Заглянуть внутрь

Рейла проснулась в одежде на кровати, приняла ванную. Переоделась в свободную кофту и шорты. Тело продолжало болеть, но одарённая игнорировала боль. В голове было пусто. Внутри тихо. Удивительно, устрашающи тихо. Тревога затаилась. Мысли спрятались. Паника ждёт момента для выхода. Каждым движением Рейла старалась сохранять секретность своего прибывания. Боялась? Да. У неё щемило сердце от воспоминаний о плачущей мамы. Сделав глубокий вдох, она шагнула в столовую, где завтракала семья. Первый мгновения всегда страшны, но потом легче. Ведь так?

У всех присутствующих на лицах выступило что-то сильнее, чем удивление, но слабее, чем шок. Рейла бегала взглядом от одного к другому. Хотелось перевести все в шутку, рассмешить их. Как обычно умел делать Трой. Хотелось успокоить и уверить, что все хорошо, как обычно умел делать Эрар. Но она не такая, как братья.

— Я дома, — Рейла нарушила тишину первой, неловко улыбаясь.

Волнение не уходило.

— Рейла! — первой вскочила со стула мадам Хальд и подбежала к дочери, крепко ту обняв. — Боже, ты дома! С тобой что было? Где ты была? Я такого надумала, пока тебя не было! Мы все так волновались!

И снова тот дрожащий голос.

— Прости, — игнорируя ком в горле, только и ответила она.

Руки потянулись ответить крепкому материнскому объятью. Глаза опущены вниз, как у провинившегося ребёнка, каким и чувствовал себя Рейла.

— Блудная дочь вернулась, — Фам был более спокойным, чем остальные.

Рейла невольно улыбнулась его настроению. Хотела она испытывать тоже, что и он.

— Как и обещала, — добавил Трой с облегчением.

— Я же говорил, что все будет хорошо. — Эрар сделал глоток кофе со спокойным лицом.

— Дорогая, может расскажешь, что произошло? — голос отца звучал тепло.

И Рейла не могла заставить себя поднять глаза. Если посмотрит на родителей, то захочет убежать.

— Я просто встретила парня, — Рейла старалась спокойно и правдоподобно рассказать подготовленную заранее историю. Придать голосу подходящих эмоций, как и мимики лица, языку тела. Почему притворство давалось сложнее обычного? — И потеряла голову.

С одной стороны, это было правдой. Просто вырванной из контекста. Поданной под другим углом с утаением более яркой стороны. Та часть, которую можно было понять по-разному. Она встретила парня. Убийцу. И она потеряла голову. Но не от влюблённости, о которой можно было бы подумать. А от собственных желаний и стремления к их исполнению.

— Кто бы подумал, что такое возможно! — рассмеялся Фам.

Да, правда, кто бы подумал? Рассудительная Рейла потеряла голову из-за парня.

— Просто, это сложно объяснить.

— Дорогая, — мадам Хальд выдохнула с облегчением.

Первая влюблённость и первое разбитое сердце было лучшим из исходов, которые вырисовывала у себя в голове обеспокоенная мать.

***

Рейла испугалась, когда получила сообщения от Андена. Она не знала, что ответить. Хотела проигнорировать, но понимала, что это не выход.

Эрар ушёл на работу с отцом. Мадам Хальд хотела остаться с дочерью, отменив все планы на день, но Рейла отговорила её. Уверив, что не собирается больше пропадать. Младший из братьев ушёл, сказав только, что у него планы. Трой же остался дома с Рейлой. Они вместе сидели и смотрели телевизор. Ей не хотелось быть одной. Но и с близкими она не чувствовала себя хорошо. И её состояние было заметно.

Брат заварил ароматный чай и принёс печенье из тайника на верхней полке в шкафу на кухне. Подобрал самый мягкий плед и уселся рядом. Щёлкая по пульту, он перебирал каналы в поисках чего-то интересного.

— Постой, верни канал, — попросила Рейла.

И Трой послушно включил канал, по которому показывали новости. Репортаж об убийстве детектива. Рейла сразу же узнала девушку с фотографии. Кастиша Стейлия, с которой познакомилась у дверей университета. Которую убил Анден на глазах у неё. Рейла узнала из репортажа, что из-за митингов не хватало полицейских, поэтому детектив участвовала в операции, связанной с перестрелкой бандитов. Она с коллегами выслеживала наркоторговцев. Потом предположительно погналась за беглецом, которого загнала в угол, и которым была убита. Преступник смог скрыться. Они винят одного из наркокартеля. Но не того маньяка, которого преследовала она. Не того обычного на первый взгляд юношу, каким казался Анден. Казался. А какой казалась она? И кем являлась на самом деле?

