Наркоман [L.S]

♣

Гарри быстро собрался и они вместе с Луи вышли из дома.

Парню мальчик с гордостью объявил, что идет только из-за Найла, но на самом деле, как знает читатель, цель его состояла совсем в другом.

Гарри не может запретить Томлинсону идти на вечеринку, но он хотя бы будет знать, что там происходит. Может, в присутствии Стайлса Луи не будет слишком много себе позволять?

Если говорить от лица Луи, то Гарри в его глазах сейчас был маленьким ревнивым котеночком, который совершенно не понимает, что ему делать. Томлинсон, естественно, не собирался изменять Гарри, но заставить его взорваться от ревности ― совершенно другое дело.

А вообще, если задуматься, то Стайлс не может обижаться на то, что Луи хочет иметь личную жизнь. Ведь их отношения заканчиваются на уровне "опекун и подопечный". Гарри сам выбрал такой путь. А Луи всего лишь хочет ему показать, что невозможно быть друг другу никем, если когда-то чувства имели место быть.

― Ну здравствуйте, семейство Томлинсонов. ― весело сказал Лиам, пожимая руку Луи.

Гарри вздрогнул и взглянул широко раскрытыми глазами на Пейна. Он только что, черт возьми, назвал Гарри Томлинсоном?

Успокойся, Гарри. Это всего лишь побочный эффект усыновления. Луи твой опекун ― и все тут.

― Вообще-то, Гарри все еще Стайлс. ― усмехнулся Луи. ― Он не может носить мою фамилию.

― Почему? ― Лиам завел мотор.

― Я взял взял над ним опеку, а не стал полноправным родителем. Для этого не хватает некоторых нюансов. ― Луи сел рядом с водителем.

Гарри уныло заполз в салон и сел за спиной Томлинсона, чтобы тот не мог увидеть его.

― Слушай, Гарри. ― серьезно начал Пейн. ― А сколько тебе лет?

― Через месяц будет восемнадцать. ― смущенно ответил мальчик.

"Месяц?!" ― пронеслось в голове Луи.

― Сколько классов ты закончил?

Стайлс вспыхнул. Он растерялся и глаза его забегали в поисках предмета, к которому можно приковать взгляд.

― Гарри? ― позвал Пейн после минутного молчания.

― Я-я... не помню. Младшую школу. ― еле слышно сказал он.

Лиам наклонился к Луи.

― Что он сказал? ― переспросил он.

― Он проучился до пятого класса. ― ответил Луи, потирая висок круговыми движениями.

Теперь он чувствовал себя виновным, потому что понятия не имел о степени образования Гарри. Черт, а ведь должен был! Надо будет подумать над этим, устроить Гарри куда-нибудь. Или же проконтролировать его домашнее обучение.

Пейн доставил всех по адресу точно в срок. Этот дом был значительно больше, чем прошлый. Вдоль каменного забора шла линия гирлянд, а дорожка очищена от снега. Двери дома обрамлены гирляндой в виде лозы, расползающийся по стене и охватывающей белые колонны.

Похоже, хозяин ― перфекционист, страдающий острой формой минимализма, ибо в доме (как обнаружилось потом), нет больше не единого украшения или хотя бы маленькой елочки.

Гарри это огорчило. Зато на шикарные столы Ленц не поскупился. Их было три, каждый из которых был рассчитан человек на восемьдесят.

Все женщины были одеты в длинные вечерние платья, а мужчины ― в смокинги. Они стояли небольшими группами и вели дискуссии с очень умными лицами.

Вечеринки Луи сильно отличаются от вечеринок Зейна. Здесь скучно, зато много еды и красивой одежды. А там, хоть и было весело, за вечер умирало около трех человек.

Столы все еще пустовали, но рядом с одним стоял молодой человек и активно поедал закуски. Стайлс улыбнулся и подошел к Хорану.

― Привет. ― поздоровался он.

Найл встрепенулся.

― А, это всего лишь ты... ― он облегченно выдохнул.

― Ты будто-то от кого-то прячешься. ― Гарри взял пирожное.

― От моего дядюшки. ― Найл посмотрел куда-то поверх плеча друга. ― О, а вот и он, идет к нам. Ты не представляешь, насколько он занудный.

Гарри обернулся. Высокий мужчина, с темно-каштановыми блестящими волосами и маленькими глазами болотного цвета. Мальчик тут же вспомнил его. Мистер Стенли собственной персоной.

― Представляю. ― тихо сказал он.

― Найл, тебе не достаточно? ― тепло улыбаясь, спросил он у племянника.

Найл обнажил розовые от крема зубы и продолжил есть. Мужчина перевел взгляд на Гарри. Тот внезапно вспомнил о своей миссии и начал искать глазами Томлинсона.

Луи как раз в этот момент выбрал подходящую девушку для танцев. То была Рита Линн, дочь известного продюсера и актрисы. Миловидная брюнетка, миниатюрная, хрупкая и грациозная, правильные черты лица и прелестное телосложение. Она незамедлительно протянула руку Луи в ответ, ибо почти все остальные мужнины были здесь со своими женами, а флиртовать при всех с женатым мужчиной ― сулило потерей авторитета.

