Куклы. Пробуждение

Маркус

Это всё?

Обратной дороги нет?

Разве я не могу отказаться и оставить всё как есть?

Ещё пару месяцев назад я мечтал о том, чтобы вернуться в собственную шкуру. Хотел как можно быстрее разобраться с проблемой и двигаться дальше. Чувствовать себя спокойнее. Но сейчас, стоя перед ней, прижимая её к своей груди так отчаянно, я не хотел делать этот шаг.

Мы ведь шли к этому. С самого начала мы делали всё возможное, чтобы этот день настал. Я ведь знаю, что всё, что со мной произошло, - это нереально. Я знаю, что у меня останется семья, наконец-то спадёт груз ненависти и боли с отношений с отцом. Мы оба наконец-то сможем выдохнуть и двигаться дальше, как бы больно нам обоим не было держаться на ногах. Но мне до ужаса страшно. Я боюсь выпустить её из объятий и войти в этот кабинет.

Ты забудешь меня...

Вот, что пугало меня больше всего. Я помнил то отчаяние, боль, тоску и страх, которые не давали мне покоя всё то время, пока я пытался вернуть Холи. Пытался напомнить ей, как много мы значим друг для друга. И я не хотел, чтобы ей пришлось пройти через это.

Мэтью вернётся, когда найдёт то, что давно потерял.

И что я нашёл? У меня есть только она. Её маленькое хрупкое тело, отчаянно пытающееся слиться с моим, и её отважная душа, доверившаяся мне с первого взгляда. В чём смысл этой миссии, если я забуду её? Мы никогда не были знакомы, чтобы мне нужно было её вернуть. Тогда зачем всё это было, мам? Зачем я должен был найти её? Чтобы снова потерять?

-Мэтью Гарднер? - до моих ушей донёсся официальный тон мужского голоса, и я повернул голову, не отрываясь от макушки Холи, - я доктор Сэмюэль Конрад, - мужчина протянул руку для рукопожатия, но я лишь оторвал ладонь от спины Холи, не желая отпускать её ни на секунду, и мужчина быстро пожал её.

-Я представляю интересы Американской Психиатрической Ассоциации и буду наблюдать за вашим сеансом.

-Ясно, - сухо произнёс я, и снова уткнулся носом в её мягкие волосы.

-Мы планируем начать через несколько минут, как только мистера Саласа доставят.

Я даже не кивнул в ответ, надеясь, что эти минуты превратятся в вечность.

Заметив Дэнни, стоящего рядом с Кайлой немного в стороне, я посмотрел на него и кивком подозвал к нам.

-Не вздумай сейчас шутить, это именно тот момент, - я послал ему предупреждающий взгляд, и, криво улыбнувшись, Дэнни кивнул, подходя ближе, - ты лучший друг, о котором я и не мечтал. Я бы сказал - брат, которого у меня никогда не было. И я не знаю, как бы я справился со всем этим без тебя. Спасибо, что ты был занозой в заднице, - Дэнни рассмеялся, но я видел в его глазах нечто непривычное - грусть и серьёзность, совершенно не соответствующие его характеру, - но благодаря тебе я не сошёл с ума. И спасибо за то, что был другом ей.

Я почувствовал, как накатывает горькая волна тоски, и, продолжая одной рукой прижимать к себе Холи, другой притянул парня ближе к себе и похлопал по плечу.

-Мне не хватит слов, чтобы выразить то, как я тебе благодарен, - я стискивал челюсти, чтобы унять, дрожащий от накативших эмоций, подбородок. И мне было слишком страшно признаться, что он - ещё один человек, которого я боюсь потерять.

-Это ещё не конец, - упрямо произнёс Дэнни, хлопая меня по спине.

-Обещаешь?

-Ты же знаешь, я ещё та заноза в заднице.

Мы оба горько рассмеялись.

Тихий всхлип привлёк моё внимание, и я обернулся к девушке, всё так же стоящей в стороне, и улыбнулся.

Она зажмурилась и выдавила нечто похожее на улыбку, когда я кивнул ей, чтобы она подошла ближе.

Улыбнувшись более искренне, она выдохнула и, подняв вверх ярко-зелёные от накативших слёз глаза, присоединилась и обняла нас с Холи.

