Глава 42
Дневник Андрея Долотова,
Утро 4 октября
Вчера мы вдвоём приехали в замок, чтобы сейчас вместе ехать на место поединка, что находилось совсем недалеко от нас: на берегу реки, около деревни. Мы отправились туда верхом как можно раньше и тише, чтобы никто из домашних нас не заприметил. Никому мы не говорили насчёт наших намерений, да никто и не узнал. Только Маргарет...
Небо было чистое, ясно-серое – никакого солнца. Холодный освежающий ветер дул прямо в лицо. Жёлтая сухая трава колыхалась, нарываясь упасть, в такт золото-огненной листве, очерчивались острые вершины тёмных елей... Прекрасное утро, чтобы умереть.
Мы ехали молча. Пару раз выкидывали фразы, но, правда, о чём?
Вскоре мы приехали на назначенную встречу. Молвин с Аламаном были уже там.
Морозный ветер громко дребезжал в ушах, пока мы шли к ним.
Секунданты, нёсшие оружие, вытащили пистолеты и представили. Выбрали те, что принёс Молвин.
Дальше кинули жребий: первым стреляю я.
Зарядили, разошлись.
Секунданты дали распоряжение остановиться на отметине в тридцать шагов. И только тогда, обернувшись к противнику, я увидел его настоящее лицо: эти суженные брови на нахмуренном лбу, безжалостные глаза в тени и презрительный, полный ярости оскал, скрываемый дрожащими губами, что посинели от холода. Изо рта в серое небо, покрывавшееся кучами туч, шёл пар, будто противник пыхал огнём.
От тревоги ноги сильно напряглись – весь мой вес утёк ближе к земле. Пальцы на ногах продрогли: время от времени я сжимал и разжимал их. Руки вспотели. Тогда стал перебирать пальцы в какой-то нервотрёпке, что позорила меня. И, когда понял, что по этому жесту и моему лицу видно волнение, я тут же, подняв подбородок, стал делать это более изящно и медленно. Будто так надо.
Время тянулось невероятно долго.
- Начинайте!
Я, прицелившись, нажал на курок. Пуля мгновением всадилась ему в живот, ближе к левому боку. Ещё чуть-чуть и пуля полетела бы мимо.
Молвин тут же скривился, схватившись за рану. Рука его затряслась, когда меж пальцев заструилась кровь с большой силой. Быстро росло алое пятно на рубашке.
Но не прошло и минуты, как он выстрелил с ещё большей злобой...
Резким ударом вонзилась пуля мне в плечо. Видимо, рука его дрогнула, и он не смог повалить меня смертельным выстрелом (поверьте, у меня был достойный противник с хорошим прицелом, но с глупым нравом).
Так всё и закончилось: сине-изумрудный лес и серое тучное небо наблюдали за колышущейся травой, что питалась ало-бурыми реками.