Кольцо дракона💍🐉

Даже несмотря на то, что вопрос с прогулкой уже решенный, Хэй Му Дан все равно выражал неудовольствие этой затеей. Он попросил свою наставницу быть осторожной. За Зианом заклинатель сам приглядит и позанимается с ним.

Хуобайше так же попросила приглядеть за ее подопечными, в ее отсутствие, и перенеслась вместе с заклинательницей и 3 мадам Юн в город.

В городе уже находились наблюдатели, так что без присмотра эта троица точно не должна была остаться.

Хули-цзин перенесла их на пустую улицу, пролегающую неподалеку от оживленной.

— Ну что? Пройдемся? Мне есть о чем вас спросить, — сказала Мэйгуи.

Мадам Юн только вздохнула. Отчего очень походила на своего старшего сына. И это сходство позабавило заклинательницу.

Когда они вышли на оживленную улицу, некоторые обычные люди оборачивались и начинали шептаться. Слухи о том, что у Верховного заклинателя гостят ТЕ САМЫЕ АДЕПТЫ ХРАМА ХУА дошли и до обычных людей.

Столица являлась нейтральной зоной. Даже не во время собрания сюда приезжали заклинатели. Обычно, все держались своих территорий. Так что в столице жили дворянские семьи со средним приданным. И эти семьи держали свои сети магазинов в столице.

Мэйгуи не удержалась купить не только себе, но и своим спутницам по палочке с тунхулу. Так же они зашли в три магазина, где под уговорами заклинательницы 3 мадам Юн купила что-то себе, а также Зиану.

И только когда они зашли в ресторан и сняли комнату на троих на втором этаже, Мэйгуи спросила:

— Итак, мадам Юн, если вас не затруднит, расскажите все, что помните об Юн Вее. Мне интересно ваше мнение об покойном 1 молодом господине клана Юн.

Мадам Юн только что хотела отпить чая, но от этой просьбы напиток попал не в то горло. Отчего Хуобайше, сидящая между двумя дамами, постучала вторую.

Мадам Юн откашлялась и вытерла лицо платком. А затем немного испуганно посмотрела на заклинательницу, дарящую улыбку.

— Шаое Вей... он... — начала запинаться мадам Юн, но потом сделала вдох-выдох, и продолжила уже более спокойным голосом, — мне его жаль.

Мэйгуи была удивлена. Хуобайше тоже. Но перебивать не стали.

— То, что он сделал с покойной Мэй-сяньши — ужасно, да и сам юноша не внушал доверия, смотря на других сверху-вниз. Однако есть то, чего никто не знает. И Хэй-сяньши тоже...

Мадам Юн рассказала как на самом деле обстояли дела.

Когда она вошла в клан Юн, Юн Вей был мальчишкой лет 3. Но уже смотрел подобно змее в засаде. И только со временем, мадам Юн поняла, что все не так просто, как кажется.

Юн Вей был самым старшим, наследником, и тем, на кого возложили обязанности будущего главы клана. А также надежды самого главы клана. Вэньмин со временем отказался заниматься культивацией и становиться заклинателем, предпочитая роль ученого мужа в обществе. И не прогадал: крутясь в этой сфере он нашел с годами много связей, подружившись с молодыми господами и госпожами из влиятельных семей. Хэй Му Дан не подавал надежд на то, что будет заклинателем, но 3 мадам Юн это ничуть не расстраивало.

Однако из-за тяжелых времен, которые переживал клан, глава клана выбросил третьего сына и вычеркнул его из семейного реестра. Чтобы потом узнать, что его «никудышный 3 сын» стал учеником Верховной заклинательницы и начал показывать свой скрытый потенциал. С Мэйгуи даже пытались договориться главы школ, чтобы та дала на время своего ученика в одну из школ. Но Верховная заклинательница отказалась и решила учить своего ученика в стенах цитадели. Потом допустив Хэй Му Дана до участия в Фестивале.

Хэй Му Дан очень располагал к себе, был учтивым и добродушным юношей, поэтому его сверстники тянулись к нему, как растения тянутся к солнцу. Даже главы именитых кланов хорошо отзывались об ученике Мэйгуи.

Зиан также был особенным, хоть и также как и брат не подавал надежд на роль заклинателя. Глава клана не стал повторять свою ошибку и оставил Зиана, чтобы потом как-нибудь его использовать.

И только Юн Вей, несмотря на свое старшинство и какой-никакой талант в роли заклинателя, остался в тени двух младших братьев. У него не было своих связей среди сверстников. Только главы других простых кланов как-то его хвалили за усердия.

Глава клана внушал старшему сыну, что тот самый лучший, что он сильнее, чем ему кажется. И не должен допустить того, чтобы ползать перед учеником Верховной заклинательницы. И так как юноша был в отчаянии и не видел иного выхода из упущенного шанса, то согласился исполнить план. А получение 2 места на Фестивале талантов и тот факт, что младший брат отобрал место в списке Прославленных заклинателей, только усилили это желание. Показать себя.

Юн Вею всего-то надо было притвориться своим 3 братом, подобраться к Мэйгуи и убить ее, забрав кольцо. Вот только Хэй Му Дан вернулся как раз вовремя, чтобы на месте убить старшего брата за то, что тот сделал. А также чтобы не умереть самому. И уже как Верховный заклинатель, Хэй Му Дан вернул прах Юн Вея в клан Юн, как подачку главе.

Глава клана Юн и сам виноват в смерти «респектабельного» сына, ведь повесил на Юн Вея слишком многое и внушил вражду с теми, кто общался с Вэньмином и Хэй Му Даном. То есть с заклинателями и влиятельными семьями. И связал только с узким кругом недовольных управлением Мэйгуи заклинателей. Юн Вей был зациклен на том, чтобы выйти из тени успевающих по своему младших братьев, не собираясь мириться со 2 местом, неудачами и трудностями. Возможно, даже завидовал им. И это погубило его.

За столиком нависло молчание. Мадам Юн смочила горло чаем после своего рассказа. Она рассказала лишь то, что ей удалось видеть и слышать. Возможно, она могла что-то неправильно понять, но рассказанное сложилось с тем немногим, что Мэйгуи знала об Юн Вее. Это заставило ее задуматься.

— Братья стали заклятыми врагами, и младший убил старшего. Даже если у Юн Вея был отнюдь не дружелюбный вид, из-за наставлений своего упрямого папаши, даже не попытался поладить хоть с кем-то из сверстников. Вместо этого решив не общаться ни с кем. Заклинатели были на стороне Хэй Му Дана, дворяне — на стороне Вэнь-лана. И только узкий круг недовольных хоть немного поддерживал отчаявшегося и потерявшегося в чужой ненависти Юн Вея. Он поступил неразумно, но видимо тогда действовал, как загнанный в угол зверь. Если бы не убил мою шицзе Мэйгуи, то так и остался бы безликой тенью своих братьев. И правда... не очень веселая история. И своей смертью он ничего не добился, ведь все считают, что Мэй-сяньши убита руками Хэиманг Шэ, а не Юн Веем, — сделала вывод из рассказанного Мэйгуи.

— Я слышала, что глава клана Юн каждое собрание пытается у Верховного заклинателя добиться того, чтобы тот объявил всему народу: кто на самом деле убил «двуличную змею». И признал, что благодаря жертве брата стал Верховным заклинателем. Но как видно, Хэй Му Дан не собирается уступать главе клана, — сказала Мадам Юн.

Мэйгуи хмыкнула.

— Мне не стоит жалеть того, кто убил меня. Но и бессердечно отнестись к правде такого поступка я тоже не могу... Ах, глава клана Юн, своими желаниями со мной поквитаться и захватить силу Уиншэ ты загубил такого заклинателя, внушив свои мысли собственному сыну. И хотя Юн Вей сделал то, чего от него ждали, в историю его имя так и не вошло. Обнародовать это я не собираюсь. Не хочу очернять его имя. Может в другой жизни он будет жить более спокойной жизнью и в любящей его семье? Кто знает-кто знает? — подумала она, посмотрев на улицу через окно.

Закончив с обедом, дамы пошли дальше.

Чтобы на них все же напали. Хуобайше ощутила прилив желания убивать со всех сторон. Поэтому успела предупредить Мэйгуи.

Они отправились подальше от обычных людей. Наблюдатели тоже заметили опасность и отправили срочное сообщение в цитадель.

И в отличии от той ситуации, когда Мэйгуи возвращалась с Черного рынка с 2 цзинями боярышника, а ее спас Уиншэ, в этот раз она была подготовлена и имела оружие. Так что оставалась рядом с Мадам Юн и отбивала атаки, а Хуобайше бросилась в бой.

