Глава 56. Нежеланный.
Николас
Заплаканная мама зашла ко мне в палату. Стерт кивнул ей, и вышел, оставив нас наедине.
Мама села рядом со мной, и я перевел взгляд в окно. Интересно, почему же она плачет? Обычно по мне, и из-за моего состояния она не плакала... У меня проснулись искры надежды, что у нее есть любовь ко мне, как к своему ребенку. Не смотря на то, что в этой материнской любви я нуждался в далеком детстве... Мне стало не по себе из-за того, что мне, человеку, которому мать никогда не обращала внимание все детство, сейчас захотелось ее любви?
Взглотнув, я посмотрел на ее глаза. В ее голубых глазах был всего лишь холод и боль.
— Ник, — мама села поближе, всхипнув. — Ты... это ты убил Оливера? Ты убил его до неузнаваемости? — дрожал ее голос.
— Ты пришла ко мне в палату, чтобы спросить об этом? — сложил я руки, усмехнувшись.
— Ответь, пожалуйста, — скозь зубы произнесла она, не переставая плакать.
— Допустим, — дотянулся я до стакана воды..— Ты прекрасно знаешь какой он человек, мама, — она долго смотрела на протянутый стакан, после приняла.
— Я ведь любила его... Люблю.
— Хм, — помассировал переносицу. — Ты серьезно? — она кивнула, выпив содержимое стакана. — Даже если он тебя избивал, бил, насиловал. Ты его любила?
— Да, — встала она. — Я его любила несмотря ни на что! Я старалась с тобой поймать общение, потому чо знала, что ты однажды это сделаешь... — неудивительно. — Все мои попытки наладить с тобой отношения... были лишь по причине того, что ты мог убить его... — и я этого хотел всю жизнь. Посмотрев на нее, наблюдаю как она вытерла слезы, подняв голову, прошептала: — Я тебя ненавижу... Ты убил единственного человека, которого я любила. Лучше бы ты умер, а не он.
Она вышла с палаты, а у меня что-то кольнуло глубоко в сердце... Прикрываю глаза, и крепко сжимаю кулаки.
Я всего лишь хотел избавиться от этого ублюдка, который принес лишь страдания... А мама... она лишь желает мне смерти, когда я избавил от нее абьюзера. Я понимаю... что до сих пор, в глубине душе, любил ее. Как бы я не вел себя перед ней холодного эгоиста... как бы она не любила меня, не смотря на то, что я был нежеланным ребенком, я любил женщину, которая принесла меня на этот свет...
Рукой потер лицо, когда увидел заходящего друга, и улыбнулся. Словно ничего не произошло.
Изабелла
Папа со серьезностью смотрел на меня. Я перестаю мешать ложкой содержимое кружки, и вздыхаю.
— Па...
— Белла... Он же опасен. Я помог тебе без лишних вопросов в суде... Да, ты меня победила, и я горжусь тобой. Но как ты можешь любить убийцу?
«Влюбленные люди никогда не будут видеть недостатков друг друга... Они слепы, и их уже не спасти»
— Милая, — вернул меня папа из потоков моих мыслей, и я поднимаю взгляд. — Я не хочу, чтобы ты была в опасности из-за него.
— Я не буду в опасности за его спиной. Он всегда меня защищает, даже, когда я этого не прошу.
Он прикрывает глаза, тяжело вздохнув.
— Белла, я понимаю, ты его любишь...
— Он меня тоже, — кусаю губы, чтобы не заплакать вспомнив о том, что он меня закрыл от пули. — Каким бы он опасным не был, он всегда готов защищать своих близких, друзей. Николас не такой опасный, как кажется вам. И я вам это докажу... обязательно.
Как он выпишется, мы докажем... Найдем все доказательства на то, что он не опасный... Наоборот.
Папа кивает, и я встаю со стола. Поблагодарив за обед, поднимаюсь в свою комнату.