Трой переключил канал. Они смотрели корейские комедии, которые нравились Фаму обычно. А сам Трой любил боевики, а у Рейлы не было предпочтений в фильмах. А в чем у неё были предпочтения? Была ли у неё жизнь? Или стремление к идеалу затмила собой все?

Плавать. Нравилось и до сих пор нравится. В одежде свободного кроя легче она чувствовала себя, чем в костюмах. Старалась быть идеальной. Для кого? Себя? А может близких? Но зачем? Почему так необходимо быть идеальной?

— С каждым днём ситуация накаляется сильнее. Я слышал, что сегодня на площади снова намечается «собрание», — голос брата звучал менее живо и энергично, чем обычно.

— Почему они продолжают собираться? — Рейла бездумно пялилась на экран.

— Из-за того, что одни равнее прочих, — Трой бросил в невзначай. — Но это ведь тупость! Им бы протестовать против реальных проблем. Хотя нет, лучше думать о решении. Не удивлюсь, что один из них и является убийцей, которого все ищут.

— А может это просто какой-то сумасшедший, который и не ходит на митинги?

— Поражаюсь. Что вообще в головах у людей? — Трой сделал глоток чая и поморщился. — Давай поговорим лучше о другом.

— И о чем?

— Не знаю, — Трой подсел ближе. — О твоём парне я не хочу сплетничать, как и о подружке Фама.

— Подружка Фама? — удивилась Рейла, пропустив слова про «своего» парня.

И как такое прошло мимо! А как такое не могло пройти мимо? А что она могла рассказать о Трое или Эраре? О Эрзе, Грее или Ло? Она не только себя не знала, но и близких. Как так вышло?

— Да, но это не интересно. Можем обсудить прошедшие игры у нас или мой первый официальный полет с правами! Или наш предстоящий полет на острова! Я так рад, что мы не отправимся в какую-то европейскую глухомань ради тысячи экскурсий. А Эрар как этому рад!

Трой рассмеялся. И Рейла улыбнулась. Но улыбка получилась вымученной. И хорошо, что Трой не заметил этого. Вновь стал бы волноваться, чего не хотела Рейла. Опустив голову на плечо брата, она прикрыла глаза. Зачем ей туда идти?

— Расскажи о полёте. Какого это летать?

— Для меня быть в небе тоже, что и для тебя быть в воде. Есть свои трудности, конечно, но думаю и у русалок есть что-то подобное. И вот только почему на полёты нужны права, а на плаванье нет? По-моему, не честно, что мы мучаемся на экзаменах, а ты нет.

— Какие трудности? — уголки губ слегка приподнялись недовольству брата, но она спросила о другом.

— Ну сильные порывы ветра, облачность, птицы или квадрокоптеры. Боже, как же меня бесят люди с этими штуками! Они же видят внизу, что мы летим, но им все равно нужно ближе подпустить свою игрушку к нам! Она может повредить крылья, нарушить полет и все, конец! Путь дальнейший только вниз! Порой просто хочется взять на лету и сломать!.. Прости, просто они и правда меня раздражают.

— Я могу столкнуться только с лодками и кораблями в воде или другими плавающими, — тихо ответила Рейла, открыв глаза.

— Ты их разве не видишь?

— Вижу, а поэтому не сталкиваюсь. Ещё есть опасность в составе воды. Я же пресноводная, от морской воды у меня раздражение.

— Да, я помню. — Трой улыбнулась, а потом и вовсе рассмеялся.

Сквозь смех, он поделился причиной радости:

— Я помню, как мы были на море, когда были маленькими и ты целый день купалась. А потом была вся красная, словно обгорела!

— У меня ужасно все тогда болело! — Рейла пихнула брата в бок, но тот не перестал смеяться.

Рейла помнила тот случай. Вспоминая его, чувствовала себя невероятно глупой. Но смеющийся рядом брат помог отвлечься от причинения дискомфорта прошлым. Но разве дети не имеют право ошибаться? Да и взрослые тоже. И даже одарённые.

— Мне вспомнить, как ты ел песок? — вопрос Рейлы унял смех Троя.

— Эй! В свою защиту скажу, что он был кинетический! И синего цвета! А мне было семь! Кто же знал, что он не со вкусом бабл-гама!

— Я промолчу, — Рейла посмотрела снисходительно на брата.

— Да ты бы сама не отказалась от него, предложи я тебе! — защищался Трой, рассмешив Рейлу.

Незачем ей идти. Она там не нужна.

