Леди Малфой

Драко оставалось не больше двухсот футов до заветной двери в библиотеку, когда тело пронзила резкая боль. Ноги подкосились, и он, тяжело дыша, осел на пол. Драко выругался, доставая из кармана серебряный пузырёк. Это была последняя доза антидота, и он надеялся, что не придётся использовать её так скоро.

Но пульсирующая головная боль и отваливающиеся конечности были не согласны.

Драко снял металлическую крышку и с большой неохотой одним глотком осушил последние капли зелья. На вкус оно было таким же, как и прежде: прохладная вязкая жидкость. Но в этот раз мысли Драко были заняты совсем другим. Над ним висело почти осязаемое предчувствие надвигающейся опасности: Гермиона угодила в ловушку, Рон был серьёзно ранен, Гарри попал в плен, а секрет Пэнси оказался раскрыт раньше, чем они хотели.

Облегчение после принятия антидота начало разливаться по венам, и весь пессимизм словно волной смыло из сознания. Гермиона сильная и смелая. Пэнси уже наверняка добралась до Гарри, а Рон восстанавливается в безопасном месте. Всё ещё оставалось возможным. Победа над Лестрейнджем и Кассиусом ещё была возможна.

— Круцио!

И так же быстро, как он возник, краткий миг оптимизма исчез. Вместо него сокрушительная волна боли ворвалась в тело Драко, как яд отравляя кровь. Тело вывернулось, пытаясь вырваться из плена проклятия, но оно уже разрывало каждую клетку тела на части. Затем последовала пауза, длившаяся короче мгновения, и боль переместилась в сердце, взрывая его на мелкие кусочки.

Бледно-серые глаза застлала пелена, сквозь которую Драко попытался разглядеть смутную фигуру человека, стоявшего в конце коридора и сжимавшего палочку в руке.

— Хочешь, чтобы дело довели до конца, — сказал Лестрейндж, приближаясь, — сделай его сам.

Это было последним, что Драко услышал, прежде чем его глаза сомкнулись и он потерял сознание.

* * *

Гермиона уже собиралась сесть, когда из коридора послышался крик. Воздух застрял в горле на вдохе, и она с трудом подавила возглас. Ожесточение на лице сменилось выражением совершеннейшего ужаса. Гермиона резко повернулась к Кассиусу, её лицо всё ещё оставалось раскрасневшимся от недавнего спора.

— Это был Драко, — уверенно заявила она. — Ты сказал, что он смог выбраться.

Кассиус не ответил, и она продолжила, с трудом сдерживая дрожь в голосе:

— Я ухожу отсюда, — твёрдо сказала она, подходя к первой двери, которая вела в главную часть библиотеки, когда Кассиус поймал её за запястье.

— Ты никуда не пойдёшь.

Свободная рука Гермионы инстинктивно дёрнулась к удерживавшей её ладони Кассиуса и даже успела оцарапать кожу, прежде чем он поймал и её тоже.

— Послушай, — произнесла она предупреждающим тоном. — Если Драко умрёт, ты никогда не узнаешь, что значит «1213» , ты никогда не узнаешь, кто убил Натали. Спаси его!

Хватка Кассиуса на её запястьях не ослабла, но в его взгляде что-то поменялось. Он явно обдумывал слова Гермионы, потому что, несмотря на то, что такой вариант был связан с определённым риском, он всё же представлялся вполне разумным. В её подозрениях было что-то пугающе правильное. Для Кассиуса убийство Натали Люциусом Малфоем было той историей, в которой все детали сходились и казались правильными, но собранные вместе представлялись не до конца логичными — в конце концов, Люциус превозносил всё, что олицетворяла собой Натали: чистоту крови, богатство, красоту. Кассиус мысленно вернулся в воспоминания о том дне, когда пробрался в Азкабан. Он не мог полагаться на легилименцию, ведь Люциус лично тренировал Драко в окклюменции, а, следовательно, его мыслям нельзя было доверять. В любом случае, пытка была лишь формальностью, Кассиус твёрдо уверился в виновности Люциуса сразу после того, как нашёл подсказку, оставленную Натали в предсмертной записке. Потребовалось как минимум пять Круциатусов, прежде чем Малфой сознался в её убийстве, но кто бы смог выдержать такое?

Кассиус воскресил в памяти разговор перед пыткой, отчётливо осознавая, что до применения проклятия Люциус ни словом, ни интонацией не выдал того, что именно он убил Натали. А под пыткой люди сознавались в гораздо более серьёзных преступлениях, и сейчас, впервые за долгое время, в сердце Кассиуса поселилось сомнение.