Они неплохо держались. Но врагов было слишком много.

В закоулок зашел какой-то юноша в накидке, прикрывающей его лицо.

— Столько мужиков напали на трех девушек. Тц-тц, совесть совсем растеряли. Может сами уйдете, или мне вмешаться? — спросил юноша.

Мэйгуи пробрало от головы до пят от этого голоса. 6 чувством она ощутила прилив радости от встречи с «незнакомцем».

— Вали отсюда, пока цел. Или тебя тоже завалим, — сказал один из наёмников.

— Ага, значит мне надо вмешаться. Ну тогда не обессудьте, — сказал юноша и достал сверкающий белизной и позолотой клинок из-за спины.

Он сделал шаг и нанес за несколько мгновений урон по 4 наёмникам, отчего те попадали с фонтанами крови.

Осталось еще 10. Но оставшиеся наёмники уже были не так уверены в своей победе.

А после того, как один из них заметил что-то на поясе юноши, то все наёмники решили дать деру.

— Куда направились? Я вас не отпускал, — сказал юноша нарочито веселым голосом.

— Они нужны живыми, — только сказала Мэйгуи.

— Понял, — ответил юноша и за несколько движений обездвижил наёмников, стукая их рукоятью меча, и связал веревкой, не дающей пользоваться ци.

Наблюдатели уже отослали сообщение, что помощь не нужна, поклонились незнакомому юноше и забрали пленников с собой.

— Спасибо за помощь, — сказала Хуобайше.

— Не за что, дамы, — ответил юноша.

Мэйгуи заметила какой-то блеск. Это ее подвеска засветилась.

А подвески светятся, только если рядом есть такая же.

Реакцию своей подвески заметил и незнакомый юноша и тут же обернулся.

Мэйгуи сразу узнала подвеску на поясе юноши и бросилась к нему на шею со словами:

— Шисюн!

Капюшон слетел с юноши, являя взору копну каштановых вьющихся волос, завязанных в низкий хвост. Юноша был на пол головы выше Мэйгуи и смотрел пораженно своими серо-зелеными глазами.

— А... мы знакомы? — выдавил он.

— Хватит дурака валять и взгляни на мою подвеску! — возмутилась Мэйгуи.

Она отстранилась и дала себя рассмотреть.

Юноша наткнулся на знакомую до боли подвеску. Его глаза стали с блюдца. Так что на этот раз он сам обнял заклинательницу.

— Шимэй! Неужели это правда ты? — тут же узнал свою соученицу юноша.

Дело в том, что перед тем как детям в храме Хуа раздают подвески, сделанные под них, на подвески попадает капля крови того, кому подвеску собственно и отдают. В руках другого человека/заклинателя, подвеска не будет светиться, если рядом окажется другая. Это также мера предосторожности, чтобы никто не смог выдать себя за того, кем не является и не попал на территорию храма Хуа обманом.

Старые друзья еще некоторое время пообнимались и все же отстранились.

Мэйгуи смахнула слезы с глаз. Она была очень рада встрече со своим шисюном. Как и тот был рад встрече со своей шимэй.

— Шисюн, это Хуобайше и 3 мадам Юн, — представила своих спутниц Мэйгуи, а затем представила юношу, — а это мой шисюн из храма Ксингшия Хуа — Дэшэн{1}.

Хуобайше только кивнула. А Мадам Юн совершила приветственный поклон.

На секунду в глазах Дэшэна блеснул холодок, но он тут же вернул радушный вид.

— Не знаю, что здесь происходит. Но давайте уже покинем этот переулок? — предложил он.

— Да, пошлите обратно в цитадель. Шисюн, ты же еще не нашел место, где переночевать? — спросила Мэйгуи, продолжая радоваться встрече.

— Нет, но... — не успел договорить Дэшэн.

— Тогда пошли! Дадим тебе небольшой павильон, чтобы отдохнуть с дороги. Я хочу о многом с тобой поговорить и познакомить кое с кем.

Спорить юноша не стал и отправился за своей шимэй, радующейся подобно маленькой девочке.

＊*•͙✩•͙*˚　˚*•͙✩•͙*˚＊

Хэй Му Дан вышел встретить свою наставницу, хули-цзин и матушку. Рядом с ним стоял Зиан, цепляющийся за наряд брата.

Весть о том, что наёмники все-таки напали, очень встревожила Хэй Му Дана, и он уже собрался выйти на помощь, но к тому моменту вернулись наблюдатели с пленниками и словами, что все хорошо. Так что Хэй Му Дан отправил пленников в Тюремную башню и решил дождаться возвращения троицы.

Откуда он мог знать, что те придут не одни, а с каким-то юношей, на руке которого висла довольная Мэйгуи? Хэй Му Дан был очень удивлен. Он никогда не видел свою наставницу такой...

Что-то забурлило внутри при виде этой картины, но заклинатель удержал спокойное выражение лица.

Зиан бросился ко своей матери.

Дэшэн при виде Хэй Му Дана на секунду опешил, а затем в его глазах мелькнуло что-то острое. Как и в глазах Верховного заклинателя.

— Я чувствую легкое презрение от этого юноши к тебе, — сказал Уиншэ.

— Ничего страшного, у нас с ним это взаимное, — прошипел Хэй Му Дан.

Дракон все же решил выйти, чтобы удержать подопечного от поспешных поступков.

По дороге к цитадели Мэйгуи шепотом пояснила, что она притворяется «младшей соученицей Мэйгуи», так что будет представлять всех немного иначе.

— Шисюн, это Верховный заклинатель — Хэй Му Дан, ученик покойной шицзе Мэйгуи. По правую руку от него — Уиншэ, божественный зверь-дракон. А мальчика зовут Зиан — 4 молодой господин Юн. А вам прошу представить шисюна Дэшэна. Он был знаком и с шицзе Мэйгуи до того, как она покинула храм Хуа, — представила всех и каждого Мэйгуи.

После этого нависло молчание.

Уиншэ смотрел оценивающе на Дэшэна. Зиан улыбался, будучи рад встрече.

Хэй Му Дан смотрел угрожающе, как и Дэшэн.

Мэйгуи заметила, как атмосфера стала более гнетущей. И решила все же вмешаться.

— Хватит смотреть друг на друга, как два голодных магических зверя, решивших вцепиться друг в друга из-за куска мяса, — сказала заклинательница.

Дэшэн все же первым отвел взгляд, но выглядел все равно нахмуренным. А потом ответил:

— Глава храма отправил меня в Элу, чтобы помочь разобраться в деле смерти шимэй Бай 5-летней давности. И для этого вступить в сотрудничество с ее учеником — нынешним Верховным заклинателем.

— Да, я слышал об этом. На Фестивале встретился со старейшиной храма Хуа. И также он сказал, что глава храма послал тебя еще 2 месяца назад. Почему ты явил себя только сейчас? — спросил Хэй Му Дан.

Увидев, что это идет к ссоре, Мэйгуи попросила Мадам Юн и Зиана вернуться в их павильон. А она и два магических зверя постараются удержать этих двоих от мордобоя. Мадам Юн не стала спорить и ушла.

Два заклинателя тем временем уже успели обменяться колкостями. И были в шаге от драки.

— Уиншэ! Хватит стоять и смотреть! Останови ты их уже! — сказала Мэйгуи, увидев, что дракон стоял и просто наблюдал за разворачивающейся сценой.

Дракон вздохнул и схватил обоих заклинателей за шкирки, как котят. Отчего те немного подостыли.

— Сначала пойдем во дворец Ченшуи. И там разберемся что и как. И да, Уиншэ не отпустит вас, пока не придем на место, — сказала Мэйгуи.

Два магических зверя отправились за ней.

＊*•͙✩•͙*˚　˚*•͙✩•͙*˚＊

Встретив по пути Гу Нина, который был в немом шоке от увиденного, Мэйгуи приказала их не беспокоить. Только в самом крайнем случае. Эконом кивнул и удалился отдать распоряжение.

Они вошли в главный зал. И Мэйгуи, сняв доули с вуалью, села со вздохом на место Верховного заклинателя.

— Поставь их, Уиншэ, но не спускай глаз, — сказала Мэйгуи.

Дракон поставил заклинателей, ворочающих носы друг от друга, на пол, но остался стоять позади.

— А теперь поясните мне! Что вы устроили? Оба взрослые самодостаточные заклинатели! А ведите себя не лучше бездомных мальчишек, решивших сцепиться из-за куска хлеба, — приказным тоном обратилась Мэйгуи.

