Леди Малфой

Гермиона с напускным спокойствием посмотрела на открывшуюся картину, мысленно отмечая, что мышцы Драко то и дело сводило судорогой, как будто ему снился кошмар. Внутри неё всё сжималось от беспокойства, но она нашла в себе силы бесстрастно ответить:

— Понятия не имею, — солгала она. — Драко - аврор, он постоянно сталкивается с опасными магами. Очень вероятно, что на работе он и получил этот ожог и просто не хотел мне рассказывать, чтобы я не волновалась.

— Но... На мгновение мне показалось, что ожог... как будто живой, — произнёс целитель, тщательно подбирая слова и не сводя глаз с девушки.

В этот момент через раскрытую дверь в комнату вошли Гарри и вторая целительница, и Гермиона поняла, что надо действовать быстро.

— От лица моего мужа и от себя лично хочу поблагодарить вас за оказанную помощь, — начала она холодным отстранённым голосом, распрямив плечи и слегка поджав губы.

Глаза Гарри расширились.

— Что? — переспросил он.

— И тебя тоже, Гарри, — добавила Гермиона, подходя к своей сумочке и вытаскивая кошелёк.

— Но мы ещё не закончили, — обескураженно произнесла целительница.

Гермиона украдкой выглянула в окно, за которым уже начинал заниматься рассвет. Она не хотела привлекать внимание к дому, а выходящие целители в униформе были слишком заметны, к тому же, чем дольше они будут оставаться рядом с Драко, тем больше шансов, что они начнут что-то подозревать, а ей вовсе не хотелось отвечать на вопросы и вызывать лишние подозрения, поэтому Гермиона настойчиво продолжила:

— Я сама проходила небольшую целительскую подготовку, — произнесла она, натянуто улыбаясь. — Если вы не против, я бы хотела купить у вас медикаменты, чтобы быть готовой к подобной ситуации. Элай!

Дворецкий, до этого ожидавший в коридоре, поспешно зашёл в комнату.

— Да, леди Малфой?

— Проследи, пожалуйста, чтобы эти замечательные целители получили компенсацию за беспокойство и за лекарства.

Целители настороженно наблюдали, как Элай принял у Гермионы увесистый кошелёк, после чего позволили проводить себя к выходу и приняли деньги. Уходя, Элай прикрыл дверь в комнату, так что Гарри, Гермиона и Драко остались одни.

— И что это было? — ошеломлённо поинтересовался Гарри.

— Мне нужно поддерживать легенду, — пожала девушка плечами. — Гермиона Грейнджер не должна попадаться никому на глаза, и чем меньше людей обо мне знают, тем меньше шансов, что Лестрейндж нас найдёт.

— А я скучаю по Гермионе Грейнджер, — задумчиво произнёс Гарри.

Она отвернулась в сторону, избегая его взгляда и вздохнула.

— Всё не так просто, Гарри. За последние несколько лет многое поменялось, я стала кем-то, кем никогда не хотела быть. Я не хочу продолжать двигаться в том же направлении и закончить замужней мамочкой с пятью детьми, чьи дни вертятся вокруг готовки, уборки и работы. То есть... Может, когда-то я и захочу этого, но только не сейчас.

— Ты не хочешь быть с Роном.

Не вопрос — утверждение. Гермиона покачала головой.

— Дело не только в этом. Мы с Роном уже расстались.

Гарри замолчал. Поначалу Гермионе показалось, что он расстроен мыслью об их разрыве, но, как оказалось, он думал совсем о другом.

— Ты хочешь быть с Малфоем? — наконец спросил он, заставая её врасплох.

— Я не знаю, чего хочу.

Гарри недоверчиво покачал головой и закатил глаза.

— Жизнь двух моих лучших друзей сейчас в опасности. Я всегда принимал и уважал твои решения, но не знаю, возможно ли сделать это теперь. Могу лишь пообещать, что не стану лезть в твои дела, если ты сама будешь держать меня в курсе происходящего. Я буду отслеживать заявления о пропавших магах и дам тебе знать, если найду что-то подозрительное. Согласна?

Гермиона слабо кивнула и негромко произнесла:

— Мне жаль.

— Я знаю, — ответил Гарри, ободряюще сжимая её ладонь на прощание и выходя из комнаты.

Дверь за ним захлопнулась, и Гермиона попыталась собраться с мыслями. Она выглянула в окно — вдали, на горизонте, занимался рассвет. Она прикрыла глаза и глубоко вдохнула, впервые за последнее время чувствуя себя почти спокойно.