* * *

Гарри и Пэнси решили разделиться: Гарри отправился на поиски Драко, а Паркинсон — Рона. Поначалу это казалось прекрасной идеей, но теперь, когда огромный замок, будто поглощал её, Пэнси поняла, что план стоило продумать более детально. Наконец она добралась до коридора, где должна была находиться комната Рона. Гарри пришлось забрать единственную имевшуюся у них палочку, потому что она могла понадобиться Драко, но Пэнси была анимагом и могла сбежать без особых трудностей, в отличие от Рона, за которого она сейчас переживала больше остальных.

Ей пришлось наугад открыть несколько дверей, прежде чем она нашла ту, в которой, тяжело привалившись к стене, прямо на полу сидел Рон. Поначалу она посчитала, что он просто потерял сознание от долгих пыток, которые ему пришлось перенести, но, приблизившись, с зарождающимся чувством тревоги осознала, что его руки были связаны за спиной. Прежде чем она успела сделать хоть что-то, дверь в комнату закрылась с глухим хлопком, и из тени вышел Гектор, направляя палочку на Пэнси.

— Привет, красотка, — произнёс он, обнажая кривые зубы в оскале. — Давно не виделись.

Пэнси попятилась в сторону, пряча руки за спиной в надежде, что Гектор не сразу поймёт, что у неё нет палочки. Она продолжала отступать к двери, когда Пожиратель прицокнул языком и поднял палочку чуть выше.

— На твоём месте я бы не уходил далеко, — предупредил он, — особенно без палочки.

— Что ты с ним сделал? — зло бросила Пэнси, указывая на Рона.

— Ничего особенного, — отозвался Гектор. — Всего лишь одно маленькое заклинание. Он уже и так был полудохлый, когда я пришёл.

— Рон, — проговорила Пэнси, с трудом сдерживая дрожь в голосе. — Рон, поднимайся.

— Никто не защитит тебя, Пэнси, — ухмыльнулся Гектор. — Совсем как в прошлый раз. И сразу предупреждаю, если ты только попытаешься сбежать, я убью Уизли. А если будешь делать всё, что я говорю, как в нашу прошлую встречу, я отпущу твоего дружка.

Глаза Пэнси против её воли наполнились слезами, и она ещё раз взглянула на Рона. Его лицо не выражало страданий, но голова была неестественно запрокинута назад, а под глазом чернел свежий фингал. Руки покрывали многочисленные царапины и ссадины, в не менее плачевном состоянии находились шея и лицо. Справа на голове рыжие волосы сбились в комок, склеенные подсыхающей кровью. Живот Пэнси скрутило спазмом.

Но, несмотря на всё это, выражение лица Рона оставалось почти ангельским. Он походил на ребёнка в своей безмятежной невинности, и Пэнси невольно подумала о том, что у него наверняка было счастливое детство. Любящие родители и дом, в котором он мог чувствовать себя в безопасности. По телу пробежала дрожь, и, продолжая смотреть на Рона, Пэнси обречённо кивнула, чувствуя, как по щеке скатывается крупная слеза.

— Я согласна, — негромко произнесла она. — Отпусти его, и я сделаю всё, что захочешь.

Миновав широкую кровать и комод, Гектор приблизился к Пэнси и запустил пальцы ей в волосы, склоняясь чуть ниже, к её уху. Парализованная, она продолжала смотреть на Рона, и теперь слёзы уже свободно текли по щекам.

— Заманчивое предложение, — прошептал Гектор, опаляя шею горячим дыханием. — Но я не доверяю тебе настолько, чтобы согласиться на это. Уизли без сознания, не нужно стыдиться. Он ничего не увидит.

— Нет! — вскрикнула Пэнси, сбрасывая его ладонь со своего лица. — Рон должен уйти!

— Дорогая моя, ты рассуждаешь так, будто у тебя есть выбор, — ухмыльнулся Гектор, вновь обнажая мерзкие зубы. — Единственное, что сейчас от тебя зависит: останется Уизли жить или умрёт.

* * *

Снаружи доносились непонятные шорохи и звуки разговоров, но голос Драко уже не был слышен. Сердце Гермионы стучало так часто, словно пыталось пробить грудную клетку и вырваться наружу. Драко должен был находиться в ужасном состоянии, и она понятия не имела, остался ли у него антидот, который мог на время поддерживать его в нормальном состоянии. Кассиус, напротив, казалось, не понимал всей серьёзности ситуации, или понимал, но это его не волновало. Его сознание было далеко от библиотеки, взгляд казался расфокусированным и задумчивым — он явно собирал информацию, перемещаясь между мыслями других людей, и Гермиона знала, что только в такие моменты Кассиус по-настоящему уязвим. И в этот раз у неё просто не осталось выбора.