Наша маленькая команда, уже почти ставшая семьёй. Как бы Салас не пытался навредить нам, мы обрели гораздо больше, чем потеряли.

-Позаботься о ней, - я склонился над Кайлой, но говорил достаточно громко, - и сходи уже на чёртово свидание с ним.

Девчонки рассмеялись, всхлипывая, и я вдруг заметил отца, застывшего в начале коридора.

Господи-боже.

Моё сердце сжалось от боли и стыда.

Он действительно весь седой.

Отец стоял, пристально глядя на меня, и в его глазах было столько усталости и тоски.

Как всё могло дойти до такого?

Я чувствовал, что должен ему сказать хоть что-то, о том, как мне жаль, что всё зашло так далеко, но он лишь кивнул и неслышно произнёс:

Всё в порядке.

Я кивнул в ответ и закрыл глаза, обнимая ребят крепче.

Послышался хлопок двери, а затем тяжёлые шаги, и я проследил взглядом в направлении, куда посмотрел отец.

Салас.

Он направлялся к нам в сопровождении ещё одного мужчины, одетого в строгий костюм, и двоих мужчин в форме.

Выглядело так, будто его вели под конвоем, словно заключённого под стражу.

Я встретился с ним взглядом, и ребята отпрянули от меня, тоже поворачиваясь в его сторону.

Он не выглядел победителем. Я ожидал, что он будет выглядеть, как психопат, уверенный в правильности своих поступков до самой смертной казни. Но ничего этого не было. Он казался смиренным и даже измождённым. Окинув меня взглядом, он посмотрел на Холи, всё так же прижимающуюся ко мне, но тоже смотрящую на него. И его взгляд потеплел.

Они смотрели друг на друга так, словно им не нужны были слова, чтобы понять друг друга. И я уверен, что заметил, как Салас кивнул, не отрывая от неё взгляд, а затем отвернулся и направился в кабинет, подготовленный для нас.

Холи зажмурилась и, всхлипнув, повернулась и посмотрела на меня.

-Я люблю тебя, - тихо произнесла, протягивая ладони к моему лицу, - и никого не полюблю так же сильно, как тебя. Пожалуйста, запомни это.

В её ясных глазах мерцали слёзы, и я молил лишь об одном: чтобы, когда я снова посмотрю в эти глаза, в них будет сиять счастье.

-Не отпускай меня. Умоляю, чем бы всё это не закончилось, пообещай, что мы справимся. Что мы снова найдём друг друга. Ты навсегда здесь, - я прижал её маленькую ладошку к своей груди, - даже если я забуду, я всё равно буду любить тебя. Просто позволь мне снова найти тебя.

Она зажмурилась и закивала, прижимаясь к моим губам.

-Обещаешь? - шёпот сливался с поцелуем.

-Обещаю, - снова всхлипнула Холи, обжигая влажными, солёными от слёз губами.

-Мэтью, мы готовы.

А я нет! Чёрт возьми! Я не готов! Мне мало. Мне не хватило!

-Иди, - прошептала Холи и сжала мою ладонь, переплетая пальцы, будто всеми силами пыталась удержать меня на месте, - иди же. Я буду здесь. Мы все будем ждать.

-Я люблю тебя, - я в последний раз обхватил её пухлые щёчки ладонями, желая запомнить ощущение её нежной кожи, и заглянул в любимые глаза с маленькими белыми паутинками.

-Я люблю тебя, - она накрыла мои ладони своими и в последний раз поцеловала, так крепко, что я бы лучше задохнулся, чем позволил ей отстраниться.

Отпуская её и отступая назад, я чувствовал, будто это конец. Словно я сажусь в поезд в направлении места, откуда не возвращаются.

Она не оставит тебя. Просто хоть раз будь сильным. Покончи с этим, и у вас будет всё время мира.

Глядя, как ребята окружают Холи, я сжал ладони в кулаки и решительно отвернулся, вошёл в кабинет, и дверь позади меня с тихим щелчком закрылась.

Последний путь.

Я окинул взглядом небольшой кабинет, который был совсем не похож на кабинет Саласа: он был гораздо меньше и выглядел не таким комфортным, здесь была всего лишь одна кушетка, и стены гораздо темнее, а позади кушетки было маленькое помещение, скрытое за стеклом.