Досмотрев фильм, Рейла пошла в свою комнату, сказав, что хочет побыть одна. Предварительно выкрав из маминой аптечки снотворное, Рейла прикрыла за собой дверь. Оставаться одной не хотелось. И быть с кем-то рядом тоже. С одной стороны, в ней бурлила энергия, с другой, она была слаба. Сон не приходил. Но он был необходим. Успокоиться.

Запив несколько таблеток водой, Рейла легла в кровать, свернувшись так, чтобы занять меньше места на кровати. И спустя несколько минут провалилась в темноту.

***

Дни проходили плавно мимо Рейлы. Просыпалась после обеда, ложилась с рассветом, старалась меньше попадаться на глаза членам семьи, друзьям коротко отвечала на смс. В одни дни ела, заглатывала еду почти без перерывов, в другие корила себя и наказывала голодом. Сталась заняться полезным делом. Любым. Составляла списки. Но не в каждый из дней она могла перебороть слабость в руках.

Рейла вспомнила о Кастише, чьё лицо с вопрошающим выражением не преставало преследовать. Она винила себя не меньше, чем Андена. А может и больше? Что от Андена требовать то? Он псих, а она нет. У неё всегда была трезва мыслящая голова на плечах. Самая взрослая среди сверстников. Самая умная, способная...

Выяснить, где проходила похоронная процессия, не составило сильного труда. Появился порыв пойти на могилу. Но зачем? Думала, что должна. Так ли? Могла ли она предотвратить её смерть? Смерти других? Да. Но почему продолжала стоять в стороне? Потому что собственные желание важнее жизней других? Думает ли она так сейчас?

Можно было остаться дома. Может даже и следовало.

Но все же, собравшись, Рейла пошла на кладбище, но старалась держаться в стороне. Видела предполагаемых членов семьи, друзей, коллег Кастиши. Все мрачные в тёмных одеждах. Редко на похоронах увидишь веселье праздника.

Тревожные мысли, преследующие каждого преступника, не отпускали. Маячили где-то на заднем фоне, не сильно доставая. Рейла считала их иррациональными. Почему её должны были подозревать? Никто не думал, что она преступница. Ей не следует бояться. Но что бы она не говорила, от чувств сложно избавиться. Легко стать подконтрольной ими.

Другая картина неожиданно всплыла в голове. А если бы её семья была на похоронах? Если бы первая пересадка ядра убила бы её? Или вторая? Третья? Она была бы мертва. Не хотелось же ей этого, да? Смерти или страданий близких? Правильным ответом было и то, и другого. Но на языке, в голове было иное.

Порой смерть казалась выходом. И когда ей было больно, и когда нет. С холодной головой легче думать о том, чтобы все закончить. Все прекратиться, затихнет. Она перестанет закидывать потерявшую вкус еду в себя. Перестанет безучастно сидеть в кругу близких. Перестанет видеть их радость, когда ей самой все равно в лучшем случаи, в худшем она готова расплакаться.

А если и покончить со всем, то как? Рейла думала и об этом. На уме было три варианта. Прыгнуть с моста и закончить существование в своей стихии. Наесться таблеток, завернувшись в одеяло на кровати и уснуть. Пустить лезвием кровь в ванной.

Порой и не было мыслей, которые были бы против. Только лишь семья.

Рейла развернулась и хотела уйти, но столкнулась с кем-то.

— Извините, — Рейла подняла глаза на того, кого уже видела. Хоть и мимолётно.

Сердце, словно пропустило удар. Второй. А затем и третий. Только почему она не умерла?

— Я вас уже видел... — произнёс мужчина, прищурившись, вспоминая.

Хорошая память. Он её может раскрыть! Молнией сверкнула мысль, облитая страхом. Паникой. Узнает в её глазах, что она причастна к смерти Кастиши. Прочтет все содеянное на лице. Увидит смытую кровь на руках.

Нет, это глупость!

— Да, у университета, простите, я не знаю, зачем пришла. — Рейла сохраняла внешне спокойствие, пока внутри все сжималось.

— Вам не за что извиняться, вы ничего плохого не сделали, — он улыбнулся через силу, приподняв лишь немного уголки рта.

«Нет, сделала», — подумала Рейла, но промолчала.

— Извините, мне нужно идти.

— Да, конечно. — Рейла пропустила детектива. — Знаете, справедливость всегда найдёт путь, — добавила в спину ему, то ли подбадривая собеседника, то ли в предупреждение себе.

Детектив горько усмехнулся.