Это был последний шанс сбежать. Гермиона едва заметно пошевелила рукой, проверяя хватку Кассиуса на запястьях. Как она и ожидала, его пальцы немного расслабились, а лёгкого движения девушки он не заметил, поглощённый тем, что происходило в головах других магов. Гермиона сделала глубокий вдох, понимая, что второго шанса у неё не будет, и что есть силы ударила Кассиуса коленом чуть ниже живота. Как она и предполагала, он не сумел быстро сориентироваться, давая Гермионе лишние мгновения на то, чтобы вырваться из его хватки и толкнуть Кассиуса на ковёр. Его палочка вылетела из кармана и закатилась под книжный шкаф, а Гермиона, не ожидавшая от себя такой скорости, со всех ног бросилась к выходу из комнаты. Она ещё никогда в жизни не бегала так быстро и уже через пару секунд захлопнула за собой дверь, оказавшись в основной части библиотеки, и рванула на себя стойку с книжными полками, которая с грохотом обрушилась у неё за спиной, забаррикадировав Кассиуса в тайной части библиотеки.

Стремительно перемещаясь между стеллажами, Гермиона могла лишь надеяться, что Кассиус не заметил, куда закатилась его палочка — в таком случае ему придётся отложить преследование. Уже через пару секунд Гермиона была у высокой дубовой двери — главного входа в библиотеку — и, дёрнув тяжёлую створку, оказалась в коридоре.

Гермиона мгновенно оценила обстановку: справа простирался тёмный коридор, освещённый единственным факелом, но когда она повернула голову влево... Гермиона сразу узнала его.

— Драко! — выдохнула она чуть слышно.

Он лежал в полном одиночестве посреди коридора, и здравый смысл подсказывал Гермионе, что она точно слышала другие голоса, но она просто не могла остановиться, чтобы проверить свои подозрения. Она метнулась вперёд и бросилась на колени перед ним, прикладывая ладонь ко лбу, покрытому кровью и потом.

— Драко, — прошептала она, склоняясь к его уху. — Поднимайся. Нам надо уходить отсюда. Пожалуйста!

Его веки едва заметно приоткрылись — достаточно, чтобы серые глаза привыкли к свету и сфокусировались на девушке, склонившейся над ним. Мгновение блаженного неведения оказалось очень коротким, и уже в следующую секунду глаза Драко расширились, и он попытался приподняться на локтях.

— Гермиона, — проговорил он приглушённым голосом.

Её губы невольно растянулись в широкой счастливой улыбке, и она коснулась губами его щеки.

— Нам надо уходить, — повторила она, пытаясь помочь ему встать и одновременно профессиональным взглядом целителя оценивая болезненную худобу, сероватый оттенок кожи на лице и бледные сухие губы. О, сколько бы она отдала сейчас, лишь бы увидеть на лице Драко знакомую самоуверенную ухмылку.

Где-то позади со стороны библиотеки послышался шум, и Гермиона интуитивно знала, что это Кассиус заклинанием вышиб дверь из маленькой комнаты в библиотеке, а это значило, что у них оставалось меньше минуты. Накатила тошнота, и в горле встал сухой ком, но Гермионе даже в голову не пришло оставить Драко здесь. Она снова позвала его по имени, не давая скатиться в бессознательное состояние.

— Неужели это леди Малфой собственной персоной? — послышался мужской голос, но он принадлежал не Кассиусу. Гермиона резко обернулась и встретилась взглядом с Лестрейнджем, который стоял, привалившись к стене в нескольких футах позади неё, сжимая в руке палочку. — Я знал, что кто-то придёт за Драко, но даже не ожидал, что это будете вы, — с издёвкой продолжил он.

Гермиона инстинктивно положила ладонь на грудь Драко в защитном жесте, не спуская выжидательного взгляда с Лестрейнджа.

— Матиас! Картер! — позвал он, и двое мужчин вышли из тени ближайшего коридора. — Сопроводите нашу семейную пару в подземелья.

— Он может трансгрессировать, Ральф, — предупредил Матиас, но Лестрейндж лишь ухмыльнулся.

— Учитывая его состояние, я буду крайне удивлён, если он сможет хотя бы повернуть голову. Заприте их в подземелье и найдите остальных.

У Гермионы не было палочки, и она не хотела рисковать здоровьем Драко, вступая в схватку с тремя опытными Пожирателями. Она покорно наблюдала, как Матиас грубо подхватил тело Драко и понёс в сторону подземелий. Картер заклинанием связал ей руки и потащил вслед за ними.

Когда они проходили мимо библиотеки, Гермиона могла поклясться, что по ту сторону двери услышала какое-то шевеление.