Она сказала достаточно громко, так что по залу прошло эхо, добавляя веса словам.

Но никто из заклинателей не собирался говорить.

Мэйгуи тяжело вздохнула.

— Хэй Му Дан, тогда ты первый. Говоришь, ты на Фестивале говорил со старейшиной храма Хуа? — обратилась заклинательница ко своему ученику.

— Да. Раньше храм Хуа отправлял старших учеников или наставников. Но в этот раз отправил (храм) самого старейшину. Я поинтересовался у него: к чему такие изменения? Оказывается, чтобы передать сообщение от главы храма. Что он отправил в Элу одного из старших и самых сильных учеников. Я спросил, когда глава храма отправил кого-то в Элу? Старейшина ответил, что еще 2-3 месяца назад. А теперь этот самый «самый сильный и старший из учеников храма Хуа» явился только сейчас. Я не виноват, что он так бурно отреагировал на мой вопрос, — пояснил Хэй Му Дан.

— Дэшэн, что ты скажешь? — обратилась ко своему шисюну Мэйгуи.

Дэшэн посмотрел на свою бывшую соученицу, потом на ее ученика и на божественного зверя.

— Когда до храма дошла весть, что тебя убили, я тут же отправился найти заговорщиков, так как убийца был убит на месте преступления. И выяснил лишь, что в это было вовлечено много людей. Один я не смог бы справиться с ними, так что вернулся в храм и решил стать сильнее. К тому моменту, как глава храма вызвал меня дать задание, я закончил уединение и достиг бессмертия. Я снова отправился в Элу, чтобы найти способ уличить заговорщиков и вывести их на чистую воду. Однако прошло несколько лет, и «следы» подостыли, так что я вернулся в столицу и все же решил попробовать поговорить с Верховным заклинателем об сотрудничестве, — рассказал Дэшэн.

Все удивленно посмотрели на адепта храма Хуа с вытянутыми лицами.

— Ты уже достиг бессмертия? — спросил Хэй Му Дан.

— Ну конечно. Для выходца храма Хуа это несложно, — приподняв голову, ответил Дэшэн.

Конечно же это задело Хэй Му Дана за живое. Мэйгуи тоже была ученицей храма Хуа, но погибла, так и не достигнув бессмертия. У него (Хэй Му Дана) был договор с божественным зверем, отчего он стал намного сильнее всех нынешних заклинателей. Однако ему понадобится время, чтобы открыть путь к бессмертию.

Он знал, что это важно. И это надо заслужить трудом, тренировками и оттачиванием мастерства. Немногие заклинатели, даже соблюдая эти условия, могут достичь бессмертия.

Мэйгуи не сомневалась в своем шисюне и его таланте. Так что не сильно была удивлена, что тот достиг бессмертия. Теперь их путь к возвращению долгов станет легче!

Она задумалась над этим, и только внезапный шум заставил ее вернуться с «небес» на «грешную землю».

Уиншэ удерживал мечи заклинателей в ножнах. Хуобайше встала между юношами, не давая тем сцепиться.

Мэйгуи тяжело вздохнула и прикрыла рукой лицо. А потом встала, заставляя всех замереть.

Спустилась с возвышения и схватила своего шисюна и ученика за уши, подавляя их воинственный пыл.

— Ну все! Довольно! Стоит мне отвести взгляд, и вы уже находите новый повод, чтобы попытаться задушить друг друга! Где это видано?! Я не знаю, какой гуй вас покусал. Но я не потерплю драк между вами. Или вы камня на камне тут не оставите! Так что уймитесь наконец, — властным тоном заговорила Мэйгуи.

— Шимэй! — попытался вырваться из хватки Дэшэн.

Он — бессмертный заклинатель и старший — не мог выбраться из захвата своей шимэй, что была намного слабее него сейчас! Стыд и позор!

— Наставница! — поджав губы, обратился к заклинательнице Хэй Му Дан.

Он уже давно понял, что даже если его наставница теперь уступала ему в силе, она умела найти на него управу. Она не красивыми глазками победила своего предшественника.

Хотя некоторые считали Мэйгуи гнусной лицедейкой, тираншей и т.д. она смогла за несколько лет наладить жизнь заклинателей и обычных людей. Она практически не использовала силу божественного зверя после той большой битвы. Ее собственные поступки говорили сами за себя. О том, что она сделала для Элу, рассказывают в учебниках истории. И Хэй Му Дан постарался, чтобы никто не переписал историю иначе.

Заметив, что наконец оба успокоились, Мэйгуи отпустила юношей и сказала:

— Я не прошу от вас крепкой дружбы. Простого сотрудничества на благо делу. Однако не потерплю, если вы снова попытаетесь подраться. Если что Уиншэ вас остановит, если меня поблизости не будет. Поняли?

— Да, — ответили юноши, потирая свои ущемленные места.

— Очень надеюсь. Итак, предлагаю вечером собраться снова и придумать план. А пока, я вернусь к тренировкам с Хуобайше. Вас оставляю на Уиншэ, он старший. Хэй Му Дан, позаботься о своем шишу. И не забудь подготовить для него покои.

Хэй Му Дан хотел было возразить, но передумал и согласился.

Мэйгуи забрала хули-цзин и ушла.

— Я вернусь в кольцо, но это не значит, что я за вами не слежу. Так что ведите себя адекватно, — сказал дракон и вернулся в пространство кольца.

Хэй Му Дан сделал глубокий вдох и выдох, поправил свой наряд и сказал:

— До вечера есть время, так что покажу цитадель. Пошли.

Дэшэн был удивлен, но не показал этого, как быстро его оппонент вернул спокойный вид. Но пошел за ним.

Хэй Му Дан показал только самые важные места и немного о них рассказал.

Они даже подошли близко к Тюремной башне.

— Насколько я знаю, это единственное строение, оставшиеся от предшественника наставницы. Все остальное она либо уничтожила, либо переделала. Когда она была Верховной заклинательницей, эта башня была опечатана, и ей не пользовались. Я решил ее использовать, потому что нашлись люди, желающие от меня избавиться. А также сюда привозили темных заклинателей, если удавалось их поймать.

Дэшэн ничего не сказал.

Они продолжили путь. И дошли до тропы, которая вела к павильону Йонгхэнг дэ Лонг.

— Если что там павильон, в котором живем мы с наставницей. И это одно из мест, куда посторонним вход запрещен.

— И только из-за того, что это жилой павильон, в котором ты живешь, ты убил тех 7 заклинателей? — наконец подал голос Дэшэн и посмотрел на собеседника.

У Хэй Му Дана только бровь дернулась. Но он никак не стал реагировать.

— А как я еще должен был отреагировать? Заклинатели отняли у меня наставницу, просто потому что кому-то из них не понравились ее методы управления. Пытались забрать себе силу божественного зверя и использовать для своих корыстных целей. Они сделали из нее злодейку. Да, не все заклинатели в этом виноваты, я это знаю, но на тот момент я был слишком зол. Если бы я этого не сделал, то не показал бы, что не позволю вить из меня веревки и вытирать ноги, — сказал совершенно спокойным голосом Хэй Му Дан. — Заклинательский мир это мир, где сильный пожирает слабого. А я не собираюсь быть пожран другими. И намерен исполнить ожидания своей наставницы.

— Ее ожидания? — спросил Дэшэн.

Хэй Му Дан не ответил. Лишь сказал следовать за ним.

Они отправились по тропинке в северную часть цитадели. И дошли до храма с садом из пионов.

Дэшэн абсолютно не понимал, зачем они вошли в храм Гуаньинь? Но когда Верховный заклинатель открыл потайной ход и зажег фонарь, все стало медленно проясняться.

— Куда ведет этот ход? — спросил Дэшэн.

— В гробницу, — только сказал Хэй Му Дан и начал спускаться.

По спине бессмертного заклинателя побежали мурашки.

Они спустились по лестнице и оказались в самой гробнице. Подошли к столику, и Дэшэн увидел портрет, от которого у него навернулись слезы, поэтому он отвернулся.

Хэй Му Дан на это ничего не сказал и смотрел в 5 точку.

— Я уж подумал, тут ее предшественники похоронены, — сказал Дэшэн, придя в себя и стерев слезы.

— Нет. Не знаю насчет всех предыдущих Верховных заклинателей Элу, но ее предшественник был кремирован и развеян по ветру, — сказал Хэй Му Дан.

Они немного помолчали.

