Аромат жасмина.

Горячая вода быстро льётся по её молочной коже. Пряный аромат шампуня ощущается по всему телу. Воск тлеющей свечи медленно стекает вниз.

Она прикусила свою нижнюю губу и взглядом хищницы смотрит прямо на него – он обомлел.

Взор Софи – острый кинжал, от которого его мысленно пробивает агония.

Хочет коснуться её, дотронуться до нежной шеи, тонких запястий и медовых губ, но она не даётся.

Медленно натягивает чулки, а сама стоит полностью обнаженной - лишь тонкий красный атлас скрывает тело девушки.

Ею хочется обладать. Её хочется придушить, спрятать, заткнуть и убить, но самое главное – поцеловать.

***
После быстрого и довольно холодного акта любви, девушка поняла, что что-то не так. Она чувствовала, как Бенджамин касался её – чуждо и отстранённо. От женщин не уходят такие "мелочи", вот и Софи поняла, что что-то в его отношении к ней поменялось.

Мужчина ушёл почти сразу. Бенджамин выкурил две сигареты, выпил дневную чашку кофе и умылся ледяной водой – у него горела душа. Он понимал, что поступит с девушкой неправильно, но разве не это ему надо было с самого начала? Бенджамин получил её фото, которые она скинула ему на почту и был искренне рад, но всё же остатки совести не давали ему покоя, терзая изнутри. Он хотел во всём признаться, раскаяться и рассказать правду, показав девушке истину, но не мог – месть брату была гораздо сильнее. Поэтому, не тратя времени на лишние разговоры, он тут же надел свои брюки, рубашку, новые ботинки и ушёл, оставив девушке лишь лёгкий поцелуй в висок – через него он сказал ей: "Извини, малышка, но иначе я не мог".

Ближе к вечеру, модель решила пешком пройтись до местного рынка, закупить продуктов на завтрашние уикенды и посмотреть что-нибудь ненужное, но милое.

Через месяц будет уже декабрь, но в Сан-Рéмо нет ни намёка на снег или жгучий холод – солнце ярко светило и приятно согревало души людей.

София собрала длинные волосы в высокий хвост и обмотала красным платком из атласа. Оделась она просто – короткие джинсы да белая футболка. Как всегда любимые кольца на изящных пальцах, серебряный браслет и часы, купленные в Москве. Она надела единственные белоснежные кроссовки, которые стояли в шкафу, среди различных туфель – в них она иногда бегала по утрам.

Местный рынок был небольшим, но очень интересным - он имел свою неповторимую энергетику и атмосферу вечного праздника. Уличные музыканты играли весёлую музыку – Софи подкинула им последнюю мелочь, а все остальные сбережения девушка хранила на карте, имея в своем личном кошельке лишь пару сотен купюр.

Куда не повернёшь – везде были яркие и пестрые палатки. Продавцы были подстать им – одежда была у них узорчатая, пестрела бурными и огненными оттенками, надолго врезаясь в память. Ароматов было так много, что у девушки невольно вскружило голову: мускат, кокос, острый перец и жгучие пряности. Здесь продавалось всё, что нужно и не нужно людям - от разных красивых безделушек, амулетов и прекрасных духов, до свежих овощей и фруктов, нежного мяса и мягкого хлеба с красным вином (такой сорт продаётся не везде, лишь продавец этого напитка знает, как правильно подать это вино, чтобы оно не утеряло своего статуса и вкуса.)

Модель ходила вокруг красочных палаток, наслаждалась различными ароматами, вдыхая в легкие больше воздуха и мило улыбалась в ответ продавцам, которые улыбались ей. Софи резко захотелось курить - бывало такое редко, но, безуспешно поискав их в своем бежевом клатче, она поняла, что это "знак", мол, пора бросать курить окончательно.

Девушка подошла к палатке с различными сувенирами и решила купить родителям по подарку. Толстая и неповоротливая женщина, заметив новую покупательницу, тут же убрала свой смартфон в сторону. Её маленькие зелёные глазки учуяли новую "ходячую прибыль", отчего сразу приобрели хитрый и лестный взгляд – таких людей Софи не любила.

– Добрый вечер, красавица, выбрала чего? – Сверкая золотыми зубами, обратилась к девушке продавщица.

– Добрый. Нет, ещё выбираю, – вежливо, но довольно холодно ответила модель.

На этом их беседа закончилась. Девушка глазами бегала по прилавку, пытаясь найти "то самое". Взгляду Софи попадали различные кольца-браслеты, толстые бусы, бесформенные длинные платья, различные амулеты и старинные часы. Она остановила свой выбор на двух парных браслетах, плетённых из искусственной кожи. Оба чёрные, но изящные. На правом был изображён огонь, на левом – вода. Софи хотела приобрести этот подарок для родителей, но решила оставить для себя - сама не знала зачем, просто так захотела. Матери же она купила набор каких-то специй и приправ, помня, что она обожает готовить острые блюда. Отцу же она купила более пафосный и дорогой подарок, ибо юбилей бывает не каждый год. Ему девушка купила старинные антикварные часы ручной работы.

