Леди Малфой

Откровенное недоумение на лицах трёх людей, несомненно, сдало бы их Лестрейнджу с потрохами, если бы только он сам не вперился взглядом в Элая, не замечая ничего вокруг: ни расширившихся серых глаз Малфоя, ни отвисшую челюсть Гермионы, ни внезапно застывшую Пэнси.

— Леди Малфой? — переспросил Лестрейндж, не отводя от Элая пристального взгляда.

— Да, сэр, — невозмутимо ответил тот.

— Это... — Лестрейндж запнулся. — Это леди Малфой?

— Единственная и неповторимая.

Родольфус перевёл взгляд на Кассиуса, который выглядел не менее озадаченно и лишь пожал плечами в ответ.

— Хочешь сказать... она...

— Жена, — вклинилась Пэнси, справившись с собственным удивлением. — Это жена Драко.

Она украдкой взглянула на Гермиону, которая, казалось, была ошеломлена происходящим, пытаясь одновременно понять, что тут происходит, и остановить дрожь в коленках, борясь с резкими порывами ветра, нещадно задувавшими под промокшую до нитки одежду. Говорить было трудно: после «купания» губы будто сковало льдом, но, учитывая водоворот разнообразных мыслей, крутившихся у неё в голове, Гермиона сомневалась, что смогла бы произнести хоть слово, даже находись она в самом тёплом доме Англии.

— Никогда о ней не слышал, — с сомнением произнёс Лестрейндж.

— Да, я тоже! — добавил один из его дружков.

— Вас не было так долго, мистер Лестрейндж, — заметил Элай. — Сомневаюсь, что мистер Малфой мог связаться с вами.

Испытующий взгляд Родольфуса переместился на лицо Гермионы, которое уже приобрело голубоватый оттенок от холода. Теперь она дрожала всем телом и обхватила себя руками за плечи, чтобы хоть немного успокоиться и согреться. Элай предусмотрительно снял свою зимнюю мантию и почтительно накинул ей на плечи.

— Так лучше, миледи? — заботливо спросил он. Элай стоял совсем близко, и Гермиона с лёгкостью различила мольбу в его взгляде.

Она неуверенно повернулась к Малфою, который ещё не проронил ни слова и выглядел не менее взволнованно, чем она. Ей нужны были ответы. И она обязательно их потребует... но позже.

— Д-да, — дрожащим голосом произнесла Гермиона.

— Быть может, продолжим этот разговор внутри? — предложил Элай, отступая от девушки и вновь поворачиваясь к Лестрейнджу. — Эльфы уже накрыли тёплый обед, о котором вы так мечтали.

— Я вся продрогла, — согласилась Пэнси. — И уверена, Драко с Гер... — она запнулась, словно только что чуть не произнесла страшное ругательство.

— Что? — подозрительно прищурился Лестрейндж.

— Да, мы с Гермией тоже очень замёрзли, — спокойно произнёс Драко.

Брови Лестрейнджа остались нахмуренными, а лоб — напряжённым. Он испытующе посмотрел на Драко, затем перевёл взгляд на Гермиону.

— Конечно, — наконец сказал он, выдавливая из себя улыбку, которую можно было назвать какой угодно, но только не искренней.

— Мисс Паркинсон, — произнёс Элай, обращаясь к Пэнси, — полагаю, вам вместе с мистером и миссис Малфой следует подготовиться к завтраку, а я покажу джентльменам их комнаты.

Драко выпрямился и небрежно провёл рукой по волосам. Теперь на его лице не было и тени страха — лишь привычная маска равнодушия.

— Моё гостеприимство распространяется только на семью, дядя Ральф, — холодно произнёс он. — Боюсь, поместье Малфоев могло служить мотелем для Пожирателей только при отце.

Лестрейндж усмехнулся.

— Разумеется. Здесь останемся только мы с Кассиусом, — добавил он. — Мальсибер, Маркус и Гектор будут лишь наносить визиты время от времени.

— Элай, после обеда покажи гостям их комнаты, — приказал Драко и, повернувшись к Пэнси, добавил: — Пойдём.

— Увидимся за обедом, мой мальчик, — кивнул Лестрейндж. — Я просто умираю от любопытства — хочу узнать всё о вашей свадьбе.

— Как и я, — мягко, но настойчиво добавил Кассиус.

