Драконник

Аспен всё ещё держал телефон у уха, когда голос на другом конце линии произнёс:

- Обернись.

Инстинктивно он повернулся, и его сердце замерло: невдалеке стоял незнакомец. Неожиданность встречи переполнила его адреналином, и он чуть не врезал ему.

- Так резко появляться не следует, — произнёс Аспен, восстанавливая ритм дыхания. — У меня хороший инстинкт самосохранения, и ты мог бы навредить себе.

Незнакомец лишь усмехнулся, игнорируя его слова.

- Ты должен помнить, что время играет против вас, — сказал он, его голос был так же настойчив, как и прежде.

Аспен хотел задать вопрос, но опять он услышал:

- Теперь снова обернись!

Словно в замедленной съемке, он вновь развернулся и ощутил, как его сердце упало: дерево "Драконник" явно находилось в охватывающе ужасном состоянии — его ветви пылали, как фейерверк в ночном небе. Ужас и беспомощность одновременно охватили Аспена. Он бросился в сторону пламени, но в голове вертелось только одно имя — Эллис.

- Эллис! — закричал он, уже перебегая пространство. Он видел её, застывшую под деревом; её лицо покрывал ужас. Слёзы катились по её щекам, когда она безмолвно смотрела, как огонь пожирает ствол, превращая великое дерево в пепел.

Аспен снова закричал:

- Уходи! Уходи оттуда!

Но единственное, что он увидел, это парализующее выражение её лица. Внутренний голос предостерегал его о необходимости действовать быстро — ему нужно было её спасти. Он знал, что у него нет времени — пламя уже разгоралось.

Однако в тот момент его инстинкты закричали также в другую сторону. Аспен обернулся обратно к незнакомцу, который теперь начинал уходить в тень, словно ему и не было дела до пожарного хаоса, который разразился рядом.

Если он уйдёт, то уйдёт, унося с собой ответы на все вопросы. Аспен остался на распутье: ему нужно было либо бежать к Эллис и спасать её, либо броситься за этим загадочным незнакомцем и узнать правду о том, что происходит. В его голове назревали светлые мысли и мрачные опасения, одновременно зная, что каждое мгновение имеет значение.

- Стой! — прокричал он незнакомцу, его голос был полон решимости. Если этот человек знал, что происходит, то он был обязан ответить. Аспен уже шагал навстречу ему, когда на мгновение замер, разрываясь между двумя альтернативами.

Он представлял лишь силуэты — один пылал в огне, другая личность — ускользала в тени. Но каждая секунда воевала за его внимание: восторг и страдание словно сливались в едином порыве.

- Дело не в том, чего ты хочешь, — произнёс незнакомец, не оборачиваясь. — А о том, готов ли ты рискнуть ей...

Всё в голове переплеталось, и он, не в силах оставить Эллис, понял: она нуждалась в нём. Он намеревался взять её за руку и увести подальше от этого хаоса. Но его внутренний голос всё ещё шептал о тайнах, оставшихся неразгаданными...

Молнией пронзило сознание: лучше вернуть её в безопасность, а потом уже искать ответы! Каждый страх зарождался в её незнании, и он, осознав это, понял, что выбор сделан. Он метнулся к Эллис, чтобы вытащить её из объятий пламени, и, хотя мысли о незнакомце всё ещё терзали его, теперь они, казалось, были далеки...

Аспен мчался к Эллис с безумной решимостью, и с каждым шагом его сердце стучало всё быстрее, словно в ритме таинственного марша. Пламя вырывалось из ствола «Драконника», как дикая сущность, жаждущая поглотить всё вокруг. Подбежав к Вейн, Даркнегер крепко схватил её за плечи, стремительно обводя взглядом окрестности в поисках безопасного пути.

- Эллис, нам нужно уходить, - крикнул он, его голос смешивался с треском огня и необычайным шумом, создаваемым высокими языками пламени.

Она только и могла сделать, что уставиться на него, её глаза были полны страха и ужаса. Аспен развёл руки, стараясь выразить свою решимость, и снова закричал:

- Я не позволю этому огню забрать тебя! Уходим!

Собравшись с силами, она, наконец, кивнула. Он почувствовал, как её руки крепко схватили его, и в тот же миг они бросились вбок, подальше от жгучего пламени. Аспен отводил её, стараясь не потерять из виду то, что вокруг них происходило, его внимание было слито на ярости огня и на жутком треске.

Они выбежали из зоны огня, оказавшись в менее опасной области, где воздух был всё ещё горячим, но пламя не угрожало. Аспен опустился на колени, потирая плечо Эллис, чтобы она пришла в себя.

- Ты в порядке? - спросил он, его голос дрожал от волнения.

Она глубоко вздохнула, её глаза продолжали блестеть от слёз, но в них уже пробивался проблеск надежды.

- Я... я в порядке, - произнесла она тихо, шок ещё не покинул её. - Но что произошло с деревом?

Пока она говорила, Аспен обернулся в том направлении, откуда они пришли. Пламя продолжало бушевать, и исходящий от него дым покрывал небо собой, словно пугающее предзнаменование.

- Это не просто пожар, - произнёс он, постепенно осознавая масштабы происходящего. - Это чей-то умысел навредить тебе, затем мне. Еще и этот незнакомец... он не просто так появился.

Эллис повернула к нему взгляд, её губы дрожали.

- Кто? Незнакомец?

Аспен колебался, не зная, как объяснить данное произшествие. Он вспомнил слова того человека, его требование спешить и не игнорировать угрозу. Он думал о том, что они должны были найти ответы.

- Может быть, этот незнакомец что-то знает, - сказал он в конце концов. - Но сначала нам нужно уйти отсюда и добраться до безопасного места.

Эллис кивнула, её страх теперь смешивался с решимостью. Они встали и, держа друг друга за руки, начали искать путь подальше от горящего леса. Аспен был решительно настроен: когда они будут в безопасности, ответ на вопрос о том, что произошло, станет их следующим приоритетом.

Пока они покидали эту зловещую зону, Вейн вдруг произнесла:

- Последний сон осуществился.

Аспен обернулся к ней и с легким недоумением спросил:

- Больше снов ты никаких не видела?

Эллис лишь безмолвно пожала плечами, ее глаза наполнились печалью, и она ответила:

- Дерево мертво, значит, больше пророческих снов мне не увидеть.