Рассвет. Свергнутая в Бездну.

Дверь с грохотом распахнулась, и в кабинет ввалился раскрасневшийся Хаято. Весь растрепанный, в грязи, со съехавшей на глаза повязкой, он упал на колени и, тяжело дыша, забормотал:

— Там… Вер… а-ах… нулись… — Он указал себе за спину.

Вернулись.?

Я немного нахмурилась от созданного мальчишкой шума и легонько тряхнула головой, сбрасывая с разума дрему и стараясь обработать происходящее. Что здесь делает Хаято?..

Мысли путались, и я никак не могла собрать их вместе.

Мой мозг перегружен количеством информации, и реагировать сразу, как раньше, он не может, а из-за слабости тела моя общая продуктивность снизилась на сорок шесть процентов. Это чудовищно много, и было бы лучше замени меня кто-то на пару часов, чтобы я немного восстановилась…

Помочь с этим мог только Норман, но он сейчас…

Осознание мгновенно стимулировало бурный поток из счастья и нетерпения. Он снес всю мою усталость и сонливость, я подскочила с кресла, и пара книг упала на пол, глухо ударяясь о мягкий ковер.

Отправив по планшету короткое сообщение Винсу, я торопливо подошла к Хаято. Тот успел выровнять дыхание и немного прийти в себя.

— Когда они придут? — Спросила я, сохраняя холодный тон и сдерживая свое возбуждение.

— Э-эм, — он нервно поправил белую повязку и растянул губы в улыбке, — думаю, что… через час или два… Около того!

Я кивнула.

Чтож, хорошо. Мне хватит часа, чтобы подготовить для них ужин и постели.

Э-эн, мне интересно, какие же у них результаты. В своих письмах Хаято упоминал о видении Эммы и теориях Рея и Нормана, но мне нужно знать больше. После того, как отдохнут, они обязаны все рассказать!

Спустя три месяца, мы, наконец, поговорим. Я скучала.

Отправив Хаято отдыхать и вложив планшет в небольшую сумку, чтобы в любой момент связаться с Винсом, я заперла кабинет и направилась на кухню.

Лучше приготовить что-то свежее, но я умею готовить только сладкое. Вряд ли после долгого похода подойдет клубничный пирог или бисквит. Значит, разогрею вчерашний ужин! Это не очень правильно, но сложно найти что-то в половину второго ночи. А будить кого-то из детей… Не хочу.

В коридоре я столкнулась с Зази, не многим отличавшимся опрятностью от Хаято.

— Пр-райд! — Он ласково улыбнулся и накинулся с объятиями.

— М-м, я тоже рада тебя видеть, — я взъерошила пепельные волосы ребенка и незаметно стряхнула с его любимого брелка, подаренного Джилл, комок пыли. — Идешь отдыхать?

Он покачал головой.

— Значит, — я взяла его за руку, — мы идем есть.

Зази согласно мурлыкнул, сжал ладонь и, как ребенок за матерью, последовал за мной.

У входа на кухню мне пришло сообщение от Винса:

«Я проводил Хаято и уточнил у охранного пункта, чтобы группу Эммы пропустили. Вам придет уведомление, как только они пересекут границу Убежища. Ванные комнаты для них подготовит Зак.»

Хм, попросить Анну открыть медицинский блок или нет? Но Хаято не писал о раненых… Ладно, если что, на каждом этаже расположен медкабинет.

Я сунула планшет назад в сумку и положила ее на ближайший к себе стул.

— Будешь рамен? Его Барбара готовила, она увлеклась восточной кухней… — Я открыла холодильник и критично осмотрела его содержимое, — Еще есть грибной суп от Рыжего.