Они влились в танец. Гарри с завистью взглянул на них. Во-первых, он не умел танцевать так же замечательно, как Луис, а во-вторых, танцевать с ним он бы все равно не смог. Наверняка здесь так не принято.

― Мы знакомы, не так ли? ― начал Стенли.

― Да. В день нашего знакомства вам разбили нос. ― напомнил Гарольд, с яростью прожевывая пирожное и не отводя взгляда от танцующих.

― Точно. Ваш малолетний опекун.

Его слова остались без ответа.

― Вы учитесь, мистер Стайлс?

Вновь молчание. Почему сегодня все интересуются образованием Гарри?

― Не хотите со мной разговаривать? Тогда, может быть, поговорите с моим знакомым? ― мужчина выждал паузу. ― Он давно хочет с вами познакомиться.

Гарри взглянул на Стенли. Тот указал в сторону габаритного окна, где стоял только один человек. Он был одет в синий костюм и стоял спиной к Гарри. Немного худощавый и невысокий.

Стенли проводил Гарольда до загадочного парня и позвал его:

― Смотри, кого я тебе привел.

Незнакомец обернулся. Гарольд остолбенел, когда узнал в худом и красивом лице Зейна. Он побледнел и на секунду ему показалось, что все вокруг кружиться.

― Привет, Гарри. ― Малик улыбнулся.

Стенли незаметно исчез и Найл вместе с ним. Теперь было абсолютно не важно, что происходит в зале. Даже ревность не имела значения. Важно было лишь то, чтобы узнать, почему Зейн не оставит Гарри в покое.

― Идем? ― парень медленно повернул голову в сторону двери.

Мальчик решительно кивнул. С этим нужно разобраться, пока Луи не пострадал.

Гарри в последний раз взглянул на Томлинсона. Девушка, танцующая с ним, внимательно смотрела на Гарри. Сам Луи стоял спиной и, казалось, изучал потолок. Что ж, будет лучше, если он не узнает об этом разговоре.

На улице было холодно, темно и безлюдно. Где-то вдалеке играли рождественские песни, которые так нравились Гарри. Шел снег.

Зейн указал в сторону заднего двора, но Гарри захотел разговаривать здесь. Малик сел на холодную лестницу и протянул мальчику куртку, которую захватил при выходе.

― Надень, Гарри. ― сказал он охрипшим голосом. ― Холодно.

Мальчик молча сел рядом, всем видом показывая, что ему не нужно ничего от Зейна. Тот кивнул и положил куртку себе на колени.

― О чем ты хотел поговорить?

Малик откашлялся, будто перед важной речью.

― Во-первых, я должен предупредить тебя о Стенли. ― он выдержал паузу. ― Он сутенер.

― Я знаю, мне говорили.

― Тогда ты должен понимать, что следует держаться подальше от него.

― Это мое дело, Зейн. ― быстро ответил мальчик.

Парень промолчал.

― У тебя ведь есть ко мне вопросы? ― спросил он, время спустя.

― Что тебе нужно от Луи? ― мальчик впервые взглянул на сидящего рядом.

Зейн смотрел под ноги. Он ухмыльнулся.

―Беспокоишься за папочку? Сам он не может за себя постоять?

― Ответь.

― Ты хочешь узнать другое, Гарри. Почему я не оставил тебя умирать в больнице, верно?

Мальчик судорожно вздохнул. У него было много вопросов, но почему-то казалось, что Зейн не ответит ни на один из них.

― Гарри, ты умирал. Я не мог допустить этого.

― Почему? ― со злостью в голосе спросил мальчик. ― Почему ты просто не дал мне умереть?!

― Потому что в этом виноват. Во всем, что происходит с тобой. ― Зейн взглянул на мальчика.

Стайлс трясся от холода и от волнения. Малик накинул ему на плечи куртку и бережно поправил ее. Гарри зажмурился. Он судорожно втянул воздух через рот.

Толи от холода, толи от волнения, глаза его заслезились. Он прикусил губу.

Костлявые пальцы Зейна осторожно утерли слезы с щек Гарри.

― Единственное, что мне нужно от Луи ― это ты, Гарри. Он забрал тебя у меня. Я хочу вернуть. ― прошептал парень на ухо Гарри.

Стайлс хотел посмотреть на собеседника и убедиться, что тот трезв и вменяем. Но когда он повернулся, почувствовал нежный поцелуй на щеке, оставленный Зейном.

Парень прижал к себе мальчика и начал покрывать мелкими поцелуями лицо Гарри.

― Зейн... ― ошарашенно прошептал мальчик.

Входная дверь резко распахнулась. На сидящих пролился свет и оба зажмурились. Раздался знакомый голос, полный гнева и поддельного спокойствия.

― Гарри!

Мальчик вздрогнул и обернулся. Похоже, кому-то сейчас будет больно.