⚖ Тяни-толкай ⚖
— Не могли бы вы перенести крайний срок... на полдень? - спросил Чимин.
— Я никогда не переносил дедлайн для сотрудника. Как тебе такой аргумент? - сказал Намджун.
Обдумав полученный ответ, Чимин заявил:
— Но я отличаюсь от других сотрудников.
— Как же?
— Ну... - Чимин затих.
Намджун уже встал и подобрал свой жилет. Он взглянул вниз на Чимина, который лениво сидел на диване. Обнажённый торс юноши, должно быть, волновал Намджуна, поскольку он натянул растрёпанную рубашку, обёрнутую вокруг талии Чимина, ему на плечи. Юноша взглянул на ткань, покрывающую его верхнюю половину тела, а затем перевёл взгляд на Намджуна.
Чимин хотел сказать, что он был другим, поскольку является любовником Намджуна или потому что они встречаются. Было множество вещей, которые он хотел бы, и мог бы сказать, но он не был уверен, стоит ли. Лучшее, что он мог сделать, это повторить снова.
— Я - другой.
Намджун не мог этого оспорить, поэтому слегка нахмурил брови. Он аккуратно приподнял голову Чимина за подбородок, чтобы взглянуть на него, и легонько поцеловал в губы. Глаза юноши закрылись и, когда мягкие губы старшего адвоката отстранились, открылись вновь.
— Это ваш ответ? — спросил Чимин.
— Я думаю. Должен ли я позволить воспользоваться мной или нет.
— Вы даже не хотите проявлять ко мне особое отношение в таких тривиальных вещах, как продление срока. Почему вы продолжаете говорить, что я вас использую?.. Вы правда собираетесь вот так просто уйти? Не можете остаться на ночь? Я буду работать, а вы можете спать на моей кровати.
— С чего бы мне? Не вижу повода, поэтому дай мне вескую причину.
— Видеть вас таким невозмутимым после секса расстраивает.
Намджун взглянул на наручные часы, прикинул оставшееся время, и покачал головой.
— Ты предлагаешь мне бездельничать, пока ты работаешь? У меня тоже есть дела. Также хотелось бы поспешить и привести себя в порядок.
«Но тут тоже есть ванные комнаты. Целых три», - хотел сказать Чимин, но от того, как Намджун сопротивлялся, несмотря на его просьбы, у юноши встал ком в горле, не давая произнести ни слова. Ему казалось, что он единственный, кто хотел быть вместе, отчего ему было немного больно.
Пока Чимин сжимал губы в плотную линию и краска сходила с его щёк, Намджун наблюдал за реакцией молодого человека, а затем спросил:
— Тебя это расстраивает?
— Немного. Кто я? Способ утолить вашу сексуальную неудовлетворённость? Ведь вы уходите сразу после того, как кончили, — пожаловался Чимин.
— Ты кончил на мою одежду, кажется, мы квиты?
— Какая разница. Идите уже. Вы говорили, что у вас есть дела. Я знаю, что работа – единственная важная для вас вещь в жизни.
Намджун смотрел на Чимина с очень сложным выражением лица.
Чимин не знал, о чём думает Намджун, но старший адвокат снова наклонился вперёд. Вместо короткого поцелуя, как до этого, он повёл себя более ласково. Он поцеловал щёки, губы молодого человека, каждое веко и лоб по часовой стрелке, оставляя свой аромат на лице Чимина, и под конец прислонил спинки носа друг к другу.
Затем Намджун сказал нежным голосом, ради которого он явно постарался:
— Просто я не думаю, что смогу выполнять какую-либо работу, если останусь здесь дольше. Я ухожу, пока мой разум ясен.
Чимин улыбнулся, чувствуя себя намного лучше. Затем он мягко сжал руку Намджуна. Жёсткость рук старшего всегда ощущалась приятной.
Намджун поднёс руку юноши к своим губам, прижавшись ими к шелковистой коже, а затем отстранился.
— Включи «чувство разочарования» в исковое заявление и пришли его.
— С чего вдруг исковое заявление?
—У тебя есть то, что ты от меня хочешь. Изложи это в исковом заявлении и отправь. Конечно, тебе придётся учитывать текущий рынок, чтобы я мог компенсировать твой ущерб. Если ты собираешься меня обчистить, я отказываюсь. А сейчас я ухожу.