— Зачем ты меня сюда привел? Не просто же показать место упокоения ее изначального тела... Она же не переродилась, верно? — спросил бессмертный заклинатель.

— Ну, она же узнала тебя. Значит, не пила суп тетушки Мэн{2}, — закатив глаза, сказал Хэй Му Дан и продолжил, — она возродилась в теле служанки неподалеку от клана Хэ, а потом хитростью вернулась в столицу. Как она сказала: она сбежала из загробного мира, чтобы расквитаться со своим убийцей.

— Сбежала из загробного мира?!.. Ээх, это в духе шимэй, — сказал Дэшэн, но тут же стал серьёзнее и сказал, — раз уж речь зашла о ее убийце. 5 лет назад я узнал много интересного про ее убийцу. Он был из простого клана Юн. А вернувшись в Элу, я раскопал все, что известно о тебе — ученике шимэй. А она в курсе, что живет бок о бок с братом убийцы?

Атмосфера вдруг загустела и заискрилась от напряжения.

Хэй Му Дан силой воли подавил приступ гнева. Снова одно и тоже. Он уже устал, что его сравнивают с убийцей и считают, что он тоже причастен! Тем более, этого хочет глава клана Юн.

5 лет подряд! Он по мнению «шибко умных» подвергался этим сравниваниям и сомнениям: что если он был в сговоре? Не зря же его не было рядом, а его место занял тот, кто смог притвориться им и подойти близко к Мэйгуи и пр.

Дэшэн просто наблюдал, как на лбу его оппонента шевелятся желваки.

— Ясно, значит ты поэтому так отреагировал при нашей встрече? Думаешь, что узнал о моем происхождении, и это значит, что знаешь меня. Вот только я не намерен отвечать за то, что совершили эти двое! Один из них поплатился жизнью за то, что наделал, а второй мучается по сей день. Так что не суди меня за поступки других, — холодно произнес Хэй Му Дан.

Сделал вдох и выдох, чтобы успокоиться, и продолжил:

— Если по твоему я предатель, то зачем по-твоему построил гробницу? Похоронил в ней ее? Никто кроме меня не ходит сюда. Ей я тоже показал это место, чтобы достать спрятанное здесь кольцо. Из посторонних — ты единственный, кого я привел и показал это место. Я сохранил все, что она создала или переделала. Потому что это было дорого ей. А я вырос в этой цитадели. Если не веришь мне, можешь спросить Уиншэ.

Дэшэн молча слушал. Но смотрел все равно недоверчиво. Он подошел к гробу и положил на него руку. Но сразу после убрал.

— По хорошему надо было ее тело отдать в храм Хуа. Вернуть туда, где ему самое место, — сказал Дэшэн.

— Глава храма позволил похоронить ее на территории цитадели. Он сказал, что ее душе будет спокойнее, если я буду охранять ее покой, — сказал Хэй Му Дан.

— Но она же вернулась верно? Смысл теперь держать тут останки? У нашего храма есть свой способ чтить память об ушедших, — сказал Дэшэн.

Храм Ксингшия Хуа не просто так носит именно такое название{3}. Некоторые думают, что при храме растут какие-то особенные цветы, связанные с ци. Но правда такова, что это все из-за метода захоронения умерших.

Храм Хуа очень таинственен, и вроде бы существует уже давно. Когда Элу только начала сформировываться, храм уже стоял на своем пике, судя по летописям. И как сейчас: храм жил своей жизнью. Но это не значит, что у них ничего не случалось.

Дети, которых приводят в храм, не всегда приживаются к новому месту. Иногда приводят даже очень больных, на грани смерти, или же раненных. И хоронят на территории храма. Чтобы дети не умерли на улицах, брошенные всеми. Трупы сжигают. Потом прах посыпают в ямку, в которое кладут семя цветка, и закапывают. Цветок вырастает, и за ним ухаживают. Поэтому храм назван именно так{4}.

— А какой в этом смысл? Она же жива. Так что оставь как есть. И пошли, — сказал Хэй Му Дан и отправился к выходу.

Дэшэн недовольно хмыкнул и пошел следом.

＊*•͙✩•͙*˚　˚*•͙✩•͙*˚＊

Три заклинателя и 2 магических зверя снова собрались в час обезьяны во дворце Чэншуи дэ Лонг, чтобы обсудить дела, поделиться информацией.

И хотя между бессмертным заклинателем и Верховным заклинателем все также царила гнетущая атмосфера, они больше не пытались сцепиться из-за одного случайного слова.

Обговорив все, они разошлись. Хотя уже в час свиньи Мэйгуи покинула одна павильон Йонгхэнг и пришла к покоям, которые были выделены Дэшэну.

Тот был не очень удивлен появлению своей шимэй в столь поздний час. И пустил ее, не забыв повесить заглушающий талисман на двери.

Была зажена свеча, в свете которой лицо заклинательницы выглядело загадочным.

— Ты хочешь со мной о чем-то поговорить, шимэй? — спросил Дэшэн.

Они сели за столик.

— Да. Я заметила, что вы оба наконец успокоились после того, как прогулялись по цитадели. Однако я также заметила, что мой ученик чернее тучи. Никогда его таким не видела, — сказала Мэйгуи.

— Шимэй... я понимаю, что у тебя могло сложить свое мнение о нем, все-таки он твой ученик. Но ты не знаешь того, что знаю я! — сказал Дэшэн и заговорил уже шепотом, будто кто-то может их подслушать, — твой убийца — это кровный старший брат твоего ученика! Они могли быть в сговоре!

Нависло молчание. А потом Мэйгуи фыркнула и улыбнулась уголками губ. Ее персиковые глаза блеснули в полу мраке, отчего у Дэшэна пробежали мурашки.

— Это не новая информация для меня. Ты думаешь, я не смогла бы додуматься до такого? Ты вообще видел 3 мадам Юн? Или Зиана? У них много схожих черт с моим учеником. Мадам Юн даже вздыхает как Хэй Му Дан, так что без сомнений он унаследовал это от нее, — сказала Мэйгуи.

Дэшэн приоткрыл рот и закрыл, как рыбка кои.

— Ты знаешь? И все равно... не призовешь его к ответу? — спросил бессмертный заклинатель.

Мэйгуи вздохнула.

— Шисюн, я понимаю твое беспокойство. Я тоже сначала беспокоилась, что если снова доверюсь своему ученику, его снова могут использовать, чтобы навредить мне, как это было 5 лет назад. Но Хэй Му Дан рос на моих глазах. Единственный моей ошибкой было то, что я перепутала его с Юн Веем. Божественный зверь свидетель — Хэй Му Дан не был в сговоре с убийцей. Я расспросила слуг в цитадели и все как один утверждали, что мой ученик еще не вернулся к тому моменту, как враг вторгся в цитадель. Эти слуги — стерильны. Я набрала их, когда стала Верховной заклинательницей. Так что им можно доверять.

Нависло молчание.

— Шисюн, ты в курсе, что глава клана Юн выкинул собственного сына на улицу, чтобы было меньше ртов в клане? Старик не знал, что у моего ученика такие уникальные способности и талант к роли заклинателя. И потому отказался от него. Старик Юн гордый, он не стал бы на тот момент переманивать моего ученика на свою сторону. Так как уже имел своего «верного сына» — Юн Вея. Это сейчас старик всячески пытается договориться с Хэй Му Даном, потому что у клана Юн нет наследника. 2 молодой господин этого клана вообще не заклинатель и не намерен иметь дел со стариком. Зи-эр еще ребенок, и он всеми руками за своего родного брата, поэтому не станет марионеткой старика.

Дэшэн отвел взгляд и прикусил губу. Он действительно столько не знал. А его шимэй узнала и продолжает нормально относиться ко своему ученику, потому что знает его уже много лет. Она его вырастила, и если Хэй Му Дан раньше ничего не пытался сделать, то зачем ему делать теперь? Да и смысл? Мэйгуи спасла его от голодной смерти на улице, он (Хэй Му Дан) ей до конца жизни обязан.

— Спасибо, что пояснила, шимэй. Тебе и правда виднее: что за человек — Верховный заклинатель (?). Однако вы уж как-то очень хорошо ладите, зная все это, — сказал Дэшэн.

— Хэй Му Дан не знает, что я знаю то, что тебе рассказала, — сказала как ни в чем не бывало Мэйгуи.

— В смысле? Я думал, он тебе рассказал? — спросил Дэшэн.

— Нет, это я сама выяснила. Мадам Юн не знает, кто я на самом деле, так что я смогла у нее узнать. Хотя думаю, она уже близка к пониманию ситуации. Зиана тоже не сложно разговорить. Ещё я поспрашивала слуг цитадели, которых набрала когда-то работать здесь. Так что я узнала, что следовало. И теперь просто жду, когда мой ученик сам сознается.

