Глава 24: Последний круг
Имя Ричард Керн долго не давало мне покоя. Мы с Эли провели весь вечер в архиве городского управления, копаясь в военных и гражданских записях. Имя всплывало то как координатор проекта «Страж», то как «независимый аналитик» при отделе разведки. В 1956 году — пропал без вести. Ни могилы, ни следов.
— Он был их связующим звеном, — сказала Эли. — Если он исчез, возможно, именно он держал Инициативу вместе.
— Или стал слишком опасен, — добавил я.
Поздно ночью мы добрались до старого дома ветеранов на юге города. Там жил капитан Эдгар Мур, по записям — один из командиров Джонса времён войны. Ему было за восемьдесят, но он встретил нас на удивление бодрым и в ясном уме.
— Простите за поздний визит, капитан Мур, — сказал я, когда он открыл дверь. — Меня зовут Энди Фукс, я частный детектив. Это моя коллега, Эли.
Мур прищурился, оглядел нас с головы до ног и кивнул.
— Вы не из тех, кто приходит просто так, — проговорил он и распахнул дверь шире. — Заходите. Гости нечасто бывают.
Мы вошли в небольшую, аккуратную гостиную. Он усадил нас на старый диван, сам устроился в кожаном кресле, поставив перед собой столик с графином.
— Виски? — предложил он.
— Спасибо, нет, — ответила Эли. — Мы по делу.
— Конечно, — сказал он. — По какому?
— Том Джонс, — произнёс я. — Вы служили вместе.
Мур замер, и в глазах его мелькнуло что-то похожее на боль, смешанную с тревогой.
— Том... — повторил он. — Да, я знал его. Он был... слишком умный для своей формы. Он видел то, что другим не полагалось. Когда мы вернулись, он начал говорить о том, что некоторые из нас не пришли с войны — не физически, а... ментально. Будто они остались там, где мы нашли тот камень. В Европе.
— Камень? — Эли нависла над блокнотом.
— Да. Но это не было артефактом. Это было как зеркало. Или как тест. Оно заставляло тебя видеть то, что ты хотел спрятать. И некоторые... не справлялись.
Он помолчал.
— Я должен вам сказать, — начал я. — Том Джонс исчез. Несколько месяцев назад. Его дом мы нашли пустым. Были следы, улики, но никаких следов насилия.
Мур медленно опустил взгляд, губы дрогнули.
— Том... — повторил он. — Нет, не может быть. Хотя... — он замолчал, потом взглянул на нас с тяжёлым дыханием. — я думаю, Том исчез не потому, что его убрали. Он сам ушёл. Потому что понял: если остаться — он приведёт за собой тех, кто ещё по ту сторону.
— Вы знали про Инициативу Х?
Мур слабо усмехнулся.
— Да, слышал. Но это была не официальная программа, а что-то вроде закрытого клуба. Никто не называл это прямо, но мы знали — некоторые вещи, которые мы пережили, не должны были попасть в отчёты. Считалось, что через нас, через наше поведение и память, изучают влияние... ну, того, с чем мы столкнулись. Память — вот что их интересовало. То, что не стирается. И то, что мы не всегда хотим помнить.
Мы вышли в холодное утро. Эли остановилась на ступенях:
— Значит, исчезновение Джонса — это не бегство. Это жертва. И если он жив... возможно, он ждал, что кто-то соберёт всё воедино.
Я кивнул:
— И теперь мы достаточно близко, чтобы он решился показаться. Вопрос только — где он будет нас ждать.