Леди Малфой

Гермиона встретила Драко на полпути к залу. Заметив её в конце коридора, Малфой выдохнул с облегчением и без лишних предисловий собщил:

— Нам надо спуститься к гостям. Лестрейндж что-то подозревает.

Гермиона робко кивнула, украдкой глянув в сторону хозяйской спальни.

— Да, — согласилась она.

Драко на мгновение задержал на ней взгляд, оценивая непривычно покорную реакцию на его слова, но громкий бой напольных часов в соседнем коридоре отвлёк его. Он протянул Гермионе руку, и та инстинктивно приняла её.

— Что такого сложного в истории Кассиуса? — спросила Гермиона некоторое время спустя, когда они быстро спускались по мраморным лестницам.

— В смысле?

— Пэнси рассказывала мне о нём... недавно. И она сказала, что у него запутанная история.

Прежде чем Драко успел ответить, они добрались до круглого зала и были немедленно поглощены толпой, шумом разговоров и звоном бокалов. Нацепив на лицо улыбку, Гермиона взяла Драко под локоть, и они вместе начали продвигаться вдоль зала. Даже издалека она заметила, как дёрнулось лицо Лестрейнджа, когда он их заметил. Гермиона оглядела комнату, обращая внимание на беседовавшую с белокурой ведьмой Пэнси и на Рона с Элаем, которые о чём-то переговаривались неподалёку от центральной лестницы.

На этот раз повсюду звучала музыка, создаваемая невидимым оркестром, и в центре зала кружились несколько пар.

— Нам тоже надо потанцевать, — предложила Гермиона. — Мы ведь хотим выглядеть непринуждённо.

— Я не очень хороший танцор, — отозвался Драко, не переставая разглядывать гостей. По иронии он не сразу заметил приблизившегося к ним человека.

— Мне показалось, или леди Малфой выразила желание потанцевать? — спросил Кассиус с очаровательной улыбкой.

Если Драко и был удивлён его внезапным появлением, он не подал виду. Однако Гермиона всё же расслышала короткий облегчённый выдох.

— Да — со мной, — довольно резко сказал он.

— Ну, мы с тобой практически одного возраста и роста, — усмехнулся Кассиус. — Если дама пожелает, я могу стать вполне равноценной заменой.

Оба парня теперь выжидающе смотрели на Гермиону. Лицо Драко выражало самодовольную уверенность: он был уверен в отрицательном ответе. Но у Гермионы был свой план.

— Хорошо, — согласно кивнула она, протягивая Кассиусу руку.

Ошеломлённое выражение на лице Малфоя было последним, что Гермиона увидела, прежде чем Кассиус увлёк её за собой в центр зала. Он обвил рукой её талию и подождал, пока она положит ладонь ему на плечо.

— Я удивлён, что ты согласилась, — сказал он, кружа её в танце.

Гермиона никак не прокомментировала его замечание, вместо этого сразу переходя к делу:

— Так вот какие эксперименты описывала Матильда? — спросила она. — Её мать высасывала из неё кровь?

Кассиус притворно вздохнул.

— А я-то думал, что ты захотела потанцевать со мной из-за моего невероятного обаяния. — Заметив упрёк во взгляде Гермионы, он всё же добавил: — Да, я полагаю, что мать Матильды хотела сделать её вампиром. Для успешного превращения нужно обладать определённым химическим составом крови, тогда человека можно обратить. Кровь Матильды теоретически должна была подходить по составу, потому что её мать смогла стать вампиром, но генетика со стороны отца оказалась сильнее.

— То есть, когда Матильда сожгла мать Адским пламенем, вампирская кровь дала о себе знать? Поэтому она трансформировалась в это существо?

— Возможно.

Они продолжали танцевать под музыку в центре зала, и краем глаза Гермиона заметила, что взгляды некоторых гостей с интересом прикованы к их паре.

— Но что-то всё равно не сходится, — немного разочарованно произнесла она. — Почему то же самое случилось с Адрией?

Кассиус вскинул бровь.

— А их случаи абсолютно одинаковы?

Гермиона задумалась и честно ответила:

— Нет.

Губы Кассиуса изогнулись в улыбке, и он склонился к уху девушки:

— Тогда, Гермиона, давай вспомним, что нам говорит Сибалис в своей доктрине магического анализа: следует выделить общий фактор, а затем найти различия и отнести каждое из них к определённой причине.

Он выпрямился и взглянул ей в глаза, после чего широко улыбнулся и прижал Гермиону ближе к себе. От неожиданности она не стала сопротивляться и на мгновение почувствовала пульсацию ожога на груди Кассиуса даже через ткань рубашки. Он резко отстранился и на секунду прикрыл глаза, справляясь с очередным приступом боли. Гермиона хотела было что-то сказать, но её отвлёк возникший рядом Драко.