— Хотелось бы верить в это. — Чёрные глаза посмотрели прямо на неё, насильно залезая в душу. — Это совершил тот убийца одарённых. Кастиша подобралась ближе, чем я, поэтому он её и убил. Разрешает бежать за собой, но не догонять. Вы же одарённая, да? Будьте аккуратнее на улице, хорошо?

— Да, хорошо.

И он ушёл.

Рейла развернулась, зашагала. Она не хотела этого. Не хотела. Но если это так, то почему раньше не остановилась? Ускорив шаги, обогнув угол высотного дома, одарённая перешла на бег, с трудом дыша. Но как быстро не передвигаясь, можно ли убежать? Нет. Хотелось запустить ядро, прыгнуть в воду и уплыть. Но она не могла.

Рейла бежала, запустив превращение. Дыша глубоко, словно чувствуя огонь, она отдавалась ядру. Боль смещения и ломания костей была знакома. Она не остановилась. Должна была, но не хотела. Слезы выступили из глаз. От боли? Или не только от нее. Кожа в некоторых местах погрубела, а в других стала мягче, податливее. Там, где из-под неё выступили кости. Глаза не от слез защипало. Рейла перешла на шаг, почувствовав, как из спины прорастают кости. Они упираются в чёрное платье. Крылья ли это? То, чего она так хотела?

Рейла забежала в закоулок, подальше от глаз любопытных прохожих. Как обезумев, осмотревшись, поняла, что одна. Сняла верхнюю часть платья, думая о том, что нужно было надеть другую одежду. Но в какой было бы более удобно с крыльями? Такую создают, конечно, но у неё в гардеробе подобной не было. Ведь крыльев у неё и никогда и не было. Только хвост. Но теперь у неё другое ядро.

С трудом порвав плотную ткань платья на спине, сделав прорези для отростков, она его надела обратно. С пяти лет с каждым новым превращением она привыкала к боли. К срастанию костей, вытягиванию хрящей, разрыву кожи.

Кости разорвали кожу, вырвавшись наружу. Постепенно отростки увеличивались в размерах, на них удлинялись хрящи и кожа. Она все верно поняла. Это крылья. Её крылья. Украденные у того демона.

С повёрнутой на девяносто градусов головой, Рейла видела крылья. Свои крылья. Вытянутые кости были обтянуты бледной кожей. Перьев, как у ангелов или птиц не было. Необъяснимого мистического свечения тоже. Они казались тонкими, слабыми. Смогут ли они выдержать ветер в небе? Смогут ли они её поднять? Крылья отца и братьев были более грубыми, более сильными, более плотными и яркими. А её другие. Ничего прекрасного, вызывающего трепет не оказалось внутри. И то счастье, которое она представляла от получение крыльев, не затронуло душу. Лишь принятие. И пустота.

Одарённая попыталась пошевелить крыльями. Те дрогнули по её желанию, а сама Рейла испустила нервный смешок. И ещё один, но тише. На удивление крыльями было легко шевелить, как руками и пальцами на них. Как хвостом, которым, когда-то та обладала. Рейла взмахнула крыльями. Чувствуя их, как собственные руки. Как часть тела, которыми они и являлись.

Родившись с ядром русалки, Рейла не могла познать мир полётов. На собственных крыльях, а не при помощи каких-либо летательных аппаратах. В воде чувствовала себя, так же уверенно, как и на земле. Когда многие боялись, она же, словно возвращалась домой. И почему ей этого не хватало? Неважно!

Сейчас она могла взлететь! Сердце бешено забилось, словно в предвкушении. Только как? Рейла могла похвастаться в кое-каком знании теории, взятой из интернета. Разговор с Троем мало что прояснил. Ей стоит следить за ветром и облаками, птицами и дронами. Так же поддерживать ритм взмахов крыльев. Логичным вариантом было бы взять пару уроков у воздушных одарённых. Или хватит просмотра нескольких видео из интернета? Но Рейла не желала тратить время. У неё, наконец-то, появились крылья. И теперь она не в силах терпеть.

Она шла тесными переулками, тихими улочками, окружив себя со всех сторон разрисованными стенами домов. Наличие крыльев, рогов или хвоста не было чем-то необычным, но внимание привлекало. Особенно в нынешней ситуации.

Рейла решила подняться на крышу дома. Невысокого. И когда стемнеет она прыгнет. С каждым новым шагом ритм сердца ускорялся. И полетит, разумеется. Дыхание от волнения сбивалось. Поднимет лицо к небу, рассматривая облака и птиц. Так и будет! В предвкушение, надеясь, что крылья достаточно сильные для недлительного полёта. Ладони вспотели.