Драко согласно кивнул и проводил взглядом всех мужчин, которые под руководством Элая направились в обеденный зал. Кассиус был самым высоким из них, и его походка отличалась аристократичной плавностью, тогда как остальные Пожиратели сильно сутулились и больше напоминали неуклюжих животных.

Как только они скрылись в глубине замка, Драко развернулся лицом к Гермионе.

— Внутрь, — прошипел он, с трудом сдерживая злость и заставляя девушку сжаться, словно ребёнка, которого отчитывают родители. — Сейчас же.

* * *

Малфой ураганом пронёсся мимо комнат по коридорам, не произнося ни слова. Гермиона плелась сзади, сильно отставая, Пэнси тоже притормозила, чтобы оставаться с ней на одном уровне. Паркинсон всё ещё крепко сжимала в руке палочку. Постепенно коридор расширился, и все трое вышли к подножию широкой мраморной лестницы. Драко шагал нарочито широко и размашисто, так что Гермионе приходилось прилагать дополнительные усилия, чтобы не отстать окончательно.

— Куда мы идём? — шёпотом спросила она.

— В хозяйскую спальню, — быстро ответила Пэнси. — Прибавь шагу.

На следующем этаже Гермионе открылся потрясающий вид на длинный коридор с рядами одинаковых дверей из тёмного дуба с замысловатой резьбой и серебряными ручками. Драко остановился у одной из них и с силой толкнул тяжёлую дверь.

Они оказались в хозяйской спальне, и Гермиона порывисто выдохнула. Это была не спальня... Комната больше походила на роскошный люкс в каком-нибудь шикарном отеле, только раза в три больше. Стены были выкрашены в нейтральный коричневый цвет, а ближе к потолку украшены золотой резьбой и узором из маленьких корон. С двух огромных окон свисали тёмные портьеры, а в центре комнаты находился комплект из мягкой мебели оттенком чуть светлее. Несколько столиков располагались по всей спальне, на них стояли различные фотографии в дорогих рамах из кристальной керамики. Лишь несколько светильников оказались включенными — как раз достаточно, чтобы наполнить комнату приглушённым светом.

Пэнси жестом пригласила Гермиону пройти вглубь спальни и плотно прикрыла за ней дверь. Грейнджер уже было открыла рот, чтобы что-то сказать, но передумала, встретившись с угрожающим взглядом Малфоя. Пэнси направила палочку на дверь и прошептала несколько слов, запечатывая комнату.

«Отлично, — угрюмо подумала Гермиона. — Они собираются меня убить».

Наложив заклинание, Пэнси повернулась к Драко и коротко кивнула.

— ТЫ ИЗ СВОЕГО ДОЛБАНОГО УМА ВЫЖИЛА?! — заорал он без лишних предисловий, и Гермиона подскочила от неожиданности. — КАКОГО ЧЁРТА ТЫ ЗДЕСЬ ДЕЛАЕШЬ?

— Так мы задаём вопросы?! — не осталась она в долгу. — МОЖЕТ, РАССКАЖЕШЬ, КАК В ТВОЁМ ДОМЕ ОКАЗАЛИСЬ ПРЕСТУПНИКИ В РОЗЫСКЕ?

Драко закатил глаза.

— Ну нет, Грейнджер! Сначала ты мне ответишь!

— Размечтался!

— Ты хоть понимаешь, что могло произойти?! — проорал он. — Если бы они узнали, кто ты, мы бы сейчас паковали твоё расчленённое тело!

— Тебе, наверно, очень жаль, что этого не произошло!

— Ты и нас поставила под удар! — не слушая её, продолжал Малфой.

Гермиона проследила за рукой Драко, которой он указывал на Пэнси, и к ней вернулся прежний страх. Пэнси. Пэнси была причиной, по которой она вернулась. Гермиона смерила её подозрительным взглядом и вновь повернулась к Драко.

— Я вернулась, чтобы помочь!

— О Мерлин, Грейнджер! Когда ты уже перестанешь совать нос в мои дела?! — Яростный блеск в его глазах с каждым словом становился всё заметнее. — С чего вдруг мне могла понадобиться твоя помощь?

— Из-за неё! — воскликнула она, указывая на Пэнси.

В комнате повисла напряжённая тишина. Драко недоумённо взглянул на Паркинсон, после чего снова перевёл взгляд на Гермиону.

— А что с ней не так?

