55 часть
Ночь была прохладной.
После душа Цзянь Яо почувствовала, что работа сутки напролёт утомила её. Она подошла к двери в спальню Бо Цзиньяня и сказала:
- Я собираюсь спать. Позови, если понадобится помощь. Спокойной ночи.
Профессор лежал на кровати и смотрел какой-то «Человек и закон» на плоском экране настенного телевизора. Повернувшись к девушке, Бо Цзиньянь спросил:
- А где ты сегодня спишь?
Цзянь Яо на долю секунды замерла, тут же вспыхнула, немедленно взяла себя в руки и ответила:
- В своей комнате, разумеется.
Теперь на мгновение застыл Бо Цзиньянь. Потом он взял пульт от телевизора, нажал «стоп» и внимательно посмотрел на девушку:
- Если память меня не подводит, то к началу нынешнего расследования я целовал и ласкал твоё обнажённое тело… трижды. А в ключевых местах - больше, дай подумать… - он слегка поднял брови, - восемь раз.
Цзянь Яо тут же покраснела:
- Стоп! Зачем ты это всё говоришь?
Что за человек… Он что, считал?
Бо Цзиньянь слабо улыбнулся:
- Основываясь на испытываемом мною чувстве любви, а также на естественном влечении мужчины к женщине, как я его понимаю, нужно признать, что мы уже вступили в чрезвычайно тесный физический контакт… то есть телесную связь. Поэтому для тебя совершенно нормально спать вместе со мной.
Цзянь Яо не нашлась, что ответить.
Не было на свете ничего столь же неловкого, как слушать, как Бо Цзиньянь рассуждает о сексе и влечении - потому что он был прямолинеен, откровенен и абсолютно не принимал в расчёт, как это воспримет собеседник.
Удивительная самоуверенность…
- Я могу повернуться во сне, - сказала Цзянь Яо, - и задеть твою рану. Сейчас самое главное - твоё выздоровление, так что будем спать отдельно.
Повисла пауза. Они смотрели друг другу в глаза.
- Чепуха какая, - возразил Бо Цзиньянь. - В прошлый раз, когда я тебя обнимал, ты вообще не шевелилась.
Лицо Цзянь Яо заалело пуще прежнего:
- Сейчас особая ситуация. Даже если риск - один шанс на миллион, всё равно обсуждать тут нечего.
Бо Цзиньянь смотрел на неё молча, не говоря ни слова.
- …если других просьб нет, - сказала девушка, - то я пойду. Спокойной ночи!
Она сделала пару шагов по коридору, когда из спальни донеслось:
- Ты даже на ночь меня не поцелуешь? - тон был надменный, но вместе с тем недовольный.
Цзянь Яо заулыбалась и вернулась обратно.
В мягком свете ночника, на чёрных простынях и в чёрной пижаме, профессор выглядел больше обычного бледным, а глаза на лице выделялись особенно ярко.
Она наклонилась к нему:
- Закрой глаза.
Он коротко взглянул на неё и прикрыл веки.
Когда её губы уже почти опустились вниз, она вдруг заметила у него лёгкую улыбку.
Сердце тут же затопило лавиной нежности.
«Бо Цзиньянь, я счастлива, потому что ты счастлив».
***
На следующее утро погода стояла прекрасная. Весь город Б. был залит мягким осенним светом. Фу Цзыюй припарковал свой Лексус возле дома, вышел сам и любезно распахнул дверцу для Инь Цзыци:
- Прошу вас, мадам.
Инь Цзыци, в ярко-синем платье, с белым шарфом и на высоких каблуках, вышла из машины. Вид у неё был озабоченный:
- Ты нашёл сиделку? Кто за ним ухаживает?
Фу Цзыюй предложил ей локоть и повёл в сторону дома:
- Сиделка не нужна. У него же есть Цзянь Яо. Они живут вместе.
Он заметил мимолётное выражение растерянности на её лице. Видимо, брат ещё не поставил сестру в известность, что случилось невероятное. А если бы она узнала, во что превратилась его ледяная маска безразличия, то вовсе была бы в шоке! Тот ещё вулкан страстей: в первый день поцеловал девушку, во второй убедил к нему переехать, а на третий дело чуть не дошло до постели… короче, за ним глаз да глаз!
Фу Цзыюй помнил, как по-дурацки поперхнулся, когда друг сообщил, что влюбился, и ему очень хотелось посмотреть, какая реакция будет у элегантной Инь Цзыци. Поэтому он лишь добавил:
- Она же его ассистентка, ухаживать за ним - часть её рабочих обязанностей.
В итоге Бо Цзиньянь его не разочаровал.
