18
Диомидис объявился через полчаса. Он уезжал на встречу с руководством управляющей компанией, потом застрял в метро - а там плохо со связью. Он отправил за мной Юрия.
- Профессор у себя и ждет вас, - объявил Юрий, заглянул в мой кабинет. - Там ещё и Стефани.
- Спасибо. Сейчас подойду.
Я шел в кабинет Диомидиса, готовясь к самому худшему. Гроуву срочно требовался козел отпущения, и жертвой сделают меня. Я уже видел подобные случаи в Бродмуре, когда пациенты совершали самоубийство. Крайним всегда оказывался тот член персонала, который чаще контактировал с погибшим: хоть медсестра, хоть психотерапевт, хоть лечащий врач. Я не сомневался - Стефани жаждала моей крови.
Я постучал в дверь кабинета Диомидиса и зашел внутрь. Профессор и Стефани стояли друг напротив друга, по разные стороны рабочего стола. Судя по напряженному молчанию, своим появлением я прервал ожесточенный спор. Первым заговорил Диомидис. Активная жестикуляция выдавала его крайне взволнованное состояние.
- Плохи наши дела! Очень плохи! Попытка самоубийства, да ещё в самое неподходящее время! Отличный повод для управляющей компании закрыть Гроув!
- Вряд ли решение управляющей компании - наша главная проблема, - вступила Стефани. - Первым делом мы обязаны позаботиться о безопасности пациентов. Необходимо выяснить, что именно произошло. - Она перевела взгляд на меня. - Индира упоминала, что вы подозреваете Элиф в сбыте препаратов. Значит, вот кто снабдил Алисию "Гидрокодоном"?
- Честно говоря, у меня нет доказательств. Я пару раз слышал, как об этом говорили медсестры. А сейчас я хотел бы сообщить вам одну очень важную вещь...
Стефани прервала меня взмахом руки.
- Мы знаем, что случилось. Элиф тут ни при чем, - сказала она.
- Серьезно? - изумился я.
- Проходя мимо сестринского поста, Кристиан заметил шкафчик незапертым, и воспользоваться его содержимым мог любой желающий. А затем Кристиан увидел Алисию, которая пряталась не подалеку. И очень удивился: что ей понадобилось в коридоре в такое время? Теперь-то, конечно, все стало ясно...
- Надо же, какая удача! Кристиан оказался в нужное время в нужном месте! - съязвил я.
- Не только Кристиан обратил внимание на беспечность Юрия, - продолжила Стефани, не обращая внимания на мой тон. - Я неоднократно замечала, что он непозволительно халатно относится к нормам безопасности и фамильярен с пациентами. Слишком озабочен их хорошим отношением к себе. Странно, что подобный инцидент не произошел раньше!
- Понятно - пробормотал я.
Я действительно понял, что задумала Стефани. Она говорила со мной спокойно лишь потому, что жертва была уже избрана. Козлом отпущения станет медбрат.
- По-моему, Юрий всегда очень внимателен, - возразил я, взглянув на Диомидиса в поисках поддержки. - Вряд ли он...
- Алисия с самого начала отличалась склонность к суициду, - изрек профессор. - Все мы знаем: если человек замыслил свести счеты с жизнью, его никто и ничто не удержит. Как бы мы ни старались, в большинстве случаев самоубийство предотвратить невозможно.
- Разве не в этом заключается наша работа - предотвращать такие вещи?
- Нет. - Диомидис отрицательно покачал головой. - Наша работа - помочь пациентам вылечиться. Но и мы не боги. Мы не властны над жизнью и смертью. Алисия Беренсон неоднократно пыталась умереть, она добилась бы своего. Отчасти и добилась.
Я решил, что пора вмешаться. Сейчас или никогда.
- Вряд ли это была попытка самоубийства.
- По-вашему, это несчастный случай?!
- Тоже нет.
- Что вы пытаетесь сказать, Тео? - Диомидис удивленно поднял брови. - Какие ещё могут быть варианты?
- Во-первых, Юрий не давал Алисии таблеток.
- Вы считаете, что Кристиан ошибается?
- Кристиан лжет.
Профессор и Стефани изумленно уставились на меня, и я быстро продолжил, пока они снова не обрели дар речи. Кратко изложил содержание дневника Алисии, упомянув, что до убийства Габриэля она частым образом лечилась у Кристиана, который вел неофициальную практику и наблюдал ещё ряд пациентов. Также сказал, что он не только не поступил на судебном процессе, но и скрыл факт знакомства с пациенткой при поступлении в Гроув.
- Неудивительно, что Кристиан яро сопротивлялся всем попыткам разговорить ее, - добавил я. - Молчание Алисии - залог его спокойствия.
- Неужели вы на полном серьезе предполагаете... - начала Стефани.
- Да, на полном серьезе, - перебил я. - Никакая это не передозировка, а попытка убийства!
- Где сейчас тот дневник? - спросил Деомидис. - У вас?
- Нет. Я вернул его Алисии. Скорее всего, в ее палате.
- В таком случае его необходимо изъять. - Профессор повернулся к Стефани: - Но сначала мы должны позвонить в полицию, вы согласны?