-Я поясню, как пройдёт сеанс, - вступил доктор Конрад, и я медленно перевёл взгляд на него.

-Мы с доктором Дэвисом будем находиться в той комнате, - он указал на стекло, - чтобы не мешать сеансу и не создавать лишних шумов. Но, как только мы заметим, что по отношению к кому-то из вас совершаются насильственные методы - физические или психологические - мы сразу примем меры.

-По отношению к кому-то из нас? - я взглянул на Саласа, стоящего в двух метрах от меня.

-В случае, если ваши эмоции выйдут из-под контроля в процессе диалога, - пояснил доктор Конрад.

Я усмехнулся.

В случае, если я захочу придушить его собственными руками?

-Я не испытываю желания расправы, - я в упор посмотрел в глаза Эдриана, и он сощурился, - я просто хочу покончить с этим как можно скорее.

-Доктор Дэвис будет наблюдать за психо-эмоциональным состоянием доктора Саласа.

Плевать. Давайте уже начнём.

Я молча проследовал к кушетке и лёг на неё, устремив глаза в потолок, в ожидании, когда же все займут свои места.

-Хорошо, в таком случае, мы удаляемся.

Послышались шаги, затем щелчок двери, и в комнате повисла тишина.

Но я знал, что он здесь.

Я продолжал смотреть перед собой, сцепив пальцы в замок и положив ладони на живот. Но его присутствие было ощутимым.

-Почему это делаете вы, а не кто-то другой? - задал вопрос я, не глядя на Саласа.

Послышался скрип ботинок, и я почувствовал, как он сделал пару шагов.

-Потому что только я знаю, что я сделал. И ещё у нас есть эмоциональная связь.

-Почему нельзя просто исправить моё отношение к ситуации? Почему нельзя исправить отношение к отцу?

-Потому что нельзя наслаивать одно внушение на другое. Однажды это может дать обратный эффект. А она просила, чтобы я освободил тебя.

Снова послышались шаги, а затем скрип кресла, в которое видимо опустился Салас.

-Вы сотрёте её, так ведь? - я наконец-то повернул голову и посмотрел ему в глаза, - я её не вспомню.

-Мне придётся стереть воспоминания, связанные со временем, когда ты его ненавидел. Так что, да, - он кивнул, не отводя взгляд, - вероятнее всего.

-Вы когда-нибудь жалели о том, что сделали?

Салас опустил безэмоциональный взгляд, но выглядел довольно мрачным.

-Только однажды, - он помедлил, а затем снова посмотрел на меня, - когда Холи была в моём кабинете в последний раз. Я не снимаю вины с ваших родителей. Даже если это не их вина, я не смогу не винить их в этом. Потому что больше некого. Не осталось никого, кого бы я мог винить в том, во что превратилось моё детство, кроме них.

-И вы не придумали ничего лучше, как вызвать у меня желание обвинить его в том, что моя мать умерла? - я почувствовал, как мои зубы заскрежетали оттого, насколько сильно напряглись мои скулы, - только потому что у меня остался человек, которого можно было обвинить?

-Отчасти, - он коротко кивнул, но выражение лица осталось неизменным. Он не жалел, не испытывал мук совести. Сейчас он выглядел опустошённым, не таким, каким я слышал его на той записи.

-Но Холи кое-что удалось донести до меня. Мой отец поступил эгоистично, когда думал в первую очередь о времени, а не о том, как мы его проживём. Холи готова запомнить лишь мгновения, но оставить их в своей памяти, только чтобы ты был счастлив. Мой отец убил всю мою семью одним своим решением. Но она готова пожертвовать собой ради того, чтобы ты обрёл покой. Несмотря на всё, что я сделал с ней, она не перестала надеяться, что во мне осталось хоть что-то живое.

Он задумчиво уставился в пустую стену.

-Она была храброй, зная, что это я, и всё равно продолжая приходить на сеансы. Она не струсила, не воспользовалась лёгким путём. И несмотря на то, что я сделал, Холи не возненавидела меня. Не жаждет мести.

-Спасибо, - Салас поднял на меня взгляд, - за то, что вы сделали с нами.

Он с непониманием разглядывал меня, будто поехавшим умом был я, а не он.

-Если бы этого не произошло, я бы никогда не встретил её и не узнал, каково это, когда тебя любят настолько сильно, что готовы отпустить. Это невероятно. Надеюсь, и для вас не всё потеряно.

