Эпилог
Восемь месяцев спустя
— Пурпурный сюда вообще не подходит, — донесся с улицы возмущенный голос Шер.
Я оторвала взгляд от блокнота и глянула на нее. Дверь распахнулась, прохладный летний ветер ворвался в кафе, и листовки, висевшие на доске возле кофейных аппаратов, тут же затрепетали.
— Во-первых, это не пурпурный, а розовый, — спокойной сказал Олли, отбросив тряпку, которой вручную начищал витрины до блеска. Он направился к Шер, а я вновь вернулась к своему рисунку. — Во-вторых, я провел исследование, и выяснил, что с десертами чаще всего ассоциируют именно его.
— Но это не розовый, а именно пурпурный, — не унималась Шер. — И пурпурный для кафе совсем не подходит. Серьезно, ощущение, будто здесь оказывают какие-то... интимные услуги!
— С безе на логотипе?
Шер шумно вдохнула и прошла внутрь, продолжая возмущаться:
— Да оно выглядит как взбитые сливки! Ты хоть подумал, какие ассоциации это может вызвать? Элис, ну скажи ты ему!
Я сделала еще пару штрихов и закрыла блокнот. Посмотрела на Шер, а потом и на Олли, пытаясь вникнуть в суть спора, но совсем потеряла его нить.
— Да... Отличный цвет.
— Элис! — Шер отчаянно вздохнула. Быстро дошла до меня и села напротив, запустив пальцы в кудряшки. — Могла бы и поддержать.
Я глянула на Олли, который, явно уже позабыв о бессмысленном споре, запустил кофейный аппарат, наклонилась поближе к Шер и шепнула.
— Это его кафе, Шер.
— Но ты в него вложилась! Неужели тебя это устраивает? Серьезно? Мне здесь работать, между прочим!
— Зато глянь, какой он счастливый. Не порти человеку праздник.
Шер задумчиво глянула на Олли, о чем-то размышляя, и в итоге сдалась. Он как раз подошел, чтобы поставить перед нами кофе: обычный для меня и с безмерным количеством взбитых сливок и сахарной пудры для Шер. Его губы дрогнули как раз в тот момент, когда стаканчики коснулись столешницы, а потом он вновь улыбнулся, но уже не так радостно, как прежде.
— Знаете, я вдруг осознал, что магии больше нет... То есть, знал, конечно. Но только теперь, когда вернулся к работе, понял, как хорошо было, когда я мог просто пожелать, и коробки уже перемещались на нужное место, тряпки стирали пыль, а стаканы сами добирались до клиентов...
Сердце кольнуло, и я перевела взгляд за окно. На траве под ярким солнцем, на скамейках возле дорожек и под деревьями — шли, сидели и даже лежали сотни будущих студентов новых направлений, а чуть дальше, по другую сторону широкого поля, высилось и само здание университета Л'Эшаль.
— Нам всем сейчас нелегко, — кивнула Шер. Ее попытка поддержать Олли выглядела хоть и искренней, но какой-то неловкой. Возможно, потому, что она была одной из немногих, кто знал правду.
— Да понимаю, все супер, — тут же ободрился он. — Просто сейчас как-то отчетливо почувствовал и немного взгрустнул. Ладно, не буду мешать. — Он подмигнул и направился к прилавку, добавив: — Не забывай, что через час открытие.
— По-о-омню, — протянула Шер. Хоть она и сама напросилась устроиться здесь официанткой, когда решила съехать от родителей, мысль о предстоящей работе ее совсем не радовала.
После исчезновения магии цены на все взлетели до небес. Однако, мне это сыграло только на руку, так что мою квартиру купили просто по заоблачной для Гамбла цене, о которой я даже мечтать не могла. Многие мамины вещи тоже получилось удачно продать, какие-то я просто раздала нуждающимся, а что-то и вовсе выбросила. Манекен тоже мог отправиться в какой-нибудь магазин, чтобы исполнять теперь единственную подходящую для него роль — демонстрировать одежду, но Джейден и впрямь выпросил его себе, якобы очень уж сошлись характерами.
Полученные с продажи маминой квартиры деньги я потратила на другую — поменьше, но ближе к центру. Абендорм закрыли на неопределенный срок, поэтому Олли решил открыть кафешку напротив Л'Эшаль и как раз искал инвесторов. Так что, недолго думая, я решила вложить часть денег в его бизнес.
