XXIV
Она сидела под серым куполом надежд, разбитых облаков и молчащих трав в кресло качалке, притянув колени к груди, обхватив их руками и скрыв пол лица в шерстяном колючем свитере. Она как-будто подсела на раскрывание убийств с ним, это действует как наркотик. С каждым разом хочется все еще и еще, а потом ты не можешь остановиться, и вот, ты полностью в их власти.
Сидя в кресло качалке на кухне, она не отрываясь смотрела на окно над сталешницой, через которое он всегда попадал в дом. Она ждет тихих шагов, скрип ставни, холодный ветер который ворвется в квартиру с улицы вместе с ним, с ее наркотиком. Казалось, именно в этот момент Герман Хофман просто обязан появиться, нагло взять ее любимую кружку, заварить себе зеленого чаю и с самым невозмутимым выражением лица заявить, что им предстоит раскрыть один подозрительный случай.
Но его все не было.
Сглотнув неприятный ком в горле, она встала и подошла к окну, слушая быстрое биение собственного сердца. Он должен появиться прямо сейчас. В эту секунду. Ком все сильнее сдавливал горло, и вот она уже стоит в коридоре, в своем пальто, с кое-как намотанным шарфом, пытается открыть дверь, поворачивая защелку не в ту сторону.
Когда люди волнуются, они кусают ногти, мнут край кофты или другую часть одежды, наматывать прядь волос на палец, постоянно поправляют что-нибудь, стучат пальцами по какой-нибудь поверхности, Петти вертела в руках ключи от квартиры, пока ноги несли ее по направлению к его дому. Она редко видела Германа, не считая конечно тех моментов, когда они работали над делом. Он не с кем не общался, единственное, что могли сказать о нем жители Фарго - не людимый социопат, который дружит с какой-то медсестрой из больницы на Арт-стрит.
Хотя, вряд ли это можно назвать дружбой. Она даже не знает, что он делает в свободное от лекций и раскрывания убийств время.
Как всегда, не большой мрачный дом профессора литературы вызвал лишь одно желание - быстро пройти мимо.
Он был полностью закрыт. Двери, окна, двор, все было заперто, звонок не работал. Тихо задувал ветер, под ее обувью скрипел пол старой веранды. Машина находилась не далеко от дома, стояла мертвая тишина, разбавляемая тихим шумом города. Все было как обычно, только Германа не было. Серое небо давило, скрип сухих досок разъедал мозг, голова кружилась и становилась свинцовой от проезжающих машин и голых веток, которые царапали окна. Словно она провалилась в огромную бочку с патакой, кричит изо всех сил, захлебывается в слезах и сладкой жидкости, но не может сдвинуться с места.
Ей удалось глотнуть воздуха, когда она услышала звонок телефона. Она все еще стояла около двери его дома, все еще может двигаться и дышать. Последний раз панические атаки были у нее в той морозилке, где она чуть не умерла. Снова. На не большом экране старого смартфона высвечивалось имя сестры, Петти ждала пока она перестанет звонить, но за первым звонком начался второй, затем третий.
- Алло, - когда Уилкинс услышала свой равнодушный голос, резко развернулась и направилась к парку, подальше от этого дома.
- Не отвлекаю? - Петти прислушалась, улавливая странные звуки, будто кто-то пишет на бумаге со скоростью света.
- Нет, просто телефон долго не могла найти, - снова она крутит ключи в руках, пытаясь успокоиться.
- Петти, все хорошо?
- Да, - хмыкнув, она убавила шаг.
- Точно? Мне кажется, я слышу звон ключей, которые ты вертишь в руках, когда волнуешься.
- Я просто подхожу к дому. Ты зачем звонила?
- Да, точно. Надеюсь, ты свободна завтра вечером, потому что я хочу познакомить тебя с одним человеком.
- Мы же обсуждали это, Элис. Мы лезим в личную жизнь друг друга, только если нам по тридцать и мы одинокие страшные девки с пятью кошками, - девушка вздохнула и посмотрела на маленький ларек через дорогу.