— Элай, — позвала она, открыв глаза. Через мгновение дворецкий стоял перед ней.

— Да, мисс Грейнджер?

— Мне надо будет отлучиться сегодня вечером, — сказала она. — Вы не могли бы купить еды, а то кухня совсем пустая. В кошельке ещё остались деньги. И я бы хотела, чтобы с моей метлы было снято заклинание отслеживания.

— Да, конечно, — поклонился Элай.

— Спасибо.

— Мисс Грейнджер, прежде чем я уйду, хочу сказать, что был очень впечатлён тем, как вы себя держали сегодня. Если позволите, я бы даже сказал, что вы были настоящей Малфой.

Гермиона улыбнулась и снова повторила:

— Спасибо.

Когда Элай скрылся за дверью, она вновь погрузилась в свои мысли, думая о планах на день. Ей надо было встретиться с Кассиусом в семь и пополнить запасы ингредиентов для антидота по дороге. Но она уже сейчас знала, что противоядие — это временное решение. Настоящей причиной рецидивов Драко была боль. Элай говорил об этом раньше, и теперь Гермиона окончательно убедилась, что это так. Было что-то... что-то неправильное во всей сложившейся ситуации, и что ещё хуже, Гермиона не могла сделать ничего, чтобы помочь Драко. И каким-то необъяснимым образом это заставляло её чувствовать себя виноватой.

Она посмотрела на Малфоя, который спал как ребёнок, но его лицо всё равно выражало физическое страдание. По всей видимости, ему снился очередной кошмар, но Гермиона могла лишь беспомощно наблюдать за ним, не в силах помочь ему и не в силах облегчить его терзания.

Внезапно Драко вздрогнул, и его веки едва заметно задрожали, словно он с трудом пытался открыть глаза. Гермиона подошла к постели и опустилась на колени рядом с ней, прикладывая ладонь ко лбу Драко и убирая прядь волос с его лица. Малфой наконец открыл глаза и сфокусировал взгляд на девушке, поначалу с явным замешательством, но почти сразу слабая улыбка появилась на его губах.

— Привет, — широко улыбнулась Гермиона, чувствуя, как на глазах выступают слёзы и ощущая себя полной дурой.

— Скучала? — Впервые за долгое время знакомая ухмылка появилась на лице Драко. Невыразимая волна облегчения захлестнула Гермиону, и она засмеялась.

— Больше, чем ты можешь представить.

Драко придвинулся чуть ближе и запечатлел у неё на лбу лёгкий поцелуй.

— Спасибо, — сказал он в ответ на удивлённое замешательство девушки. — Пока не знаю за что, но ты точно что-то сделала, иначе сейчас все готовились бы к моим похоронам.

Необъяснимое чувство восторга и ликования пронзило Гермиону, тем временем Драко с интересом оглядел комнату и вновь посмотрел на неё своими пепельно-серыми глазами.

— Кажется, я требую к себе слишком много внимания, — усмехнулся он. — И конца этому не видно.

— С тобой всё будет хорошо, — пообещала Гермиона, поднимаясь с пола и усаживаясь на краешек кровати. — Как только всё уляжется, вы с Пэнси вернётесь в поместье, всё станет как прежде, и ты будешь счастлив. Тебе нужно избегать страданий, чтобы справиться с болью.

Драко вскинул бровь.

— А ты? — спросил он.

Гермиона с преувеличенным удивлением расширила глаза и тут же понадеялась, что парень не заметил этой чересчур театральной реакции на его слова.

— А что я?

— Когда всё закончится, ты больше не собираешься меня видеть?

— Нет. Я же говорю, что тебе нужно получать положительные эмоции. Надо забыть обо всём этом ужасе и начать спокойную жизнь. Тебе про...

— Постой, — прервал её Драко на полуслове. — То есть ты считаешь, что рецидивы у меня случаются из-за тебя? — Он приподнялся на локтях и сел, так что теперь их лица находились на одном уровне. Гермиона попыталась отвести взгляд, но Драко требовательно продолжил: — Отвечай.

— Ну, я точно не облегчаю ситуацию, — неловко произнесла она. — Я как груз, который постоянно тянет тебя на дно, то есть... — Гермиона чувствовала, что ещё немного, и её голос задрожит. — Положительных эмоций от меня ты точно не получаешь.