В какие-то моменты я ловила себя на мысли, что поступила очень эгоистично, ведь с уходом магии разом решились сотни моих проблем. Вернее, их решению поспособствовало то, что я попросту обрекла всех остальных на те же проблемы: как продать квартиру, если не можешь заключить договор без магии; как устроиться на работу без магии; как учиться без магии; как жить без магии. Теперь об этом пришлось задуматься всем вокруг.
Отношение к ниимам не сказать, чтобы сильно изменилось, но хотя бы сдвинулось в лучшую сторону. Ведь теперь они больше ничем не отличались от других. Разве что, многие почему-то винили именно их в исчезновении магии. Но я очень надеялась, что со временем никто уже не сможет вспомнить, кто именно когда-то давно был ниимом...
— Получилось с университетом? — спросила Шер, вернув меня в реальность.
Не отрывая взгляд от расположившейся на траве компании будущих студентов, я неопределенно качнула головой.
— Сказали ждать.
— Серьезно? О, Элис... Ты главное не переживай, все обязательно получится, вот увидишь!
— Слишком большой конкурс на место, — сказала я, пожав плечами.
Почти сразу после исчезновения магии, Л'Эшаль, как и ЦИОРМ, закрыли, но несколько месяцев назад он возобновил свою деятельность как полноценный университет со множеством новых направлений. Поговаривали, что Генри Хоффман передал все полномочия мистеру Льюису и назначил его новым ректором, чему я не могла не порадоваться.
— Если что, тоже к Олли устроюсь, — добавила с улыбкой я. — А учитывая, сколько тут теперь студентов, наверняка спрос будет просто огромный.
— А когда они узнают, какие вкусные десерты! — поддержал Олли. — М-м-м...
Ситуация с поступлением действительно расстраивала меня, но я уже смирилась с тем, что, возможно, придется работать. Может, это и к лучшему. Все же, случившееся в Абендорме подсказывало, что с учебой у меня не складывалось...
— Как там Джейден? — шепнула Шер, с лукавой улыбочкой склонившись ко мне.
— О нет! Не начинай. Я уже сказала, что ничего не было!
— Да брось, вы столько времени вместе проводили после... ну, сама знаешь... — Шер на секунду скривилась, наверняка вспомнив не только о случившемся, но и о Маркусе, однако тут же отмахнулась от этих мыслей. — И с вещами тебе помог, и с квартирой, и...
— С квартирой Адрия помогла, — буркнула я. — Как видишь, на этом список заканчивается.
— Но с вещами...
— Он всего лишь опять где-то потерял наушники! — перебила я. — А после этого мы почти не общались.
Шер фыркнула.
— И что, ты даже не знаешь, чем он сейчас занимается?
— Помогает Адрии. С медициной у него не заладилось, да и там сейчас без магии в целом слишком много проблем... А в участке как никогда нужны проверенные люди.
— Джейден — блюститель, надо же!
Шер задумчиво глянула куда-то в сторону, наверняка уже представляя его в форме (а зная Шер, возможно, и без...). Я спешно откашлялась, чтобы отвлечь ее и вместе с тем саму себя от подобных мыслей, вдруг припомнив, как Джейден недавно угрожал мне тем, что у него теперь есть собственные наручники.
— А Тоби как? — будто бы невзначай обронила она, отпив кофе.
— Шер... Я ведь просила не спрашивать.
— Это было полгода назад!
— Знаю. — Я открыла блокнот, глянула на рисунок и, быстро перечеркнув его, пробормотала: — Ничего не изменилось.
— Все еще игнорируешь его?
— Я не игнорирую, я думаю!
— И-и-и-и? — с ехидной улыбкой протянула она. — Что надумала?
Я бросила на нее короткий взгляд и решила отплатить тем же.
— А Маркус как?