Вчера профессор выдал другу запасные ключи от дома, чтобы врач мог беспрепятственно посещать больного, без того, чтобы, как подчеркнул Бо Цзиньянь, «лишний раз дёргать Цзянь Яо».
И когда теперь Фу Цзыюй открыл дверь своим ключом, первое, что предстало его взгляду, было зрелище растянувшего на кресле профессора. Рядом сидела Цзянь Яо и кормила его кашей с ложечки. Ложечка в этот момент как раз находилась во рту Бо Цзиньяня.
В принципе, это была совершенно нормальная картина ухода за больным. Но Цзянь Яо при этом краснела, на лице Бо Цзиньяня блуждала едва заметная улыбка, и Фу Цзыюй тут же почувствовал до приторного слащавую атмосферу между этими двумя.
Врач невольно рассмеялся.
Когда Цзянь Яо заметила Фу Цзыюя, она тут же вытащила ложку изо рта пациента.
- Кхм, - прокашлялся друг. - Цзиньянь, твоя сестра пришла.
Инь Цзыци, шедшая следом, тоже, несомненно, видела сцену кормления с ложечки, только у неё это улыбки не вызвало.
Бо Цзиньянь бросил взгляд в её сторону, кивнул, а потом вновь посмотрел на Цзянь Яо:
- Не отвлекайся. Продолжай.
Цзянь Яо смутилась, но сохранила спокойный вид и вручила пиалу в руки Бо Цзиньяню:
- Ты можешь есть сам, - потом повернулась к Инь Цзыци: - Здравствуйте. Присаживайтесь, пожалуйста. Я сделаю чаю.
- Спасибо, - ответила Инь Цзыци. Она уже хотела расспросить брата о его ранении, но тот заговорил первым и явно не с ней:
- У них есть руки, пусть сами себе нальют. О… Ты стесняешься. Просто представь, что их тут нет.
Цзянь Яо покраснела пуще прежнего:
- Замолчи! - она посмотрела на Инь Цзыци: - Не обращайте внимания. С тех пор, как его ранили, ладить с ним стало ещё труднее.
Извиняться за Бо Цзиньяня вошло у неё в привычку - за последнее время ей приходилось делать это уже много раз: то перед коллегами за его едкие комментарии, то перед родственниками жертв, встречаться с которыми он никогда не хотел, то перед той девочкой во время фейерверка…
Однако для Инь Цзыци эти извинения прозвучали совсем иначе.
Она всегда была человеком чувствительным. И после того, как её поцеловал Цветочный Каннибал №2, она прекрасно отдавала себе отчёт, что самым опасным моментом во всём деле был не сам маньяк, а то, что она почувствовала, когда по ошибке приняла его за Бо Цзиньяня. Ведь этот поцелуй очень глубоко запал в её сердце.
Поэтому на некоторое время она прекратила контакты с Бо Цзиньянем. До сегодняшнего дня, когда она услышала, что он ранен.
***
Факт оставался фактом: она - сестра Бо Цзиньяня, а Цзянь Яо - всего лишь его ассистентка. И эта ассистентка извиняется перед ней за него?
Она лишь вежливо улыбнулась и посмотрела на Фу Цзыюя в поисках ответа. Но тот сделал невинное лицо, как бы выражающее: «Я не в курсе. Но ты же знаешь своего брата».
Инь Цзыци, по-прежнему в сомнениях, пересела поближе к Бо Цзиньяню. С последней встречи он несколько осунулся. Из-под выреза халата виден был край бинта над ключицами. Сердце у неё заныло.
- Ну и как ты до такого докатился? - нахмурилась она.
Бо Цзиньянь лишь посмотрел на неё, не намереваясь отвечать на такой глупый вопрос.
Фу Цзыюй привольно уселся между ними, терпеливо ожидая того момента, когда старшая сестрица поперхнётся, узнав про отношения младшего брата. В это время Цзянь Яо поставила на столик две чашки чая.
- Ты забыл, чем всё кончилось в прошлый раз? - мягко сказала Инь Цзыци. - Ты так пострадал, что мы все извелись от переживаний. Не допускай такого больше.
На сей раз Бо Цзиньянь нарушил холодную тишину:
- Постараюсь.
Фу Цзыюй, внимательно следивший за парочкой, заметил, как на мгновение испуганно замерла Цзянь Яо.
***
Помощница ушла на кухню помыть фрукты, остальные трое вернулись к своей беседе. После нескольких незначительных реплик сестра спросила:
- Хочешь вернуться на виллу? Я пришлю туда слуг, тебе так будет удобнее.
Фу Цзыюй понял, что она прощупывает почву, и усмехнулся.
Ясное дело, что Бо Цзиньянь тут же поднял голову и наотрез отказался:
- Не хочу.