- А кто сказал, что речь идет о твоей личной жизни? Я хочу познакомить тебя с моим новым парнем. Хочу услышать твое мнение, прежде чем везти его к родителям.
- Все настолько серьезно? - удивленно спросила она, роясь в сумке в поисках кошелька.
- Да, и будет здорово, если вы поладите. Так что завтра вечером мы в троем идем в ресторан, будь готова, пожалуйста.
- Хорошо, скажешь тогда... - гудки в телефоне не дали Петти договорить.
Герман пропал, Элис хочет познакомить ее с каким-то парнем, ей не хватает денег на булочку с корицей.
Жизнь странная.
***
- Ты думаешь, стоит захотеть, и ты бросишь, но это как сон. А сон нельзя остановить. Он продолжается вопреки твоей воле. И вдруг ты понимаешь, что ты бессилен.
- Я думаю, вам стоит перестать цитировать главного героя фильма "дневник баскетболиста".
- На самом деле фильм снят плохо, я смотрел только из-за Ди Каприо.
- Так вот, что вас интересует помимо убийств - фильмы.
- И Ди Каприо тоже.
- Вы кстати так и не сказали, куда и зачем мы направляемся, мистер Хофман, - парень засунул руки в карманы и выдохнул изо рта пар.
- Я расскажу позже, а сейчас нам нужно зайти в аптеку, - мужчина резко свернул за угол, поэтому Карлу пришлось догонять его.
- И зачем нам туда? Если вам нужны лекарства, могли бы посоветоваться с Петти, она же медсестра, - ответа он не услышал, просто принял из рук Германа аккуратно сложенный лист бумаги.
- Морфин, диаморфин, циклозин, кодеин, темазепан, нитразепам, фенобарбитал, метадон, налбуфин, петидин, хлорметиазол... - я не спец, но мне кажется, такой большой список вы составили не из-за сильной болезни.
- Из тебя бы получился прекрасный детектив, Карл Терри, - мужчина все еще не обращал на него внимания, разглядывая улицу перед собой.
- Если вы собираетесь все это принимать, я буду вынужден позвонить Петти, вы же знаете, - Карл просмотрел список от начала до конца и снова взглянул на Германа.
- Я работаю над делом, в котором замешаны наркоманы, это может быть очень опасно для мисс Уилкинс.
- Бросьте, даже я в это не поверю. Вы обещали ей два раза, что с ней все будет в порядке и не сдержали слова. Она чуть не умерла из-за вас. Дважды. С чего это вы решили на этот раз оставить ее в покое?
Герман что-то ответил, но его слова заглушил звонок, который раздался на всю аптеку когда он открыл дверь. Она же хлопнула прямо перед злющими карими глазами Карла. Оставляя на белоснежном кафельном полу грязь с ботинок, оба прошли к кассе, за которой стояли две молодые девушки. Шушукаясь между собой, они на услышали звонка, но Германа заметили почти сразу.
- Добрый день, - одна из них, с небрежно уложенными светлыми волосами высунулась из-за прилавка первой, дружелюбно улыбнувшись.
Веселье медленно исчезло с ее круглого личика, когда она посмотрела в леденящие глаза, от которых кровь стыла в артериях. Хофман небрежно бросил на кассу список, и засунув руки в глубокие карманы черного пальто начал расхаживать вдоль стеклянных шкафчиков с медикаментами.
Другая же быстро схватила лист и пробежавшись взглядом по названию лекарств, недоверчиво посмотрела в сторону Германа, затем на Карла. Блондинка заглянула в листок и нахмурилась.
- Лили, ты иди в подсобку, я за упаковкой, - скомандовала она и упархнула в глубь здания.
На сборы лекарств и их упаковку ушло примерно тридцать минут, которые Карл и Герман провели на жестких сиденьях около автомата с водой, слушая не скончаемую болтовню девушек. Запах медикаментов пропитал одежду, волосы и может быть немного душу парня, поэтому желание вдохнуть свежего воздуха с каждой секундой росло все больше и больше.
- А ты не знаешь, он доктор? - прикусив губу спросила одна из девушек, наклонившись над кассой.
- Нет, просто наркоман, - фыркнул он и направился к выходу.