя было слишком опасно, и я смирилась с тем, что потеряла Николь.

Не знаю, что будет дальше. Только конец, а в конце - самое пекло. Знай, что я буду бороться за свою жизнь любой ценой. Во мне больше механического, чем в тебе, моему сердце этого потребовалось больше. И я сильнее тебя. Но я хотела тебя сохранить рядом с собой в виде андроида, потому что полностью не могла уничтожить тебя. У меня все же есть к тебе привязанность, но я понимаю, что никак не могу оставить тебя в живых. Ты слишком сильна. И мне больно это осознавать, просто знай это"

Эддисон тяжело выдыхает и отбрасывает уже прочитанное раз сто письмо от Бекки на диван, направив свой взгляд на панорамное окно.

Она сидела на диване в гостиной Кристофера. Перед ней на небольшом расстоянии высвечивалось цифровое окно, где показывали новости, но ей было не до новостей, не до телевидения. Девушка лишь потирала переносицу и закрывала глаза, тяжело дышала и никак не могла прийти в себя после письма подруги.

Блондинка читала его в квартире Бекки, где кроме этого письма ничего не было найдено, читала в офисе здания ОПКП, читала в квартире Кристофера, и вот опять. В офисе Кристофер сделал копию, а по всему городу можно было увидеть изображения Бекки. Её разыскивали, как самого настоящего преступника, но голубоглазая так и не могла до конца смириться, что это так и было.

Ей было больно видеть подругу на огромных цифровых вывесках, по новостям, в Интернете, было больно видеть её мелкий почерк на обычном тетрадном листке, с помощью которого поместился столь обширный текст. Вся правда была найдена, вытащена из-под земли, словно руда, но, прежде чем вытащить эту руду, нужно было раз сто перекопать землю, и этой землёй была Эмма.

Для нее все это - была не Бекка. Это был не тот добрый и отзывчивый человек. Не могла подобная дрянь так хорошо скрывать всю правду так долго, свои эмоции и чувства, Эддисон готова была поверить в то, что вместо Бекки был андроид с её внешностью, но точно не подруга.

Это была сумасшедшая личность, которая готова снести все на своем пути, лишь бы выжить, словно какое-то животное в стае, но ведь на дворе был 2049 год. Люди - не животные, они обладают умом, интеллектом, мышлением, так почему же Бекка не попросила помощи? Почему же она не обратилась тогда к Вестеру, ведь он был жив, когда всё началось? Она боялась, что отец Эммы сдаст её правительству, но голубоглазая была уверена, что Вестер бы хоть и не отдал сердце, но сделал все возможное, чтобы помочь сотруднице.

Вдруг женские плечи накрывают сильные мужские руки, от чего Эддисон вздрагивает, но слегка успокаивается, когда эти руки начинают делать массаж около основании шеи. Сердцу становится чуть легче, когда оно чувствует рядом со своей хозяйкой её мужчину.

- Ты не отрываешься от этой бумажки, - наклонившись к уху напарницы, начал шептать Кристофер.

- Потому что не могу, - так же шепотом отвечает Эмма, прикрыв глаза от наслаждения и запрокинув голову на спинку дивана.

Следователь не теряется и нежно целует блондинку в губы, слегка замедляя темп рук на теле девушки. Эмма расплывается в улыбке, чувствуя губы партнёра, и поэтому отвечает на поцелуй взаимностью, а после кладет свои руки на голову мужчины, чтобы между их губами не оставалось ни единого атома, чтобы они все лопнули между ними.

Как же так получилось, что Эмма полюбила того, кого изначально почти ненавидела и не переносила на дух, и разочаровалась в том, кому так доверяла? Как же работал данный механизм в такой простой человеческой жизни? Он был устроен намного труднее, нежели механическое сердце внутри Эддисон.