Сердце сжалось, словно какая-то обида... Но я не пойму почему. Я не обижена на своих родителей, но сердце сжималось от чего-то. Сев в кровать, я прикрыла грудь рукой, и стала раздумывать...
Что-то с Ником? Сердце стало биться сильней. Накинув на себя джинсовку, выхожу на улицу.
— Ты куда? — спросила мама, когда я надевала обувь.
— Я... я быстро, — кивнула я, выходя на улицу.
Поймав такси, указала адрес больницы, куда мы приехали быстро.
Поднимаюсь к его палате, открыв дверь. Ник сидел в палате один, смотря в окно. Когда я открыла дверь, он перевел взгляд на меня, и улыбнулся.
— Я же просил тебя отдохнуть дома, — улыбнулся он, я помотала головой.
— Не могу отдыхать, когда ты здесь... — я подхожу к нему, и сажусь рядом. Он берет мои руки, целуя костяшки пальцев. — Ты в порядке? —с волнением спросила я. — Нигде не болит?
Он помотал головой, усмехнувшись. Я сузила глаза, поглаживая большим пальцем его руку.
— Пожалуйста, не ври... Я чувствую, что что-то не так...
— Не волнуйся, Барашка. Ты же рядом, и у меня все в порядке, - я долго смотрела в его глаза, чтобы прочитать хоть малейшую истину.
— Ник...
Николас
Она словно смотрела глубоко, в душу... Наклонив голову в бок. Я улыбнулся ей, но уже с ноткой грусти.
— Меня ненавидит собственная мать.
Ее спина выпрямилась, и она подошла ближе. Немым вопросом она спросила «почему? что такое?», чтобы не перебивать меня, на что я улыбнулся.
— Я никогда не хотел, чтобы она старадала от рук отца... Не хотел, чтобы ей было больно, любил ее, даже если это не показывал сейчас. Но... она сказала, что ненавидет меня, потому что любила этого ублюдка...
Ее спина задрожала, и она обняла меня...
— Я был нежеланным ребенком, вот и она не любила меня...
— Любовь матери ничем не заменишь... — шепнула она, обняв еще сильней. Крепко сжимая ее, я зарылся носом в ее волосы, вдыхая ее запах.
— В моем случае ее заменяешь ты, Барашка.
Она поднимает голову, руками проводя сквозь мои волосы.
— Когда-нибудь она поймет, и осознаст, насколько ты ее любишь...
Когда-нибудь.
Дальше мы молчали. Для нас это было лучшей поддержкой... Крепко обнимая ее, я поцеловал ее в шею, и посморел в ее глаза.
— Я очень рад, что ты у меня есть...
— Я счастлива, что ты со мной, — улыбнулась она.
***
Изабелла
Утром, мне поступает звонок, от неизвестного. Я только вчера купила телефон, и установила рабочий номер. Единственный, который у меня был, и можно было восстановить.
Я еще не успела уволиться с компании адвокатов в городе Кембридж, где пробыла шесть лет. Отвечаю на звонок, как по ту сторону прозвучал мужской голос.
— Адвокат Кеннеди?
— Я уже не Кеннеди, это во-первых. Я больше не адвокат, — но тот меня перебивает.
— Простите... Мне срочно нужен адвокат, — голос был каким-то знакомым... Словно я его где-то слышала.
— Но я больше не...
— Я в Пало-Альто. Вы единственная, кто мне сможет помочь... — я молчу. И тот продолжает: — Прошу вас.
— Хорошо, — выдохнула я. Какой бы холодной я не была в рабочей сфере, звонок... и этот человек вызвал во мне жалость. Нежеланный клиент, которого я обслужу в последний раз.
— Спасибо огромное, — облегченно произнес парень. — Мы можем встретиться? В моем новом офисе...
— Напишите адрес, и время, я приеду, — согласилась я.
— Отлично. Я новый председатель в Бойцовском клубе FYUB. Желательно сегодня к позднему вечеру, мы... я буду свободен.