18.1
Кэролайн отшатнулась от Клауса, пытаясь отстраниться от его руки.
- Ты все еще здесь, - тихо произнес он.
- Что это за место? - спросила Кэролайн, садясь.
- Я не хотел, чтобы ты увидела все это.
- Ты солгал мне.
- Ты в порядке? Почему ты лежала на полу?
- Ты солгал мне. Ты пытался укрыть от меня эту комнату.
- Я... - начал Клаус, пытаясь найти объяснения. Он не хотел, чтобы Кэролайн когда-нибудь увидела все это. Эта комната и все эти картины - это точно не то, о чем Клаус любил рассказывать.
Кэролайн часто заморгала, чувствуя, что слезы подступают. И как только первая слезинка скатилась по ее щеке, девушка поняла, что их уже не остановить.
Клаус вздрогнул, смотря на нее. Он попытался стереть слезы с ее лица, но Кэролайн отвернулась.
- Это твои трофеи? Ты приходишь сюда насладиться сделанным? - голос Кэролайн дрожал.
- Нет, это не то... Я...
- Я знала. Я знала, что ты убиваешь людей, но тогда меня это не волновало. Я думала, что ты вынужден убивать. И я хотела быть с тобой даже несмотря на это. Но когда я увидела эту комнату...
- Я должен был рассказать тебе об этом. Но все вокруг тебя пытаются ужалить тебя, и я не думал, что еще одно потрясение для тебя - это хорошая мысль.
- Это заставляет чувствовать тебя отлично, да? Ты приходишь сюда, чтобы насладиться...
- Нет! - выкрикнул Клаус, теряя терпение. - Нет. Это.. Это слишком постыдно для меня, чтобы я мог рассказать это тебе.
- Да, ладно? Постыдно настолько, что девушка не должна знать о "трофейной комнате" своего парня?
- Ты ударилась головой? Поэтому ты лежала на полу, да?
Клаус придвинулся немного ближе к Кэролайн, и она напряглась. Она не хотела позволять ему оказываться слишком близко, но все равно позволила. Клаус осторожно провел рукой по затылку Кэролайн, пытаясь сдержать свою улыбку. Она назвала его своим парнем? Даже после всего этого?
Как только Кэролайн поняла то, что сказала, ее щеки начали заливаться румянцем.
- О, Боже, я не это имела в виду.. Я не хотела говорить, что мы... О, просто забудь об этом, хорошо? Я не хотела...
- Это было бы так плохо, если бы было правдой?
- Нет. Но ты другой. И я знаю, как такие парни, как ты, относятся ко всем этим шаблонам. Так что просто забудь то, что я сказала. Наверно, у меня действительно черепно-мозговая травма.
- Ты можешь называть меня так. Я буду твоим парнем, если ты сама этого хочешь.
- А ты? Ты хочешь этого? И больше никакого вранья.
- Да, я понял. Это не то, о чем я знаю много, но ты все еще здесь. Я ужасно поступил сегодня - даже не дал тебе ничего объяснить, не понял тебя. Но... даже после того, как ты увидела эту комнату, ты все еще говоришь мне эти прекрасные слова. Ты делаешь это, чтобы я потерял бдительность? Чтобы потом ты могла сбежать и спокойно ненавидеть меня?
- Я никогда не смогу ненавидеть тебя. Я хочу быть с тобой. Но, пожалуйста, больше никаких секретов и вранья! И еще... ты должен мне кое-что объяснить.
Клаус кивнул.
- Объясни мне это, - Кэролайн показала рукой на комнату, в которой они все еще находились. - Это действительно пугает меня. Ты убил их всех?
- Да. Кэролайн, ты должна понять, что ты никогда не окажешься на картине в этой комнате. Я не причиню тебе боли, и я не позволю, чтобы это сделал кто-то другой. Сегодня я думал, что потерял тебя навсегда...
- Все эти картины, как трофеи?
- Нет.
- А что тогда?
- Я правда не хочу...
- Ты обещал. Объясни мне.
- Это единственный способ помнить.
- Что?
- Если ты убиваешь много и часто, это не значит, что это дается тебе легко. Это никогда не легко. Они остаются со мной постоянно и преследуют меня в моих мыслях. Если я рисую портреты, то они словно успокаиваются, понимая, что я запомнил их. Они отпускают меня.
- Я не думала, что ты так переживаешь убийства. Я думала, что тебя это не волнует.
- Меня волнует. И я не могу щелкнуть выключателем и перестать чувствовать. Я не... Я не истинный Майклсон. У меня нет этого в крови. Я помню каждый раз, когда смотрел в глаза своей жертве... В конце концов я понял, что эти картины - единственный способ спокойно спать по ночам.
Кэролайн молчала, застывшим взглядом смотря на пол.
- Я знаю, о чем ты думаешь, - пробормотал Клаус.
- И о чем же? - вытирая слезы с лица, спросила Кэролайн.
- Ты думаешь, как я могу быть таким чудовищем, но в то же время таким слабым.