С этими словами я снова повернул голову и уставился в потолок.

-Делайте то, что должны.

-Если бы ты не был так разрушен и не нуждался в её поддержке, ты бы полюбил её? Если бы не был отрезан от мира и не находился с ней в одном доме двадцать четыре на семь? Ты бы обратил на неё внимание?

Этот вопрос застал меня врасплох, и я на мгновение задержал дыхание.

Если бы мы не пережили всё то, что произошло с нами, привлекла бы она меня?

В один момент перед глазами пролетели картинки, словно в обратной перемотке: как она плачет, рассказывая о встрече с моим отцом; как обнимает и успокаивает, когда сердце сжимается от боли; как входит в квартиру с тортом и этими забавными шарами, чтобы порадовать и поддержать меня; как бросается спасать меня, когда на нас напали; как доверяет мне собственную жизнь, мучаясь от боли; как вызволяет нас из западни, проявив смекалку; как готовит первый завтрак на кухне Дэнни для нас обоих, хотя я вёл себя как говнюк; и как впервые решает довериться мне - парню, поймавшему её в тёмном переулке.

-Да, - твёрдо ответил я, не глядя на него, - потому что это она.

И закрыл глаза.

Густая тишина, возникшая между нами, нарушилась металлическим тихим ударом, и размеренное тиканье заполнило пространство.

-Итак, Маркус. Представь место, где ты чувствуешь себя максимально комфортно.

На чертовски тесном тёмно-синем диване.

-Что ты чувствуешь? Как ты ощущаешь пространство вокруг себя?

Мне тепло и спокойно. Её нежное горячее тело, накрытое мягким покрывалом, прижимается ко мне.

-Какие запахи тебя окружают?

Моё лицо утопает в копне волос, пахнущих сладким ароматом вишни.

-Что ты слышишь?

Я люблю тебя. И никого не полюблю так же сильно, как тебя. Пожалуйста, запомни это.

Обещаю.

***

Я открыл глаза.

-Получилось? - спрашиваю я, поворачивая голову к доктору Саласу.

Он выглядит непривычно. Обычно он спокоен и доброжелателен, но сегодня его лицо не выражает ничего.

-Не получилось?

Я накрыл глаза ладонью, испытывая разочарование оттого, что очередная ночь пройдёт в мучениях.

-Над кошмарами нужно продолжить работу, - произнёс доктор Салас, - прогресс есть, но совсем минимальный.

-Ясно, - я поднялся на кушетке и упёрся ногами в пол, - тогда до следующего сеанса?

-Я вынужден прервать наши сеансы, Мэтью.

-Но мы ведь ещё не закончили, - возразил я.

-К сожалению, обстоятельства складываются так, что мне нужно уехать. И я не смогу продолжить работу с тобой.

Я чувствовал себя растерянно.

У нас только-только наметился прогресс, кошмары стали не такими длительными.

-Я уже нашёл для тебя специалиста, который продолжит работу с тобой на прежних условиях. Он свяжется с тобой.

Внезапно позади послышался щелчок дверной ручки, и мы оба обратили внимание на двух мужчин в строгих костюмах, входящих в кабинет.

-Мистер Гарднер, - обратился ко мне невысокий полноватый мужчина средних лет, - меня зовут Сэмюэль Конрад.

Он протянул мне руку, и я, не понимая, что происходит, и почему во время сеанса в кабинет вошли посторонние люди, выглядящие как спецагенты на задании, ответил тем же и пожал его руку.

-Нам нужно обсудить с вами переход к другому специалисту.

Второй мужчина проследовал к доктору Саласу, и тот поднялся из кресла. Оба мужчины двинулись к входной двери, но Эдриан повернулся ко мне лицом, прежде чем выйти за дверь.

-Желаю удачи, Мэтью.

А затем покинул кабинет.

Удачи? Удачи в чём?

-Что происходит? - я перевёл взгляд на подозрительную комнату за стеклом, - вы наблюдали за моим сеансом?

-Мэтью, кое-что произошло, и нам необходимо обсудить это. Твой отец ждёт тебя за дверью. Пойдём.

Отец? Что здесь делает отец? Как он узнал, что я хожу к психиатру?