Шер тут же закатила глаза и отвернулась к окну. Новый рисунок не заладился, как и предыдущий. Рука сама выводила линии, но за ними я вновь и вновь узнавала знакомые черты, которые так старалась забыть, но почему-то не могла. Это была лишь магия, — убеждала я себя. А потом вспоминала поцелуи и прикосновения, которые будоражили кровь даже спустя столько месяцев. Следом в памяти вспыхивали слова, которые то утешали, то успокаивали, то придавали уверенность. Но сразу за ними следовали поступки, которым, как бы ни старалась, я не могла найти оправданий. В итоге я так и не смогла разобраться, что из всех моих чувств было правдой, а что иллюзией, потому решила попросту отстраниться на время.
После случившегося он несколько раз пытался связаться со мной, но я сбрасывала все звонки, а на сообщения отвечала односложными фразами. Когда в один из дней в дверь постучали, и я увидела, что это он, меня разрывало между желанием сбежать и открыть дверь, чтобы вывалить на него всю обиду, еще сидевшую во мне, поделиться всем пережитым, а еще разрыдаться. И помимо прочего меня терзали сотни вопросов, главным из которых в тот момент, когда я увидела его в глазок, стал один единственный:
Почему он снова видит?
Дверь я так и не открыла. А ответ на вопрос нашла самостоятельно, когда вспомнила одну из наших бесед и узнала от Джейдена, что мистер Барри — с которым они теперь частенько выпивали — как он выразился «оклемался».
Что его болезнь, что болезнь мамы были вызваны вовсе не аллиромой, а связью с Рейнаром. В случае же с Тоби, дело было в проклятье Миреллы, наложенном на Иргема — таком же сгустке, передававшемся из поколения в поколение и дремавшем в каждом из его потомков, чтобы пробудиться и взрасти в нужный момент. А сгустки существовали лишь до тех пор, пока подпитывались магией создателя. Так что, когда я вернула магию Миреллы и Рейнара в сферу, они попросту растворились.
Сама того не зная, я помогла и мистеру Барри, и Тоби. Впрочем, не то чтобы я жалела об этом...
Вскоре Тоби перестал пытаться связаться со мной. Возможно, после моего сообщения с прямой просьбой прекратить. Джейден говорил, что по слухам, Хоффманы перебрались в Лессар почти сразу после окончания разбирательств. Хоть их и отпустили довольно быстро, учитывая количество работы, свалившейся на блюстителей, Хоффманов все еще винили во всем случившемся, так что они решили перебраться туда, где о них знают куда меньше.
— Мама сказала, что видела его, — пробормотала Шер.
— А?
— Маркуса, — неохотно отозвалась она. — Шел с отцом к зданию Совета, как ни в чем не бывало. Будто не сделал ничего, будто... работает там.
— Ну еще бы, — хмыкнула я.
Роберт Эрдсхол успешно замял случившееся, сославшись на то, что его сын был под влиянием Рейнара. В какой-то степени эта история помогла и Хоффманам, ведь их «преступления» отлично накладывались на эту ложь: якобы все это время Рейнар владел магией восприятия и управлял всеми точно марионетками. Так что Маркуса сразу отпустили, а наши показания назвали клеветой с целью испортить репутацию сына одного из членов генерального совета. Впрочем, иного никто и не ожидал. «Нужно было все-таки выбросить его в окно», — усмехнулся тогда Джейден. И больше мы уже не поднимали эту тему.
— А знаешь, получается, мама была права, — сказала Шер, допив остатки кофе, и изобразила назидательный тон матери: — «За мужчинами глаз да глаз нужен».
Я даже не поняла, почему начала смеяться. То ли оттого, что Шер впервые согласилась с мамиными словами, то ли вспомнив о том, как год назад, до всего случившегося, мы обсуждали ее предыдущего никудышного парня, и она была совершенно противоположного мнения. То ли просто потому, что впервые все наши проблемы стали настолько простыми и банальными.
Шер поднялась и, подхватив наши стаканчики, наконец-то взялась за работу, чтобы успеть подготовить все к открытию. Отложив блокнот, я тоже решила присоединиться, и спустя пару часов мы уже встречали клиентов. На удивление, в числе первых заглянула Лорел: поделилась подробностями своего поступления в Л'Эшаль, о чем давно мечтала, и быстро умчалась, выпросив у Олли скидку на коктейль.