Дэшэн прикрыл лицо руками. У него просто не было слов, чтобы описать то, что он чувствует.

— Тогда хочу тебя расстроить. Он не намерен сознаваться. Он вообще не хочет говорить о том, что похож на твоего убийцу. Так что лучше поговори с ним сама об этом.

Мэйгуи задумалась над этим. Но затем до нее кое что дошло, и она посмотрела на своего шисюна.

— Ты так говоришь, будто уже скоро уйдешь. Но куда ты отправишься? И когда?

Бессмертный заклинатель только натянул улыбку.

— Не волнуйся, я пока не собираюсь покидать Элу. Я прибыл в столицу, чтобы передать доклад Главе храма о «заклинательницах храма Хуа». Хотя... думаю, он и так знал об этом, и хотел чтобы мы встретились и поговорили? Кто знает?.. Я рад знать, что ты вернулась. Но я уже сказал Верховному заклинателю, что завтра покину цитадель и столицу. Я буду помогать вам с расследованием и буду заниматься своими делами. И что узнаю — тут же отправлю вам.

— Я думала, ты останешься хотя бы до следующего собрания кланов и заклинательских школ? Мы собирались разобраться с тем, что произошло на Фестивале талантов в этом году, — сказала Мэйгуи, тоже натягивая улыбку.

— Ты не говорила, что что-то произошло на Фестивале. Тебя кто-то обидел? Скажи кто — и ему не поздоровится! Я твой шисюн или нет? — взбодрился Дэшэн.

Мэйгуи только фыркнула со смеху.

Хотя это было сказано, чтобы поднять им обоим настроение, но отчасти юноша был прав: он переживал за свою шимэй. И хотел бы ей как-нибудь помочь.

— Длинная история. И нет — никто меня не обижал. Ты же знаешь, я сама кого угодно могу обидеть. Но на меня, моего ученика, и даже на Уиншэ и Хуобайше (!) были совершены покушения. Едва не пострадали и несколько молодых заклинателей, которые были рядом с нами. А на охоте на нас с Хэй Му Даном натравили сошедших с ума из-за трав магических зверей практически Святого уровня. И на Хуобайше это тоже подействовало.

— Есть идеи, кто это мог быть? — с серьезным видом спросил бессмертный заклинатель.

— Есть две улики, и результаты допроса пленников, которых мы захватили на Фестивале. Но сейчас у меня на руках их нет, так что прежде чем покинуть цитадель, сходи к Хэй Му Дану и попроси поделиться этим. Если что скажи, что я дала добро.

— Хорошо. Я попробую тогда с помощью этой информации тоже что-нибудь узнать, — сказал Дэшэн.

Они еще немного поговорили. Дэшэн уточнил, где проходил фестиваль в этом году и сказал, что попробует узнать, кто нанял наёмников. Хотя Мэйгуи не очень поняла, как он это сделает, но не стала останавливать.

Пожелав друг другу доброй ночи и удачи в расследовании, разошлись: Мэйгуи вернулась в павильон Йонгхэнг.

＊*•͙✩•͙*˚　˚*•͙✩•͙*˚＊

Наследующий день, получив дополнительные сведения у Верховного заклинателя, Дэшэн покинул цитадель и отправился в свой путь.

А обитатели цитадели были заняты подготовкой к поездке в земли клана Ван, чтобы попытаться уговорить их об содействии.

Хэй Му Дан намерен был поехать с мадам Юн. Чтобы не раскрывать возвращение своей наставницы. Из-за того, что клан Юн живет на землях клана Ван, о том, что Мэйгуи жива, может дойти до тех, кому это знать не следует. Поэтому лучше Верховный заклинатель этим займется.

Мэйгуи подумала, что это дельная мысль и просто попросила быть осторожнее. Она приглядит за цитаделью. Хуобайше была оставлена за старшую.

3 дня было потрачено на то, чтобы собрать все нужное. Так как клан Ван все же ответил на письмо мадам Юн: они согласны встретиться и поговорить. Что немного приободрило женщину. Она сказала, что возьмет переговоры на себя.

Мэйгуи только хмыкнула.

— Я так понимаю вам есть, что сказать своему клану, да? Тогда поступайте так, как считаете нужным. Хранитель Элу на вашей стороне, — сказала она.

— Благодарю. Я приложу все силы, чтобы клан Ван помог вам выяснить истинный мотив об смерти Мэй-сяньши, — сказала Мадам Юн и совершила малый поклон, а потом забралась в повозку, с поддержкой Хэй Му Дана.

Тот после этого посмотрел на заклинательницу, хули-цзин и Зиана, что прижимался к Мэйгуи.

— Я помогу всем, чем смогу, — сказал он.

— Удачи.

Хэй Му Дан кивнул и забрался в повозку. Он сказал трогаться в путь, и извозчик исполнил наказ, дергая поводьями. Лошади двинулись и потянули за собой повозку.

Когда за ними закрылись ворота цитадели, Мэйгуи посмотрела на Зиана и сказала:

— Пока они не вернутся, ночуешь в комнате Хэй Му Дана.

Зиан радостно улыбнулся и кивнул. Они решили вернуться ко своим делам.

＊*•͙✩•͙*˚　˚*•͙✩•͙*˚＊

Путь до поместья клана Ван занял 3 дня.

Мадам Юн за это время истеребила весь платок в своих руках. И вся издыхалась. Но стойкое желание добиться помощи от родственников не иссякло.

Хэй Му Дан во время поездки был занят разбором тех документов, которые он взял с собой. И лишь изредка посматривал в окно на виды. Он покидал столицу только ради Фестивалей. Да, родился он не в столице, но у него практически не сохранилось воспоминаний о городе, в котором его выбросили на улицу, как шавку. Ну, почти...

Уже прошел первый снег. Город был усыпан снежком. Как он смог выжить в такую погоду, пока не встретил Мэйгуи (?) — загадка. Но скорее всего на его стороне была удача, раз 4 дня он продержался на улице без теплой одежды.

И вот, когда он нашел себе хорошее пропитание, к нему пристали голодные собаки. Сдаваться без боя он не собирался. Если уж какие-то духи его обходили стороной, то почему он должен бояться этих собак?

К счастью драки так и не случилось. Что-то просвистело между ним и собаками. Меч заклинателя. Собаки были испуганы этой аурой и разбежались. А клинок вернулся к своему хозяину — к молодой женщине в жемчужно-розовом ханьфу с узором роз и в теплой накидке из песцовой шерсти. Черные волосы были собраны в аккуратную изящную прическу. Взгляд персиковых глаз из-под приспущенных век с пушистыми ресницами, на которых были снежинки, проникал под кожу, отчего Хэй Му Дан тогда остолбенел.

За время уличного выживания, ему доводилось столкнуться юными заклинателями, которые решили поиздеваться над ним забавы ради. Так что он тогда отнесся к незнакомке настороженно.

«— Глупый мальчишка... голодных собак не испугался, а меня, да? — с беззлобной улыбкой спросила Мэйгуи».

Не без споров и угроз, она уговорила поверить ей и подойти, чтобы о нем как-то позаботились. А после ему предложили не только постоянную крышу над головой, трехразовое питание и хорошую одежду, но и возможность стать заклинателем!

«— С чего вы взяли, что я могу им стать?

— А кто сказал, что ты не можешь? — ответила вопросом на вопрос Мэйгуи.

— Другие люди. Потому и выгнали на улицу.

— Тогда что скажешь на то, чтобы попробовать? Даже если не выйдет, я не выкину тебя, а найду хороших людей, которые позаботятся о тебе. Тебе не место на улице. Мало, кто может выжить на улице. Особенно, такой ребенок как ты. Особенно, зимой. Согласен?

— Почему я должен вам верить?

— Даю слово Верховной заклинательницы, что обеспечу тебя всем, что нужно, если роль заклинателя не твоя. Если что, ты можешь рассчитывать на мою поддержку. Обратиться ко мне за помощью. А слово Верховного заклинателя не рушимо. Если дал — надо держать, в противном случае будет ждать кара Небесная, — сказала торжественно Мэйгуи».

Что ж, роль заклинателя Хэй Му Дану пришлась по душе. Будто он был рожден, чтобы стать им. И он был рад, что остался подле своей спасительницы, как ее ученик.

Вспоминая об этом, у него против воли появилась улыбка на губах. Что заметила и его матушка. Отчего Верховный заклинатель смутился и углубился в работу.