— Ужасно жаль вас прерывать, но, кажется, ты уже достаточно развлёк мою жену, Кассиус. Уверен, здесь найдётся множество одиноких дам, которые жаждут твоего внимания.

— У меня сложилось впечатление, что ты не хочешь танцевать, — ответил Кассиус с усмешкой, но покорно отстранился от Гермионы.

Драко внимательно наблюдал, как он склонился, мягко целуя её руку в знак окончания танца.

— Надеюсь, у нас ещё будет шанс это повторить, — обворожительно улыбнулся Кассиус на прощание.

Гермиона слабо кивнула, наблюдая, как он разворачивается и растворяется в толпе гостей. Ещё до того, как она успела осмыслить их разговор, особенно то, что он сказал про доктрину Сибалиса, Драко схватил её за руку и развернул лицом к себе.

— Потанцуем? — мрачно предложил он тоном, не терпящим возражений.

— Сколько энтузиазма, — бросила Гермиона с сарказмом.

— Прошу прощения, что не лезу к тебе, как Кассиус.

— Мы просто разговаривали, Драко, — закатила она глаза.

— Да неужели? А с моего места казалось, что ещё немного — и вы запрыгнете друг на друга, — вызверился Малфой.

— Почему тебя это вообще волнует? — так же резко осведомилась Гермиона.

— Потому что, нравится тебе это или нет, для всех окружающих ты моя жена, — недобро прищурился Драко. — Хотя своим поведением ты ясно дала понять, что мелочи вроде репутации в обществе тебя не волнуют.

Ещё до того, как он закончил говорить, яркая вспышка зелёного света прочертила зал и разорвалась ослепляющими языками пламени. Гермиона лихорадочно обернулась, одновременно с этим чувствуя, как напряглось тело Драко: они оба знали, кому принадлежал этот огонь.

— Я думала, Элай нашёл её! — воскликнула Гермиона, уже не заботясь о конспирации — весь зал погрузился в панический хаос: люди что-то кричали, сталкивались друг с другом и судорожно пытались найти укрытие, пока зеленоватый дым медленно заполнял пространство.

Ничего не ответив, Драко схватил Гермиону за руку и притянул её ближе к себе.

— Надо найти Пэнси и Уизли, — сказал он, пытаясь перекричать шум, стоявший в комнате.

— Ох, чёрт, Рон! — выдохнула Гермиона, уже совсем забывшая о его присутствии в зале. — Кажется, они стояли у дальней стены, напротив лестницы.

Не теряя ни секунды, Драко потянул Гермиону за собой мимо беснующихся людей, которые нескончаемым потоком текли к распахнутым настежь дверям, толкаясь и распихивая соседей локтями. Несколько ярких вспышек прочертили воздух, когда несколько Пожирателей, оправившись от первого шока, начали действовать. Гермиона поспешно вытащила собственную палочку из лифа платья и вытянула её перед собой. Пламя уже перекинулось на бархатные шторы и занавески, которые теперь пылали изумрудным светом, в панике кто-то умудрился заклинанием перевернуть одну из каменных статуй. Драко продолжал лавировать сквозь толпу, пока Гермиона судорожно высматривала среди гостей Пэнси и Рона.

— Не привлекай внимания, — громко предупредил Малфой, но она всё равно с трудом разобрала слова среди общего гвалта.

Кассиуса и Лестрейнджа нигде не было видно, но едва Гермиона успела подумать об этом, как пронзительный возглас Адрии наполнил воздух, перекрывая шум толпы. Многие зажали уши, пытаясь защитить слух от этого пробирающего до костей крика. В следующее мгновение Гермиона с ужасом заметила, как вокруг них сжимается огненное кольцо, одновременно с этим чьё-то заклинание белой полосой полетело в её сторону.

— Протего! — выкрикнула Гермиона, в последний момент отводя заклинание от себя.

— Это был один из друзей Лестрейнджа, — прокричал Драко, ускоряя шаг. — Надо торопиться.

Она почти перешла на бег, ругая длинный подол платья за то, что не могла двигаться быстрее. Уклонившись от очередного языка пламени, Гермиона внезапно остановилась, заметив на другом конце комнаты Лестрейнджа — отблески зелёного пламени плясали в его глазах. Он был в бешенстве.

— Убейте их! — Его приказ Гермиона скорее прочитала по губам, чем услышала.

Глаза Драко сверкнули злостью, и в следующее мгновение он выдернул девушку из-под красной струи света, которая прошла в сантиметре от её уха.

— Новый план, — быстро сказал он. — Иди в Южную башню.