После нашей встречи в том стеклянном шаре она почему-то решила, что мы теперь едва ли не лучшие подруги (хоть и вспоминала об этом исключительно, когда ей было удобно), так что первые пару месяцев то и дело названивала мне, чтобы по десятому кругу пересказать свою историю: как она внезапно очнулась в том подвале и долго звала на помощь, но никто к ней так и не пришел, из-за чего ей одной пришлось несколько дней блуждать по лесу, пока она не вышла наконец к городу. Позже Лорел, должно быть, решила, что одного слушателя ей недостаточно, и начала заваливать все форумы рассказами о своих «приключениях», не забыв упомянуть купание в кровавой ванне, в которую ее окунул Рейнар собственной персоной! А потом и вовсе написала несколько огромных статей, назвав их: «Правда об основателях». Но, увы, большинство читателей только похвалили ее за безграничную фантазию и довольно приятный слог.
Дверь вновь открылась, впуская в кафе порывы ветра и очередного посетителя. По плитке зазвучали шаги, сопровождающиеся мерным стуком трости.
— Оливер, как приятно, что и вы здесь! — произнес знакомый, но уже позабытый голос. — Чем дольше служу новому университету, тем больше вижу знакомых лиц.
— Мистер Льюис! — радостно воскликнул Олли и почти бегом выбрался из-за прилавка, чтобы пожать ему руку. — Рад вас видеть.
Пока они бурно обсуждали открытие кафе и новую должность мистера Льюиса, я успела вернуться к рисованию. Шер тем временем взяла на себя обязанности по приготовлению напитков и едва не сломала кофейный аппарат, так что Олли пришлось отвлечься и поспешить к ней на помощь.
— О, мисс Уэйланд, какая удача! Вы-то мне и нужны. — Оторвав взгляд от блокнота, я с удивлением посмотрела на мистера Льюиса. Он добродушно улыбнулся и кивнул в сторону двери. — Не будете против, если мы немного пройдемся?
Растерявшись сильнее, чем прежде, я спешно сунула блокнот в сумку и поспешила за ним, совершенно не понимая, что ему могло от меня потребоваться. Впрочем, если новый ректор университета, в который ты хочешь попасть, зовет тебя куда-то — грех отказываться!
Стоило нам оказаться на улице, как мистер Льюис свернул к тому самому полю и направился по насыпной тропинке к зданию университета. Трость то и дело застревала в мелком гравии, так что он перехватил ее повыше и зашагал вполне свободно без какой-либо опоры.
— Видели? — спросил он, указав на набалдашник в виде морды собаки с отколотым ухом.
— Да, вы показывали.
— О нет, та, которую я показывал в прошлый раз, была хоть и изящной, но все же копией. А эта... — Он провел пальцем по неровному сколу и нескольким трещинам. — Генри расщедрился в честь возвращения зрячести. Представляете? Та самая трость!
— Иргема? — поддержала я разговор, натянув улыбку.
— Со мной можете не притворяться, мисс Уэйланд. — Его глаза блеснули, и он вновь опустил трость, чтобы ударить ей о каменный пол коридора, в котором мы оказались. — Я все знаю.
Внутри меня что-то дрогнуло, то ли от страха, то ли от неясного предвкушения. И только сейчас я осознала, что мистер Льюис завел меня в ту часть университета, о существовании которой я даже не предполагала. Если основной корпус Л'Эшаль выглядел довольно современно, то здесь — в этом темном коридоре — время словно застыло несколько столетий назад. Сразу вспомнилась та крипта в подвалах, по пути к генератору, где я встретила Рейнара, и в голове вдруг забилась мысль, что я должна бежать. Хоть мистер Льюис и не походил на злодея, опыт подсказывал, что внешность бывает обманчива, и так слепо доверять каждому не стоит...
— Не переживайте вы так, — добродушно усмехнулся мистер Льюис, должно быть, заметив на моем лице бушевавшую внутри панику. Он остановился возле одной из дверей и повернулся ко мне. — Понимаю, у вас сейчас много вопросов, но поверьте, куда лучше будет увидеть все собственными глазами.
Нажав на ручку, он пропустил меня в кабинет, на первый взгляд напоминавший старинную лабораторию. Пожелтевшие свитки, изогнутые колбы, позолоченные весы и разноразмерные чаши усеивали резные столы, возле одного из которых...
— Это вы, мистер Льюис? — Грета обернулась на звук наших шагов и приоткрыла рот, увидев меня. — Элис?