- Тогда я найму тебе профессиональную сиделку, - предложила Инь Цзыци. - Разве Цзянь Яо может справиться одна? Кроме того, у тебя постельный режим, а она девушка - как она сможет обеспечить тебе уход за телом?
Оба собеседника взглянули на Бо Цзиньяня, но, вопреки ожиданиям, у него появилось какое-то странное выражение на лице. Он издал лишь короткий возглас:
- О…
- Что такое? - не поняла Инь Цзыци.
На красивом лице появилась задумчивая улыбка:
- Уход за телом… А я-то о нём и не подумал. Это может быть… интересно. Спасибо, что напомнила.
В гостиной повисла странная тишина. Фу Цзыюй, не выдержав, расхохотался, а Инь Цзыци всё так же сидела в недоумении.
- Я что-то пропустила? - улыбнулась она.
Тут профессор вспомнил, что сестра ещё не в курсе его отношений с Цзянь Яо. Подавив смешок, он легко произнёс:
- Разве не очевидно? Я погрузился в реку любви.
Фу Цзыюй рядом с ним закашлялся, разбрызгивая чай. Похоже, это вошло в привычку...
На лице Инь Цзыци застыла улыбка. Помолчав секунду, она посмотрела на врача:
- Могу я поговорить с ним наедине?
- Конечно, - Фу Цзыюй встал с дивана.
В это время Цзянь Яо вошла с подносом фруктов, и врач улыбнулся ей:
- Пойдём приготовим какой-нибудь ланч на всех.
Девушка уловила, что брату и сестре нужно пообщаться, и вышла.
Едва они удалились, Бо Цзиньянь первым нарушил тишину:
- В чём дело? У тебя в компании опять какое-нибудь убийство?
- Нет, конечно, - Инь Цзыци сдержанно улыбнулась. - Просто я удивилась. Как вышло, что ты влюбился в Цзянь Яо?
- Чему ты удивилась? - усмехнулся профессор. - Я нормальный здоровый мужчина.
После крохотной паузы сестра произнесла:
- Поздравляю.
- Спасибо.
Она продолжила:
- Скажу сразу: я не намерена лезть в твою личную жизнь. Но поскольку у тебя нет никакого опыта в любви, должна спросить: ты уверен, что она - именно та девушка, которая тебе нужна?
- Почему ты спрашиваешь? - поднял глаза Бо Цзиньянь.
- Говоря объективно, ты во всех отношениях выдающийся молодой человек. Конечно, Цзянь Яо - тоже милая девушка, у меня есть лишь одно маленькое сомнение… - она посмотрела на него с теплотой. - Много лет рядом с тобой не было женщин. Она твоя первая ассистентка, вы живёте вместе, мужчина и женщина - неизбежно должна была возникнуть какая-то искра. Но ты уверен, что это любовь? Не в том ли дело, что она постоянно с тобой рядом? Возможно, будь на её месте любая другая девушка, которая была бы с тобой ласкова, у тебя к ней возникли бы те же чувства?
Бо Цзиньянь на секунду задумался. Но, вопреки ожиданиям сестры, его взгляд тут же посветлел, а пальцы забарабанили по подлокотнику.
- Ты мне как раз подтвердила кое-что. Дело не в том, сколько раз человек переживал любовь, дело в природном таланте, - он безмятежно взглянул на неё. - Неужели ты, при твоём опыте, так и не поняла простой вещи?
- Что ты имеешь в виду? - спросила Инь Цзыци.
- В твоём вопросе заложен парадокс, - небрежно ответил профессор. - Подумай сама. В мире множество женщин, но я всегда предпочитал ассистентов-мужчин. Почему же я изменил своим привычкам и нанял девушку?
***
Было уже далеко за полдень, когда Инь Цзыци и Фу Цзыюй ушли. За рулём врач усмехнулся:
- Это ведь невероятно! Бо Цзиньянь влюбился. К тому же они прямо не разлей вода. Каждый раз, как он смотрит на Цзянь Яо, мне кажется, что это сон.
Инь Цзыци посмотрела на небо:
- Да, я за него рада.
***
А Бо Цзиньянь, после ненамеренного «напоминания» Инь Цзыци, с нетерпением ждал вечера.
После ужина они с Цзянь Яо сидели на балконе, и девушка спросила:
- Чем хочешь заняться? Посмотришь телевизор? Почитаешь?
Бо Цзиньянь взглянул ей в глаза и слегка улыбнулся:
- Поскольку сам я вымыться не смогу, тебе придётся меня вымыть.
Цзянь Яо остолбенела и моментально залилась краской.
- Всё тело, - добавил Бо Цзиньянь.
«До этого она видела только верхнюю половину», - мелькнула у него весёлая мысль.