Вообще-то, это моя личная кухня, и мне не особенно нравится то, что её посещают другие люди. И ладно, если бы просто посещали, но они смеют заполнять мой холодильник всяческой «полезной» едой и, не смотря ни на какие запреты, не прекращают! Я немного тронута их заботой, но… Я же не могу это есть! И выкинуть, получается, тоже не могу! Их старания не должны пропасть зря… Мне хочется плакать…

Зази брезгливо высунул язык и помотал головой. Я бы хотела с такой же лёгкостью отвертеться от этого…

— Ла-адно, тогда пирог с патокой, — я грустно пожала плечами, разочарованная неудачной попыткой скормить все неугодное ребенку, и неохотно достала с верхней полки тарелку с куском пирога, — Зази, эти дни ты хорошо себя чувствовал?

Зази был участником того же отвратительного эксперимента. Я волнуюсь, что его тело поведет себя также, как и мое. Хотя наши дальнейшие опыты и лекарственные препараты различались, клетки демонов внутри нас идентичны, и есть высокая вероятность того, что Зази столкнется с такой же проблемой.

<i>Я должна стараться ещё больше. </i>

Я сделала анализ собственной крови, но это практически ничего не дало. Единственное, что удалось узнать — еще до «Лямбды» в организм были введены инородные тела. Я сверилась с кровью других детей, однако у них все было в относительном порядке. Не понимаю.

Воспоминания того времени, когда я была младенцем, только сильнее путают.

— М-м, — Зази закивал и облизнулся, не отводя глаз от сладости.

У-уф, значит у него пока все в порядке.

— Не забудь потом помыться, — я слабо улыбнулась и отдала ему пирог.

— Триша? — В приоткрытую дверь заглянул Рей, — Вот ты где!

— Рей? — Разве они не должны прийти позже? Я рада, но это странно.

— Мы вернулись! — В комнату вошла вся троица, — при-ивет!

Эмма крепко обняла меня и радостно засмеялась. Винтовка была небрежно откинута в сторону.

— Мы так, та-ак скучали! У вас было что-то интересное? Как ребята? Ой, ты подросла? — Защебетала она. — У нас столько новостей! Мы нашли Хавичидалу, у меня было видение и теперь, теперь… — Ее голос дрогнул, — у нас появился реальный шанс, Триша!..

Я кивнула ей в плечо; она все еще не отпускала меня, продолжая прижимать к себе и, кажется, всхлипывать.

— Я скучала по вам. Все скучали, — шепнула ей, — все будут рады завтра увидеть вас.

Норман умиленно вздохнул и потрепал нас по волосам, а Рей усмехнулся, внимательно за нами наблюдая.

— Ванные комнаты должны быть готовы, вы можете сходить помыться, если силы есть, — вырвавшись из крепких рук Эммы, я подошла к сумке и достала планшет. На нем мигали непрочитанные сообщения от Винса и девушки из охран пункта.

Как я и думала, все готово. Но ребята и, правда, вернулись раньше, чем мы рассчитывали. Ошибка Хаято?..

— Ты знала, что мы сегодня придем, — Норман насмешливо хмыкнул и скрестил на груди руки, — интересно, почему?

Я невинно посмотрела на него.

— Вовсе не знала.

— Да-а? Пока поверим, — сжалился он, — нам не помешает ванна. И сон.

— Я могу разогреть ужин.

— Нет, не нужно, — замахала руками улыбающаяся Эмма, — мы не голодны!

— А вот ты, — на мою голову опустилась тяжелая ладонь Рея, — чем ты питалась в наше отсутствие? — Он угрожающе оскалился.

— Я спрошу позже об этом Винсента-а, — Норман зевнул.

— Оу, уже поздно, — Эмма тоже выглядела крайне усталой, — давайте поговорим обо всем завтра? Тебе, Триша, как и нам стоит пойти спать!

Я кивнула, что было не очень удобно из-за тяжелой руки Рея.

— О, Зази, — Эмма заметила ребенка и направилась к нему с широко раскрытыми руками для объятий. Норман любяще улыбнулся этому.

***

Я поставила перед Реем чашку с дымящимся кофе и с ногами забралась в кресло напротив. Нас разделяли стеклянный журнальный столик, стопка книг и синяя орхидея. Рей с недовольством отметил этот факт и взял в руки горький напиток, который я держала у себя исключительно для него и Эммы. Отдельно для меня и Нормана в углу стоял мини-холодильник с молоком и упаковкой ромашкового чая на нем.