— А как же Рон и Пэнси?!

— Иди, я сам их найду! — прокричал Драко, одновременно с этим взмахом палочки отводя два заклинания, летевших в их сторону. Гермиона присоединилась к отражению проклятий, но она знала, что долго они так не продержатся. Пригнувшись, Малфой перебежал под защиту поваленной статуи, утягивая Гермиону за собой. Теперь у них было несколько минут, прежде чем Пожиратели могли добраться до них сквозь мечущуюся в панике толпу и мимо кружащейся в центре зала Адрии с её ядовитым пламенем.

— Помнишь, что я тебе сказал? Все остальные второстепенны. Тем более, если мы выберемся, они прекратят нападение — другие их не интересуют.

— Но куда мы пойдём?

— Куда угодно... Туда, где безопасно, где Лестрейндж не сможет...

Прежде чем Драко закончил, Гермиона мгновенно вспомнила о месте, где они могли надёжно спрятаться.

— Я точно знаю, куда нам пойти! — воскликнула она.

— Отлично, — кивнул Драко, скидывая с себя парадную мантию, чтобы та не сковывала движения. Они оба вспотели от бега и жара, стоявшего в зале из-за пламени Адрии, и теперь тяжело дышали, пытаясь унять бешено колотившиеся сердца. — Но сначала тебе надо трансгрессировать в Южную башню.

— Но я не могу, — отрицательно покачала головой Гермиона. — Только вы с Элаем можете трансгрессировать в пределах поместья.

— Только люди, принадлежащие к роду Малфоев, могут перемещаться в замке, — поправил её Драко, — и теперь ты одна из них — с тех пор, как я назвал тебя леди Малфой на территории поместья.

В этот момент крики Адрии достигли наивысшей точки, весь зал наполнился протяжным пронзительным воплем, и зелёный язык пламени резко метнулся в сторону Драко.

— Сопенста грэго! — выкрикнул он, вскидывая руку.

Поток белого света хлынул из его палочки, отталкивая подбиравшееся пламя назад, в центр зала. Но эти два слова, как спусковой крючок, вызвали в памяти Гермионы события недавнего прошлого, на какое-то время она отключилась от происходящего и погрузилась в воспоминания, отчаянно цепляясь за что-то ускользающее, но невероятно важное. Она снова была в подземелье, зелёный огонь кольцом сжимался вокруг неё, совсем как несколькими минутами ранее на балу. Она лежала, истекая кровью, отчаянно цепляясь за жизнь из последних сил, когда вспышка белого света разорвала полумрак подземелья и мужской голос выкрикнул то же самое заклинание. Но туманная пелена, до этого не позволявшая восстановить в голове события той ночи, наконец медленно испарилась, открывая девушке то, чего она никак не ожидала увидеть. Заклинание, которое прогнало Адрию, использовал вовсе не Элай... Это был Драко. Теперь Гермиона ясно видела его очертания, его вскинутую вверх руку с палочкой, из которой вырвался поток белого света, отбросивший языки пламени от неё. Но силы заклинания было недостаточно для двоих, пламя перекинулось на Драко, и он упал, ударившись головой о каменные плиты.

— Гермиона!

Голос Малфоя рывком вернул её назад в реальность.

— Что с тобой? — спросил он, видимо, заметив её полутрансовое состояние.

С трудом сдерживая слёзы, совершенно поражённая внезапно вернувшимся воспоминанием, Гермиона негромко произнесла:

— Ты спас меня.

— Что? — озадаченно переспросил Драко.

— Ты. Ты спас меня от Адрии тогда, в Северной башне. Теперь я помню. Это был не Элай.

Не дав ничего возразить, Гермиона бросилась ему на шею и крепко сжала Драко в объятиях. На мгновение он застыл в изумлении, но в следующую секунду обхватил её левой рукой за талию и прижал к себе.

— Тебе надо уходить, — негромко сказал он, пытаясь унять колотившую Гермиону дрожь. — Я вернусь, как только найду Пэнси и Уизли.

— Только не умирай, — прошептала она.

Драко мягко отстранился и посмотрел на неё, так и не выпуская из объятий.

— Даже не мечтай, Грейнджер, — улыбнулся он.

Гермиона не смогла сдержать усмешку, несмотря на подступившие к глазам слёзы. Драко с неохотой разорвал объятия и отстранился, позволяя ей сосредоточиться на перемещении. Гермиона закрыла глаза и живо представила себе Южную башню, концентрируя все свои силы и чувствуя знакомое покалывание в области живота. Открыв глаза в последний миг перед перемещением, она увидела, как Драко бросился на другой конец зала через ревущее огненное зарево.