⚖ Подслащённый кофе ⚖
«Тебя можно терпеть, так что ты можешь ворваться в мою жизнь».
Чимин вспомнил разрешение Намджуна и прикусил губы прежде, чем их уголки изогнутся в улыбке.
***
Чимин отправил Намджуна в кафе вперёд себя, сказав, что ему необходимо зайти в круглосуточный магазин и вернётся через несколько минут.
Прежде чем зайти в кафе и сделать заказ, Намджун выкурил сигарету, думая, что потребуется какое-то время, прежде чем он встретит Чимина за стойкой. Молодой человек, должно быть, бежал на полной скорости, потому что, несмотря на то, что на улице было холодно, на лбу у него выступили капли пота. Намджун потерял дар речи и откинул своей большой рукой волосы, прикрывающие лоб юноши, после чего глухо рассмеялся.
— Ты думал, я убегу?
Чимин задыхался, пытаясь выровнять дыхание, от чего едва смог сказать:
— Я просто... был немного нетерпелив.
— Беспокоился, что я буду ждать слишком долго? Ну разве ты не ангел?
— Нет, я боялся, что вы оставите меня здесь. Вы просто испортите своё первое свидание, если оно пойдёт не по плану... Я не мог такого допустить.
— Я бы что?..
— Вы не знали? Иногда мне кажется, что вы не слишком хороши в объективной оценке самого себя.
Затем Чимин помахал сумкой из магазина, не в состоянии больше говорить, и направился на своё обычное место в углу кафе. Намджун пялился на юношу, перенося заказ. Он немного резко поставил кружку перед Чимином и внимательно наблюдал за юношей, вытирающим пот тыльной стороной ладони. Затем Намджун сказал очень ровным тоном:
— Как насчёт того, чтобы пройти исследование нервной проводимости?
— Я полностью здоров. Я сдавал результаты медицинского осмотра, когда пришёл в компанию.
— Нет, я хотел бы знать, как взвинчены твои нервы сейчас. Хочу узнать твой показатель.
Вместо ответа Чимин уставился на Намджуна. Внутри него бушевал конфликт, касательно того, возразить или нет. Затем он отбросил свои размышления и положил на стол конверт из мини-маркета. Внутри были леденцы от горла со вкусом лимона, мазь с антибиотиком и пластыри. Он убрал таблетки в карман своего пальто, распаковал медикаменты, после чего протянул ладонь старшему адвокату.
Намджун уставился на ладонь, всё ещё красную от жара, затем качнул подбородком в сторону неё.
— Что ты хочешь, чтобы я сделал?
— Дайте мне руку. Пора сменить повязку.
— Я скоро пойду домой и приму душ. Тебе не нужно менять её сейчас.
— Я сменю её сейчас и буду с вами дольше, чем вы думаете. Быстрее дайте мне руку.
Намджун всё ещё отказывался, поэтому Чимин стал более напористым. Полностью проигнорировав предыдущие предупреждения старшего адвоката не трогать его, он притянул большую руку к себе. Затем он сорвал пластырь с указательного пальца собеседника.
— Где тот, что я дал вам раньше? С крокодилами.
— Ты думал, что я буду с утренним пластырем аж до этого момента? Должно быть, ты не очень хорошо разбираешься в личной гигиене.
— Ваши руки всегда такие чистые и аккуратные. Я так и думал с самого начала. Значит, вы часто моете руки, но, несмотря на это, они очень мягкие. Не похоже, что вы пользуетесь кремом. Это от природы?
Ожог на пальце почти зажил. С облегчением Чимин выдавил небольшое количество мази на ватный тампон и приложил его к ранке. Он аккуратно распаковал пластырь и обмотал им палец старшего адвоката. Намджун всё это время молчал. Чимин собирался отпустить руку старшего, после того, как надёжно приклеил ярко-жёлтую повязку, но импульсивно провёл пальцем по аккуратным ногтям Намджуна.
