22 часть
Если вы ухватились за нить - это ещё не значит, что вы сейчас же выйдете по ней из лабиринта.
Цзянь Яо спросила:
- Мне поискать возможность прощупать Май Чэня?
Поскольку в данный момент они не представляли полицию, просто вызвать его на допрос было невозможно.
Бо Цзиньянь поглядел на дверь и побарабанил пальцами по директорскому столу:
- Нет. Позови его сюда, спросим в лоб.
Она посмотрела недоверчиво: ещё вчера он собирался не раскрывать инкогнито, даже пришлось выдумывать командировку ради поездки.
- А разве мы так не раскроемся?
Профессор быстро поднял на неё взгляд:
- Ты предполагаешь, что я идиот?
Эти слова словно окатили девушку ледяным душем. Находясь с ним и день и ночь, она едва не забыла, что этот человек - эксперт по криминальной психологии. А стало быть, хитрые методы допроса - его конёк.
***
В скором времени появился Май Чэнь, вид у него несколько беспокойный.
Бо Цзиньянь чуть приподнял подбородок:
- Садись.
Молодой человек сел напротив него.
- Директор Бо, что случилось?
- Отдел IT только что сообщил - они восстановили ноутбук погибшей в прошлом месяце ассистентки. В том числе её дневник. Там сказано, что в ночь, когда она покончила с собой, ты приходил к ней объясниться в любви.
Лицо Май Чэня окаменело. Он ничего не сказал.
- Ты скрыл от полиции такой серьёзный факт. Я сомневаюсь в твоей добросовестности, - голос Бо Цзиньяня звучал легко, но в глазах читалась явственная угроза.
Щёки Май Чэня пошли красными и белыми пятнами. Он сидел опустив голову и не шевелился.
Повисла тишина.
Цзянь Яо во все глаза смотрела на них обоих и вдруг пересеклась взглядом с Бо Цзиньянем.
Что могло означать это выражение лица? Очень серьёзное, но совсем не высокомерное. Она всё ещё пыталась понять, когда профессор вдруг ей подмигнул. Перед этим он выглядел как прекрасное изваяние, но этот жест вдруг показал, что его красота может выглядеть и легкомысленной.
Это, однако, явно был намёк, только какой - Цзянь Яо не понимала. Кто его знает, какой он в это вкладывал смысл? Ну не умеет она читать мысли, понятно?
Девушка решила действовать по собственному разумению. Она встала, налила стакан воды и подала Май Чэню.
- Спасибо, - ответил тот.
Цзянь Яо посмотрела на профессора:
- Директор Бо, можно мне сказать Май Чэню пару слов?
Профессор с прежним видом тихо сказал «угу». Цзянь Яо не понимала, действительно ли он хочет разыграть тактику «плохой полицейский - хороший полицейский», но какая теперь разница?
Она встала рядом с Май Чэнем и мягко произнесла:
- Не бойтесь. Я думаю, директор Бо действительно радеет за благо всего отдела. За то, что один человек предоставил полиции ложные сведения, может оказаться в ответе вся наша большая семья. Думаю, лучше всего вам прямо сейчас рассказать директору Бо все детали - и мы вместе подумаем, как можно решить вопрос.
Лицо Май Чэня ещё больше залилось краской. Он поднял голову - это был взгляд человека, который бесконечно жалеет о своей ошибке.
- Простите, директор Бо. Я в тот вечер действительно приходил к Ван Ваньвэй. Я не ожидал, что она покончит с собой, - он откашлялся. - Правила компании запрещают романы между сотрудниками. Если бы узнали - меня бы сразу уволили. Вот поэтому я ничего и не сказал.
Бо Цзиньянь посмотрел на Цзянь Яо, та кивнула - да, такое правило действительно есть. Сам-то профессор корпоративный регламент даже не открывал.
- Расскажи, что случилось в тот день, - потребовал он.
Глаза молодого человека тоже стали красными.
- В тот день, сразу после корпоратива, я вдруг решился и пошёл в её домик.
- В котором часу? - прервал его Бо Цзиньянь.
- Кажется, минут в десять первого. Было очень поздно, и я, когда вышел, посмотрел на часы, а потом проверил, горит ли у неё свет. И тогда уже пошёл к ней.
- А потом? - мягко спросила Цзянь Яо.
Май Чэнь сделал глубокий вдох и на одном дыхании произнёс:
- А потом я сразу сказал, что люблю её и хочу, чтобы она была моей девушкой. Она ответила, что подумает. Тогда я вернулся к себе, лёг спать - и проспал до утра.
- Во сколько ты ушёл? - уточнил Бо Цзиньянь.
- Где-то в половине первого.
- Она не говорила, не делала чего-нибудь необычного? - спросила Цзянь Яо.
Тот горько усмехнулся:
- Я так нервничал, что ничего не заметил.
- О чём ещё вы с ней говорили в ту ночь? - задал вопрос профессор.
Май Чэнь помолчал секунду:
- Это всё.
Цзянь Яо отметила, что лицо у него словно окаменело - он не хотел говорить дальше.
Он что-то скрывает? Или не хочет рассказывать, потому что слишком больно? Довольно сложно надавить на него сильнее, чтобы он при этом не заподозрил, что что-то не так. Но как же быть?
В этот момент она услышала голос Бо Цзиньяня:
- Цзянь Яо, отнеси в полицию распечатку дневника Ван Ваньвэй.