Я тоже не смогла сдержать удивления, ведь никак не ожидала встретить ее здесь. Мы уже несколько раз пересекались в городе, но так ни разу и не обсуждали случившееся. Я бы даже сказала, что какое-то время намеренно избегала разговора, потому что не могла перестать видеть в ней отголоски Миреллы. Однако теперь, спустя столько месяцев, почти избавилась от этой ассоциации. Возможно, еще и потому, что она сменила длинные волосы на каре, которое довольно сильно преобразило ее. Хотя непослушная челка и знакомые очки все равно выдавали в ней прежнюю Грету.
Отложив длинную пипетку на поддон, она поспешила к нам, на ходу стягивая плотные перчатки. Остановилась напротив, то изучая меня, то вопросительно поглядывая на мистера Льюиса.
— Покажете мисс Уэйланд другую комнату? — с загадочной полуулыбкой попросил мистер Льюис.
— О-о...
Ее глаза на пару мгновений широко распахнулись, а потом она активно закивала, отчего очки сползли к кончику носа. Спешно поправив их, Грета прошла к одному из четырех узких гобеленов, тянувшихся от потолка до самого пола, и аккуратно отогнула его край.
— Позвольте представить вам... — торжественно произнес мистер Льюис, как только Грета сдвинула полотно в сторону и распахнула скрывавшуюся за ним дверь. — Наш Сакрум!
Из-за упоминания древнего святилища и воодушевления в его голосе, я ожидала, что в той комнате окажется по меньшей мере портал в другой мир, но... внутри была только темнота.
— Там безопасно, — заверила Грета, должно быть, заметив сомнение на моем лице.
Силясь разглядеть хоть что-то, я аккуратно шагнула вперед, и стоило мне только миновать порог, как вдруг комнату осветили десятки мелких искр. Испугавшись, я хотела было отступить, но застыла на месте, когда под потолком один за другим начали появляться все новые и новые огоньки, напоминавшие звезды.
— Что это? — прошептала я, не в силах оторвать взгляд.
В груди кольнуло от пришедшей в голову догадки, но я боялась даже думать об этом, не говоря уже о том, чтобы признаться себе, будто такое возможно.
— А вы еще не поняли? — добродушно спросил мистер Льюис, войдя следом, и явно собирался продолжить, но отвлекся на звук чьих-то шагов. — О, мистер Хоффман, вы как раз вовремя!
Мне хотелось бы верить, что он обращался к Рафаэлю или хотя бы его отцу (только вот в этом случае мистер Льюис наверняка назвал бы его Генри), но уже знала, что надежды не оправдаются. И почему-то, даже несмотря на то, что я столько месяцев сама упорно избегала встречи, теперь я чувствовала только странное предвкушение.
Искры тем временем так и продолжали сиять под потолком. Тоби остановился возле моего плеча, а я подняла голову, чтобы лишний раз убедиться: это не обман зрения, не какие-то светодиоды и даже не светящиеся насекомые, а самые настоящие иллюзорные звезды.
И сердце вдруг наполнило таким восторгом, словно я видела их впервые.
— Это магия? — шепнула я, чтобы все-таки убедиться.
— Самая настоящая, — отозвался Тоби. Один лишь звук его голоса заставил все внутри всколыхнуться и вновь затрепетать. — И ее сотворила ты.
Я сама не поняла, почему на глаза навернулись слезы. Я ведь хотела избавиться от нее, хотела уничтожить. Хотела, чтобы больше никто и никогда не смог к ней прикоснуться. Я вонзила нож в источник, разрушила его, но...
...не магию?
В голове наконец все сложилось, я обернулась к Тоби и уже собиралась поделиться догадкой — сделала это так легко и так правильно, будто между нами не было всех тех месяцев тишины, будто не было никаких обид и сожалений. И в его искренней улыбке, в его нежном взгляде — нашла то тепло, по которому так долго скучала.
Звезды засияли еще ярче, освещая пространство и прогоняя из него тьму, вырисовывая очертания полупустого пространства, напоминавшего чей-то заброшенный кабинет.