Мадам Юн усмехнулась в кулак, видя покрасневшие уши у сына.

— Вспомнил, что-то хорошее? — спросила она.

— Д-да. День, когда встретил наставницу, и она убедила меня отправиться с ней. Она сказала, что даже если у меня не будет таланта к заклинательству, то она найдет мне хорошую семью, которая позаботится обо мне. И что будет приглядывать. Что я смогу обратиться за помощью к Верховной заклинательнице... и все же я рад, что остался в роли ее ученика и своими стараниями благодарил за спасение, — сказал Хэй Му Дан, с блаженной улыбкой посмотрев на немного унылый вид снаружи.

Мадам Юн смотрела нечитаемо. А потом отвернулась и сказала:

— Прости меня... что тебе пришлось пережить прежде, чем встретиться со своей наставницей. Я благодарна Мэй-сяньши за то, что она забрала тебя под свое крыло.

Хэй Му Дан посмотрел на свою матушку, но не мог что-то сказать. Раз, его мать была из именитого клана, то почему не отправила его к родственникам? Ну, похоже на тот момент, она находилась с родственным кланом в натянутых отношениях. Все было не так ужасно, так как клан Ван ее поддерживал материально. Но не все было гладко, чтобы они приняли к себе ее сына.

— Я же уже говорил, что не обижен на тебя. Не ты же отказалась от меня. И не ты дала такое имя{5}, которое используют простые кланы, — сказал заклинатель, улыбаясь подбадривающе.

Мадам Юн показала только вымученную улыбку. Может это сделала не она, но ей все равно было стыдно, что она вообще такое допустила. Хотя также Мадам Юн не бралась утверждать, что Хэй Му Дану было бы лучше остаться с ней. Что если он так и не смог бы раскрыть свой потенциал, находясь в клане Юн и не став учеником Мэйгуи?

Или же все равно стал, просто по другой причине? Кто знает? Судьба — странная штука. Ты можешь придумать кучу «а что если», но никогда не узнать: сбылось бы ли хоть одно из этих предположений.

Мадам Юн знала сейчас твердо лишь одно: она гордится тем, каким стал ее старший сын. На его пути есть трудности, и он борется с ними. А также остается верен себе и тому, чему его научила его наставница.

— Согласна. Имя, которое тебе дала Мэй-сяньши, больше подходит. Поэтому храни его, в память об Мэй-сяньши, — твердым голосом сказала мадам Юн.

— Храню, — только сказал Хэй Му Дан и хмыкнул.

Смотреть на городок, где живет сейчас клан Юн, юноше было в невмоготу, так что он задернул шторки и вернулся к работе, порой перекидываясь словами с матушкой.

А когда они доехали до города, в котором жил клан Ван, то только и делали, что и смотрели наружу. Мадам Юн с ностальгией, а Хэй Му Дан с интересом.

Земли клана Ван находятся на северо-востоке Элу. Местность холмистая и лесистая. Но и водоемы тут имеются. Люди живут в достатке, засухи бывают редко, все тихо и мирно. Что аж душа радовалась.

Хэй Му Дан чувствовал какую-то душевную близость с этими землями. Наверное, потому что это по крови его родные земли, хотя он большую часть своей жизни прожил в столице. Главный город на этих землях выглядел не хуже столицы. А вот городок, где обитал клан Юн, выглядел таким блеклым на его фоне. Так что не удивительно, отчего глава клана Юн вечно такой недовольный. Вид удручал одним своим видом.

Однако Хэй Му Дан вдруг вспомнил вопрос Мэйгуи: «Почему Мадам Юн, происходя из именитого клана, решила стать наложницей в простом клане Юн?». Действительно, почему? Хотя на вопрос Мадам Юн так и не ответила, Мэйгуи взяла свои обратно и извинилась за это, но вопрос остался висеть в воздухе.

Хэй Му Дан посмотрела на свою матушку, которая продолжала наблюдать за знакомыми улицами с какой-то тоской по прошлому. Слова слетели с языка раньше, чем он подумал, как лучше спросить:

— Ты скучаешь по родному городу?

Мадам Юн вздрогнула и обернулась с круглыми глазами, как блюдца, к юноше. Осознав вопрос, она опустила глаза, вздохнула и ответила:

— Скучаю. Очень. Но я также понимаю, что за все свои поступки надо платить. Я рада, что у меня есть два понимающих сына, которые явно унаследовали от предков моей семьи больше, чем от предков клана Юн. Точнее унаследовали все... как мать, я бы любила вас любыми, так что не волнуйся.

— Но ты же могла давно разорвать брак с кланом Юн и вернуться в свою семью. Клан Ван защитил бы тебя от упреков со стороны. Почему ты оставалась даже после рождения Зи-эра в клане Юн, где с тобой так несправедливо обращались? — не мог не спросить Хэй Му Дан.

Мадам Юн долго не отвечала. Ее глаза полнились печали, смирения и твердости:

— Дан-эр, все мы порою принимаем в жизни поспешные решения, а потом всю оставшуюся жизнь за них расплачиваемся. Я попала в клан Юн незадолго до того, как они попали в упадок, от которого ты пострадал. Мэй-сяньши после победы над своим предшественником и в ранние годы своего руководства заклинателями привлекала много внимания ко своей персоне и силе. Многие молодые главы кланов хотели «объединить» с ней свои силы. Предложения так и сыпались. Что вывело Мэй-сяньши из себя, поэтому она и на всеуслышание заявила, что в такой «помощи» управлением Элу не нуждается и закрылась в цитадели. Никто не желал с ней ссориться. Все думали, что рано или поздно она оттает и успокоится. Но время шло, а Мэй-сяньши продолжала всем заправлять только своими силами, иногда проводя собрания с главами школ и кланами.

— Глава клана Юн тогда был чуть старше тебя и тоже был в числе тех, кто хотел «помочь» Мэй-сяньши управлять Элу. Однако как я уже сказала: Мэй-сяньши приняла решение делать все сама. И разве у нее плохо получалось? Не знаю, откуда она пришла{6}, но ее взгляд на обыденные для всех вещи отличался от местных. И это помогло всем зажить даже лучше, чем до появления ее тирана-предшественника. Клан Юн уже давно являлся вассалом клана Ван, и оба клана давно общались. Потому и я давно знала главу клана Юн и даже знала прошлого главу Юн, пока тот не отошел в мир иной. Он то и договорился с моим отцом, чтобы я в будущем стала одной из жен в клане Юн. Но не наложницей. А именно законной супругой.

— Почему же вышло так, как вышло? Неужели с этим как-то связано то, что наставница прямо заявила, что «в помощи не нуждается»? Отказала старику, и он так на нее так разозлился? — не удержался Хэй Му Дан от вопроса.

Мадам Юн уже собиралась ответить, но извозчик сказал, что они приехали. Повозка остановилась.

— Расскажу после беседы с кланом Ван, — только ответила мадам Юн.

Хэй Му Дан вылез и помог своей матушке выбраться. Их встречал практически весь клан. Глава клана Ван поклонился Верховному заклинателю и получил ответный поклон. Но после мужчина средних лет с легкой сединой на висках посмотрел на Мадам Юн и немного нахмурился. И все же принял обоих гостеприимно и проводил в поместье.

Хэй Му Дан вопросительно посмотрел на главу клана Ван и на свою матушку, которая выражала из себя стойкость идти до конца.

Остальные члены клана косились на нее, но женщину это будто совсем не беспокоило. Она шла уверено, как законная дочь именитого клана. Хэй Му Дан чувствовал, что разговор выйдет довольно интересным.

＊*•͙✩•͙*˚　˚*•͙✩•͙*˚＊

Тем временем, в лесу, где проходил Фестиваль талантов.

5 заклинателей добрались до поляны, где еще остался остывший след ци Верховного заклинателя. Дэшэн с легкостью его опознал.

— Обыщите это место, — сказал он заклинателям, которые пришли вместе с ним.

— Но что мы должны найти? — спросил один из них.

— Я выяснил, что на Верховного заклинателя и тех, кто его сопровождал, распространили порошок, который свел с ума магических зверей, приближенных к Святому уровню и/или достигших этого уровня, — пояснил бессмертный заклинатель.

— Так он мог выветриться давным-давно, — сказал кто-то.

— Необязательно. Такие порошки не выветриваются. Они оседают на землю. И долгое время еще не исчезают под каплями дождя. Запаха может больше и нет, но он может блестеть на свету, — сказал один из них, явно знавший толк в таком.