После поцелуя на всю гостиную раздался странный звук чмоканья, после которого Кристофер мило улыбнулся, а затем сел рядом с голубоглазой, взяв в руки тот страшный тетрадный лист. Блондинка пыталась отвлечься от всего и рассматривала следователя. Когда мужчина ходил по квартире в домашней одежде, у девушки становилось как-то тепло на душе.

- Прости, что не верила тебе, - начала она, отведя взгляд от напарника.

- Я сам не был уверен, и до сих пор удивлен, что Бекка все эти месяца была главной нашей целью, - в голосе Кристофера почувствовались тяжёлые нотки какой-то горечи, - Ты не виновата. Ты ей верила.

- И я до сих пор не могу понять, как же я потеряла во времени Бекку, - тяжело выдохнула девушка, - Как же я не увидела то, что с ней происходило.

- Это не ты её потеряла, - сразу же отвечает Кристофер, снова смотря на партнёршу, - Она сама потерялась. Битва за свою жизнь, которую она сама себе создала, закружила её, уничтожила. Бекка сама не искала другого пути решения. Она выбрала кровавую дорогу, торгуя твоей жизнью, жизнью твоего сына и мужа, жизнями обычных людей. Бекка давно потерялась, ещё тогда, когда начала думать обо всем этом, и та девушка, которую ты видела вчера, это не твоя подруга. Твоя подруга... Давно уже умерла во всей этой кровавой пучине, которую она сама заварила.

Мужчина понимал, что это очередная правда была жестока для Эммы, но ему самому было очень тяжело её говорить. Он с болью сердце смотрел на уже подавленную Эддисон и тяжело вздохнул, а затем бросил тетрадный листок на пол и прижал к себе напарницу, как в прошлую ночь, вот только голубоглазая уже не плакала.

А был ли смысл плакать? По кому? По той подруге, которой уже не было, причем давно? По мужу и сыну, которых тоже уже давно нет? У Эддисон уже не было сил. Ту боль, которая была с самого начала, она выплеснула, как смогла. Смысла плакать уже совсем не было, но механическое сердце в теле Эммы быстро-быстро билось, и следователь сам это чувствовал, понимал, что хоть блондинка не плакала, но ей было тяжело.

- Даже если так, - проговорила голубоглазая, утыкаясь в грудь напарника, - То я не смогла её вовремя спасти и вытащить.

- Она сама этого не хотела. Не хотела, чтобы ты знала, и она сама сделала выбор. И то, что Бекка хотела сделать тебя андроидом, чтобы хоть какая-то часть тебя осталось с ней — это не забота, а нездоровые мысли. Мы уже ей не сможем помочь. Она протоптала себе дорогу к тюрьме.

- Что с ней там будет? - девушка резко поднимает голову и смотрит в шоколадные глаза Кристофера, - Я не уверена, что Бекка обойдется одной тюрьмой.

- Да, просто тюрьма — это наилучший вариант для Бекки, но скорее всего из неё вытащат сердце. Она ведь его украла. Так как сердце принадлежало твоему отцу, даже не больнице, то оно будет твоим.

Эмма поджала губы. Смертной казни давно не существовало, но для Бекки тюрьма — это смерть. Это конец всего. Всей жизни. Конец всех дурных, не обдуманных, лицемерных и эгоистичных поступков, которые девушка смогла совершить.

- Не думай, что если мы поймаем Бекку, то это будет конец всему. Я намерен найти всех людей, которые на неё работали. Я не позволю им просто так уйти.

Голос Кристофера стал серьезным и строгим. Вместе с этим он сильнее сжал в своих руках Эмму, но сделал это аккуратно, как бы показывая то, что он готов её защитить от всех опасностей в этом мире.

- Их немало. План Бекки слишком масштабный, чтобы иметь всего пару человек, - тяжело выдохнула голубоглазая, начиная водить кончиком указательного пальца по груди Кристофера.

- Но на данный момент наша главная цель - Бекка, всё остальное потом.