— Она... Она проникла в замок, — пробормотала девушка. — И никто из вас не знал... Она же сама говорила, как смогла удивить тебя... И Элай... Он тоже её не впускал. Она не могла попасть в поместье без посторонней помощи...

В спальне вновь воцарилось молчание. Несколько мгновений спустя Драко принял страдальческий вид, а Пэнси прикрыла лицо руками.

— И из-за этого ты вернулась?! — зло спросил Малфой, после чего повернулся к Паркинсон и добавил: — Весь этот спектакль и ради чего?

Пэнси взволнованно посмотрела на Драко.

— Я не виновата. Я же не знала, что она станет докапываться до каждого моего слова! К тому же тебя действительно не было, когда я приехала, так что я не могла сказать, что это ты меня впустил.

Гермиона в замешательстве смотрела на Малфоя и Пэнси, которые словно забыли о её присутствии. Что-то ей подсказывало, что появление Паркинсон не было таким уж сюрпризом для Драко... и что Пэнси была здесь гораздо более желанным гостем.

— Может, уже объясните, что тут происходит? — зло спросила она.

— Драко знал, что я приеду, — пояснила Пэнси. — Я анимаг, Гермиона. И точно так же, как ты проникла сегодня в замок вслед за Лестрейнджем, я прошла через заклинание доверия, пока оно было открыто для Уизли, когда он покидал поместье.

Гермиона открыла было рот, чтобы возразить, но воспоминание того дня, когда Рон уезжал из замка, само собой возникло перед глазами. Она смотрела на небо, провожая взглядом карету, когда крупный воробей привлёк её внимание. Её удивило, что он смог беспрепятственно проникнуть на территорию замка. Это был первый воробей, которого Гермиона заметила в садах перед поместьем, к тому же он без опаски пролетел совсем рядом с ней. Тогда она не придала этому особого значения, но картинка чётко отпечаталась в памяти.

— Ты превращаешься в воробья? — спросила Гермиона, поражённая внезапной догадкой.

Какой же она была дурой! Рисковала своей жизнью, чтобы пробраться в поместье, а теперь выясняется, что всё это было напрасно — никто в её помощи не нуждается. Пэнси планировала свой визит в замок, и Малфой знал об этом, но вот появление самой Гермионы абсолютно никому не было нужно.

— Но... А как же Лестрейндж? — спросила она, цепляясь за последнюю соломинку, которая могла бы хоть как-то оправдать её поведение. — Что он здесь делает?

Малфой закатил глаза и громко выругался:

— Чёрт бы тебя побрал, Грейнджер! Мы не в двадцать вопросов играем! Если бы ты только не совала свой длинный нос куда не следует, ты бы не оказалась в одном доме с Пожирателем, который мечтает тебя убить!

Гермиона вполне серьёзно обдумывала возможность расплакаться прямо здесь и сейчас, но грубые высокомерные реплики Малфоя удерживали её от этого.

— Я желаю получить ответ на свой вопрос, — потребовала она, стараясь, чтобы голос звучал твёрдо. — Ты должен был защищать меня от него!

— Да! — взорвался Малфой. — Я должен был, и я СДЕЛАЛ это! И если бы не твоё желание лезть во все дыры, ты бы уже давно вернулась в свой домик в деревне, и даже волосок не упал бы с твоей головы. Но нет! Сначала ты чуть не прикончила ползамка, а теперь вернулась, чтобы довести дело до конца! Прекрасно!

— Если бы ты только...

Дверь в спальню со скрипом приоткрылась, и Элай поспешно зашёл внутрь, плотно закрывая её за собой.

— Вам всем следует приготовиться к обеду, — сообщил он.

— Ах, да, к слову об обеде, — начала Гермиона, пользуясь тем, что Малфой замолчал. — Что это за бред про то, что я твоя жена?!

— Что-то ведь надо было придумать! — огрызнулся Драко.

Пэнси и Элай не участвовали в перепалке — лишь взволнованно переглядывались друг с другом, пока Малфой и Гермиона сыпали взаимными оскорблениями.

— Ты же в прямом смысле свалилась с неба прямо в руки человека, который жаждет твоей крови! — не успокаивался Малфой. — Тебе чертовски повезло, что Лестрейндж никогда тебя не видел.

— Да, но почему меня нельзя было представить как прислугу?! Или... Или ещё одну подружку-Пожирательницу?