- Нет.
- Почему ты все еще здесь? Почему ты не ушла, когда я дал тебе шанс? Ты могла бы быть сейчас уже дома.
- Я хочу быть с тобой.
- Почему? - не унимался Клаус. - Посмотри на эту комнату. Все эти лица. Я же вижу, что ты боишься. Ты должна была сбежать.
- Я не хочу сбегать. Я боюсь. Мне страшно находиться в этой комнате. Мне страшно, что ты можешь сделать что-то подобное со мной. Но... это то место, где я хочу быть. С тобой. Я хочу быть с тобой.
- Я... Я не понимаю, почему.
- Что случилось с тем самодовольным придурком, который спас меня из самолета? Который думал, что спокойно обольстит меня?
- Ну, мое поверхностное очарование хорошо работает на таких же поверхностных леди. А ты... С тобой я был честен почти сразу, но потом, как всегда...
- Поверь, ты был хорош и потом тоже, - перебила Кэролайн. Клаус нервно рассмеялся.
- Спасибо, милая. Но у меня получалось всегда быть только поверхностно очаровательным. Потом я отталкивал людей. Я не доверяю никому, кроме семьи.
- Но я видела тебя настоящим. На острове, в пещере. Ты был человеком со шрамами, и человеком, который спасал меня снова и снова. Ты заботился обо мне. Ты был хорошим.
- Послушай, я не хороший. Я делаю плохие вещи. Все плохое что когда-либо происходило со мной или с моей семьей - произошло из-за меня. Это я - причина того, что Майкл издевался над моей матерью.
Кэролайн обняла Клауса, наблюдая, как он горестно отводит взгляд. Она провела руками по его спине, гладя. Кэролайн никогда не видела Клауса таким сломленным, тем не менее именно сейчас она поняла, что он - то, что ей было действительно нужно. Она ничего не хотела сейчас так сильно, как забрать боль Клауса.
- Это не было твоей виной. Майкл был ужасен. Если он что-то делал только потому, что ты не его сын, то это только его вина, а не твоя. Тебе повезло - у тебя нет его крови, а вот твоим братьям и сестре придется постараться, чтобы не унаследовать плохие качества. Ты же свободен в своем выборе.
- Ну да. Я же ублюдок, который родился в легендарной семье. Я не имею права на эту фамилию.
- Я думала, что все называют тебя волком.
- Да, многие.
- Значит, у тебя есть свое собственное имя. И твоя семья любит тебя. Они не знают тебя настоящего, но все равно любят. И я. Я тоже...
Клаус отстранился от Кэролайн, смотря ей прямо в глаза.
- Ты отличаешься от всех, кого я когда-либо встречала. И я.. ты нравишься мне точно также, как и я тебе, но это пугает. Ты заботишься обо мне так, как никто не заботился. Я чувствуя себя просто замечательно рядом с тобой. И я хочу, чтобы ты позволил мне и дальше быть рядом и заботиться о тебе, - тихо произнесла Кэролайн, и Клаус снова притянул ее к себе и обнял так сильно, как только мог.
- Как ты можешь хотеть этого? Ты заслуживаешь намного большего. Я ужасен.
- Это не так.
- Я убивал. И я убивал многих.
- Ты любишь свою семью. И ты заставляешь меня чувствовать себя... в безопасности. Я так устала постоянно оглядываться через плечо. Я устала от того, что меня предают люди, которым я доверяю. Но теперь кошмары прекратились... И ты обращаешься со мной так, будто я важна для тебя.
- Ты единственная, с кем я такой. Для других я ужасен.
- Генри смотрит на тебя, как на супер героя. И твоя мама. Ты знаешь это.
- Да. Но они не знают про эту комнату.
- Я хочу быть с тобой. Я хочу знать все о тебе.
- Пожалуйста, не уходи от меня, - прошептал Клаус, держась за нее еще крепче.
- Никогда, - пообещала Кэролайн.
- Пожалуйста, просто не уходи, - повторил он, целуя ее плечо. Кэролайн заставила его посмотреть на нее. Он так отчаянно волновался и нервничал. Он думал, что после всего, что теперь Кэролайн узнала, она уйдет. Теперь уж точно.
- Я не собираюсь, - пообещала Кэролайн, и Клаус поцеловал ее, проводя пальцами по ее щекам. Он поклялся сейчас сам себе, что не позволит больше никому сделать ей больно. Слишком многие и так уже это сделали... Деймон, Тайлер, ее мать, он сам...
Клаус ощущал себя каким-то демоном рядом с Кэролайн, которая больше походила на ангела.
Его поцелуи становились все более отчаянными, словно неся в себе какой-то смысл, который он не мог объяснить Кэролайн словами.
Кэролайн пыталась отвечать ему, но дыхание сбивалось и она задыхалась, чувствуя головокружение, когда Клаус, наконец, оторвался от нее, продолжая целовать ее шею и грудь, шепча какие-то слова, которые девушка не могла расслышать.
"Останься. Просто останься со мной".