После этих слов они замолчали. Мужчина только слышал и чувствовал, как по всему телу девушки, что он так бережно обнимал, стучал пульс, который говорил о том, что следователь всё-таки смог уберечь свою партнёршу от всего плохого. Эмма была жива, она была рядом с ним, и Кристофер даже боялся думать о том, что Эддисон в один момент может не стать из-за какой-то сумасшедшей подруги.

Он всегда ценил человеческие жизни в своей работе, но Кристофер даже не думал, что так сильно будет ценить именно жизнь голубоглазой. Следователь помнил, какой слабой и подавленной была Эмма в больнице, когда он впервые увидел её. Как девушка не могла встать на ноги и училась всему с самого начала, и мужчине было её жалко, но он не думал, что так сможет привязаться к такой странной личности, как Эддисон.

Что она так сможет скрасить его жизнь не только яркими красками радости, но печали и опасности. И такова была жизнь обычного человека в 2049 году, живого, а Кристофер до блондинки не был живым. Жизнь его была одинакова каждым днём, и только работа разбавляла серые тона. Тесса была не самым идеальным партнёром, но развлечения с ней тоже как-то помогали, а Эмма не была развлечением. Голубоглазая была целой жизнью для следователя. Новой жизнью, счастливой, хоть и опасной, но счастливой.

- Слушай, - снова начала девушка, опять подняв взгляд своих голубых глаз на мужчину, - Мы так и не поговорили о том, что сделала Николь.

- О том, что она тебе показала? - голос Кристофера слегка задрожал, - Об Алексе?

- Да, и не только, - после этих слов голубоглазая оторвалась от следователя, чтобы настроиться с ним на серьёзный разговор, ведь она понимала, что для партнёра всё это было очень важно, - Я видела отца. Своего отца. И, похоже, твоего.

Шоколадные глаза Кристофера расширились, а губы слегка приоткрылись от некого шока. В этот момент Эмма лишь убедилась в том, насколько они были похожи, ведь у неё была бы точно такая же реакция, если бы речь зашла о её настоящих родителях.

- Ты очень похож на него, Кристофер. И, возможно, ты ненавидишь своих настоящих родителей, свою мать, но просто знай, что этот человек готов был отдать всё тебе.

- Николь взяла то воспоминание из моей головы, которое я не помню, - следователь усмехнулся и опустил взгляд, - Из моего детства. Что там было ещё?

- У твоего отца была квартира, и только на твой плач он быстро пришёл к тебе, начал успокаивать. Но что-то говорил про твою маму, как будто её долгое время не было дома. Может, ты и считаешь свою мать самым ужасным человеком, но я думаю, что если бы твой отец остался жив, ты бы полюбил его так же, как любишь сейчас Питера.

- А что по поводу твоего отца? - Кристофер дал понять, что не хочет разговаривать на эту тему, - Что ты смогла увидеть?

- Себя в детстве. Наша старая квартира, моя маленькая детская комната. Мне удалось не только увидеть отца, но и услышать его.

- Вы разговаривали? - удивился мужчина.

- Это нельзя было назвать диалогом, но я думаю, что Николь так же сама приняла участие в построении воспоминаний. Наверное, она поняла, что я хотела услышать от отца. Это действительно мне было нужно, - девушка начала мять руки от какого-то волнения внутри себя. Кристофер видел, как же ей было тяжело отпустить увиденное, - И Алекс. Увидела, что он держал тебя на руках, маленького тебя.

Эддисон улыбнулась, но также не поднимала взгляда на партнёра. Маленький Кристофер был душкой, которого держали крепкие руки взрослого мужчины, и этот образ в голове девушки остался надолго. Все эти дни голубоглазая видела перед собой того самого Алекса, что держал на руках малыша, который так стал похож на самого Алекса. Кристофер был похож внешне на настоящего отца, но хоть блондинка полностью и не знала того Алекса, он даже толком не смог воспитать мальчика, она была уверена, что следователь был очень похож на своего спасителя.