Когда у неё был хвост, одарённая его тренировала постоянным плаваньем. И ноги были закалёнными бегом. А крылья только появились.

«Волнение нормально в данной ситуации», — считала Рейла, дыша глубже.

Расхаживая меж бедными домами, рассматривая стены, с которых слезала потихоньку краска. Маленькие трещинки, которые в будущем могли привести к большим проблемам, никого не напрягали. Никто не собирался ничего с этим делать. Никто не видел в этом беды. Все начинается с маленького и незначительного. И как ком из мокрого снега, нарастал, увеличивался в размерах. Из маленького снежка получался холодный валун, способный своей тяжестью убить. И так было не только со снежками или трещинками. Но и мыслями, и чувствами, которые ближе к человеку, чем снег летом. Чем трещинки стен дома на улице. Когда и где бы человек не оказался, все что внутри него, остаётся с ним, даже если он старательно это игнорирует.

Рейла, съедаемая тревогой, зашла в невысокий жилой дом, выход на крышу которого был закрыт. Неудача преследовала и на второй попытке. Девушка уже начинала думать, а не знак ли это. Может ни к чему хорошему её затея не приведёт? Это говорило волнение в загруженной мыслями голове. Рейла не верила в знаки судьбы. В саму судьбу. Есть только разные действия, их последствия. И то, как они влияют на людей, на их жизни.

Но Рейла шагала уверенно. Или так выглядело со стороны. Дрожь пальцев не заметна, ведь они плотно сжаты в кулаки. Глубоко дыша, она успокаивалась. Внутри следующего дома, на последнем этаже на двери весел замок. Он был не защёлкнут. Чья-то невнимательность. Сняв замок, Рейла открыла дверь, ведущую на крышу. Не забывая про осторожность, прикрыла за собой дверь, замок положив рядом. Осталось подождать, когда стемнеет. А что пока?

Присев на холодный камень, Рейла притянула колени к подбородку. С крыльями было трудно удобно расположиться. Они упирались в бетон, причиняя дискомфорт. И поэтому пришлось подняться. А может нужно было убрать крылья? И выехать загород? В городе её могут поймать. Прав у неё не было. Полиция могла поймать. Но и в принципе возможности летать для других у неё не было. Она просто упадёт вниз. Не сможет. Не поднимется вверх. Не вылезет из воды. Утонет в своей никчёмности. Слабости, глупости, излишней тревожности.

К ней прилетели и приземлились на крышу спутники, решившие скрасить её одиночество. Несколько чаек, в клюве одной из которых какой-то пакет, да и галки две. Чайка с добычей приземлившись, уронила пакет, к ней подбежала галка. Все птицы начали группироваться у пакета с желаемым лакомством.

Рейла безучастно смотрела, слегка отвлёкшись.

Из пакета в пылу битвы упал заплесневелый кусок хлеба. Блестящие глаза голодных птиц горели желание. Галки и чайки, каждая хотела откусить, заполнить пустоту внутри. Бойцы поднимались вверх, потом опускались обратно. Прилетели и голуби.

Рейле следовало бы прогнать шумных соседей, но она не стала.

Одна, более наглая, а может голодная чайка отвоевала у своих сородичей хлеб, но проиграв галке, улетела. Но и победитель остался без еды, самый смелый голубь выхватил не маленький кусок и улетел, а за ним все остальные птицы.

И тогда Рейла все же встала. Начала мерить крышу шагами, чтобы убить время, которым могла воспользоваться, чтобы услышать. Кого? Себя? И чего же она хотела? В ответ тишина. И даже «летать» не звучало в голове с прежней уверенностью. Посмотрев на край крыше, взглядом коснулась домов. И широкого полотна неба. Среди гигантов, ворующих обзор, насладиться им было трудно. И также нелегко было увидеть его полностью. Мало было поднять лицо.

Она хотела быть идеальной. Хотела быть, как братья. Точнее, как старший брат. Эрар. Гордость семьи. Отличник. Рассудительный юноша. Во всех начинаниях преуспевает. Всегда знает, какие слова подобрать. Как поступить, чтобы не допустить ошибки. Да ему не знакомо такое понятие, как ошибка! И он дракон. Почему Рейла так хотела быть, как он? Думала, что родители любят его сильнее, чем её? Бред. Или может она чувствовала давление? Не было и такого. А может она ему завидовала? Может проблема исходила изнутри, а не снаружи. И это только было предлогом? Коснуться неба? Ведь ей нравилось плавать.