Они любили навещать мою комнату, поэтому постепенно здесь появились электрический чайник, фрукты, закуски, какао и все, что только могло прийти в голову кому-либо из этой троицы.

— Итак, — я взглянула на настенные часы и вопросительно вскинула бровь, — двадцать две минуты четвертого… Уверен, что хочешь поговорить именно сейчас?

После хорошей ванны Рей стал выглядеть лучше, но темные круги под глазами, осунувшееся от переживаний лицо и бледная даже после горячей воды кожа не могли не вызывать беспокойства.

— Мы не виделись восемьдесят дней, — шепнул он, насупившись, — я не хочу спать!

Я нежно рассмеялась и склонила голову набок.

— Но ты ведь хочешь спать, — иначе бы не пил кофе так рьяно.

— Пожалуйста, — он вздохнул, — я так ждал нашей встречи… И совсем скоро нам придется опять уйти… — Рей стал нервозно царапать ногтем цветочный узор на чашке.

Опять уйти…

Я угрюмо опустила голову.

А если…если я умру раньше, чем они вернуться? Что, еслиу мне осталось меньше времени, чем я думаю?

В голову пришел образ Зази, и я поставила себе на заметку ускорить исследование. Исследование, о котором никто не должен знать. Нужно не забыть взять вывод о крови Адама, может здесь это поможет? После того, как мы узнали о его особенности, формула лекарства для детей «Лямбды» поднялась на пару уровней готовности...

— Поспим сегодня вместе? — Решительно спросила я, не до конца разбирая свой мотив.

Очень хотелось побыть с кем-то родным, и Рей был прав, говоря, что они скоро снова уйдут. Напряжённые дни, тошнота и боль постепенно выматывали меня - только теперь стало ясно, что мне необходима срочная передышка. Точнее, я знала, что должна отдохнуть, но именно в компании кого-то такого дорого, как Рей, прочувствовала это особенно остро. Хотелось близости, тепла и спокойствия.

Мне необходима любовь Рея.

К горлу подступил желчный ком, напоминая о характере наших обновлённых отношений. После моего согласия, Рей успокоился и перестал постоянно давить. Всё было так хорошо, и иногда казалось, что я должна была согласиться на все это намного раньше... Но хорошо и тихо было только сейчас, пока моему телу всего одиннадцать, а сознанию Рея четырнадцать. Что будет потом?

Нескончаемые путешествия значительно сокращали количество наших взаимодействий, что было одновременно хорошо и плохо. Я безумно скучала, но это помогало отодвинуть на второй план нежелательные проблемы любви.

И... Что будет делать Рей, если я умру? Подобное я чувствовала в Благодатном Доме и...

Серые глаза вспыхнули простодушной радостью, Рей кивнул и волнительно улыбнулся. Я расслабилась, не заметив в его взгляде того безумия и одержимости, которые порой в нем наблюдала.

Я встала, чтобы щёлкнуть выключателем. Комната погрузилась в темноту - Рей вздрогнул.

Пару секунд зрение перестраивалось, я потерла глаза и заморглала.

Мне пришлось взять Рея за руку, чтобы довести до кровати и усадить. Под его кожей на запястье яростно бился пульс, Рей выглядел неловко и даже как-то виновато. Разбираться в этом не было ни сил, ни желания.

Он лёг, приподнял одеяло, и я юркнула к нему, с заметным облегчением выдыхая. Тепло и еле слышимое дыхание Рея успокаивали, возвращая в те спокойные времена, когда большинство тайн вытсупало игрой, а он сам одним из маленьких детей.

Я принюхалась, улавливая знакомый родной запах Рея, и уткнулась ему в ключицу. Чёрная чёлка защикотала лоб, и я недовольно подняла голову, убирая её мальчику за ухо.

Если так подумать, то его волосы заметно отросли.