- Николь теперь часть отряда, - выдохнул мужчина - Моего отряда. Организация предоставила ей документы, жильё и работу. Может, попросить её показать мне всё?

- Думаю, она тебе не откажет, - Эмма резко подняла голову, - Бонни рассказала, как ты прижал её к себе во время моей волны.

Кристофер неловко отвёл от подруги взгляд, когда она широко улыбнулась. Эддисон была рада, что мужчина смог принять Николь рядом с собой, хотя изначально не имел к ней никаких положительных чувств.

- Она была напугана, - лишь смог ответить следователь, - Как маленький ребёнок.

- Да, я бы так же поступила, будь на месте Николь Таффи.

- Кстати, этот засранец уже целый час моется в ванне, - лицо Кристофера сразу изменилось, он нахмурил брови, от чего Эмма лишь усмехнулась.

Таффи все эти дни ночевал у мужчины дома. В тот день, когда Эмма лежала на диване после больницы, он спал на раскладушке в комнате следователя, а после уже спал на диване в гостиной. Ситуация в его доме никак не налаживалась, и это волновало Кристофера, нежели самого Таффи. Для мальчишки это место было раем.

- Возможно, дома у него не получается так насладиться обыкновенным мытьём. Как вообще обстоят дела у него дома? Всё так же?

- Его дядя так же пьёт, - тяжело выдохнул мужчина, - Я ничего не могу с этим поделать, а сделать так, чтобы у него отняли права на мальчишку, я не могу. Таффи станет несладко.

- А что, если ты сразу усыновишь его после того, как у его дяди отберут права? У тебя есть всё, чтобы воспитывать подростка: жильё, работа, деньги, даже достойные качества опекуна. Ты ведь его кормишь, оберегаешь...

- Одеваю и выслушиваю, - тихо перебил партнёршу Кристофер, но в его голосе она слышала неуверенность, - Не знаю. Я ведь никогда не стану ему отцом.

- Да, не ты прошёл через его младенчество, не ты прошёл с ним через самый трудный этап, но для того возраста, в котором находится сейчас Таффи, ты даёшь всё и даже больше. Конечно, ты не станешь ему отцом никогда, потому что он уже сформировался, как личность, и давно, но ты уже его близкий друг и товарищ. Здесь его настоящий дом, и Таффи об этом сам говорит.

- И мне придётся ходить на родительские собрания в школе? - лицо мужчины скривилось в недовольной мине, - И платить за новые шторы в классе?..

Эддисон звонко рассмеялась, услышав подобное от взрослого мужчины. Она сама готова была морально проходить со своим сыном такой сложный этап, как школа, и не думала, что самое страшное там - это плата за шторы и родительские собрания.

- Ему уже шестнадцать лет, он заканчивает девятый класс. Тебе немного повезёт, если он уйдёт потом в колледж, - не унимая смеха, сказала Эмма.

- Что значит мне? - Кристофер резко выпрямился, - Нам.

- Нам?

- Не я его буду усыновлять, а мы. Когда поженимся. Так будет легче и для нас, и для Таффи.

Вот после этих слов они будто поменялись местами. Следователь широко улыбнулся, а Эддисон наоборот затихла и удивилась сказанным словам. Женитьба? Девушка даже не думала об этом после смерти мужа, после того как сошлась с напарником.

Безымянный палец на правой руке будто начал греться именно там, где должно быть обручальное кольцо. В 2049 году были цифровые кольца, но они стоили ни чуть дешевле золотых. Золотые кольца были уже не в моде, а цифровые были удобны тем, что могли принять любой вид, какой только захочет его владелец. На вид оно может быть золотым или серебряным, с камнями или без, с узорами и прочими мелочами. Это было очень удобно для всех людей.

Каждый из пары новобрачных может выбрать свой дизайн кольца, но все будут знать, что оно точно обручальное, потому что находится на безымянном пальце правой руки, а могут выбрать вместе один дизайн.