Пока Чимин сидел, лишившись дара речи, озадаченный этим замечанием, у Намджуна промелькнуло многозначительное выражение лица. Затем он просто повернулся спиной к юноше. В глазах Чимина казалось, что спина старшего адвоката будто сияла, как и вчера. Юноша недоумевал, почему. Однако его сердце болело, от того что он видел спину, а не лицо. Он протянул руку слишком поздно.
Намджун уже подобрал пальто и направился к входной двери.
Чимин нерешительно открыл рот в попытке удержать Намджуна словами, но дверь открылась и захлопнулась, громко пикнув. Намджун ушёл. На полу гостиной валялась наполовину завершённая тропа из одежды Чимина.
Проследовав взглядом по этому пути, он пришёл к растрёпанному себе. Скинув рубашку, которую Намджун надел ему на плечи, он встал, чтобы принять душ, и обнаружил оставшуюся частичку старшего на своём животе. Его лицо вспыхнуло.
Юноша вытер следы салфеткой, затем начал размышлять над отголоском, который оставил после себя Намджун.
— Исковое заявление... — пробормотал он себе под нос.
Юноша уставился на дверь, огораживающую жилую территорию от фойе, и его брови нахмурились.
«Почему он продолжает это говорить? Его так беспокоит, что я на него полагаюсь?» - подумал Чимин.
Он задавался вопросом, почему Намджун рассматривает эти отношения, как какую-то сделку. Старший адвокат оценил их значимость в деньгах, решив, что Чимин его использует, и предложил обмен эмоциями и поступками.
Чимин старался держаться, поскольку они ещё не полностью обменялись своими чувствами, но юноша искренне желал, чтобы их романтические отношения развивались дальше. Чимин думал, что Намджуну может быть неловко выражать себя, но сам он решил поступать ровно также.
Однако, таинственные слова Намджуна беспокоили его. Было слишком много сомнительных моментов, чтобы утверждать, что это просто из-за непривычки Намджуна к романтическим отношениям. Его партнёром был Ким Намджун – опытный человек, прошедший через огонь и воду. Было бы больше смысла, если бы старший адвокат подошёл к Чимину более искусно и хитроумно. Не имеет значения, насколько малознакомой для него была романтика, такая защитная реакция казалась Чимину очень странной.
Не похоже, чтобы Намджун игрался с юношей. Вполне очевидно, что он относился к нему иначе. Чимин чувствовал, как старший адвокат хотел скрыть свою привязанность, но это тяжело ему давалось. Юноша не мог определить, насколько сильными были чувства старшего, но был уверен, что нравится Намджуну.
«Тогда... Это его стиль свиданий? Должен ли я соответствовать его шагам?»
Чимин наклонил голову и вспомнил странные обидные высказывания Намджуна. Он цокнул языком.
«Если он скажет мне написать исковое заявление, думает, что я этого не сделаю?»
Чимин сжал рубашку в руке, затем глубоко вздохнул перед тем, как отправиться в спальню.
* * *
В мультиплексе недалеко от компании собрались юристы Догук и других вовлечённых сторон. Все они выделили время, чтобы посетить закрытый показ, организованный консультативным комитетом, с которым на безвозмездной основе советовались касательно фильма, представляющего общественный интерес, «Принципы».
Руководил съёмками известный кинорежиссёр, завоевавший несколько наград на различных международных кинофестивалях. К тому же, известная кинозвезда, Шин Уйгун, снялась в фильме без какого-либо гонорара, что вызвало большой резонанс. Конечно же, пресса и публика были очень заинтересованы в фильме.
Изначально это должен был быть очередной праздничный волонтёрский проект от объединённой ассоциации компаний, но в силу указанных причин исполнительный директор Догук объявил, что будет присутствовать на показе для новостных изданий. В итоге это превратилось в крупное мероприятие, где собрались многие партнёры и коллеги.
В переполненном зале Чимин огляделся в поисках Намджуна. Он уже собирался сесть на крайнее место в последнем ряду, когда услышал знакомый голос около заднего выхода.
— Адвокат Пак Чимин?
