Последняя страница
Утро было обычным — как сотни других, в этом доме, где запах кофе и мягкий скрип половиц уже давно стали чем-то вроде саундтрека к её жизни.
Амалия стояла у плиты, помешивая яичницу, и в голове крутилась только одна фраза:
"Через четыре дня прогулка. Где я найду парня?"
Тост вылетел из тостера. Кофе выдохнул горечь. А в сердце было какое-то неясное ощущение тревоги, вперемешку с паникой и щепоткой лёгкой истерики.
— Пэй, — крикнула она вглубь дома, — я через час ухожу. У меня фотосессия, заказ пришёл.
— Всё понял! — донёсся его голос из ванной. — Не забудь взять свою мега-пушку!
— Это камера, идиот.
— А я что сказал?
Она улыбнулась. Всё как обычно. Кроме внутреннего шторма.
Место съёмки оказалось уютным садом за небольшим особняком. И когда она подошла, первым, кого она увидела, был он.
Высокий. Лёгкая небрежность в одежде. Светлая футболка. Кудри.
Но вот что действительно пронзило — это его глаза. Голубые, будто небо в момент перед дождём.
Парень улыбнулся ей так, как будто ждал её всю жизнь.
— Амалия? Привет. Я Кио.
— Привет... — отозвалась она, стараясь не показать, что внутренне немного... поплыла.
Он оказался удивительно простым и искренним. Во время съёмки шутил, двигался легко, не позировал нарочито, а будто просто был собой.
Каждый кадр словно ловил не только его черты, но и настроение. И где-то посередине сессии он взглянул на неё и сказал:
— Ты знаешь, у тебя невероятные глаза. Такие, которые точно замечают больше, чем говорят.
Амалия чуть не уронила объектив.
И вот оно — вспышка. Тепло. Искра.
"Вот он. Кажется, я нашла, с кем могу пойти на эту прогулку."
Дом встретил запахом еды и голосом Пэйтона, который громко что-то обсуждал по телефону. Она заглянула на кухню — он уже в привычной футболке с дыркой и шортами, на лице — вечно довольное "ну что там у тебя?"
— Ну, как прошло?
— Удивительно... — выдохнула она и сама не поняла, про фотосессию или про парня.
— Надеюсь, не так "удивительно", как когда ты фоткала того мужика с попугаем. Он же потом в тебя влюбился?
— Это был один раз! — рассмеялась Амалия.
Они включили фильм. Какой-то старый комедийный треш, где половина диалогов не имела смысла, но Пэйтон добавлял свои:
— Вот тут, если бы у него была мама, она бы сказала "Сынок, не лезь в подземелье в тапках!"
Амалия смеялась. Смеялась от души. Как будто не было ревности, не было лжи, не было тяжести в сердце.
На мгновение — всё стало просто.
И вот наступил тот день.
Амалия проснулась слишком рано. Нервничала. Сделала себе три прически, передумала надеть всё, что у неё было. Но в итоге выбрала простое, летящее платье и кеды.
Они с Пэйтоном заехали за Эли первыми.
Эли оказалась той самой. Красивой, нежной, уверенной в себе, но не заносчивой. С лёгким смехом, с лучистыми глазами.
Амалия заставила себя улыбаться. Она старалась видеть в Эли не соперницу, а девушку, которой просто... повезло.
Потом подъехал Кио. В чёрной рубашке, с лёгкой небритостью и с коробкой конфет в руках.
— Я подумал, что надо задобрить твоих друзей, — сказал он, подмигнув.
И всё завертелось.
Они гуляли по городу, зашли в парк, шутили, смеялись.
Пэйтон с Эли обнимались, целовались в щёку, шептались о чём-то.
Амалия вглядывалась в них и вдруг подумала: «У него своя жизнь. И это нормально. У меня — тоже может быть.»
Кио приобнял её, когда она оступилась. Пошутил о том, что "если что — он носить умеет, у него сестра старше".
И она засмеялась. По-настоящему.
В кафе Кио заказывал самые странные напитки, шутил с официанткой, а потом сказал:
— Мне нравится, что ты не скучная. Ты не боишься быть собой.
И в этот момент внутри Амалии что-то сдвинулось.
"Может, и правда... стоит перестать держаться за прошлое? Кио хороший. Смешной. Нежный. Реальный."
На прощание Кио наклонился и мягко поцеловал её в щёку.
— Ещё увидимся, рыжая?
— Обязательно, — прошептала она.
Вечером они с Пэйтоном сидели на кухне. Он пил чай, смотрел на неё с лёгкой улыбкой.
— Твой Кио — парень что надо. Только не вздумай влюбиться по уши. Он слишком милый. Могут быть побочные эффекты, — хмыкнул он.
— А твоя Эли — реально крутая. Я это не из вежливости. Она добрая, умная... тебе идёт.
Пэйтон кивнул.
— Рад, что ты тоже не одна. Я вижу, как ты улыбаешься рядом с ним. И это, — он ткнул её в плечо, — радует даже старых брюзг, вроде меня.
Они разошлись по комнатам.
Амалия достала блокнот. И на одной из страниц нарисовала Пэйтона.
Последний раз.
Снизу подписала:
"Он был моим штормом.
А Кио — моё небо после него."
Затем перевернула страницу.
И начала рисовать новое.
«Иногда, чтобы найти себя, нужно отпустить того, кто был всем.»