— Не знаю! Почему бы тебе не спросить у Элая?

Все трое повернулись в сторону дворецкого, который виновато потупился.

— Я запаниковал, — признался он. — Лестрейндж собирался вас убить, как только вы свалились с башни. Это было видно по его взгляду.

— Он бы нас всех прикончил, — поправила Пэнси.

— Но зачем делать меня одной из Малфоев? — спросила Гермиона гораздо более мягким тоном.

— Мистера Лестрейнджа мало заботят жизнь и здоровье нечистокровных волшебников, — продолжил свою мысль Элай. — Представь я вас любой другой фамилией, он, несомненно, заинтересовался бы вашей родословной. А теперь нам нужно всего лишь придумать более-менее правдоподобную легенду о ваших родителях, и он не станет вас подозревать.

Гермиона хотела возразить, но здравый смысл заставил её промолчать. Она знала, что Элай был прав: сын Люциуса Малфоя ни за что не опустился бы до брака с полукровкой, не говоря уже о грязнокровках, и, следуя такой логике, любой должен был по определению считать её чистокровной волшебницей. Небольшая история о предках, и этого должно хватить, чтобы убедить всех в том, что она вышла из высших слоёв аристократии магического мира.

— Я до сих пор не понимаю, что Лестрейндж вообще здесь делает! — вернулась к главному вопросу Гермиона.

— Не сейчас, — произнесла Пэнси, с опаской глядя на Драко.

— Мисс Паркинсон права, — согласился Элай. — Сначала обед, потом можно будет обсудить всё остальное.

— Надо придумать её биографию, — уже спокойно сказал Малфой, хотя его лицо оставалось красным от недавней гневной вспышки. Гермиона почувствовала, как кровь внутри неё закипает от злости, когда Драко заговорил о ней так, словно её в комнате не было. — В какой семье Грейнджер родилась?

— Определённо не в британской, — сразу отбросила этот вариант Пэнси. — Лестрейндж знает все более или менее известные рода.

— Но надо выбрать семью, о которой он хоть что-то слышал, — добавил Элай. — Быть может, Моретти?

— Итальянцы? — усмехнулся Драко. — Он не раз там бывал и знает их всех.

— Банкрофты? — предложила Пэнси. — Я встречала Клариссу Банкрофт за год до её смерти. Их семья разъехалась по всему миру, ни за что не поверю, что Лестрейндж может знать их всех.

— С ними всё слишком запутанно, — покачал головой Элай.

— Может, Деверо? — вдруг предложил Драко. — Старинный французский род.

— Семья Эдварда Деверо? — уточнил Элай.

Драко утвердительно кивнул:

— Они пропали из поля зрения после падения Тёмного Лорда и покинули Францию. Сейчас они в Бельгии и почти ни с кем не контактируют.

— Должно сработать! — обрадовалась Пэнси и с облегчением повернулась к Гермионе.

Элай тоже был удовлетворён выбором. Он засунул руку в карман и выудил оттуда золотые часы на цепочке.

— Вам действительно уже пора собираться.

Драко нахмурился и окинул Гермиону оценивающим взглядом:

— И что она наденет?

— Вообще-то я стою перед тобой! — произнесла она сквозь сжатые зубы, не выдержав всеобщего игнорирования.

— Как раз об этом я пытаюсь забыть, — огрызнулся Малфой.

— Осмелюсь предложить парадную мантию вашей матери, — осторожно произнёс Элай. — Они одного роста.

Гермиона внимательно следила за тем, как Драко напрягся, после чего весь его гнев словно куда-то испарился. Малфой выглянул в окно на сад, но почти сразу вернулся в прежнее раздражённое состояние.

— Нет, — наконец холодно произнёс он. — Мать была гораздо стройнее. Грейнджер ни за что не влезет в её одежду.

Рот Гермионы был уже наполовину раскрыт, чтобы выдать язвительный ответ, когда она почувствовала на запястье тёплую ладонь Элая, который пытался её успокоить.

— Можно зачаровать мантию, — предложил он.

— Я сказал нет.

— У меня полно одежды, — вклинилась Пэнси. — Она вполне может позаимствовать парочку нарядов.

— Отлично, — коротко бросил Драко, затем резко развернулся и скрылся за одной из дверей, за которой, по прикидкам Гермионы, должен был располагаться огромный гардероб.