Подражать брату. Испытывая стресс. Учиться до измождения. До крови из носа и поднятия температуры. Бежать так быстро, как только может тело. И ещё быстрее. И не важно, что воздуха не хватает. Что все лёгкие горят, как у заядлого курильщика. И неважно, что мышцы, словно заливает горячим свинцом. Не позволять себе веселье, причисляя его к глупости. Взрослый в Рейле говорил, чтобы та не участвовала в приключениях Грея, но ребёнок, которого никто не слышал, кричал о желании присоединиться. Желании порой прогулять урок из-за плохого настроения. Или съесть больше сладкого, чем обычно. Или немного поплакать. Глупо танцевать под музыку при хорошем настроение. Или подпевать песням, не думая, как звучит со стороны голос. По сто раз не думать перед тем, как поднять руку и ответить. Но нет. Стараться. И стараться. Выжимать из себя все, до последней капли. А потом, перед сном думать о том, что все ещё до сих пор не идеально. Тревожиться из-за того, что кое-что не доделал или сделал не так, как, считаешь, необходимым. Не видеть чёткой картины своего будущего. Не знать, кого видишь в зеркале. Само незнание уже ужасно.

Почему? Кто внушил ей эти мысли? Разговоры с Эраром, которые она старалась избегать, ожидая очередного укора. Случайно брошенные фразы, которые не призваны обидеть? Не слишком ли она ранима? А может слишком бездельная? Желает убежать от работы и ответственности? Она недостаточно старается? А что, если да?

Когда стемнело, одарённая приготовилась. По телу разлилась жгучая энергия. Уже приятная. Трепет от предвкушения. Радостное возбуждение. Хотелось прыгать или бежать, чтобы её выплеснуть, но Рейла подготавливала себя. Один прыжок. И потом она взлетает.

«Крылья должны выдержать. С каждой пересадкой ядро раскрывалось с новой силой.» — успокаивала себя одарённая, прижавшись спиной вплотную к стене. Чувствуя крыльями холодный камень. Никак не решаясь побежать.

— Первый шаг всегда страшен. Главное решиться его сделать.

Она побежала. И у самого края взмахивая крыльями, подражая птицам. Движения пернатых она изучала, смотрела за ними, запоминала. И теперь повторяет. Может видео из интернета были бы полезнее, но об этом Рейла подумала только падая с крыши. И взмывая вверх. Она была права. Крылья недостаточно сильные, но одарённую это не остановит. Чем бы это не закончилось.

Сердце билось, как сумасшедший об мягкие стены. Скопившееся энергия пыталась выйти наружу. Хотелось у самого края закрыть глаза. Сильно зажмуриться и сложиться клубочком. И чтобы все само сработало, без её участия, но Рейла понимала, что так не получится. С распахнутыми глазами, одарённая летела. Было сложнее, чем она представляла. Рейла подражала птицам, одарённым, которых часто видела в небе. Махая крыльями, мышцы, ранее не участвующие в подобном действии, быстрее уставали. И маленькая передышка при парящем этапе. Несколько секунд она машет крыльями, несколько парит.

Дыхание так и не приходит в норму, как и ритм сердцебиения. Но с лица одарённой пропадает волнение. Оно разглаживается от морщин тревоги. Глаза загораются, как у ребёнка. И губы, растянутые в широкой улыбке, обнажают зубы. Почти неслышно Рейла смеётся. И из глаз текут слезы.

Она не рисковала подниматься выше двадцати метров. На её удивление в полёте чувства были схожи с теми, которые испытывала и русалка. Оказалось, парить не сложнее, чем плавать. Непривычно. Задействованы другие мышцы, да и другая техника передвижения. Но похожая эйфория и свобода. Чувство, что ты силён. Прилив радости и уверенности. Потрясающие эмоции, с которыми легко было пойти покорять горы. Или изменить свою жизнь. Сделать то, что всегда хотел. Ведь мыслей о провале не было. А если и появлялись, то не пугали своей возможностью.

Огни загорались, просыпалась ночная сторона города. Крыши невысоких домов перед взором были открыты. Она поднималась выше. Как и витиеватые улицы мегаполиса, раскрытые, как на ладони. Городской шум доносился слабо, отдалённо. Люди стали точками, как и машины, что казались лишь только немного крупнее. Рейла видела нескольких одарённых в небе, что напрягло. Она решилась подняться выше, желая продлить прекрасные мгновения силы и тишины.

Воздух становился разряжение, от чего становилось труднее дышать. Крылья, не привыкшие к полётам, отзывались болью. Их раньше не было у неё. Поэтому и тренировок не было. Шанса сделать их сильнее, крепче. Но Рейла от рождения была одарённой. Да, не драконом и не демоном, но русалкой. Делать себя сильнее она начала с первого превращения. И да, сила воли у неё есть, чтобы не отступить перед болью. Какой бы та не была.