Он обернулся и увидел Сон Михи. С ней был Намджун. В момент появления их обоих другие юристы повернулись, чтобы поприветствовать их, и Чимин поступил также. Однако в голове у него крутилась довольно дерзкая мысль.
«Они приехали на одной машине? Только вдвоём».
— Здравствуйте, старший адвокат Сон. Вы пришли вместе с адвокатом Кимом? — вместо этого спросил Чимин.
— Ага. Было бы упущением не воспользоваться таким случаем в стране, что не производит ни капли нефти. Я приехала на машине Намджуна, — ответила Михи.
— О... Неужели? — переспросил он, не сводя глаз с тела Намджуна, пока тот спускался к первым рядам, где разместились все партнёры.
Намджун ни разу не взглянул в его сторону, словно он был невидим для него, и хладнокровно общался с партнёрами внизу.
Михи заметила, что Чимин поглощён первым рядом. Она вернула его внимание к себе, задав вопрос:
— Почему ты здесь один? Этот ряд – дополнительные места, зарезервированные для офис-менеджеров и других сотрудников управленческого звена.
— А, да, я тут, поскольку у меня меньше стаж по сравнению с остальной командой, — ответил Чимин.
Михи покачала головой, взглянув на место юноши. Казалось, она не понимала, как к нему относились.
— Если бы это была команда, ты должен был бы сидеть впереди. Отдел корпоративного права всегда на лидирующих позициях по валовой прибыли с большим отрывом. Тебя, случайно, не обижают другие сотрудники или персонал?
Сказать по правде, Чимин знал, что его игнорируют, считают изгоем и обращаются с ним как с адвокатом на общественных началах, ведь он оказался в компании благодаря своей богатой семье. Однако, в широком смысле, он действительно был нанят через кумовство, так что он не мог жаловаться на это в открытую.
Более того, он находился под непосредственным присмотром Намджуна, и юристы-партнёры считали его, в каком-то смысле, полезным. Потому было неизбежно, что другие сотрудники его возненавидят. Чимин неловко усмехнулся и ответил:
— Думаю, так лучше, что я буду на некотором отдалении от моих старших. Спасибо, что подумали об этом, но сегодня я присяду здесь. Вам стоит занять своё место. Все ждут.
Чимин незаметно кинул взгляд, демонстрирующий, что ему некомфортно столь открыто общаться с ней перед своими коллегами. Михи – эксперт в общении с людьми – сразу уловила и взглянула на него в ответ.
— Боже мой, я не заметила. Ладно, раз тут много следящих глаз, давай поступим, как ты хочешь. Если есть что-то, что ты захочешь обсудить со мной, я всегда готова.
Она ободряюще похлопала его по плечу и разместилась рядом с Намджуном.
Когда сидение рядом с Намджуном заняли, он наконец повернулся, и посмотрел в сторону Чимина. Разумеется, их взгляды пересеклись.
В этот момент юноша почувствовал, как внутри закипает гнев. Он отвёл глаза.
«И кто же тогда сказал, что не хочет, чтобы на его вещах оставались чужие отпечатки пальцев, и поэтому мне было запрещено трогать что-либо в его машине?» — подумал он.
Конечно, это было давно, и Намджун больше так не обращается с Чимином. Но в момент, когда юноша осознал, что существует отличие в отношении к нему и к адвокату Сон, он расстроился сильнее, чем ожидал. Лицо Чимина немного помрачнело.
Он знал, что Михи и Намджун имеют за плечами длинную совместную историю и что они близки. Юноша не знал деталей, но слышал рассказы секретаря Тэ.
Михи воспользовалась семейным фондом своей матери для поддержки своего младшего, Намджуна, когда тот был молод. Он никогда не забывал о её помощи, поэтому решил присоединиться к Догук. Основываясь на этом, Чимин мог сделать вывод, что они были особенными друг для друга. Но юношу жгло любопытство, он хотел узнать подробности этих отношений.
Когда они обедали в первый раз, Намджун прощупывал его, поинтересовавшись, спал ли он с Михи. Возможно, это был обычный вопрос с целью выяснить, что на самом деле произошло между Михи и Чимином. Но если взглянуть с другой стороны, этот вопрос был совершенно необоснованным. Чимин не мог проигнорировать вероятность того, что это могло быть важным намёком.