— Сейчас пасмурно. Как мы его обнаружим?

— Говоришь, этот порошок блестит на солнце? Тогда я нам обеспечу «солнце», — сказал Дэшэн.

Он достал из-за спины свой клинок и воткнул его в землю. А затем использовал заклинание.

Тучи заволокли небо, отчего стало еще темнее. Но тут же появилось освещение, идущее будто из-под земли. Поляна, на которой стояли 5 заклинателей, была освещена блеклым зеленым светом.

— Вот и этот порошок. Соберите его и выясните, из чего он состоит. Если мы будем знать ингредиенты, то узнаем, где он был изготовлен. И останется дело за малым, — сказал Дэшэн.

Остальные заклинатели вздохнули и начали собирать этот порошок с травы.

Дэшэн наблюдал со стороны. А потом почувствовал чье-то присутствие рядом. Меч он использовать сейчас не мог. Но это не значит, что его не следует недооценивать. Так что бессмертный заклинатель встал в стойку и повернулся к источнику шума.

Кусты зашуршали активнее.

Остальные заклинатели замерли, как кролики перед змеей.

На поляну выскочил всклоченный тигр с рогами, как у барана, и хвостом, как у дракона{7}. Он оскалился на заклинателей, но вступать в бой не торопился. Видимо почувствовав, что Дэшэну он не противник. Тигр будто от кого-то убегал.

Дэшэн встал ровно, но оставался начеку. Магический зверь принюхался. И не учуяв опасности, сел там же, где и стоял. И начал шумно дышать.

— Шэн-сяньши! Что же делать? — прошептали заклинатели.

Они теперь и двинуться боялись, не решаясь провоцировать магического зверя на атаку.

Дэшэн свел брови к переносице и сделал аккуратный шаг к зверю, переключая его внимание на себя. Тигр внимательно следил за оппонентом.

Бессмертный заклинатель храма Хуа встал в полуметре от зверя. И вдруг учуял металлический запах крови. Этот тигр был ранен!

— Я не хочу причинить тебе вред. Но я так понимаю, ты последние несколько дней настрадался? Может позволишь взглянуть? — обратился к зверю Дэшэн.

Будто тот мог ответить.

Тигр смотрел внимательно и с предостережением. Принюхался. И прилег. Давая молчаливое согласие взглянуть на его раны. И продолжал следить за каждым шагом заклинателя.

Дэшэн подходил максимально аккуратно, пытаясь показать, что он не собирается вредить. Обошел зверя и увидел, что плечи и лопатки тигра испещрены ранами. Некоторые из них кровоточили, на некоторых появился гной.

— Ну и ну, ты будто на войне побывал, — присвистнул Дэшэн и присел на корточки.

Тигр на него рыкнул, когда увидел руку, пытающуюся притронуться к ранам. Но тот не собирался это делать. Он водил рукой, наполненной ци, над ранами. Кровь остановилась.

Тигр перестал щетинить загривок и даже от облегчения махнул хвостом пару раз.

— Кровотечение остановил. Но надо еще избавиться от гноя на ранах. Здесь этим заниматься не с руки. Ты, как я вижу, умный зверь? Может согласишься на небольшой договор?

Тигр дернул усами в удивлении от такого предложения. Затем фыркнул. Мол, он готов выслушать условия, а там подумает: надо ему это или нет?

— Я ненадолго возьму тебя с собой, чтобы вылечить. А потом верну. И все. От тебя мне нужно лишь немного терпения. Это не очень приятный процесс, — сказал Дэшэн.

Его соратники тихо охнули от удивления.

Тигр тоже был удивлен. Но не находил условия неприемлемыми. Он медленно моргнул и качнул головой, мол, что согласен с условиями. Затем приподнял свой хвост и приблизил к морде.

Тигр сам выдернул чешуйку и протянул заклинателю, как предмет, на котором будет держаться договор. Принимая эту чешуйку Дэшэн делает договор действительным.

Тот принял чешуйку и завернул ее в платок, а потом убрал за пазуху.

— Ты можешь обратиться в какую-то более маленькую форму, чтобы не тратить свои силы? Вернешь свой облик, когда будешь здоров, — сказал Дэшэн.

Тигр встал и прикрыл глаза. Произошла вспышка света. И на его месте уже был тигренок с рожками и драконьим хвостиком. Его раны стали еще более уродливыми.

Дэшэн вздохнул и взял тигренка на руки.

— Собирайте порошок по быстрее. И вернемся в клан Ван, — сказал он.

Его соратники вздохнули и вернулись к тяжелой работе. А когда закончили, бессмертный заклинатель развеял свое заклинание, вытащил клинок и поднялся на него, взмывая в небо.

— Я слышал, что в клан Ван должен приехать кто-то важный, — сказал один из заклинателей.

— Думаю, к этому моменту он уже там. Кто бы это мог быть? Глава заклинательской школы? — спросил другой.

— А я слышал, что должен приехать Верховный заклинатель. Интересно, что его заставило внезапно покинуть свою неприступную цитадель и приехать в земли именитого клана? — спросил третий заклинатель.

По спине Дэшэна пробежал табун мурашек, когда он услышал эти сплетни. Он только недавно совсем разошелся с учеником своей шимэй, как в море корабли, думая, что еще долго не увидится с ним. Но судьба-злодейка решила иначе.

— Постарайтесь не разболтать, куда мы летали и что произошло. Даже если Верховный заклинатель и прибыл в клан Ван, мы не обязаны перед ним отчитываться. Постарайтесь не попадаться ему на глаза, — сказал Дэшэн.

Его соратники замолкли и втянули головы в плечи.

Дэшэн только 5 лет назад заключил союз с кланом Ван. Когда еще не достиг бессмертия. Он считал, что этот союз поможет ему в его расследовании. И не прогадал! Он узнал об родстве между Юн Веем и Хэй Му Даном. Но именно Мэйгуи рассказала, что ускользнуло из-под носа ее шисюна.

Однако относясь теперь к Верховному заклинателю более сносно, Дэшэн не хотел слишком часто с ним пересекаться. Так что надеялся, что не попадется ему на глаза до отъезда Хэй Му Дана из клана. Или все накроется медным тазом.

＊*•̩̩͙✩•̩̩͙*˚　˚*•̩̩͙✩•̩̩͙*˚＊

Тем временем в клане Ван.

Гостей привели в приемную главного павильона, где собрались лишь глава клана и старейшины. Остальным не следовало заняться своими делами. Также в приемной были слуги, готовые исполнить любой каприз господ.

Старшие клана как-то хмуро посматривали на абсолютно спокойную Мадам Юн. Ей и Верховному заклинателю подали чай.

— Мог бы Верховный заклинатель поведать: почему ему понадобилась внезапно помощь нашего клана? — спросил глава клана.

Хэй Му Дан посмотрел удивленно-вопросительно сначала на мужчину, а потом на свою матушку.

Но встал с кресла и отдал чашку чая слуге, стоявшему рядом. Верховный заклинатель встал перед главой клана и совершил малый поклон. Застав всех старших врасплох. Только Мадам Юн никак не отреагировала.

— Спустя уже 5 лет со смерти моей наставницы я решил поднять этот вопрос на переосмотр. В течении этого времени я проводил свое тайное расследование. Однако кое-где у меня просто связаны руки. Например, личные дела простых кланов. Я не хотел впутывать в это именитые кланы... и сейчас не хочу. Поэтому прошу клан Ван просто помочь мне со сбором информации.

В приемной повисло молчание.

Глава клана Ван погладил бородку, вздохнул и спросил:

— Хотя мне отрадно, что Верховный заклинатель так заботится не только о моем клане, но и о других именитых кланах. Поэтому эти 5 лет вел расследование в тайне. Но я не понимаю, почему вы опять решили поднять этот вопрос? Мы мусолили его весь первый год после смерти Мэй-сяньши. Ее убийца уже наказан. Дело закрыто, вы сами сказали.

— Сказал. Чтобы посмотреть, что будут делать заговорщики? Станут ли пытаться заметать следы, думая, что я когда-нибудь снова вернусь к этой теме? Или же оставят как есть? И поверьте, они стали заметать следы... Я не настаиваю. Просто... на прошедшем Фестивале на меня и заклинательниц из храма Хуа было совершено покушение. Кто бы не стоял за смертью моей наставницы, они теперь намерены убрать и меня! У меня есть доказательства. Есть свидетели. Ваш клан я нисколько не подозреваю, не волнуйтесь. Но я хочу получить ответ от клана Юн и других простых кланов: какого черта они решили пытаться избавиться от меня и моих гостей из храма Хуа? Из-за того, что у меня договор с божественным зверем? — говорил четко и ясно Хэй Му Дан, приподняв голову.