Она больше не могла себя сдерживать, и слёзы покатились по её щекам, заставляя Гермиону чувствовать себя полнейшей идиоткой в глазах Драко. Она порывистым движением вытерла солёные дорожки с лица и всхлипнула. Малфой попытался встать, но он был ещё слишком слаб, поэтому смог лишь жестом показать Гермионе, чтобы она придвинулась ближе. Она послушалась, но продолжала смотреть в сторону, и тогда Драко мягко обхватил ладонями её лицо и повернул к себе, заглядывая ей в глаза.

— Хочешь сказать, ты не заметила, что это случается, только когда тебя нет рядом? — вкрадчиво спросил он и уверенно продолжил: — Ты — единственное, что удерживает меня от смерти, Гермиона, и если ты уйдёшь, я не знаю, что случится, но могу тебе гарантировать, что ничего хорошего.

Гермиона усмехнулась сквозь слёзы:

— Ты просто пытаешься меня успокоить.

— Знаешь, что я чувствую, когда происходит рецидив? — спросил Драко, игнорируя её слова. Она отрицательно покачала головой. Часть неё не хотела знать жуткие подробности, но другая часть просто изнывала от любопытства. — Я чувствую, что тону.

Он убрал ладони от её лица, но Гермиона не стала отводить взгляд и отворачиваться. Драко приложил руку к груди и продолжил:

— Как будто тяжёлый якорь тащит меня вниз, и я не могу дышать, не могу всплыть на поверхность и ощутить воздух в лёгких. А ты спасаешь меня от этого. Когда я с тобой, я не становлюсь другим человеком, но я оказываюсь в другом мире. Ты возвращаешь меня в Хогвартс, когда всё было понятнее и проще. Сегодня, когда ты убежала из-за того, что я сказал, у меня не было выбора. Ничто не защищало меня от моего прошлого, и ничто меня не удерживало, я снова испытывал страдания и боль, которые мне пришлось пережить в жизни.

Гермиона была поражена признанием и после короткой паузы тихо пообещала:

— Больше никогда.

Драко отодвинулся от неё и похлопал по освободившемуся месту на кровати.

— Тебе нужно отдохнуть, — сказал он.

Гермиона кивнула, только теперь понимая, что не спала уже несколько дней. Она прилегла рядом с Драко так, что её голова оказалась на уровне его груди. Гермиона заглянула ему в глаза, и он улыбнулся в ответ.

— Кажется, антидот уже работает, — произнесла она. — Тебе лучше?

Драко пожал плечами.

— Мне просто нравится компания.

* * *

Гермиона заснула пару часов назад, но Драко так и не сомкнул глаз. Его рука бережно покоилась на талии девушки, пока сам он обдумывал всё, что произошло за последние несколько дней.

В этот раз он снова видел Натали. И даже почти прикоснулся к ней, но что-то в его подсознании поменялось: он видел и слышал её, но ещё никогда за всю жизнь он не чувствовал себя таким далёким от неё. Сон или, скорее, видение прервалось, когда небесно-голубые глаза Натали поменяли цвет, а её аккуратно уложенные белые волосы превратились в спутанные каштановые кудряшки, и не надо было быть гением, чтобы понять, кого она напоминала.

— Что я наделал? — пробормотал Драко себе под нос.

— Кажется, кто-то оказался в весьма компрометирующей ситуации, — негромко произнёс Регулус, хитро улыбаясь с полотна. — Рад, что ты очнулся, приятель.

Драко сдержанно кивнул:

— Прости, что так на тебя сорвался.

Регулус отмахнулся и покачал головой.

— Не стоит извиняться. Видок у тебя, определённо, посвежее. Ну что, ты видел, как вся жизнь пронеслась перед глазами или это романтические выдумки? — подмигнул он.

— Нет, — честно ответил Драко. — Я видел своё настоящее.

Регулус вопросительно вскинул бровь.

— Это как?

Драко многозначительно опустил взгляд на Гермиону и снова посмотрел на портрет.

— Я видел её.

— А, романтика, — саркастично прокомментировал Регулус, демонстративно хлопая ресницами.

— Вовсе нет, — быстро поправил Драко. — Помнишь, ты сам говорил, что я чего-то боюсь. Каждый мой сон до этого был об одной женщине. Думаю, я боялся застрять в прошлом, с ней.

— Не понимаю, почему тебя это так волнует, — подмигнул Регулус. — Тем более если та девушка из твоих снов была симпатичной.

— Я чувствую себя виноватым, — признался Драко. — Она так долго являлась мне, а потом я вдруг решил, что больше не хочу её видеть и... вот так просто... она исчезла. Это было совсем как...

— Совсем как магия, — закончил за него Регулус с усмешкой. — Победа духа над плотью, приятель.