У Эммы с Брюсом были золотые кольца. Им было всё равно, модно это или нет, но после родов у Эддисон начали часто опухать руки, и поэтому кольцо было невозможно носить и снять, и при первой возможности девушка убрала кольцо в шкатулку. Когда выкидывала вещи умершего мужа и ребёнка, вовсе забыла избавиться от него, а со взрывом андроида в старой квартире его существование уже было не так важно.

- Женитьба? - неуверенно и тихо переспросила у Кристофера голубоглазая.

- Ну, да, - легко ответил мужчина, пожав плечами, - Законный брак. Конечно, это всё формальности и порой для чего-то настоящего между людьми даже брак не нужен, но я этого хочу.

Для обоих это был очень серьёзный шаг. Блондинка недавно потеряла мужа, но смогла довериться новому мужчине, это новый шаг в новую нормальную жизнь, а Кристофер настроен был очень серьёзно. Это его первый самый серьёзный шаг в своей жизни в плане отношений, и голубоглазая даже не думала о том, что следователь хотя бы будет думать о женитьбе в целом.

Атмосфера в гостиной стала тихой, но волнующей. Кристофер видел, как смог ошарашить напарницу. Она отвела взгляд и закусила губу, и поэтому мужчина слегка напугался. Он всё же думал о том, что Эддисон могла отказать после того, что с ней случилось. После брака с Брюсом.

Но вот они оба прислушиваются к новостям и одновременно поворачивают голову, чтобы взглянуть на цифровое окно, на выпуск новостей.

- Администрация города Бостона рекомендует покинуть город хотя бы на ближайшую неделю для детальной проверки по всему городу. В последнее время кибер-опасность по городу превысила до 69%, когда была 45%. В городе обязательно должны остаться работники государственных служб и крупных продуктовых и хозяйственных магазинов. Для школьников 1-4 классов учёба будет временно приостановлена, а для остальных учащихся школьный день будет начинаться в девять часов утра и заканчиваться в час дня. Студенты так же будут заниматься с девяти утра, но до трёх часов дня. Охрана по всему городу усилится. Будет введён комендантский час до восьми часов вечера, а администрация города выделит особую сумму денег горожанам для выезда из города...

- У нас что, апокалипсис или пандемия? - резко послышался голос Таффи.

Мальчишка облокотился на спинку дивана и вытирал свои мокрые волосы полотенцем, внимательно слушая и смотря на цифровое окно с новостями, где телеведущая спокойно объясняла такую страшную обстановку в городе. Кристофер забыл про то, что Таффи целый час занимал ванную, его взгляд был довольно обеспокоенный, как и у Эддисон.

Она крепко сжала свои губы, прекрасно понимая то, что это всё из-за неё и Бекки. В последнее время ситуация в городе действительно была слишком опасна. Немало людей успело погибнуть только при одном здании, которое рухнуло. А зная то, что личность Бекки была уже раскрыта, и шёл финальный этап всего того кошмара, Эмма понимала, что грядёт что-то ужасное и масштабное, где без жертв тоже не обойдётся.

- Мы теперь пропадём на работе, - выдохнул Кристофер, - ОПКП точно будет патрулировать город и проводить проверку.

- Круто, - неожиданно сказал Таффи, - Ночные смены!

- Нет-нет, ты будешь сидеть дома после школы, - грозно проговорил следователь, осматривая мальчишку в домашней одежде, - Максимум возле здания ОПКП побудешь до шести часов вечера, потом сразу домой.

- Но...

- Никаких но! - от резкого громкого и командного голоса Кристофера даже Эмма на диване вздрогнула, но этим самым мужчина хотел оградить от всего кошмара Таффи.

Мальчишка слегка от страха опустил глаза и помялся на месте, а затем быстро поднялся на второй этаж, показывая свой характер. Были бы двери не автоматические, Эддисон с Кристофером услышали бы, как же мощно могла хлопнуть дверь в их уже общую комнату.