Он обвел взглядом темных, как зимняя ночь, глаз главу и старейшин клана Ван.

Те были немного растеряны, но продолжали держать лицо.

— Теперь даже мне стало интересно: кто это такой смелый осмелился выйти на тропу войны против Верховного заклинателя, у которого есть договор с хранителем Элу? И почему именно сейчас? Спустя 5 лет? — хмыкнув, спросил глава клана Ван.

— Кто знает? Может они увидели, что больше не могут вить из меня веревки? И что я могу стать угрозой по страшнее, чем мои предшественники? — изогнув бровь, спросил Хэй Му Дан.

Послышался судорожный вздох при упоминании предшественника Мэйгуи. Никто не хотел вспоминать те темные и мучительные времена. Тяжело было всем: и заклинателям, и людям.

Хэй Му Дан это знал. Как и все дети, он слышал эти байки. Но у него были вопросы. Если предшественник его наставницы был таким отвратительным Верховным заклинателем, то почему до прихода Мэйгуи, люди и заклинатели не пытались восстать против? Почему сделали только, когда на их сторону встала заклинательница незнамо откуда, но с договором с божественным зверем?

Мэйгуи об этом времени тоже не хотела рассказывать. Только то, что Хэй Му Дан и так знал из учебников по истории.

Глава клана Ван пришел в себя после не очень приятных воспоминаний об предшественнике Мэйгуи и сказал:

— Мэй-сяньши, светлая ей память, очень помогла всем людям и заклинателям Элу, свергнув этого злодея. Первое время ее даже чуть ли не боготворили. Но ее нрав... не каждому придется по вкусу. Простые кланам, как видно, не пришел, после ее прямого заявления для всех. Поэтому они затаили на нее злобу. Но это не значит, что все было так уж ужасно. Наоборот. Все стало на порядок лучше, чем раньше. А ты{8} этот порядок продолжаешь поддерживать, за что тебе большое спасибо... Хэй Му Дан, ты не похож на своих предшественников. Но закоренелые обиды не исчезнут со смертью того, на кого эти обиды были направлены.

— Что касается причины, по которой ты проделал такой путь. Нужно время это обдумать и взвесить все за и против. Через сколько ты собирался вернуться в столицу? — продолжил глава клана Ван.

— Я планировал на 2-3 дня остаться на землях клана Ван. Посмотреть на этот город, — ответил Хэй Му Дан.

— Тогда перед твоим отъездом я дам тебе ответ. Согласен?

— Согласен. Я приму любой ответ от клана Ван, — сказал Верховный заклинатель.

Глава клана Ван ему кивнул, поэтому ученик Хэй Му Дан встал прямо и вернулся в свое кресло.

Теперь когда официальная часть этого сбора закончилась. Пришло время разобраться с делом, касаемым внутриклановых отношений.

На спокойную мадам Юн воззрились хмурые лица старших. Хэй Му Дан еще в повозке понял, что ему в таком случае лучше не лезть. Он только вопросительно смотрел на свою матушку.

— Теперь, что касается тебя... дорогая сестра, — метая молнии сказал глава клана Ван.

Мадам Юн поднялась со своего кресла и встала напротив главы. Она не стала кланяться или выражать знаки повинности и пр.

— Давно не виделись, уважаемый старший брат, — сказала она.

— Не могу сказать того же, — прошипел глава клана.

— И все же ты все эти годы поддерживал меня, присылая деньги. Если бы не хотел видеть меня и дальше, мог не делать этого и не отвечать на мое письмо в этот раз. Ты имеешь право винить меня, говорить, что «ты был прав» и тому подобное. Но не делай вид, что меня не существует.

Глава клана только холодно пофыркал.

Мадам Юн долго смотрела на брата, а потом посмотрела на угрюмых старейшин. Прикрыла глаза и села на колени.

Хэй Му Дан не знал, что такое случилось в прошлом, из-за чего практически весь клан так обозлился на его матушку. Но видимо это как-то связано с кланом Юн.

— Повторюсь, ты имеешь право злиться, уважаемый старший брат. И я не отрицаю своей вины за сказанные слова. Однако я прошу так же, чтобы клан Ван нашел управу на клан Юн и прочих сговорившиеся против Верховного заклинателя простые кланы.

— Ты понимаешь о чем просишь? За столько лет порядка, кое-как установленного Мэй-сяньши и ее учеником, ввергнуть все в хаос, как это было до них! Я не отрицаю, что клан Юн и прочие его союзники слишком многое о себе возомнили. Но тяжелых преступлений они тоже не совершали. Помимо того, что сделали 5 лет назад и возможно сделали на недавнем Фестивале. Мэй-сяньши четко дала знать, что сама будет поддерживать порядок в землях Элу и не будет перевешивать часы весов, впутывая в это именитые кланы. Каждый из нас — именитых кланов и заклинательских школ — следят исключительно за своей территорией, отчитываясь перед Мэй-сяньши, а теперь и перед Хэй-сяньши, — сказал глава клана Ван.

— Об усопших не говорят плохо, но нельзя отрицать, что не все поспешные указы Мэй-сяньши хороши. Брат, простые кланы не хотят сами сделать себе имя и вырасти, став большими кланами. Они хотят сделать это через силу божественного зверя. Мэй-сяньши это прекрасно знала, потому, хоть и резко, но отказалась заключать «союзы». И этим нажила себе врагов. Но Хэй-сяньши приехал сюда, чтобы попросить помощи и поддержки! Чтобы сохранить то, что построила и сделала его наставница. Почему нельзя согласиться и сделать так? Даже храм Хуа желает помочь Хэй-сяньши в поддержании порядка в Элу, а ведь храм Хуа раньше практически не вмешивался в дела заклинателей! Все меняется. Мы должны идти в ногу со временем, — сказала Мадам Юн, упрямо посмотрев на своего брата.

Нависло молчание. Слова матери задели что-то внутри Хэй Му Дана. Ему было приятно видеть и слышать, что есть люди, для кого действия его наставницы были благом. И период ее «руководства» — мирным временем после пережитого кошмара.

Но также он не мог отрицать, что порой его наставница была слишком уж категоричной. И своим резким отказом нажила себе врагов. Она не хотела, чтобы в не тех руках сила божественного зверя принесла беды, а не благо. Потому и отгородилась, решив жить в цитадели. И он продолжил это делать. Но правильно ли это? Его наставнице это не очень помогло. Враг смог проникнуть в неприступную цитадель и убить Верховную заклинательницу. Кто знает, что если такое повторится и с ним? Мэйгуи была убита на пике ее сил, а он только начал познавать силу божественного зверя.

Получение более ярко выраженной поддержки от именитых кланов может и перевешивание весов, но также гарантия, что враги не осмелятся иметь дело не просто с Верховным заклинателем, а также с именитыми кланами тоже. Так что скорее всего он сделал правильно, что решил приехать и попросить у клана Ван об помощи.

Глава клана Ван нечитаемо смотрел на Мадам Юн. Потом вздохнул и посмотрел на Хэй Му Дана. Получив от того уверенный кивок. То есть Хэй Му Дан молчаливо соглашался со словами Мадам Юн и поддерживал ее.

— Как я уже говорил: мне надо время подумать. До вашего отъезда я дам ответ. Но раз вы оба так серьезно настроены, то я скорее всего соглашусь. Не хотелось бы впутывать клан Ван в возможную войну.

— Я понимаю ваше беспокойство. Никому не хочется войны. Но пока существует такое могущество: как сила божественного зверя, найдутся и те, кто захочет это могущество использовать в своих планах. В корыстных планах, а не ради блага всех. Элу дом для всех, и мы должны все вместе встать на его защиту и восстановить нарушенный порядок, — сказал Хэй Му Дан.

Глава клана вздохнул и сказал:

— Я поговорю с главами других именитых кланов. Если они будут согласны, то все именитые кланы встанут на вашу сторону — Верховный заклинатель.

Тот только кивнул, что понял.

— Тогда думаю, на сегодня разговоров хватит. Покои для вас почти готовы. И да, сестра, пошли со мной. Если ты правда раскаиваешься, то преклони колени перед предками. Тогда будем считать, что обиды оставлены в прошлом, где им самое место, — сказал глава клана и встал.

Хэй Му Дан ушел в компании старейшин клана. А Мадам Юн, которой подал руку помощи, чтобы подняться, ее брат, с ним и ушла.