- Хорошо.
Почему он вдруг упомянул об этом?
Май Чэнь поднял взгляд:
- Можно мне… посмотреть её дневник?
***
Раньше Цзянь Яо считала, что полицейский допрос - это, по большей части, жёсткое психологическое давление. Теперь она обнаружила, что Бо Цзиньяню незачем пускаться в долгие словесные игры - он способен добиться цели, идя напрямик.
Вот и сейчас, читая страницу за страницей, Май Чэнь приходил во всё больший эмоциональный раздрай.
Главное в полицейском допросе - снять психологическую защиту. Так и случилось.
Очевидно, Бо Цзиньянь, расследуя дело, с филигранной точностью изучал человека - в отличие от обыденной жизни, где он не замечал никого и ничего.
Профессор подал Цзянь Яо знак, и та показала Май Чэню только те части дневника, где речь шла о тайной любви жертвы. К концу чтения молодой человек закрыл лицо руками и разразился рыданиями. Цзянь Яо, сидевшая рядом, утешая, похлопала его по спине. В порыве эмоций, Май Чэнь повернулся и обнял её. Это была вполне нормальная реакция. Цзянь Яо не шевелилась, по-прежнему поглаживая его по плечу, когда вдруг позади раздался холодный голос:
- Тебя кости не держат, что ты так за неё ухватился?
Напуганные этим тоном, Цзянь Яо и Май Чэнь тут же отсели друг от друга.
Она обернулась. Профессор смотрел на неё естественно, как ни в чём не бывало. Что, интересно, он имел в виду?
Может, в свете его речи о заразных наркоманах, он таким образом хотел её защитить? Но Май Чэнь вряд ли имел к ним отношение - он же был «чистый», как следовало из дневника Ван Ваньвэй?
У Цзянь Яо вдруг возникло странное чувство…
Но прежде чем она успела додумать мысль, Бо Цзиньянь уже увёл Май Чэня к своему столу.
- Она в тот день была в синем платье. Она часто носила синее, теперь я знаю, почему… Она была не накрашена. Только серьги и распущенные волосы… Но всё равно было очень красиво. Глаза у неё были немного красные, я спросил - почему, она сказала от ветра, и дальше я расспрашивать не стал.
Когда я ей признался, она сказала, что подумает, а я сказал, что позвоню ей через час. Но… я вернулся к себе… так устал в тот день. Принял ванну, закрыл глаза на минутку - и в итоге проспал. И не позвонил ей. А на следующий день узнал…
Может, то, что я не сдержал слово, было последней каплей, когда она решила покончить с собой? Потому мне так стыдно было про это упоминать.
Усмешка на его лице стала ещё горше.
- Мог кто-то из сотрудников знать, что ты испытываешь к ней чувства? - спросил профессор.
- Все знали, - прошептал Май Чэнь. - В то утро, когда нашли её тело, я совсем голову потерял. Меня видели все, только никому не сказали. Менеджер тоже не стала меня обвинять.
***
Цзянь Яо настойчиво попросила Май Чэня держать этот разговор в тайне от всех: таково желание председателя и, кроме того, это будет знаком уважения к покойной. Май Чэнь кивнул.
Когда он вернулся на рабочее место, его сосед Лао Чжоу похлопал его по плечу:
- Ну как ты?
Покрасневшие глаза было не спрятать. Май Чэнь смутился:
- Да ничего. Директор Бо недоволен мой работой. Разнёс меня там в пух и прах.
Он встал и пошёл умыться.
***
Цзянь Яо смотрела на офис из-за стеклянной перегородки и горько думала: теперь не узнать - если бы Май Чэнь действительно позвонил, Ван Ваньвэй осталась бы жива?
Она обернулась и посмотрела на Бо Цзиньяня. Тот, видимо, догадался, о чём она думает:
- Тебе его жалко?
- Немного. Ошибка в любви - о таком люди сожалеют до конца жизни.
Он пренебрежительно хмыкнул:
- И это неизбежно? Я тут давеча видел один полицейский отчёт: пара, накануне они поженились. Мужчина ел с шомпола мясо. Вот этим шомполом ему и проткнули горло насквозь.
Цзянь Яо не нашлась, что ответить. Хотя ладно, в душе она признала, что от его замечания её сентиментальность как рукой сняло.
- Короче, жалеть его не стоит, - заключил Бо Цзиньянь. - Напротив, следовало бы дать по шее - потому что именно из-за его трусливого чувства вины правда о смерти Ван Ваньвэй так и не всплыла.
И почти сразу же он добавил:
- Сообщи Инь Цзыци, что дальше мы дело вести не можем.
- Почему?
Бо Цзиньянь поудобнее уселся на своём стуле.
- Потому что о предумышленном убийстве нужно сообщать в полицию, чтобы завели дело. Она хотела всё скрыть? Ну что ж. Молодец.
Цзянь Яо затрепетала - у неё были кое-какие догадки, но очень смутные.
- Почему убийство? Ты же сам вчера говорил, что предсмертная записка - настоящая.
- Я утверждал, что жертва действительно её написала. Я не утверждал, что жертва покончила с собой, - улыбнулся Бо Цзиньянь. - Разве ты не заметила? Да вся эта история целиком состоит из нестыковок! Мы совершенно однозначно имеем дело с предумышленным убийством. А убийца - это один из твоих милых коллег.