Глава 23
Это утро было для меня особенно мрачным. Тянущая горечь вчерашнего вечера никак не могла исчезнуть у меня из-под кожи. Даже несмотря на то, что я была абсолютно уверена в том, что мои чувства к парню, точнее их отсутствие, не были моей виной. Я прошагала к столику в самой глубине университетского двора. Мне очень хотелось посидеть тут, на свежем воздухе, невзирая на то, что на улице было не так уж и тепло — ветер неумолимо колыхал подол недлинной юбки, заставляя меня то и дело её одёргивать. Таких отчаянных как я было немного – почти все столики на улице были свободны. Я приметила один в глубине двора и поспешила туда. Глаза невольно скользнули к стоящим около одного из столов Саймону, Кейси и Энтони, до меня донеслись негромкие смешки и обрывки разговора. Смех становился всё громче, а слова отчетливее, мне даже показалось, что я кожей чувствовала на себе внимательные взгляды. Я подошла ближе, до меня стали долетать целые предложения.
— Она всем даёт, а строит из себя недотрогу. Зуб даю, она с этим полицейским спит лет с четырнадцати, иначе он бы так за ней не ухлестывал. Я абсолютно в этом уверен. Сучка она ещё та, просто маленькая богатенькая стерва, которая привыкла, что перед ней все на коленях ползают.
Я словно вкопанная остановилась посередине дворика, пытаясь уложить в своей голове только что произнесенные им слова, которые, разумеется, были посвящены мне. Недолго думая, я развернулась на каблуках красных сапожек и направилась к тому, кто бесстыдно обсуждал меня в таком ключе. В душе разгоралась неприязнь. Некогда добрые, приятельские отношения были разрушены единственным отказом. Парень стоял, высоко вздёрнув голову, в его глазах читалось самодовольство. Окружившие его друзья бездумно поддерживали его резкие суждения. При виде меня смутились все трое. Парни затихли, Саймон же сделался лишь более настороженным, моя холодная решимость и непоколебимое самообладание явно его озадачивали. Я остановилась и вскинула голову, уголки губ поползли вверх, вырисовывая на лице насмешливую, но вполне спокойную улыбку.
— Как трудно получать отказы, правда? – я начала сладким, бархатным шепотом. – Мужское эго такое хрупкое, его так легко задеть.
Но я не успела продолжить, а Саймон не успел ничего возразить — Адам, который видимо наблюдал за происходящим, резко подлетел к Саймону, заставив меня отскочить. Его тяжелая рука опустилась на плечо первокурсника, а ледяные глаза, казалось, вот-вот просверлили бы дыру в слегка испуганном, смущенном лице парня.
— Говорить такое о женщине для мужчины самая большая низость. Хотя нет, ты даже не мужчина. Просто обиженный мальчишка, который считает, что все девочки будут ползать около его ног только потому, что ты такой смазливый. Так уверенно распространять ложь об этой достойной, умной, невинной девушке – просто немыслимо отвратительно. Не дай бог ты скажешь ещё хоть одно грязное слово в адрес мисс Льюис, я буду говорить с тобой другим языком.
Адам резко отпрянул, раздувая ноздри, бегло посмотрел на меня и отошел. Я неловко оглянулась, проверяя, сколько взглядов на себе поймала и поспешила в здание университета, желая догнать Адама и сказать ему всё, что я про него думаю. Как всегда нахальный, решительный, полностью уверенный в собственной правоте, он в очередной раз вызвал у меня неприязнь. Как он посмел, какое право он имел вмешиваться в те дела, которые его не касаются? Руки дрожали, дыхание окончательно сбилось. Зачем он влез.
Внутри здания мужчины словно никогда и не было, как бы не старалась я разглядеть среди множества голов светло-золотистую макушку преподавателя. Я разочарованно вздохнула и всё же проследовала в кафетерий, чтобы взять кофе. Дрожь в пальцах не унималась, я медленно втягивала и выпускала в себя воздух. Я не могла объяснить это логично – внутри крутились одни лишь чувства, мысли и воспоминания. Я не хотела, чтобы это вновь было так – так унизительно. Очередь казалась нескончаемой, я медленно двигалась вслед за потоком, как вдруг неожиданно за моей спиной выросла знакомая фигура.
— Ты в порядке? – Адам еле коснулся моего плеча, я резко обернулась и исподлобья посмотрела на мужчину, даже и не думая скрывать подступающую злость.
— Кто вас просил вступаться за меня? – сквозь зубы прошипела я, вновь продвигаясь вслед за очередью. Сцену в столовой устраивать не хотелось, я получила уже достаточно внимания сегодня.
— Что? – мужчина недоуменно поднял брови. Я вгляделась в его растерянное лицо – казалось, он искренне не понимал.
— Зачем вы это сделали?
— Он говорил про тебя все эти вещи, это недопустимо, Вивиан.
— А каким образом это вас касается? Вы-то тут причем?
— Я не могу просто терпеть такую гадкую ложь в сторону женщины.
— Это вообще не ваше чертово дело.
— Да что с тобой такое? Ты можешь не говорить мне спасибо, но слушать о том, что я не прав, раз вступился за девушку, я не желаю.
— Вы сделали это не ради меня, а ради себя. Потешить ваше самолюбие тем, что вы такой благородный.
— Что с тобой не так, черт возьми?
— Мужчины всегда думают, что женщин нужно защищать. Но они так же всегда забывают, что защищать их нужно друг от друга.
Адам покачал головой.
— Не нужно во всём искать скрытый смысл, вот что я тебе скажу, – он разочарованно взглянул на меня и развернулся, зашагав прочь от этого места.
Я неподвижно стояла и смотрела ему вслед, не способная разобраться в своих чувствах. Мне хотелось догнать его и резко толкнуть, и одновременно с этим горько расплакаться. Он сделал это зря, зря напомнил мне о том щемящем чувстве незначимости, которое мне приходилось испытывать ранее.
Кафе я покинула без кофе.