Залетав в облака, Рейла вдыхала холодный воздух. Перед глазами слабый туман. Вспоминались слова Троя. Ориентироваться в небе, когда ничего не видишь, сложно. Особенно при панике, которая начала охватывать Рейлу. Слишком она остро реагирует. Нужно успокоится. Продолжая дышать, одарённая летела с желанием выбраться из облаков.

И когда открывался взор, некоторое время Рейла продолжала летать. Постепенно эйфория с радостью утихали. Приходили другие чувства, более знакомые. Пустота, таящая в себе отголоски грусти. Ей грустно? Но почему? Почему только сейчас она это поняла? Или может она и раньше знала? Просто не хотела лезть глубже?

Отвлёк от мыслей Рейлу шум. Не голоса города. Не гуляющий ветер, не гонящие автомобили. Не звуки сигнализаций или сирен. Не музыка. Не человеческий гам. Это был шум от взрыва. Поворачивая головой, одарённая выискивала что-то. Признаки, что это и правда было. Не послышалось ли ей? Из центра шёл дым, который не сразу можно было заметить в темноте. И Рейла полетела вперёд.

Что произошло? Тревога коснулась и так не спокойной головы, заставляя её работать усерднее. И только жаль, что итогами работы этой есть лишь калейдоскоп негативных вариантов. Её семья, которая живёт в этом районе. А если они пострадали? Это митинги неудачно прошли? У Рейлы мало оставалось сил, но та старалась как можно быстрее прилететь, чтобы узнать, что произошло.

Подлетая, перед глазами вырисовывались танцы пламени, охватывающие магазины и машины. Люди в полицейской форме старались унять неугомонных. Слова Троя вспомнились. Очередной митинг. Неужели... Разнеслась сирена пожарной машины, которая выехала из-за угла. Осознавая иррациональность своего действия, Рейла все равно призилилась на многолюдной площади. Одарённую окружили драки и попытки их унять. Кто, словно безумный бегал и кричал. Разбивал стекла окон и дверей. Кто-то нашёл хорошую возможность для ограблений.

Из полицейских Рейлу никто не останавливал. Может, потому что она спокойно стояла, может, потому что были и другие наиболее требующие внимания, а может, потому что все видели её крылья. То, что она одарённая. Нет. Последнее никак не играет.

Рейла проталкивалась через толпу людей, чтобы уйти. Как только она встала ногами на землю, то почувствовала всю тяжесть крыльев. Их казалось невозможным поднять. Пошевелить. И не то, чтобы взлететь! Если бы не адреналин, то и передвигать ногами бы не смогла. Порой замечая на себе злые взгляды некоторых людей с искажёнными в страшных гримасах лиц, Рейла ускоряла шаг. Они смотрели на неё, на одарённую, как на врага. На то, кто не должен существовать. Цеплялись кости, что при превращении вышли наружу, как и крылья. Выбравшись из человеческого супа, приправленного злобой и кровью, одарённая остановилась подальше, давая себе передышку перед превращением.

Крылья оказалось сложнее убрать. Кости вновь ломались, стараясь вернуться в прежний вид, а кожа разрывалась. Спина адски горела. Но через несколько минут она вновь стала выглядеть, как обычный человек. Без сил, без ядра.

— Помогите! Пожалуйста! — услышала Рейла отчаянный детский крик, которые в шуме творящегося хауса был слышен только ей.

Казалось, он доносился из магазина, который тоже был в огне. Стекла окон и дверей выбиты, а стеллажи с товарами разгромлены.

— Помогите! — крик переходил в плач.

И будто повинуясь инстинктам, Рейла сделала неуверенный шаг. А потом и вовсе побежала в огонь. Она не думала, как глупо поступает. Почему не сообщила о крике пожарным? Почему сама рванула на помощь? Будто, если она себе не может помочь, то сможет помочь другому. Эти вопросы, эти мысли не мучали её. Лишь детский крик. Рейла хотела помочь. И только о попавшем в беду ребёнке и думала.

— Ты где? — сквозь дым и кашель крикнула одарённая.

— Здесь! — послышалось слева. Из-под сваливавшегося стеллажа.

Рейла обступила его, пока не заметила ребёнка, которого придавило.

— Пожалуйста... — голос девочки стих. Она плакала.

— Потерпи, я тебе помогу. — произнесла Рейла и начала кашлять.

