30.*
Увидев ее в машине, я немного расслабился и этот момент наполнил меня теплом. Что бы не происходило в этом безумном мире, мне теперь есть ради чего жить и ради чего возвращаться домой, к ней.
Все тревоги, которые нагнетала реальность, как будто растворились.
Она была для меня якорем, на который я мог опереться в этом хаосе. Даже в безумном ритме моей жизни, я находил покой в ее присутствии.
Я знал, что даже если мир вокруг рушится, у меня есть она.
И когда она улыбнулась мне, сердце зашлось в бешеном ритме, напоминая, что настоящая любовь способна сплотить людей и ободрить даже в самые трудные и мрачные времена.
Я понял что в мире есть нечто важное, неподвластное времени и обстоятельствам.
- Поехали домой, я устал, это была слишком долгая ночь, — произнёс я, сев в машину и взяв её за руку.
Тепло её ладони словно согревало меня изнутри.
Она не возражала.
Я включил зажигание, и двигатель тихо заворчал, словно просыпаясь после долгого сна. Мы выехали на пустую улицу, огни города мелькали за окном, словно звёзды, рассыпанные на бескрайнем небосводе. В воздухе витал запах дождя, и, хотя ночь была длинной, в моей душе царил уют и тепло
- Расскажи мне ещё что-нибудь о себе, — попросил я.
Свет фар вырывал из ночи лишь обрывки реальности — заброшенные улицы, тени деревьев и отражения в витринах закрытых магазинов.
Мы двигались вдаль, и с каждой минутой усталость накрывала всё сильнее.
Мои мысли плутали где-то между воспоминаниями о прошедшей ночи и надеждой на спокойный утренний сон.
В голове вновь возникали образы с сегодняшних мест преступлений, но я старался сосредоточиться на том, что происходит здесь и сейчас.
Единственное чего мне хотелось это принять душ и заснуть в её объятьях.
Она была рядом, и это немного поднимало мой дух.
Я чувствовал, как её рука крепче сжимает мою.
- Да особо нечего рассказывать, все оборотни живут обособленно, скрываясь от людей. Жизнь каждого из нас – это тщательно отрепетированная роль, которую мы вынуждены играть, охраняя свои тайны от внешнего мира. Лишь в лесах, где растут вековые деревья, мы находим покой и умиротворение, позволяя себе просто быть собой.
Поэтому каждое полнолуние мы собираемся вместе.
Но мне хотелось хоть какого-то подобия нормальной жизни, вот я и перебралась в город.
Я начала заводить знакомства с разными людьми, но всегда держалась на расстоянии — никому не доверяла и избегала близости, пока не встретила тебя. Отец меня понял и поддержал, помог с салоном и купить дом. Он просто хочет чтоб я была счастлива и кстати жаждет с тобой познакомиться, — девушка с улыбкой повернулась ко мне.
Я был приятно удивлён, услышав эти слова, хотя для меня это оказалось полнейшей неожиданностью:
- Со мной? Ты рассказала отцу обо мне?
- Конечно рассказала, и маме тоже и младшему брату, — сказала она. - Ты знаешь, они считают, что самое главное в жизни — это быть рядом с теми, кого любишь. И именно поэтому они так стремятся познакомиться с тобой, — её глаза блестели от энтузиазма.
Я закатил глаза, фыркнув:
- Есть хоть кто-то кто ещё не знает обо мне?
- Только моя троюродная внучатая племянница по материнской линии, — произнесла девушка.
Я в шоке уставился на неё, а она стукнула меня по колену:
- Вот умора! Видел бы ты своё лицо.
Я задумался о том, какие испытания ещё ждут нас впереди. Но всё же мысль о встрече с её родными внушала надежду. В этот момент она рассмеялась, и я почувствовал, как напряжение улетучивается, оставляя лишь тепло и свет.
- Смейся, смейся, — пробормотал я, — посмотрим, кто будет смеяться последним.
Мы продолжили разговор, и я почувствовал, как стена недопонимая и отчуждённости между нами рушится, превращаясь в руины, под которыми были погребены все мои подозрения.
Мы открывались друг другу, и это было как глоток свежего воздуха, после всего что мы пережили.
Тени прошлого постепенно рассеивались и больше не могли затмить наше настоящее.
Мы вместе строили мосты, которые казались такими хрупкими, но с каждой минутой становились всё более прочными.
Ее глаза светились искренностью, и я понял, что мы находимся на пороге нового этапа.
Завтра нас ждало серьезное испытание, но я надеялся, что вместе мы справимся и сможем прекратить эти безжалостные убийства.
Кем бы ни был наш маньяк, и что бы им не двигало, по-моему, он заигрался. Завтра мы должны его остановить.
И тогда этот город снова сможет спать спокойно, до следующего сумасшедшего, что возомнит себя Богом.