- Пусть психует, - уже выдохнул следователь, запрокинув голову на спинку дивана, - Потом остынет. Сам поймёт, что это не игры.

Было видно, что Кристофер до безумия боялся потерять Таффи. Он бы просто не перенёс подобного. Ни Эммой, ни мальчишкой мужчина не собирался торговать на поле боя.

- Будет что-то страшное, Кристофер, - неожиданно шепчет блондинка, смотря куда-то в пустоту, - И мы просто так от этого не отделаемся...

******

Город на следующий день был почти что мёртвый. На улицах было очень пусто. Для огромного города, где всегда шло движение, где всегда были потоки людей и машин, стало слишком тихо.

Дороги были заполнены всего несколькими людьми, и то они выходили в магазин за продуктами и какими-то нужными вещами, машин на дороге стояло мало, да и в самих магазинах было не так много людей. Человечество уже давно поняло, что шутки с нынешними ситуациями и опасностями лучше не шутить. Каждому была дорога своя жизнь.

Как и Эмме. Она бы тоже уехала в спокойный городок неподалёку от Бостона, в который все наверняка и уехали, но ей не позволяла работа, долг перед собой и городом, который девушка была обязана защищать. Голубоглазая должна была устранить главную проблему для себя и Бостона, и пока она этого не сделает, то не успокоится.

Было очень странно накануне Рождества видеть пустой город, целые витрины магазинов. По всему Бостону была ужасная и нагнетающая атмосфера, вовсе не праздничная, как в воспоминаниях Эддисон. Новогодняя суета исчезла вмиг, в один день.

Только дождавшись прихода Таффи со школы, Эмма с Кристофером смогли спокойно покинуть квартиру, выйти на пустую улицу, дойти до магазина, чтобы купить все самое нужное на ближайшее время, а потом пропасть на весь день в здании ОПКП. Они молча шли вместе по заснеженной дороге, где, казалось, даже мало было следов от подошвы. Вся эта ситуация в городе действительно напоминала апокалипсис.

Было даже страшно заговорить, будто кто-то был рядом и мог подслушать, а потом резко выпрыгнуть и наброситься на тебя, убить голыми руками. Для Эддисон действительно всё так и было. Ей в особенности было опасно находиться на улице вообще.

Её терзала совесть за то, что вся эта опасность была только лишь из-за неё одной. Но вовсе не Эмма была в этом виновата, нет. Виновница торжества светилась на всех электронных вывесках с огромными красными надписями о розыске, и когда мимо них проходила голубоглазая, ей казалось, что этот взгляд лунных глаз готов был её сожрать с костями, лишь бы добыть сердце.

- Захвати мне ванильное мороженое, - говорит Кристофер, отходя от прилавка с фруктами и управляя огромной тележкой, которая была уже почти забита.

- Фу, - проговорила себе под нос Эмма, открывая большой холодильник, - Ваниль...

Она не терпела ваниль. Нигде: коктейли, мороженое, йогурты. Абсолютно нигде. Эмма с самого детства любила шоколадную молочную продукцию, но никакую-то там дешёвую, а дорогую, хорошую и качественную.

- Тебе сколько взять? - спрашивает Эддисон на почти пустой магазин и поднимет голову, держа в руках две небольшие упаковки мороженого.

Но как только она подняла взгляд, то поняла, что Кристофер укатил с тележкой в другой отдел и лишь тяжело вздохнула, не зная, сколько ему нужно было взять мороженого, и поэтому готовится закрыть холодильник, как вдруг её обхватывает чья-то рука и резко прижимает к себе, а свободная рука незнакомца нежно берёт блондинку за подбородок и заставляет Эддисон повернуть голову в сторону, что она даже не успевает рассмотреть те уродливые и худощавые руки.

- Возьми и мне тоже, - шепчет противный голос, который искажается сквозь маску, и Эмма распахивает глаза. Уже до жути знакомый голос был настолько близко к ней, что готов оглушить, - Я тоже люблю ваниль.