Но взяв себя в руки, игнорируя удушье, она попыталась поднять стеллаж. Словно это было возможно. Череда операций с новыми ядрами, которые вытягивали силы. Превращения, меняющие по-разному тело. Отсутствие отдыха. И опьяняющая разум и затрагивающая тело тревога. А полет? И обратное превращение. У Рейлы не было сил, но она старалась, начав вместе с девочкой плакать. Было бы разумнее позвать на помощь. Но Рейла боялась уйти, отставить ребёнка одного. И в таком состоянии.

Рейла вновь и вновь старалась поднять упавший стеллаж. И только слегка его приподняла. Чего недостаточно, чтобы освободить девочку полностью. Рейла встала.

— Пожалуйста, не уходи...

— Не уйду, не волнуйся.

Бегая глазами, Рейла лихорадочно искала что-то, что может ей помочь. Не желая тратить время попусту, начала сильнее поддаваться панике. Она могла бы сделать рычаг! Да! Но как? Что можно использовать? Оглядываясь в дыму, одарённая сняла с другого стеллажа длинную металлическую полку, разные игрушки в виде одарённых с неё упали на пол. Полка не была тяжёлая, и Рейла быстро её принесла к девочке. Потом принесла и вторую деталь своего плана. Поставив на булыжник полку, чтобы один из концов упирался под стеллаж, Рейла старалась надавить, как можно сильнее. Она видела подобный трюк в фильме. И хотела сейчас, чтобы он сработал. Очень хотела. Чтобы металлическая полка не согнулась под тяжестью стеллажа. Чтобы кусок стены не разломался. Чтобы ей хватило сил.

Рейла надавила со всей силы на созданный рычаг, который не сильно больше смог поднять стеллаж.

— Попытайся вылезти! — Кричала Рейла, стараясь надавить сильнее. Хотелось прочистить горло кашлем, но одарённая боялась, что отвлечётся и хрупкая конструкция развалиться.

«Терпи! Ещё немного!» — говорила себе она.

— Я не могу...

— Можешь! Давай! Я так долго не смогу! — Рейла думала о том, какая она глупая, что не позвала спасателей. — Пожалуйста!

Девочка, перестав плакать, постаралась выползти, делая упор на руки. Рейла беспомощно смотрела на неё. Хотелось помочь, но она только и могла держать полку. Когда девочка выползла, Рейла с облегчением кинула полку, стеллаж с грохотом вернулся на пол.

— Ты можешь подняться?

— Нет, — покачала головой девочка. — Очень болят ноги.

— Ладно, — Рейла попыталась аккуратно поднять на руки ребёнка. И вместе с ней вышла на холодную улицу.

Отсутствие пугающего огня и удушающего дыма успокаивали. И городской воздух был освежающим, как никогда до этого не был. Передав девочку сотрудникам скорой помощи, Рейла хотела уйти, но её остановила медсестра, которая и осмотрела одарённую. Немного наглотавшись дыма и будучи полностью вымотанной, одарённой хотелось упасть. И никогда не вставать. Рейла смотрела на знакомую площадь в непривычном виде. Пожарники старательно боролись с огнём. Тщетно. Тушили одно здание, пока пламя перебегало на другое. Многие буйные уже были арестованы сотрудниками полиции, а более ловкие уже убежали. Стало меньше людей.

Рейла села на скамейку. Как и некоторые другие старалась прийти в себе. А кто-то помогал в борьбе с огнём. Голова болела. Как и руки. Спина. Ноги. Горло и лёгкие. В каждом уголке её тела отзывалась боль.

Подняв устало лицо к небу, любуясь звёздами, Рейла молчала. Также горела ли её жизнь? Её также сложно вернуть? Чтобы было все так, как раньше? Возможно, она эгоистка, раз думает о себе, когда пострадали многие. Рейла усмехнулась этой мысли. Она так много думала о себе, а в итоге так мало знает.

Она убьёт Андена, который пугал, как хищник, но завораживал, как и любой ангел. Она понадеялась обвести его вокруг пальца. Использовать, чтобы он быстро пересадил ей ядро, а потом просто уйти от него. Оборвать с ним все связи. Так наивно думать, что он так пропадёт. Без последствий пропадёт из её жизни. Ничего не бывает без последствий. Как и её желание обрести крылья. Они теперь у Рейлы есть. Как и осознание того, что ни они были ей нужны.

Вкус полёта был сладким. Он был, как заплыв, когда Рейла ещё была русалкой. Эйфория. Свобода. Уверенность. И грусть. Знакомый коктейль. Дело было не в ядре. Оно не сделает её лучше. А сможет ли она вернуть своё ядро? А хочет ли она этого?