Он почувствовал, как мужчина вздрогнул. Придя в себя, Чимин отпустил его, но на этот раз Намджун схватил за руку Чимина. Их пальцы неловко переплелись, сцепившись друг с другом. Мужчина просунул свои пальцы между пальцами юноши и провёл кончиками пальцев по паутине вен на руке Чимина.
— Старший адвокат?
Лицо Чимина горело красным, и он рефлекторно оглядывался в поисках людей. Они сидели в углу, посетителей было мало. За спиной Намджуна сидела молодая девушка за ноутбуком, похоже, училась. Их разделяло несколько кресел, и казалось, она слушает музыку, поэтому не могла слышать их разговор. Однако Чимин думал, что делать такое в их районе рискованно.
Подумав, что ему нужно оттолкнуть Намджуна, прежде чем другие их увидят, Чимин скрутил руку. Странным образом, его пальцам не хватило силы, чтобы вырваться.
Чимин еле слышно пискнул:
— Нгх, сейчас же отпустите меня...
— Ты первый меня спровоцировал, — ответил Намджун.
Чимин намеревался возразить, что это не так, но быстро остановился. В зависимости от точки зрения, всё то, что юноша делал с пальцами Намджуна, может намекать на это. Нет, в некоторых аспектах, это была полностью его вина. Если подумать об этом, пока он был полностью сконцентрирован на смене повязки, Намджун внимательно его изучал.
Чимин отвёл взгляд от изумления и продолжал смотреть куда-то за плечи Намджуна. Заметив, что юноша чего-то опасается, Намджун тоже оглянулся и недовольно отпустил. Юноша без особой причины потёр запястье, прежде чем откашляться. Он сделал глоток тёплого кофе, который заказал ему старший адвокат, но вкус оказался не таким, как он ожидал.
Его брови немного сдвинулись, когда он пожаловался:
— Разве я не просил вас заказать горячий латте?
Намджун смаковал свой американо, перед тем как невозмутимо ответить. Как ни странно, жёлтая повязка на пальце ему очень шла.
— Было такое.
— Тогда что это за сильный вкус сиропа?
— Нравится?
— Если бы мне нравилось, стал бы я спрашивать это с таким лицом? Что за способ поиздеваться надо мной? Так по-детски.
— Мне нравится, когда поцелуи сладкие на вкус.
Чимин вскочил и зажал Намджуну рот рукой. Старший адвокат вопросительно посмотрел на юношу, побуждая того медленно убрать его руку. Прежде чем полностью отстраниться, Чимин проверил температуру лба Намджуна, чтобы убедиться. Старший мужчина, который проглядел несогласованный контакт в первый раз, не повторил свою ошибку во второй. Он ударил молодого человека по руке.
— Что ты делаешь? Не трогай меня.
— Звучит как эмоциональная реакция.
— Это не так, и поэтому ты не пострадал. Думай логически.
— Вокруг люди, но вы расширяете границы, поэтому я подумал, что вам нехорошо. Если ваше душевное состояние иногда колеблется, тогда...
Намджун цокнул языком Чимину. Чтобы прояснить ситуацию, он наклонился вперёд и прошептал:
— Ты можешь считать, что стоит тебе убрать руку и всё закончится, но я всё также хочу больше к тебе прикасаться. Я тебя предупреждал. Я не привык к тому, что не могу себя контролировать. Если я потеряю самообладание и начну расстёгивать твои пуговицы прямо здесь и сейчас, частично будешь виноват ты. Кивни, если понимаешь.
Намджун, видимо, говорил о том, что не осознаёт, как быстро продвигаются их отношения. Поэтому, если Чимину некомфортно, что он делает это на людях, то юноше не стоит его провоцировать. Чимин кивнул, а затем спросил из чистого любопытства:
— Что, если бы я хотел с вами платонических отношений?
— Тогда тебе лучше найти другого человека.
— Вы когда-нибудь представляли, что спите со мной? Мне всегда было интересно...
— Я представляю это даже сейчас.
— Что вы сказали?