Доктор Конрад открыл дверь, и тихие голоса проникли в кабинет из коридора.

Всё ещё не понимая, что происходит, я последовал за ним и вышел из кабинета.

Поворачивая направо, я краем глаза увидел среди сидящих в креслах у стены посетителей знакомый силуэт.

-Картен? - я задержал взгляд на парне в ярко-фиолетовой толстовке и с высветленными волосами и немного отстал от Конрада.

Он и ещё две девушки, сидящие рядом с ним, поднялись из кресел.

-Мэтью, - парень подошёл ближе, глядя на меня как-то неспокойно, и протянул руку.

Я пожал его руку в ответ.

-Ты тоже посещаешь психотерапевта? - я удивлённо уставился на парня, озадаченный его появлением здесь.

Дэнни Картен был моим сокурсником, но мы редко общались. В основном по рабочим моментам. Но он вроде неплохой и довольно жизнерадостный парень. Трудно было представить, что ему требуется помощь психотерапевта.

-Я пришёл поддержать... - он оглянулся за спину и посмотрел на белокурую девушку, стоящую позади него и смотрящую прямо на меня, - подругу. Пришёл поддержать подругу.

Девчонка выглядела напуганной. Или растерянной. Или расстроенной? Я не мог понять, потому что видел только её огромные необычайно красивые голубые глаза, смотрящие на меня из-за плеча Дэнни.

-Ясно, - я кивнул, понимая, что глазею на неё, и отвёл взгляд, - ну, увидимся на лекциях.

-Да, - растерянно кивнул Дэнни, - увидимся.

Повернувшись в направлении коридора, я намеревался догнать Конрада, но замер.

Седовласый мужчина, с надеждой смотрящий на меня, заставил моё тело окаменеть от ужаса. Его лицо было таким родным, и в то же время я не узнавал этого человека.

-Мэтью, - сдавленно произнёс мужчина, делая шаг навстречу, и моё сердце пропустило удар.

-Пап? - я смотрел в его голубые глаза, прикрытые опущенными веками, будто он работал трое суток без перерыва, и не понимал, что происходит.

-Сынок, - его подбородок задрожал, и он поджал губы, - Мэтью, это ты?

-Пап, что с тобой произошло? - я растерянно разглядывал его вмиг поседевшие волосы, и не мог сделать ни шага, в то время как он с осторожностью подходил ко мне ближе, будто я опасное животное, которое в любой момент может броситься на него.

-Мэтью, родной, - отец обхватил мои плечи руками и прижал к себе, словно мы не виделись вечность.

Не понимая, в чём причина того, что он так растрогался, я лишь обнял его в ответ и погладил по спине.

-Неужели ты вернулся.

-Пап, что происходит?

-Мэтью, - вмешался доктор Конрад, и я перевёл на него взгляд, - произошёл ряд событий, которые очень сильно повлияли на тебя. Поэтому, чтобы помочь тебе принять то, что с тобой произошло, нам лучше пройти в кабинет, где нам никто не будет мешать, и попытаться во всём разобраться.

-Разобраться?

-Мэтью, - вздохнул мужчина, - ты некоторое время находился вне своего сознания, и с тобой произошло много всего. Поэтому, чтобы мы могли всё тебе объяснить, давайте все вместе пройдём в мой кабинет.

Вне своего сознания?

Отец ободряюще похлопал меня по спине.

-Пойдём, Мэтью. Нужно многое обсудить.

Я послушно последовал за отцом, но какой-то странный импульс заставил меня обернуться назад.

Та девушка, с белокурыми волосами, всё так же стояла посреди холла и смотрела на меня. Даже с этого расстояния я видел, как в её глазах мерцают слёзы.

Кто она такая? Эти глаза кажутся такими знакомыми. Но я ни разу не встречал её.

-Мэтью, нам сюда, - голос доктора Конрада заставил обратить внимание на него, и я потерял девушку из виду, когда повернул в сторону его кабинета.

Странное желание успокоить её застряло в груди.

_________________________________

История Маркуса завершена 😔
Что конкретно сделал с ним Салас нам неизвестно. Как неизвестно и самому Мэтью.

Но, кажется, у нас всё же есть надежда, что эти ребята снова найдут друг друга 😏

✍🏼 ⭐️🫶🏼