— Здесь мы заметили наибольшее скопление частиц магии, — сказал мистер Льюис, войдя следом. — При правильном обращении, они отлично реагируют на любого, кто пожелает ей воспользоваться, но так как ситуация сейчас довольно... м-м... тревожная, об этом открытии знает только определенный круг доверенных лиц. — Он прошел по комнате, клацая тростью по плиткам и слишком лихо для человека его возраста заскочил на край одного из столов. — За пределами этих стен обращаться к магии, увы, не удается, но мы уверены, через некоторое время ее сможет использовать любой желающий в любом месте и в любое время. Нужно только научиться собирать энергию из частиц и направлять ее.
Я растерянно переводила взгляд с него на Тоби и обратно, до сих пор не до конца осознавая происходящее.
— Видите ли, — продолжил мистер Льюис, — нам просто катастрофически не хватает людей, а мистер Хоффман увидел ваше имя среди поступающих и заверил меня, что вам можно доверять.
— Вы предлагаете мне... изучать магию?
Мистер Льюис усиленно кашлянул.
— Я предлагаю вам изучать историю магии. По крайней мере, так назван мой предмет, дабы избежать лишних вопросов. И никто, включая ваше ближайшее окружение, не должен знать, чем именно вы занимаетесь.
— Даже Шер, — шепнул Тоби.
— Я поняла.
— И, если вы согласитесь, — продолжил мистер Льюис, — буду рад приветствовать вас в малочисленных рядах моих учеников.
Казалось, о таком везении нельзя было и мечтать. Поступить в Л'Эшаль, изучать магию и... вновь видеться с Тоби.
В груди что-то кольнуло, и я сдавленно пробормотала:
— Можно мне подумать?
— Конечно, — сказал мистер Льюис, соскочив со стола. — Как только решите, сообщите мне. Или мистеру Хоффману.
Он пожал Тоби руку и кивнул мне на прощание, а потом вышел из кабинета, оставив нас одних.
— Сомневаешься? — спросил Тоби, выдержав паузу.
Несмотря на внешнюю сдержанность, его голос прозвучал осторожно, словно он боялся меня спугнуть. Возможно, думал, что я сбегу, осознав, что мы остались наедине, и вновь пропаду на долгие месяцы.
Но мне больше не хотелось прятаться.
— Это так странно, — вновь подняв взгляд к звездам, прошептала я. — Мне казалось, что я действительно хотела избавиться от нее, но теперь... я так рада, что она снова здесь.
Тоби тоже поднял голову, вглядываясь в мерцающий потолок, и краем глаза я заметила на его лице искреннюю улыбку.
— Мы предполагаем, что ты уничтожила всего лишь оболочку. Из-за чего все нити, связывавшие источник с каждым из нас, оборвались. А саму магию... думаю, ее невозможно уничтожить. Она буквально пронизывает все вокруг, она — такая же неотъемлемая часть жизни, как вода или воздух.
И только теперь я наконец поняла, почему не почувствовала никаких изменений, когда разбила сферу. Поначалу мне казалось, что с исчезновением магии весь прежний мир рухнет. Но он все еще оставался на месте, потому что на самом деле она вовсе никуда не делась.
Все это время она была совсем рядом, просто мы не знали, как к ней прикоснуться.
— Значит, скоро все вернется на свои места? — не без сожаления спросила я. — Когда все узнают об этом.
— Думаю, после всего случившегося, магия уже никогда не будет прежней, — сказал Тоби, посмотрев на меня. — Как и мы...
На пару секунд в комнате повисла тишина. Он шагнул ближе ко мне и остановился прямо напротив, отчего звезды вдруг слабо моргнули, и засияли куда мягче и приглушеннее, чем прежде.
— Помнишь, я говорил, что, когда все закончится, я хотел бы предложить тебе начать все с чистого листа? — спросил он, заглянув мне в глаза. И с улыбкой протянул ладонь. — Ты позволишь?
Я посмотрела на его руку, на звезды над нами, которые по-прежнему тихо поблескивали под потолком. И мне вдруг стало так легко и спокойно. Словно мы вернулись к самому началу, но уже совершенно другой истории.
С совсем другими нами.
— Кому же еще доверить изучение новой магии, как не той, кто уничтожила старую, да? — улыбнулась я, пожав его ладонь. — Ну что ж, мистер Хоффман. Приятно познакомиться.
Конец