— В моей голове ты уже давно голый. И только что я тебе вставил.
Чимин предполагал, что это так, но он не ожидал услышать такой честный ответ.
Ошеломлённый Чимин крепко сжал губы. Его щёки покраснели ещё сильнее, став похожими по цвету на губы. Намджун наблюдал за этими изменениями и сказал обольстительным голосом:
— Каждый раз, когда я вхожу, у тебя перехватывает дыхание, и слюна течёт из раскрытого рта. Должно быть, тебе это нравится.
Взгляд Намджуна был настолько пристальным, что Чимин не смог его выдержать. Намджун прошептал украдкой, но содержание было настолько откровенным, что Чимин нервно сглотнул. Его голова стыдливо опустилась. Затем Намджун, казалось, остановился, поскольку пил кофе, глядя на красные уши юноши. Возможно, ему пришлось остановиться на этом моменте. Повисла тишина.
Двое, достигшие психологически критической точки, пытались охладить стремительно развивающуюся эротическую атмосферу. Они оба повернулись телами к окну и вскоре любовались ночным видом.
Сидеть рядом и смотреть на ночное небо оказалось романтичнее, чем ожидалось.
Одежда Чимина была лёгкой, когда он впервые пришёл в компанию, но сейчас была почти зима. Сменилось два сезона. Многое произошло за это время. Пока Чимин сидел, вспоминая обо всём, что произошло до сих пор, Намджун неожиданно сказал:
— Что ты думаешь делать дальше со своим свиданием вслепую?
— Ох, — тихо вздохнул Чимин.
Он забыл о реальности, будучи опьянённым сладостью между ними. Юноша взглянул на Намджуна, а затем сказал извиняющимся тоном:
— Я должен сделать так, словно этого никогда не происходило. Но я не могу порвать с ней все связи прямо сейчас.
— Почему нет?
— У меня есть некоторые обстоятельства. Мне нужно немного времени, прежде чем я откажусь от её предложения. Мне искренне жаль. Я не встречусь с ней снова, и надеюсь, что вы можете меня подождать.
Принимая во внимание, что они убедились в чувствах друг друга, Чимин знал, что правильно отказать партнёрше со свидания вслепую как можно скорее. Нет, он должен был уже категорически отказаться от этих отношений. Сокровенные чувства Чимина ещё не были раскрыты, но в любом случае, поскольку они оба уже прошли точку невозврата, это было лучшее, что он мог сделать для всех вовлечённых сторон.
Однако участие Чимина в свидании вслепую не было просто отношениями между мужчиной и женщиной. Он не мог заставить себя отказать ей, пока думал о ситуации своей сестры. Пока позиция Игён не изменилась в одночасье, он не был уверен, что сможет найти правильное решение.
Кому-то вроде Намджуна, кому были чётко ясны начало и конец, никогда не понять Чимина, который оказался в такой ситуации.
— Вы, наверное, не поймёте.
Вместо ответа Намджун молчал, глубоко задумавшись. Казалось, он разобрался, почему Чимин так себя ведёт. Затем он невозмутимо сказал:
— Кажется, есть какая-то особая причина для кого-то вроде тебя, чтобы окунать палец сразу в несколько пирогов. Не похоже, что ты собираешься объяснять в деталях, а значит, ты вынужден скрывать это, несмотря на то, что обычно ты очень честен. Следовательно, ты столкнулся с довольно сложной проблемой.
— Презирайте меня, если угодно.
— Так ты почувствуешь себя лучше?
Он был на высоте. Чимин знал с самого начала, что Намджун увидит его насквозь.
— Думаю, это невозможно, верно?
— Я воспользуюсь своим правом хранить молчание.
Обычно Намджун бы отпустил несколько язвительных замечаний, искусно высмеял его или совершенно ушёл от этой ситуации, но он ничего из этого не сделал. Ему почти удалось прозвучать так, словно он понял трусость Чимина. Либо Намджун знал что-то большее, либо своенравничал.