– У вас отличный вкус, что-нибудь ещё? – Улыбаясь, спросила продавец. Девушка лишь отстранённо покачала головой, потянувшись к своей сумке. Женщина взяла у Софи карточку и, дождавшись оплаты, отдала обратно вместе с чеком.

Только она хотела уйти, как пристальный взгляд чёрных глаз заметил одну интересную вещицу. Детская куколка, одетая в розовое платьице прошлых времён и такого же цвета туфельки. На её длинных пшеничных волосах была причудливая шляпка с синий пером, а большие серые глаза смотрели глубоко и пронзительно - в самую душу. Взгляд этой милой маленькой леди казался невинным, детским и таким... Грустным.

София тут же вздрогнула и невольно вспомнила её.

– Пожалуй, я возьму ещё это, – произнесла она, неуверенно указав на куклу.

Женщина, кивнув, уложила обычный для неё товар в цветастый пакет, к остальным, а потом снова взяла карту и отдала чек.

– Хорошего Вам вечера, – напоследок произнесла Софи.

Окутанная своими мыслями, девушка неторопливо шла дальше. Она хотела купить пару овощей для салата и чего - нибудь сладкого. Модель понимала, что с её профессией этим злоупотреблять нельзя, но у неё была ужасная привычка – заедать нервы вредной пищей.

Девушка думала о том, как там поживает та, кому будет принадлежать эта кукла. Сердце Софи сжалось, а душа начала неистово болеть – в ней проснулась совесть, которая почти каждый день корила её за то, что она оставила там свою частичку, не забрав с собой.

В нос резко ударил сладкий аромат духов. Девушка повернула голову и увидела небольшую красную палатку, где было множество различных флаконов духов.

Приятные ароматы заставили Софи подойти ближе. Девушка поздоровалась с довольно пожилым продавцом, который сидел на деревянном стуле и покуривал свою трубку – его ровесницу.

– У меня огромный выбор, не пожалеете, – он сказал это так таинственно, маняще и уверенно, что она не смогла бы отказать не себе самой, не этому милому старичку с длинной седой бородой.

София вдыхала различные ароматы, нанося некоторые на свои тонкие запястья. Цитрус – слишком резко, лаванда – слишком мягко, – фруктовые специи – не её.

– Думаю, тебе подойдёт это, – переход на "ты" смутил девушку. Она повернулась. Тёплый взгляд голубого моря, светлые вьющиеся волосы, спокойный, но уверенных бархатный голос и руки – сильные, крепкие и холодные – перед ней стоял тот скрипач.

Его голос за секунду вызвал в ней разряд тока. Искры пролетели между ними с новой силой. Она хотела поддаться ему, словно самому смертельному греху, а он хотел обладать ей, словно она - запретный, но такой желанный плод.

Он - мастер, она - Маргарита.

В его руках сгорает, умирает и восстает из пепла вновь.

Молодой скрипач был искренне удивлён, встретив тут девушку, чьё имя он так и не узнал, но ещё больше его поразил её вид – простой и домашний. Модель увлекла его ещё в тот, первый раз, когда поток воды появился из ниоткуда.

Он знавал многих хорошеньких женщин, но София была полной противоположностью: падшей, грешной, тёмной.

Она очаровывала не своей красотой, блистательным умом или чёрным, язвительным юмором – нет. В этой женщине было что-то дьявольское, страшное и неповторимое. Чернота не губила, а делала ярче, но свет этот сжигал остальных – тех, кто хотел быть рядом с ней.

Она была похожа на тех девиц из книг, прочитанных музыкантом на досуге, но была намного хуже. Не спрашивайте, какие это женщины – он не ответит.

Её гордость ломала скалы и создавала огромные трещины. Эгоизм разрушал, а вредность зажигала – огонь всегда был при ней.

Так много красивых дам вокруг, но вот беда - с ними чувствуешь себя никем.

Человеком, чьё сердце и душа – это лишь слова. А с ней... С ней хотелось кричать, рвать на себе волосы и давиться отчаянием.

Ей опасно вручать своё сердце и душу, но люди делают это. Делают, понимая, что обретут больше, чем эти два слова.

Они обрели, он – нет.

Сгубила его, чертовка, отравив своим ядом.

Модель смутилась. Ураган противоречий вновь захлестнул её. Она не понимала, как может происходить такое, что они вновь встречаются, да ещё и случайно? Легкое чувство вины за тот раз стал на неё давить, но она уверенно запихала его куда подальше, нацепив маску хладнокровия.

Мужчина протягивал ей тёмный флакон с духами, надпись которых гласила: АРОМАТ ЖАСМИНА".

Её любимый. Тот самый, который ей подарил брат около семи лет назад. Она обожала этот тонкий шлейф, обволакивающий её тяжёлые, как душа, волосы и нежную, бархатную кожу.

– Нам надо поговорить, – серьёзно сказал девушке скрипач, невольно устремив взгляд на её губы – естественные и не накрашенные.